Дополнительный урок

      Влад проснулся первым из всех. На утро он обнаружил у себя две неприятные вещи: утренний стояк и похмелье. Каким-то чудесным образом он оказался с краю кровати, хотя обычно спал у стенки. Они за ночь как-то перекосоёбились настолько, что Костина нога была на Владином бедре. Влад со всей возможной осторожностью выкарабкался наружу, хотя этого от него и не требовалось. Костю и так не разбудить. Он обошел всех спящих и сразу проскользнул в ванную, чтобы не дай бог его никто не увидел. Влад посмотрел в зеркало. Выглядел он, можно сказать, не так уж и страшно. Волосы растрепанные, глаза опухшие, а лицо оттекшее. Он перестал на себя смотреть, скорее умываясь прохладной водой. Эту же воду он попил. Кадык поднимался с каждым новым глотком. Голова всё ещё болела, но стало уже лучше.       Влад разделся, скидывая грязную одежду, залез в ванную, включая тёплую воду. Кажется, он замёрз, или это умывание холодной водой на него так подействовало. Он лёг, и тут же нарисовалась его проблема. Единственным верным решением было подрочить. Коноплёв, недолго думая, лег на дно ванной, осторожно касаясь себя. Он тихо простонал, рвано задевая влажную головку. По организму приятно разлилось возбуждение. Воображение начало рисовать картинки, от которых Владу хотелось удушиться. Костя, так правильно водящий рукой по его члену. Он рвано задевает уздечку. В пару толчков он доводит себя до оргазма, сразу же смывая сперму холодной водой. Стало только вдвойне стыдно. Но если об этом никто не узнает, может быть и не так страшно.

***

      Влад расхаживал по комнате Дани, выдыхая белый дым с каким-то приторно-ягодным запахом, кажется, это была клубника. Последняя неделя выдалась тяжёлой, в особенности со всеми мыслями, хотя должна была быть спокойной, весёлой и расслабленной. Катя с абсолютно нечитаемыми выражением лица что-то печатала на ноутбуке, иногда обдумывая что-то пару секунд, и продолжая стучать по кнопкам. Звук был приятный. Успокаивающем.       — Ой, бля, мамин кальянщик, — сказал Вахрушев, заходя в комнату с парой бутылок газировки.       Влад снова выдохнул клуб дыма, заполняя все вокруг искусственным запахом. По итогу он обреченно упал на чужую кровать.       — Я хочу трахнуть нашего учителя математики, — по итогу сказал он, закрывая руками лицо. Стыдно, господи, как же стыдно.       — А новая информация будет? — спросила Катя, немного отклоняясь на чужом кресле.       — Влад, ты бы поменьше курил, а то…ну знаешь, в голове проходят нейронные соединения разные, какие-то из них следят за тем, чтобы ты мог нормально думать.       — Ну ребят, я же серьезно, — ответил Влад, убирая руки с лица и смотря на парочку придурков. — Что мне делать?       — Трахнуть своего учителя математики, — спокойно ответил Даня, на что в него полетела подушка.       — Нет, ну если так это ставить, то, ну, наверное узнать — взаимно это или нет, — рассудительно подкинула мысль девушка.       — Тюх, ты, конечно, гений, но я тебе это как проверну. Это ж приключение в один конец. Все и так ясно — нет. Это же Костя! — объяснил Влад.       — Да ладно тебе, ну родной, — соболезнующее сказала девушка, — нормально все будет. Это же Костя… Он тебя по любому примет.       — Ну или мы вас сведём, — хмыкнул Даня, падая на свою кровать рядом с Владом.       — Ты у нас самый красивый, любой Костя будет твоим! — воскликнула девушка.       — Вы лучшие, — тепло улыбнулся Влад.

