Умри, если не любишь

             К сожалению, она проснулась уже от попыток перенести ее на кровать. Девушка тут же всполошилась и чуть не упала, озадаченно глядя на нервного Айзаву. —Блять...—с досадой шикнул он, увидев, что потревожил ее.       Мэйуми чуть потупила взгляд и попыталась слезть с его рук, на что он аккуратно поставил ее на ноги. Шота поцеловал ее в щеку и, чуть подумав, ушел на кухню. Ишизаки, вспомнив в деталях, что произошло вчера, последовала за ним и стала энергично придумывать, как подступиться к нему. Он поставил чайник, упал в кресло и уставился в потолок, думая о чем-то совсем отреченном. Девушка неспеша и тревожно подошла к нему и, тяжело вздохнув, начала: —Слушай...так что там с...—совсем несмело лепетала она. —С наркотиками? Это все из-за тебя—шикнул он слишком грубо для начала разговора.       Ишизаки с вопрошающей обидой стала разглядывать его, нервно потирая свои руки. —Это ты довела меня до этого состояния. Если бы ты слушалась и вела себя хорошо, то и я бы чувствовал себя лучше. Но нет, ты ведь всегда поступаешь так, как тебя не просят. Постоянно делаешь больно и плохо не только себе, но и мне. Ты не задумывалась, что дело в тебе? Не ты ли любишь думать, что мир вертится вокруг тебя?—холодно процедил Шота, стуча по подлокотнику худощавыми пальцами.       Девушка тут же задрожала, на глаза почему-то навернулись слезы то ли вины, то ли обиды. —Я...не хотела...прости...—совсем тихо бубнила она, смотря в пол.       Шота в ответ на это демонстративно проигнорировал ее, отводя взгляд. —Айзава...пожалуйста, давай поговорим...       Мужчина снова молчал. Внутренний ребенок Мэйуми уже закатывал истерику и вспоминал все ужасные способы наказания, но снаружи она все еще старалась сохранять обладание над собой. Правда, выдержала недолго. Через пару минут тщетных мольб она поняла, что с ним разговаривать, как о стенку горох. —Айзава, прошу тебя...я не хотела, извини меня, я больше не буду, не молчи, пожалуйста...—лепетала она дрожащим голоском, пытаясь обратить на себя хоть каплю внимания, но...снова ноль.       Девушка утерла глупые слезы, нахмурилась и с обидой процедила: —Будешь дальше молчать, я все твои наркотики в унитаз смою, слышишь?       Ишизаки даже себя не узнала, наверное, никогда она еще в таких ситуациях не могла поставить что-то против, однако даже так Шота молчал. Мэйуми фыркнула на него и уверенно пошла в ванную, показательно громко открывая самый нижний шкафчик. Он оказался предусмотрительнее и не хранил большое количество веществ, тут от силы была одна доза. Хотя это вполне себе размуно, не попадет по статье за хранение наркотиков. Но это было не так важно, главное выполнить угрозу, иначе останется голословной. Девушка достала этот жалкий пакетик и хотела было смыть все содержимое, но была очень грубо остановлена. Айзава резко схватил ее за руку и сильно одернул, заставляя уткнуться в него носом. Мэйуми опасливо подняла глаза, поняв, что в руках у нее теперь ничего нет. Шота бросил злой взгляд на нее, на рассыпанный по ковру препарат и на шкафчик со шприцами. Он сильнее сжал ее запястье и нахмурился. Лицо его помрачнело до ужаса, желваки на лбу стали отчетливо выступать, пугая Ишизаки перспективой быть избитой. —По-моему, ты позволяешь себе уж слишком много. Я разрешал тебе рыться в моих вещах? Я разве давал тебе право ставить мне ультиматумы и перечить моей воле? Мне уже давно стоило взяться за твое перевоспитание. Такие простые правила, но ты не можешь их соблюдать. Ты слишком глупа для этого или, может, слишком упряма? Тебе пора бы уже смириться со своим положением. У тебя нет права выбора, у тебя не должно быть мнения, если оно не совпадает с моим, у тебя нет права на свое тело. У тебя нет больше ничего. Все, что тебе дозволено—подчиняться мне. Разве это так сложно? Я ведь не заставляю тебя делать что-то сверхъестественное. Я еще даже не начинал делать с тобой все, что я хочу, а ты уже сейчас ведешь себя неприемлемо—грозно бормотал он, наступая на нее.       Мэйуми медленно отходила до тех пор, пока не уперлась спиной в стенку. Шота прижал ее, нависая устрашающей тенью. —Я...—тихо буркнула Ишизаки, дрожа всем телом. —Что «я»? Теперь ты примешь на себя все последствия моей ломки, сука—с животной агрессией прошипел мужчина, резво стягивая с нее верхнюю одежду.       Она тут же напугалась больше обычного и попыталась убрать от себя его руки, но, конечно, ничего не вышло. Шота, зажав ее кисти, достал из шкафчика какую-то веревку или шнур и слишком сильно затянул ее на нежных запястьях за спиной девушки. —Айзава...прекрати, пожалуйста...—пролепетала сквозь слезы Мэйуми, стараясь выбраться. —Еще одно движение и будет хуже. Виновата в этом исключительно ты       Ишизаки посмотрела в ужасно злые глаза слишком жалобно, но его это никак не растопило. Пугало, что он даже не усмехался и не издевался над ее словами. Учитывая его силу и агрессию сейчас, он запросто мог довести ее до бессознательного состояния, однако ее благополучие в такие моменты Шоту не волновало совершенно.       