Такие вкусные кексы...

      Серо-голубое осеннее небо этим днём особенно приятно пахло. Солнце уже постепенно затягивалось тёмными тучами, но всё так же ярко светило сквозь небольшие щели, создавая невообразимый контраст. Сухими листиками создавая шуршание, Антон шагал под уже давно родным театром, волнуясь, как бы не опоздать на встречу с лучшим другом. На небольшой аллее у стен храма, в котором каждый вечер разворачивалась симфония искусства, его изумрудные глаза бегали по силуэтам прохожих, в нетерпении от ожидания Арсения.       Ждать мужчину каждый вечер в толпе зрителей и актёров стало невероятно привычным. Антон был в восторге от того, что впервые за все свои годы жизни он может прочувствовать самую обычную и счастливую рутину, без скандалов и бесконечного страха, без тревожности, но с танцующими бабочками в животе.       Прохладный ветерок окутывал его, и в это мгновение он чувствовал какую-то особенную радость за то, что в который раз он не боится, ожидая чьего-то возвращения с работы, а наоборот, предвкушён этим. Такая счастливая постоянность, или постоянное счастье... Жаль, правда, Шастун не знал главного правила этой жизни: постоянны лишь перемены. Но незнание этого факта помогало ему радоваться моменту.       Телефон завибрировал, заставляя предвкушение усилиться. Дима написал, что они с Катей уже на месте. Эх, нетерпеливый мальчик, от распирающей радости скурил уже пол пачки «Винстона» на голодный желудок.       Когда далекие шаги стали приближаться, сердце застучало ещё быстрее. Антон медленно повернулся, и встретил Арсения взглядом. В тот момент, когда улыбка расцвела на его губах и свет фонарей под театром осветил их обоих, мужчина заключил младшего в приветственные объятия.       — От тебя сигаретами пахнет, кхе... — с наигранным отвращением прошептал Попов в плечо парню.       — Ой... Ну надо было быстрее идти!       — Стас мне лекцию читал за сегодняшнее опоздание, будто я должен был лифт починить, — раздражённо вспоминал начальника Арс. — Между прочим, это из-за тебя случилось.       — Ну и сколько ещё ты будешь мне это припоминать? — Шастун скорчил обиженную мину и показательно отвернулся, выражая всё своё недовольство.       — Идём уже, не выёбывайся, — мужчина в шутку толкнул парня и взял его за руку.       Антон улыбался так сильно, что казалось, улыбка не умещается на его лице. Страшно довольный тем, что смог заполучить заветное внимание, и теперь идёт за ручку с Арсением по украшенным осенними листьями улицам. Зелёные глазки ярко отражали его прекрасное настроение, а румянец на щеках впервые за долгое время стал таким заметным.       — Арс, мы ведь твои фирменные кексы не успели приготовить... — резко вспомнил парень, и широкая улыбка на его лице сменилась волнением.       — А ты успел их нахвалить Диме? — задумчиво спросил Попов.       — Нет, но...       — Тогда не страшно, — мужчина махнул рукой. — Я ведь обещал, что купим мороженое?       Шастун снова засиял, и подпрыгнув на месте, накинулся на Арсения с очередной порцией крепких объятий. Хотя, это больше было похоже на удушающий захват, но наполненный более позитивными эмоциями.       — Всё, слезь с меня, пока я не передумал! — кряхтел Арсений, жадно пытаясь схватить хоть какой-то глоток воздуха. — Я, как ответственный взрослый, могу запретить тебе есть мороженое в октябре!       — Нет, не можешь! — крикнул Антон, отпуская мужчину. — Идём в супермаркет, я с тебя слез!       Попов тяжело вздохнул, показывая своё утомление ребяческим поведением парня. Но это утомление было абсолютно приятным, заставляло улыбнуться, было в этом какое-то наслаждение радостным моментом, знакомое, родное.       Шагая по продуктовому магазину, Шастун периодически проверял телефон, убеждаясь, что новых пропущенных от Димы нет. — Если мы ещё и на встречу с Позом опоздаем, я окончательно удостоверюсь в своей непунктуальности, — бормотал парень себе под нос.       — Да не переживай ты, он со своей девушкой там вряд ли заскучает, — успокаивал его Арсений. — Ты лучше скажи, какое мороженое брать?       — Мне черничное! А Дима шоколадное любит, вроде, — Антон с восхищением рассматривал разноцветные упаковки, склонившись над морозильником. — Давай вот это!       — Как скажешь, — мужчина вытащил три одинаковые пачки мороженого и одно другое, со вкусом черники. — Только не съешь всё по дороге, прошу тебя...       Антон в ответ на это лишь улыбнулся. Он плохо представлял, как должен показать всю свою неизмеримую благодарность за заботу, которую получает ежедневно, поэтому предпочитал оставаться в образе наглого ребёнка, которому покупают все игрушки, которые попросит. Непривыкший к тому, что его желания исполняют, он мог лишь выражать свою привязанность к человеку, но так и не мог научиться говорить обычное "спасибо".       