Troublemaker

Первый день в академии начался с чертовски долгой церемонии поступления. И Мидория совершенно не жалел, что прослушал большую часть речи директора. Он был зачислен в класс 1-С, где классным руководителем был Сущий Мик. Увидев его, Мидория испытал соблазн немедленно сбежать куда-нибудь. Его просто было слишком много. К счастью для него, Сущий Мик должно быть заметил его состояние и попридержал энтузиазм. Изуку вздохнул и слегка улыбнулся ему в благодарность. Знакомство с одноклассниками прошло спокойно. На него привычно косились, услышав о его беспричудности. Однако ничего не посмели сказать под строгим взглядом Сущего Мика. Мидория был уверен, что основная проблема начнется позже. Однако вряд ли в академии UA всё будет так же плохо, как это было в других школах. К тому же, судя по сочувствующему взгляду усталого парня с последней парты, у него уже был один кандидат в приятели. Обед принёс с собой неожиданности. Он как-то позабыл, что одновременно с ним на курс героев поступил младший брат Даби. И точно также он упустил из виду, что отношения между Старателем и Даби постепенно улучшались, поэтому Тодороки вполне мог знать о нём. Так что увидев мальчика с двухцветными волосами очевидно разыскивающего кого-то, Изуку неловко поперхнулся рисом. И как он только забыл?! Чтобы младший Тодороки не испытывал ещё больших неудобств, Изуку подскочил за своим столом и помахал тому рукой. Облегчение слишком очевидно отразилось на лице Шото, и он устроился рядом с ним со своим обедом. Холодная соба. Очевидно любовь к данному виду лапши была семейной чертой. — Отец сказал, что мне нужно присматривать за тобой, — сказал Тодороки. — Потому что ты парень моего старшего брата и станешь частью семьи. — Я так и подумал, — кивнул Мидория. — Хотя он мог для начала организовать наше знакомство, а не выдавать тебе задание. — Вряд ли его заботит нечто подобное. — Ну, он стал лучше чем был. Во всяком случае он уже не предъявляет Даби за прошлое каждые две недели. — Это новое имя брата? — Ага, он больше не хочет быть Тойей. Или как сказать. Я могу его так называть, Старатель — точно нет. — Думаю, спрошу его лично. — Шото, твой отец не уточнил ничего о присмотре? — Он сказал, что некто Мидория Изуку, парень Тойи, беспричудный и за ним нужно присматривать, чтобы не попадал в неприятности. — И о том, что я способен самостоятельно избить кого-то он не уточнил? — Уточнил. Он имел ввиду одного из моих одноклассников. — Чёрт. Совсем забыл о Бакуго. Названный Бакуго как раз попался Мидории на глаза. Подходить не стал, только прожёг взглядом издалека. И привлёк этим к ним внимание многих студентов геройского курса. Некоторые смельчаки решили подсесть к ним за стол. Мидория полностью винил во всём Бакуго. Все вопросы, кроме имени и класса, он проигнорировал. Он так хотел, чтобы они убрались подальше, но глупые студенты не понимали невербальных намеков. От пристального внимания кусок в горло не лез. — Я могу сегодня придти к вам с братом? — спросил Тодороки. — Глупый вопрос, — пожал плечами Мидория. — Он же твой брат. — Мы давно не виделись. Всё может быть. — Не переживай. Он кидается огнём только на Старателя. — Мм, — задумчиво протянул Тодороки. — Попрошу научить меня этому. — Чёрт побери, — закатил глаза Изуку. — Только не у нас дома, иначе я надеру вам обоим зад. Тодороки послушно кивнул и снова уткнулся в свою холодную собу. Его одноклассники непонимающе переглянулись между собой и продолжили тщетные попытки разговорить их. Под конец обеда у Мидории отчётливо проявился нервный тик, дрожали руки и появилось желание подраться. А ведь он не страдал кровожадностью. Довели его основательно. Изуку не поленился и явился прямо в класс 1-А, как раз на уроке Аизавы. Тот устало посмотрел на него и тяжело вздохнул. Чутьё на неприятности у Аизавы всегда было хорошо развитым. — Что уже произошло, проблемный ребёнок? Это