Тот рыжий парень с веснушками

Дни тянулись медленно, дождливо, и быстро одновременно. Иногда выступали лучи солнца но ужасно сильный и ледяной ветер нагонял тучи, и загораживал солнце, а после начинался ливень, обычная осень. Валентин и Тимофей пролежали в больнице всего три дня, но у них уже была маленькая компания. Саша, из первой палаты с переломом руки, Варя из четвёртой палаты, после аппендицита, и была ещё одна мамочка, тётя Алёна, они называли её самой лучшей женщиной на свете. Она была с ними на одной волне, помогала пронести продукты, так как на улицу выпускали только родителей. А её ребёнок, Юля просто ангел, по крайней мере она напоминала Валентину его младшую сестру, а он по ней скучал, может поэтому она казалась ему золотом. Вообщем эти три дня шли довольно весело, то парней выгоняли из палаты девочек. Еле выползали от туда с костылями и коляской. Или Варю, хотя Варя не очень любила вставать, ей было адски больно и за швов. Но почему то её выгоняли меньше чем парней из их палаты. Но парни жалели её и сами ходили к ней в палату не смотря на постоянные крики медсестёр, так как они видели в каких адских муках её доставляли в отделение, потом как она отходила от наркоза, её крики было слышно на весь коридор. В один момент Саша, Валентин, и Тимофей решили зайти в палату и как то развелчь девчёнку. Тогда то они и познакомились с Алёной, она помогала Варе со всем, по доброте душевной, а потом и парни. Тимофея в очередной раз загнали в палату, так как "у тебя сотрясение хватит ходить! И не езди без причин!". В телефоне ему было не интересно, а нашу компашку только два часа назад разогнали. Я смотрел на него с улыбкой каждый раз видя это недовольное лицо. Но вскоре мы услышали звук колёс по кафелью и мы поменялись лицами, Тимоха улыбался, а я готовился к худшему. Это были ужасные уколы, какие то витамины, хотя мне разницы не было что это. Было больно, а после невозможно пошевелиться. И Тимоха всегда дразнил "за ручку поддержать? Мальчик боиться? Игрушку дать?" И на этот раз как только Тимофей открыл рот, сказать что то подобное я сразу сказал, короткое "да" он опешил и не понял шучу я или нет. Но позже на лице расплылась улыбка. Он молча и хромая подошёл, садясь на край кровати. Я не ожидал, подумал что он сейчас уйдет но решил продолжать. Я взял его за руку и отправив воздушный поцелуй сразу повернулся на бок. И стал ждать пока медсестра закончит с палатой перед нами. — а это не по пидерски? — правильно не педики, а геи, хотя бы. Но можно найти более уважительное название. Я начал включать своего внутреннего Пушкина так как знал что он это не любит. — и вообще с каких пор парни которые держаться за руки это геи, и тем более поддержка своего товарища на фронте с иглой и витамином это пидерски? — ой всё выключай шарманку, курица здесь нашлась. Буду здесь с тобой сидеть так уж и быть, помогу на войне, с иглой и витамином. Сначала он закатил глаза но позже чуть посмеялся, а я подхватил. Но тут зашла медсестра с уколом. — так а что это вы тут расселись? Тимофей а ну к себе. Начала на него шипеть медсестра при этом подходя к моей кровати. Но я её остановил. — он моя группа поддержки, а то я скоро умру от этих уколов. — вот так группа... Ладно что уж поделаешь, поддерживайте. Медсестра подошла и стянула с меня низ быстро по хлопку вставив иглу, и медленно начала вводить лекарство. Я зажмурился но чуть позже при открыл глаза. Сжал руку Тимофея, он это проигнорировал и оглянувшись назад и потом обратно ко мне сказал то что я не ожидал, но улыбнулся. — красивая задница. Медсестра угрюма посмотрела и прижав ватку натянув обратно низ пошла в коридор с ворчанием на подобие "ну и шуточки у вас" . — ну и сколько балов из десяти ты мне дашь? — все сто! — ооо это уже по пидерски... Но нас дових не чего не смущало, мы посмеялись, и стали дожидаться обеда. На обед нас наконец то порадовали. Была лапша, и гречка с котлетой, по крайне мере мы так слышали от детей которые бегут в столовую а кто то уже туда и обратно, тем временем как мы только выползли из норы, Тимофей снова хотел пойти пешком, но и за постоянной хотьбы его ноги не заживали, я уговорил его сесть в коляску под предлогом что медсёстры снова будут орать. Мне уже самому надоели мои костыли, но черт без них передвигаться не как, но руки от них уже тряслись и болели. Еле как дошли до столовой где уже был Саша, и взял нам наши порции. Мы все были в самом углу столовой. Потом пришла тётя Алёна и подошла к нам с Юлькой и тарелкой