Разве он меня бесит?

Вёл его в туалет, даже не даваясь несчастному отдышаться. Наконец, они пришли. Рома тот час швырнул Петрова в кабинку, от чего тот отлетел и больно ударился об стенку. Повернувшись к нему спиной, Рома закрывал дверцу на ключ. Когда дверь была заперта, он резко повернулся лицом к лицу с Петровым,которого сам же и впечатал в стену. Оскалившись,словно дикий хищник, Пятифан облизнул свои губы,выставляя напоказ белоснежные клыки. Взгляд бежал по всему телу блондина и остановился на его лице. Тот, отпустил свой взгляд в пол,еле как стоял на дрожащих ногах, боясь хоть как то пошевелиться. Роме это нравилось, его забавляло то,что этот ботан его до усрачки боится. Он подошел к нему вплотную и почти крича, произнес: -Посмотри на меня. Антону оставалось только повиноваться. Медленно,с большой осторожностью, подняв голову вверх, он посмотрел в жестокие глаза Пятифана. Тот лишь усмехнулся, и резко, безцеремонно, взял Петрова за подбородок,не отводя взгляда с его глаз. Сердце забилось бешенно, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Дыхание было громким, тяжелым, Петров зажмурил глаза, не в силах продолжать смотреть дальше. Его одалевал страх, он понятия не имел, что дальше сделает с ним Пятифан. А Пятифан в свою очередь, держа Петрова за подбородок, со всей дури влепил тому пощечину, от чего у Антона подкосились ноги, и несчастный упал на колени. Рома смотрел на него сверху вниз. Ему доставлял бешенное удовольствие то, что сейчас этот жалкий мальчик сидит перед ним на коленях, уже начиная захлёбываться в собственный слезах. А по щекам Петрова действительно побежали слёзы. Слёзы боли, обиды и непонимания, за что именно с ним так обращаются. Чем он такое заслужил? Что он сделал этому Пятифану? - лишь эти мысли играли в голове Петрова. Неожиданно, Пятифан, будто только что прочёл мысли Антона, сказал: -Наверно задаешься вопросом, почему все эти издевки? - на лице заиграла противная ухмылка. -Ну, знаешь.. Просто ты раздражаешь.. Бесит твой внешний вид. Твоя излишняя невинность. Твоя скромность, прям как у девчонки. Твои глупые и нелепые очки, идеально выглаженная рубашка, ты прям весь такой с иголочки. Бесит твой голос.. а знаешь,что меня в тебе бесит больше всего? - и, не дожидаясь ответа, на и так риторический вопрос, он сам же и ответил: - Твоё лицо. Твоё, сука, гейское лицо. Антон, ты же блять, как вылитый, самый настоящий педик. - и Рома хохотнул, пнув бедного Петрова в живот. Несчастный прикрикнул от боли, скрючился, схватившись обеими руками за живот. Пятифан присел на корточки, снова взял Петрова за подбородок и укусил его нижнюю губу, оттягивая её. Ошеломленный Петров поднял брови вверх, его глаза округлились от удивления и шока.