Мужчина, оглядев ее с ног до головы, сильно схватил за талию и развернул к себе спиной, наклоняясь к уху. —Услышу нытье—ты получишь куда сильнее—сквозь зубы прошипел он, вдруг сильно ударяя ее по ягодице.       Девушка вскрикнула, но тут же стиснула зубы, стараясь не злить его сильнее. Раз сопротивляться бесполезно, то можно хотя бы попытаться угодить ему...по крайне мере, так будет лучше. Снова шлепок, разливающийся жгучей болью, но...почему же в животе бабочки? Мэйуми промычала что-то жалобное и обернулась на него, глядя с мольбой. Шота высокомерно осмотрел ее и снова ударил, ловя до ужаса интересное выражение лица у девушки. —Айзава...пожалуйста...—на томном выдохе слетело с ее уст. —После трех раз уже взялась за нытье?       Он многозначительно приподнял брови, повернул ее голову в стену и отлучился всего на полминуты, которые показались ей вечностью. Слишком долго. Раздался свист рассечения воздуха. Она не успела и посмотреть, как почувствовала просто адскую боль на спине. Девушка прикусила губу, стараясь не кричать, и тяжело выпустила воздух вместе с приглушенным стоном и слезами. —Я, кажется, промахнулся...—с каким-то наигранным сожалением выдал он, опять замахиваясь.       Ишизаки рефлекторно попыталась отклониться, но его реакция оказалась быстрее. Айзава тут же крепко схватил ее за талию и подставил ровно под удар. —Айзава..! Прекрати, пожалуйста...хватит...—тихо мямлила она, жмурясь и надеясь на его благосклонность. —Хватит вести себя как маленькая. Будь хорошей девочкой, я знаю тебя насквозь и понимаю, что тебе это нравится—слишком уж строго прошипел он, поглаживая горящее место удара холодной рукой.       Мэйуми даже не знала, был он прав или нет, она сейчас вообще ничего не знала. Эта жгучая боль заглушала все мысли и заставляла робко дрожать, тяжело дыша. Айзава снова замахнулся, оставил красный след ладони и сорвал с ее губ громкий стон. Он стянул с себя футболку, подошел к ней сзади ближе и положил руку на шею, нежно поглаживая ее. Ишизаки опасливо втянула в себя побольше воздуха и опустила взгляд в пол, переживая все больше. —Ты понимаешь, за что я тебя наказываю?—шептал Шота без насмешливого подтекста. —Да, да... —Ну и..? Расскажи мне, что ты понимаешь? —Я...рылась в твоих вещах и полезла туда, куда не нужно...—со страхом в дрожащем голосе пролепетала девушка, сглатывая ком в горле. —Неверно—прыснул он, сдавливая ее шею так, что кислород резко перестал поступать в легкие—Я наказываю тебя за то, что ты забыла, где твое место. Твое место у моих ног, сука...ты не можешь ничего, пока я не разрешу, это ясно?       Мэйуми, стараясь схватить хоть каплю воздуха, быстро закивала, чувствуя, как кружится голова. Айзава сдавил хрупкую шею только сильнее и чуть оттянул ее назад за связанные руки. —Еще хоть раз ты ослушаешься меня или поведешь себя плохо, я за себя не ручаюсь. Ты поняла меня?—не давая ей и капли на передышку, проговорил Шота.       Девушка снова кротко закивала, ощущая непреодолимую панику от нехватки кислорода. В глазах темнело, ноги подкашивались, все внутри смешалось, требуя больше воздуха. Мужчина наконец отпустил ее, а Мэйуми стала жадно глотать кислород, наслаждаясь каждой секундой с возможностью дышать. В голове все еще стоял туман, руки подрагивали, но было куда легче без удушающей руки. —Умница...а теперь, дай папе поиграть с тобой—прошипел он, все еще крепко удерживая ее за талию. —Айзава...я не уверена, что м...—начала было бормотать она, но последние слова переросли в громкий стон от ощущения его в себе. —Хватит ныть, твоих жалоб у меня уже по горло, закрой рот...       Шота усилил хватку и стал двигать ее телом в свой бешеный такт. Стоны удовольствия и одновременной боли наполняли комнату, въедались в кожу и доставляли ему неимоверное наслаждение. Он становился все более грубым, только ускорялся и, кажется, был очень рад тому, что смог ее усмирить. —Еще есть желание сопротивляться мне? —...Кажется, да—игриво буркнула Мэйуми, видимо, попутав берега.       Всего на полсекунды он остановился, но после, снова ударив ее по бедру, намотал ее волосы на кулак и потянул на себя, заставляя выгнуться сильнее. —Повтори-ка... —Я же несерьезно..!—томно выдыхая, пролепетала она. —Мне не нравятся такие шутки—прошипел Шота, снова оставляя красный след.       Ишизаки вскрикнула и до крови прикусила губу, закатывая глаза от нарастающего удовольствия. Ее с головой накрыло этим прекрасным пульсирующим ощущением, ноги подкосились, а с губ сорвался последний сладкий стон. Айзава уткнулся в ее шею, томно выдохнул и оставил две белые полосы на ее спине. —Так-то лучше, помни свое место, милая—прошептал он, поджигая сигарету и развязывая ее руки.       Айзава подмигнул ей и вышел из ванной, оставляя ее наедине с желанием расслабиться в горячей воде...