второго. — Валь можешь покормить её как вчера? Ты ей уж очень понравился, а я пока что Варе отнесу её недо-обед, помогу ей там . — конечно без проблем, идите и от нас привет передайте Алёна одобрительно кивнула и забрала специальную порцию для Вари ушла к ним в палату. Я стал быстро до-едать, так как накормить ребёнка намного дольше чем самого себя. Пока я быстро впихивал в себя еду, Саша корчил лицо Юльке, а Тими плёл ей какую то фигню. Я быстро осилил свой обед, и в виде игры, и рассказов про умных котлет стал кормить девочку. Вскорее я уловил на себе взгляд Тимофея, почему то он был очень заворожен на мне. Как только он понял что я начал его палить он быстро отвернулся, и продолжил разговор с Сашей. — ваааль Пока мы с Тими играли в гляделки, девочка ждала новую порцию котлеты с гречкой, и быстро извинившись я продолжил её кормить. После столовой мы снова зашли к Варе. Саша ушел к себе в палату, а мы с Тими отвили и Юльку, и повидаться за одно с Варей. Сегодня она выгледела чуть лучше, хотя наверное и за обезболивающиго. Она нам улыбнулась и сказала как обычно, "я в порядке" беседа была не долгой но она нам ясно указала на запах пота. И я понял что в душе мы не были дня три, и при том что дня три это только в больнице, а до этого так вообще. Настал вечер и мы задумались, нам надо и себя искупать, и голову помыть, оба поняли что без помощи друг друга не справимся. оба вернулись к шуткам про геев. Но опомниться не успели как стояли в ванной комноте вдвоём без футболок, и думали что делать. У Тими на руках и ногах бинты, я в душ не как не могу поместить себя и за гипса на всю ногу. Приняли мудрое решение помочь друг другу с помывкой головы. Первым начали с меня, и даже страшно описывать позу в которой я был что б не намочить гипс, но это мелочь. Мне то было легче, руки не в бинтах, я сам себе мог мыть голову от Тимохи требовалась только держать душ, а вот как он после помывки головы будет себя мыть я не знаю. —Боже ну что ты так долго моешь голову. Мне в этих пакетах на руках жарко. Конечно важная вещь, мы надели на его руки фасовочные пакеты, что б точно не чего не намочить. — не ной, если я не промою голову шампунем раза три то я умру от перхоти. Я продолжил мыть голову и задумался. Так странно чувствовать что его тёплая кожа прикасается к моей спине, он тяжело вздыхает, но терпит. Я б даже не подумал что такой парень согласиться помогать. Но он это делает, и терпит. Мы наконец-то закончили с моей помывкой головы и Тимофея. вот я отпрыгиваю от него что б он поднялся, он стоял на коленях поэтому развернулся от ванной вытирая себе голову. Капельки воды стикали по его худому телу, иногда оставливаясь в ключицах. Он убрал полотенце положив к себе на колени и поднял голову привыкая к свету, волосы аккуратно лежали на нём а лицо было как у котёнка который вот вот чехнёт, и кожа блестела. Я наконец-то обратил внимание на его веснушки, не когда не обращал но сейчас это было очень красиво, и стеклянные голубые глаза, как зеркало но ещё красивее, я смотрел на него сверху вниз, и о чёрт это был такой красивый ракурс . Стоп... Почему а об этом думаю, и сравниваю с котёнком? Не когда так не думал о порнях. Не чего не понимаю, откуда такие мысли?. С тем что б помыть себя мы решили так. Мы будем стоять за стенкой которая загараживает дверь и ванну. Если понадобится помощь то быстро поможем друг другу. Я быстро справился с принятием душа, задрав ногу до вершин. А вот Тими все же не как не мог, и после пару минут страданий попросил помощи. На ногах были элостичные бинты так что он все же их снял, а на руках нельзя было ну не как. Поэтому он прижал колени к груди и поднял руки, позволив, мне его всё же помыть. Я пытался сделать всё быстро и аккуратно, а самое главное не смотреть вниз, но его тело всё же завараживало, я иногда засматривался. На теле тоже были виснушки. А "там" тоже есть веснушки? Начиная от живота и уходя вниз было какое то размытое радимое пятно. С огромным усилием я справился с задачей и снова ушел за стенку. И вот мы наконец то вышли из проклятой ванны, оглядываясь по сторонам, что б не кто не чего не подумал, и ушли в палату. Мы решили посидеть у него на кровати и поиграть в карты, до отбоя. Я спокойно присел и ждал пока он достанет карты. Он отрыл их у себя в тумбочке и начал размешивать смотря на меня. — а чего это ты красный? Как в душе были так и покраснел, от духоты что ли? Я не чувствовал того что я покраснел и удивился. — да? Ну наверное и за духоты и правда.