***

      После недели каникул возращение в школу казалось чем-то страшно неприятным. Если бы не Костя, то Влад бы и вовсе прогулял. Понимая, что следующим уроком ненавистная литература Влад и Даня всё-таки решили не идти, а заглянуть в любимую раздевалку. Прогуливать там уроки было хотя-бы интересно. В углу стояла камера, но все ученики и учителя знали, что она не настоящая. Там было окно, которое выходило куда-то во внутренний двор, где обычно никого не было. В это окно обычно курили, но Влад от этого прекрасного занятия сегодня отказался. Он вообще от всего всегда отказывался, кроме воды. Ему стало как-то заново больно, навились воспоминания про прошлый год, про лето, про знакомство. Рядом с Костей до сих пор горели глаза. Влад забывал есть, что, бывало, часто, забил на все уроки кроме злополучной математики, много прогуливал и немного решал вариантов ЕГЭ. Готовился он ещё класса с десятого, так что в принципе в себе был уверен. Историю и литературу он сдаст, к русскому ещё готовится. Он бы давно забил на все экзамены, но не позволяла совесть, которая давно говорила Костиным голосом. Костя же давно понял, что с Владом что-то не так. Он ходил плохо выспавшимся и худым, но каким-то образом сохранял свою энергию. Костя что-то не понимал, сначала просил есть, но потом понял, что это бессмысленно, так что аккуратно подставлял ему еду, наливал чай. В конце концов пригласил Влада к себе, поужинать и посмотреть что-то. Для них это казалось уже традицией. Владу было приятно, что о нём заботятся, но есть от этого больше не стал.       Прогуливать уроки в раздевалке было уже базой, так что Влад заново пошёл рассказывать Дане о том, какая же преподавательница общества тупая. Даня это слушал, потому что знал, что на обществе не отмечают, поэтому особо там не появлялся. Лежа на скамейке, они рассуждали о жизни.       — Ты что делать-то планируешь? — спросил Даня.       — Не знаю, — выдохнул Влад. Курить всё-таки захотелось, но резко открылось дверь.       Парни резко сели, смотря на завуча, которая недовольно глядела на них.       — Так, Коноплёв ты-то мне и нужен, Вахрушев на урок, — кивнула в сторону двери женщина.       Даня моментально встал, хлопая в приободряющем жесте Влада по плечу, и выскочил за дверь. Влад послушно пошёл за завучем в кабинет директора. Они шли молча, но перед самой дверью женщина остановилась, уходя в учительскую. Владу было делать нечего, так что он зашёл в кабинет. Женщина сидела в своем кресле и зыркнула на него своими крысиными глазами. Директрису не любил в этой школе никто, она была противно злая, и дети у неё такие же были.       — Ну прогулял я пару уроков, ну зачем сразу на ковер-то? — сразу спросил Влад.       — Я не за этим. Сядь, — сказал женщина. — Я про Константина Андреевича.       — А, — опешил Влад. Он в раз потерял всю свою уверенность. — А что с ним?       — У вас с ним что-то есть? — спросила женщина.       — Нет, — моментально ответил Влад. Только вот проблем ему сейчас не хватало.       — Почему тогда в 11а про вас слухи только так и ходят, — подняла свои тонкие брови директриса.       — А я знаю что-ли, почему 11а у вас не может без слухов прожить? Я, кстати, учусь в 11б, и вот моим одноклассникам абсолютно похер, — ответил Влад.       — За языком следи, — ругнулась женщина, — Влад, ты же парень не глупый и не маленький. Знаешь ведь как это происходит. Сегодня фотки и слухи, а завтра мы твоего Костю на восемь лет посадим, а тебя отчислим, и иди, ищи школу на последние полгода. Тебе же всё это не надо…       — Слушайте, у вас сын пишет малолеткам, разводит их на голые фотки и распространяет. Они есть даже у меня.       — Это просто слухи, — ругнулась женщина.       — И это тоже просто слухи, так что давайте вы мне не угрожаете, а я вам, — в конце сказал Влад, — до свидания.       Женщина замолчала и откинулась назад на своём стуле. Влад вышел из кабинета, с одним желанием — вскрыться. Ему резко стало отвратительно и зло. Как же он, сука, устал. Последним уроком стояла злополучная алгебра и Влад принял стратегически важное решение — уйти домой. Он спустился вниз, посмотрев на охранника. Тот всегда решал кроссворды и проскочить мимо него было не так уж и трудно. Он вышел из школы и голову сразу обдул холодный ветер. На улице начал появляться легкий мороз, на земле лежал первый ноябрьский снег. Небо опять затянуло темной пеленой. Питер, он всегда Питер. Погода как будто сговорилась со всеми его проблемами и решила его добить. Кожанка, накинутая сверху, даже толком не надетая, не грела ни капли. Он почти побежал домой. Идти надо было минут пятнадцать, но по дворам, с горящими глазами, из которых вот-вот покатятся слезы. Но он держался, зачем не понятно. Он просто не хотел реветь на улице. Он не знал, чего хочет. Не хотелось домой, но больше некуда. Влад хотел к нему. Только к одному определенному человеку. Но он не мог. Он больше вообще ничего не мог.       Он зашёл в дом, скидывая все вещи на пол. Телефон остался там же, ключи он скинул на стол, набирая воду и выпивая залпом. Найдя у себя в шкафу худи, он натянул капюшон и сел куда-то в угол кухни, сначала перерыв все таблетки в тумбочке. Успокоительные закончились, антидепрессанты не покупал уже четыре месяца. Потому что рядом Костя был. Костя его успокоительное, его антидепрессант. Влад громко хлопнул дверцей шкафа. Горячие слезы покатили вниз по щекам, прожигая и без того горячее лицо. Сколько он уже не ревел? Три с половиной месяца, кажется. Голова раскалывалась, хотелось закинутся всеми таблетками, что в принципе были. Это всегда помогало. Он вспомнил про дорожки. Неужели он правда все выкинул? Может хоть что-то осталось… Хоть что-то должно было остаться. Влад поймал себя на мыслях, которые всячески старался выкинуть из своей головы. Он укутался так, как только мог, дыша через ткань, рвано и тихо. Мысли роились, он казался невероятно маленьким и ненужным. Экзамены, учителя, ебанная влюбленность, угрозы, ругань, экзамены, стресс, еще экзамены. Все било с разных сторон, уничтожало изнутри. «Я не сдам», «я останусь один», «я никому не нужен» — твердил он сам себе. «Надо готовится, а не чужую жизнь портить!».       Влад не знает сколько времени прошло, когда он успокоившийся чуть не уснул на стуле, поджав под себя ноги. Он встал, разминая конечности. Часы показывали пять часов, а небо уже потихоньку начинало темнеть. Он выпил ещё один стакан воды, подошёл к крану и на всякий случай умылся. Жизнь стала как будто чуть лучше. Он вернулся к рюкзаку и достал телефон из внутреннего кармана. Там было несколько оповещений из инсты, и пара сообщений из телеграмма. Сначала от Дани, спрашивал, где он, потом от мамы, просила самому себе найти ужин, будет поздно. И последнее — от Кости. Влад лишь сглотнул, открывая чат. Ко©тя: Влад, все хорошо? Придёшь на урок? Даня сказал, ты с директрисой говорил, что-то случилось? Ты хорошо себя чувствуешь? Ты сейчас где? Ответь пожалуйста, когда сможешь