буквально первый день. — Научи своих чёртовых учеников, что если человек не желает с ними говорить, — Мидория поморщился. — То нужно оставить его в покое и не доводить до нервного срыва. Я домой. Сумку заберёшь в классе и прихвати с собой Шото. — Проблемный ребёнок, умоляю не убей никого. — Я в таком не замешан. На мне только побои. — Судя по твоему лицу, тебе недалеко до этой статьи. Мидория закатил глаза и ушёл, захлопнув за собой дверь. Он постарался вернуться домой как можно быстрее. Даби внутри не оказалось. Но Изуку не волновался об этом, ведь ещё прошлым вечером тот упоминал что-то о покупке продуктов. В данный момент он даже рад был своему одиночеству. Мидория спрятался за стойкой и наконец позволил сдерживаемой панике захлестнуть его. …Рука Инко крепко держала его за кудрявые волосы, больно натянув их. Изуку кашлял и давился наполовину остывшим рисом, который она силой запихивала в него. Она была в ярости! Ему не стоило говорить, что он не был голоден. Ему вообще не стоило говорить. — Неблагодарный паршивец! — злобно прошипела Инко, отбросив его в сторону. Изуку упал, ушибшись локтем, и сильно закашлялся. Его тошнило, но он усилием воли сдерживал себя. Если бы его вырвало, Инко избила бы его ещё сильнее. Изуку надеялся, что она удовлетворится этим. Он просто хотел, чтобы это прекратилось. — Как смеешь так обесценивать мои труды?! Совсем не ценишь те продукты, что я на тебя трачу! — кричала на него Инко. Изуку сжался на полу и прикрыл голову, так как знал, что одних криков ей будет недостаточно. Так и было. Инко схватила со стола тарелку и бросила в него с размаху. Прямо в него она не попала, промахнувшись. Тарелка ударилась о шкаф для кухонных принадлежностей и со звоном разбилась. Осколки разлетелись по сторонам, некоторые из них оцарапали Изуку. От злости Инко ещё несколько раз пнула его ногой. От её ударов травмированные рёбра прострелило резкой болью, и Мидория больше не смог сдерживать себя. Его стошнило. В рвоте слишком заметно выделялись примеси крови. Пожалуй, только это заставило Инко остановиться. — Приберись за собой, — презрительно бросила она перед уходом. Медленно Изуку поднялся, с трудом удерживая себя на трясущихся ногах. Дрожь сотрясала его тело, боль вспышками простреливала его с головы до пят, он тихо всхлипывал. Хотелось забиться в тёмный угол и расплакаться. Но Изуку не мог себе этого позволить, если не хотел повторения наказания. Дрожащими руками, он начал уборку… Осторожный поцелуй вырвал его из воспоминаний. Даби вернулся. Даби был рядом и не собирался бросать его. Мидория судорожно вцепился в плечи Даби, позволяя целовать себя и крепко обнимать за талию. В объятиях было так тепло, что он не хотел, чтобы они заканчивались. Даби порой знал о его желаниях раньше самого Изуку. Так и сейчас он поднял его на руки и понес наверх, не прекращая целовать. Они упали на кровать, цепляясь друг за друга, будто один из них мог в любой момент исчезнуть. Изуку разорвал их поцелуй и заглянул в глаза Даби, соприкасаясь лбами. — Пришёл в себя, Изу? — тихо спросил Даби. — Мне лучше, — вздохнул Мидория. — Хочешь чего-нибудь? — Кроме тебя? — Действительно. Как глупо с моей стороны спрашивать о чем-то подобном, — усмехнулся Даби, расстёгивая им обоим брюки и прижимаясь вплотную. К тому моменту, когда Аизава вернулся из UA с Шото, Мидория и Даби уютно устроились вдвоем на одном кресле. Сотриголова своим натренированным взглядом отметил количество пустых упаковок из-под различных закусок и множество чашек из-под кофе. Он устало вздохнул и, подойдя ближе, потрепал Мидорию по голове. — Я объяснил всё Мику, — сказал Аизава. — Тебе он завтра передаст материалы по пропущенным предметам. Мои новые проблемные дети уже наказаны. Гончий дополнительно предложил свои услуги. — Я подумаю, — неопределённо ответил Мидория, наблюдая за неловкими попытками братьев Тодороки общаться.