Именно поэтому, когда Арсений расплачивался за купленное мороженое, он тихонечко вцепился в его рукав и уткнулся носом в плечо, не решаясь сказать что-то, или хотя бы обнять.       — Хороший ты, Арс... — еле слышно прошептал парень, собравшись с мыслями.       У мужчины это вызвало тёплую улыбку, но он изо всех сил постарался её скрыть, пытаясь выглядеть максимально серьёзным. Выходя из супермаркета, Попов всё же проявил слабость и потрепал по волосам Шастуна, который продолжал держаться за его рукав.       — Сам хороший, больше не подлизывайся, — Арсений буквально содрал чужую руку со своего рукава, и вложил в свою ладонь. — Позвони Диме, мы не слишком опаздываем?       Пытаясь взять под контроль расплывающуюся по всему лицу улыбку, Антон набрал другу и приложил телефон к уху, чувствуя, какой он прохладный по сравнению с его горящей от смущения щекой.       — Привет, мы скоро будем, вы нас там ещё не заждались? — произнёс Шастун в трубку. — Нет, ну мы правда уже идём, просто в магазин решили зайти...       — Антош, а какую рубашку мне лучше надеть?! — специально громко крикнул Попов в телефон.       — Блять, Арс! — Антон легонько пнул мужчину в плечо за эту выходку. — Поз, да мы правда подходим!       Арсений залился смехом, наблюдая за попытками парня оправдаться.       — Всё, через пять минут будем, да не кричи ты... — Шастун положил трубку и презрительно уставился на Попова.       — Да ладно тебе, он шуток что ли не понимает? — мужчина округлил глаза, выражая уверенность в своей невиновности.       — Дима меня убьёт за твои шутки, — парень нахмурился, показывая всю свою серьёзность. — Давай быстрее, сейчас направо и мы почти на ме... ай!       Удивительно, как Шастуновская лыжа сорок пятого размера не смогла справиться с малюсеньким камушком, и подвернув ногу, он повалился на асфальт. Арсений же очень вовремя отпустил его ладонь, иначе упал бы на него следом.       — Блять, не надо было так торопиться, я даже поймать тебя не успел... — мужчина присел рядом на корточки. — Не ушибся?       Антон, поражённый своим неожиданным полётом, даже не успел понять, как оказался на земле. Но его быстро привела в чувство резкая боль в коленках, а на джинсах начало проявляться бурое пятно.       — Блин... — парень закатил штанину, и принялся осматривать полученное ранение. — Симпатичное месиво...       Кожа полностью содралась с коленей, а по ногам текли алые ручейки. Если бы не джинсы, сложно было бы представить, сколько грязи могло оказаться в образовавшихся ранах, которые выглядели так, словно кожу несколько раз пропустили через мясорубку.       — Твою ж мать... — красочно оценил положение Арсений. — Позвони Диме, может у него пластырь найдётся?       Шастун быстро набрал Позу, и тот мгновенно ответил.       — А ну, дай мне трубку, — протянул руку Попов. — Ало, у вас пластыря нет? Мы вот подходили, и это чудо решило удивить меня своим феерическим падением на асфальт.       — Бля, и джинсы ещё угробил... — тихо бормотал себе под нос Антон, разглядывая дырку на штанине.       — Ага, понял, супер, — мужчина положил трубку, и вернул телефон. — Что ты, за штаны переживаешь?       — Ну они у меня единственные вообще-то... А, так вот в чём дело, — сделал вывод парень, нащупывая рукой осколки, на которые повалился.       — Ничего, новые тебе купим. У Кати пластырь есть, сможешь дойти?       — Наверное... — и схватившись за ладонь мужчины, он предпринял попытку подняться на ноги, всё ещё кривясь от боли.       — Ой, горе ты моё... — резким движением Арсений подхватил Антона на руки, и понёс в нужном направлении. — И чего ты лёгкий такой, не кормят?       — Поставь меня на место, сука!       — И не вздумаю, а то кряхтеть будешь. Давай, говори, куда нам?       — А... Ну вот туда вроде, Дима сказал что они возле фонтана сидят... — тихо ответил парень, чувствуя, как его щёки наливаются румянцем.       — Возле того? Вон там не они сидят?       — Вроде они. Только поставь меня, пожалуйста...       — Неа. Сейчас будем проводить операцию! — сказал Попов, слегка подбрасывая младшего в воздух, заставляя его испугаться.       Шастун отвернул голову, то ли от стыда перед лучшим другом, то ли от желания снова поулыбаться мужчине в плечо.       — Эй, вы, готовьте операционный стол! — выкрикнул Арсений, подходя к ребятам.       Они тут же отреагировали и освободили лавочку, помогая уложить на неё Антона.       — Здарова, Поз, — парень попытался протянуть руку другу, но Попов тут же толкнул его обратно на скамейку.       — Так, больной, не рыпайся! Очень приятно, Арсений, — мужчина поздоровался сначала с Димой, а затем с его девушкой.       — Взаимно, я Дима, ну, думаю, Антон рассказывал, — улыбнулся Позов. — Привет, Шаст, рад тебя видеть, хоть и в таком состоянии. А это Катя.       Дима повернулся, указывая на симпатичную девушку. Она мило улыбнулась, и ненадолго задержала взгляд на Антоне, после чего сердце парня резко упало в пятки. Катенька...