Конопля:

Привет, прости что ушел. Со мной всё хорошо, я дома

      Влад устало потер глаза, Костя моментально прочитал, печатая ответ: Выйдешь на пять минут? Влад глянул в окно, на парковке около дома стояла Костина машина. Недолго думая, он схватил базовый набор: кошелёк, ключи, телефон, наушники. Все распределил по карманам брюк и пошёл вниз, предварительно закрыв дверь квартиры. Лифт было ждать долго, а он так ничего и не ответил, так что решил идти по лестнице. Влад побежал вниз, как будто Костя мог уехать. И Костя бы мог уехать, если бы это был не Костя. Костя не уедет.       Тяжелая дверь из подъезда распахнулась и на улицу вышел Влад, маленький, как птенчик, по сравнению с огромным худи, которое так и не снял. Он не додумался надеть ничего сверху. Костя сидел в машине, но как только увидел Влада сразу же вышел на улицу.       — Ты тут все это время стоял? — спросил Влад.              — Йоу, Влад, ты плакал? — подошел ближе Плотников, смотря в опухшие глаза.       — Настолько заметно? — улыбнулся Коноплев.       — Владь, — от ласкового обращения захотелось всё больше прижать к себе, — рассказывай, что случилось. Ты не ешь нормально, не спишь, на уроки не ходишь. Ты похож на бездомного воробья сейчас в разы больше, чем обычно.       «Ты случился!» — кричал внутри себя Влад.       — Я устал просто, очень-очень устал, — все-таки сказал Влад, — прости, не загружайся.       — Чё тебе эта мымра сказала? — серьезно спросил Костя, укладывая свои руки на чужие плечи.       — Ничего, — отрезал Влад. — Даня сказал?       — Да, — ответил мужчина, — сказал, что она тебя вызвала и больше тебя никто не видел. Бля, как-то странно звучит, — посмеялся Костя. — Влад, отдохни, ну пожалуйста, тебе нужен отдых…       Влад поддался вперед, оказываясь в кольце Костиных рук. Он прильнул к большой, теплой груди. Сам Костя, хоть на улице и было около пяти градусов, стоит в футболке и пиджаке. По организму снова растеклось тепло, стало хорошо, так уютно и мягко. Носом Влад уткнулся куда-то в чужую ключицу.              — Можно бездомный воробьёнок у тебя сегодня переночует? — спросил Влад, поворачивая нос от чужой груди, прикасаясь теплой щекой.       — А родители? — уточнил Костя, мягко поглаживая по волосам.       — Разберусь, — сказал Влад, тихо всхлипывая, — не хочу один оставаться.       — Поехали, — согласился Костя, отдаляясь от парня.       Влад быстро забежал домой, в этот раз воспользовавшись лифтом. Накидал в рюкзак одежду, зубную щетку и некоторые учебники. В машине Кости было тепло, комфортно. В ней можно было расслабится и растечься по сидению. Сначала ехали в тишине, которая никого не смущала, но потом телефон Влада начал подавать признаки жизни.       — Але, мам, да. Я сегодня у друга переночую. Закажем что-нибудь. Ага. Хорошо. Ладно. Деньги есть. Спасибо, пока, люблю тебя, — отключился Влад.       — Значит не поел всё-таки, — сказал Костя.       — Нет, — стыдливо опустил голову Влад.       — С тебя ужин, — подмигнул Костя.       — Забились, — согласился Влад.