***

Мидория уже не проводил всё время за сбором информации о подполье, но это не означало, что он ничего не знал о происходящем там. Всё же для того, чтобы считаться одним из лучших информаторов ему необходимо было иметь обширную информационную сеть и толковых помощников. И он не распустил свою сеть с закрытием бара. Так что все последние слухи, что он получил, сильно взволновали Мидорию. В подполье зашевелился кто-то влиятельный. Назревало что-то серьезное, и ему это не нравилось. Мидория клялся себе, что оставил идею быть героем далеко позади. Он предпочитал быть тем пугающим всевидящим оком, которое знало всё и обо всех. Это чертовски пугало преступников, особенно в сочетании с его мягкой улыбкой на подростковом лице. Однако Изуку не мог даже самому себе объяснить свои нынешние действия. Что, чёрт возьми, с ним происходило? Что за внезапное помутнение рассудка? Его чутьё на неприятности сделало стойку в тот самый момент, когда Мидория увидел толпу репортёров перед воротами в академию. Опыт подсказывал ему, что именно здесь была стартовая точка будущих неприятностей. Мидория ощущал дыхание смерти за спиной. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы успокоить дрожь в теле. Взяв себя в руки, Изуку оглянулся по сторонам, пытаясь найти удачное место для наблюдения. В одном подходящем уже стоял худощавый парень со стаканчиком кофе. Как только он его увидел, то невольно вздрогнул. Определённо, этот парень был из подполья. Это была ужасная идея, просто отвратительная. Ему никогда не следовало заниматься этим. Изуку приложил много усилий, чтобы незаметно подкрасться к этому парню, одновременно с этим анализируя его. Вероятно очень быстрый, причуда пяти точечного контакта, судя по тому, как он держал напиток. Самодовольная усмешка и откровенно безумный взгляд. Опасный противник. Мидория вздохнул. Он не любил, когда приходилось прибегать к подобным методам решения проблем. Но он был рациональным человеком после стольких лет проведенных в трущобах среди преступников. Элемент неожиданности сработал на отлично. Он смог схватить парня за руку и сразу же сломал тому запястье. Казалось, тот не осознал происходящего, пока боль не отрезвила его. Мидория очень четко увидел момент осознания, ведь в следующий момент его противник был в неописуемой ярости. Изуку вовремя увернулся от атаки и сбил парня с ног. Тот рычал подобно дикому зверю и продолжал тянуться к нему, пытаясь схватить. Мидория выкрутил ему руки и защелкнул на нём наручники для подавления причуд. И да, они были честно украдены у детектива Тсукаучи. Тому следовало следить за своими вещами. На этом Мидория не остановился и сразу же начал его обыскивать. Одноразовый мобильник Изуку сразу же конфисковал, предварительно отключив. Та же участь постигла бумажник, где кроме наличных было припрятано несколько странных зашифрованных записок. — Отпусти меня, чёртов сопляк! — злобно огрызнулся задержанный. — Не думаю, что мне стоит это делать, — ответил Мидория. — Мы с тобой прогуляемся до полицейского участка. Собственно, туда они добирались через лабиринт городских переулков. Кажется, этим он сильно удивил своего пленника. Мидория понимал, почему. Темные переулки без видеонаблюдения, запутанная и пугающая территория, где только обыватели подполья себя ощущали. Так откуда же подростку, студенту академии UA так хорошо в них ориентироваться? Особенно неловко стало уже на подходе к участку, когда они случайно наткнулись на одного из помощников Изуку. Этот парень бросил мимолётный взгляд на пленника Мидории и в шутку отдал честь. Восхитительно. И почему эта неделя его жизни должна была собрать все абсурдные события? — Эй, босс, как ты это делаешь? — с усмешкой спросил Такеда. — Я ещё сообщить об этом парне не успел, а ты его уже взял. — Мне по жизни не везёт сталкиваться с разными придурками, — поморщился Мидория. — Всю информацию о нём сбросишь Даби и немедленно вызови его в участок. Думаю, понадобится его специфический талант убеждения. — Понял, босс! — И ещё, Такеда, — Изуку смерил подчинённого строгим взглядом. — Напомни остальным, что я давно жду данные на якудза. Если они не поторопятся, то Даби и к ним зайдет на огонёк. — Немедленно их потороплю! На этом они распрощались, и Мидория наконец добрался до полицейского участка. Встретил его офицер Тамакава и сразу понял, что у полиции будет тяжёлый день. С обречённым мяукающим вздохом он позвал детектива Тсукаучи и велел кому-то свободному организовать побольше кофе во вторую допросную. Мидория крикнул ему вслед, что Санса лучший кот в мире и повел своего пленника в указанном направлении. Вскоре к ним присоединился Тсукаучи и сразу же назвал Мидорию проблемным ребёнком. Изуку не собирался отрицать очевидное. Вместо нерациональных дискуссий он с наслаждением набросился на кофе. Один стаканчик он подвинул к пленнику, на что получил недоуменно вскинутые брови. — Твой был безнадёжно испорчен при задержании, — пожал плечами Мидория. — Вот уж какая щедрость, — фыркнул тот, хотя кофе принял. — Пей молча. — Мидория, кто это вообще и почему ты привёл его сюда в наручниках? — спросил Тсукаучи. — И погоди, это же мои наручники! — Ага, я их позаимствовал некоторое время назад. Кто он такой мы скоро узнаем, когда Даби придет. А здесь он потому что явно замешан в каких-то делах. Во всём подполье поднялась подозрительная шумиха. — Мидория, — застонал Тсукаучи. — Поверь мне, Тсукаучи, я просто так людей не избиваю. К тому же один из моих ребят собирался предупредить меня о нем. — А вот это уже интересно. — Пока ждём Даби, — Изуку передал детективу одноразовый мобильник и бумажник. — Пусть твои парни займутся. Собственно детектив только и успел передать вещи на проверку, как Даби уже явился. Ничего другого Мидория и не ждал, ведь его парень весьма щепетильно относился к его безопасности. И ко всем поручениям, если уж на то пошло. — Если коротко, Изу, ты поймал большую рыбу, — сразу с усмешкой заявил Даби. — Шигараки Томура, двадцать лет. Некто глава Лиги Злодеев, что в ближайшее время планировала громкий дебют. Имеют грандиозный план убить Всемогущего, который в данный момент преподаёт в UA. К нынешнему времени причастен ко многим убийствам. О причуде много не скажу, не специалист. Какая-то форма расщепления. По снимкам сложно сказать. Мидория требовательно протянул руку, и Даби послушно передал ему свой телефон. Изуку бегло просмотрел несколько фотографий и вернул телефон назад. Теперь он с большим интересом посмотрел на Шигараки. — Активируется касанием всех пяти пальцев к объекту, — сказал Изуку. — Работает как на органических, так и неорганических веществах. Расщепление начинается от места соприкосновения и движется наружу. Скорость может варьироваться в зависимости от того, к чему применяется причуда. Судя по тому, как Шигараки-кун сегодня держал свой кофе, то активировать её сознательно он не может. Прикоснулся всеми пальцами — прощай стаканчик. Контролировать запуск он не может. Большего без прямых наблюдений не скажу. — Какого чёрта? — в шоке спросил Шигараки. — Никогда не понимал, как устроен твой мозг, Изу, — вздохнул Даби. — В системе никакой информации по Шигараки нет, — сказал Тсукаучи, оторвавшись от экрана ноутбука. — Разумеется, — усмехнулся Мидория. — Имя фальшивое. Ему только двадцать, а уже по уши в дерьме. Потрясающе. — Не всем повезло в жизни, сопляк, — оскалился на него Шигараки и едва успел уклониться от удара. — Ты понятия не имеешь! — Даби, сядь. А что касается тебя, Шигараки-кун, — Мидория ласково улыбнулся ему, отчего Томура ощутил мороз по коже. — Мне пятнадцать, и я в ещё большем дерьме. — Давайте только не устраивать дебаты, — вмешался Тсукаучи. — Его причуды нет в реестре. Установить настоящую личность будет сложно. Возможно, анализ ДНК… — Пустая трата времени, — перебил его Мидория. — У тебя есть доступ к другим реестрам? — Разумеется. — Записи о рождении. Установи параметры на 2ххх год, исключительно по Мусутафу и ближайшей префектуре. У него нет никаких нюансов в произношении, а значит он родился и прожил здесь всю жизнь. — Результатов множество, Мидория. — А теперь параллельно совмести эти результаты с реестром причуд. Ищи тех, кто не прошел регистрацию до восьми лет, — улыбнулся Мидория. В допросной воцарилась тишина. Шигараки смотрел на Изуку с откровенным страхом, понимая, что вот-вот его настоящая личность будет установлена за каких-то пять минут. Даби самодовольно усмехался. Ещё бы! Ведь это у него настолько впечатляющий парень. Детектив Тсукаучи просто не мог определиться, стоило ли ему удивляться или просто принять как должное. В конце концов Мидория был лучшим полицейским информатором на протяжении нескольких лет. — Есть совпадение, но не одно, — наконец сказал Наомаса. — Тринадцать. — Покажи мне фото. Детектив Тсукаучи повернул к нему ноутбук. Мидория быстро пролистал результаты, после чего остановился на одном. Открыв досье, он вернул ноутбук детективу и с улыбкой повернулся к Шигараки. — Ещё раз приятно познакомиться, Шимура Тенко-кун. Шигараки смотрел в эти спокойные зелёные глаза и чувствовал, что земля ушла у него из-под ног. Их планы были обречены, пока на стороне героев был этот парень. Вряд ли этому Мидории потребуется больше времени, чтобы накрыть Сенсея и Доктора, чем он потратил на него. Погрузившись в эти мысли, Шигараки не понимал, что только играл на руку Изуку. Этот иррациональный страх, который он испытал от небрежной демонстрации возможностей, предоставил Мидории рычаг для давления. И он им воспользовался. Мидория, несмотря на все свои психологические проблемы, отлично умел использовать слабости других против них самих. Возможно, это потому что он на своем опыте знал, как именно ощущал себя травмированный человек. Он подошёл к Шигараки со спины и положил ему руки на плечи, ощутив его дрожь ладонями. Изуку наклонился к нему и с улыбкой сказал: — А теперь, Шимура-кун, почему бы тебе не рассказать нам подробнее о вашей организации и твоём покровителе? Я видел заметку о том, что произошло с твоей семьей. Если тебя нет ни в одной базе данных, значит тебя вырастил кто-то очень влиятельный в подполье. Ну же, Шимура-кун, не заставляй меня делать лишнюю работу. Я из-за этого… Злюсь. Шигараки сглотнул ком в горле. Мне жаль, Сенсей…