Летнее утро, летняя ночь

      — Хм... вот эти, — недолго думая, Жан указывает пальцем на ведро с пышными пионами. — И перевяжите лентой.              — Они ж трындец какие дорогие, Жан, — тихо прошептал Эрен и пихнул парня в бок, пока хозяйка цветочной лавки собирала праздничный букет.              — Знаю, что дорогие, умник! Поэтому и беру.              — Так ведь вся заначка уйдёт, буржуй ты грёбаный!              — Ты, блин, предлагаешь одуванчиков нарвать?              — С Вас двенадцать динаров, — улыбнулась женщина, отчего кадеты тут же перестали спорить и принялись вытряхивать из карманов все свои сбережения.              Расплатившись за букет, Жан и Эрен неторопливо плелись по широкой улице, иногда перекидываясь короткими, ничего не значащими фразами. Сердце у Эрена отбивало барабанную дробь, голова гудела от роя бессвязных мыслей, а лицо пылало, точно раскалённое железо, отчего парню приходилось останавливаться у каждого питьевого фонтанчика, чтобы немного освежиться и утолить жажду.              — Эрен, твоя взвинченность, пиздец, как сильно напрягает, — раздражённо процедил Жан, уже в сотый раз пожалев о том, что согласился взять Эрена с собой. — Какого хрена с тобой происходит?              — Да как-то, знаешь ли, не по себе от того, что скоро встречусь с твоей мамой, — смущённо брякнул Эрен, чувствуя, как с каждым шагом теряет уверенность в том, что это вообще было хорошей идеей — поздравлять маму Жана с Днём матери.              — Ну так нахуя напросился?              — Ну... — Эрен запнулся, не зная, что ответить.              Шадис дал им увольнительные, чтобы они отдохнули и весело провели время. Многие из их товарищей давно потеряли своих родителей, поэтому отправились в город, чтобы прогуляться и отдохнуть от армейской рутины. Эрен тоже собирался отправиться в город вместе с Микасой и Армином, но в последний момент передумал. Наверное, потому, что не смог бы отвлечься от тоскливых мыслей в компании друзей. А вот в компании Жана...              — Просто хотел провести время с тобой, — брякнул Эрен первое, что пришло на ум, и уверенно взял Жана за руку.              — Ну так проводи, — смущённо кашлянул Жан, сплетая с Эреном пальцы.              — А ещё... — Эрен вдруг резко остановился, отчего Жан недоумённо уставился на него. — Я пиздецки очкую смотреть в глаза женщине, с сыном которого ебусь после каждого отбоя!              — А ещё громче можешь проорать?! Чтобы за стенами было слышно, дебила ты кусок! — вспыхнул Жан, становясь таким же пунцовым, как цветы в его руках.              — Не могу перестать думать об этом. Я ж сдохну, если твоя мама узнает о том, что мы...              — Если перестанешь паниковать и будешь вести себя естественно, то не узнает! — рявкнул Жан и, схватив Эрена за рубашку, повторил по слогам. — Просто заткнись, успокойся и положись на меня. И старайся поменьше открывать рот, если не уверен, что сможешь выдать что-то вразумительное.              — Да понял я, понял, — нахмурился Эрен, решив всё-таки не испытывать судьбу, а просто помалкивать. Помалкивать, улыбаться и надеяться, что не облажается по полной программе.              Спустя полчаса пешей ходьбы парни остановились перед дверью двухэтажного дома. Не сказать, что дом был чем-то лучше или хуже того, в котором когда-то жил Эрен, однако при виде него у парня перехватило дыхание, а по спине пробежался табун колючих мурашек. Воспоминания о собственной маме, её глазах, голосе, тёплых руках и нежных объятиях тут же захлестнули Эрена с головой, заставив его вновь ощутить это чувство: ужасное, постылое, выворачивающее всё его существо наизнанку. Горечь утраты.              — Одну минутку, уже бегу! — послышались за дверью женский голос и, вторящие ему, торопливые шаги.              Эрен стиснул зубы и тряхнул головой, прогоняя морок. Нет, только не сейчас. Он не может предстать перед Жаном и его мамой с заплывшими от слёз глазами.              — Жан! — радостно воскликнула женщина и бросилась в объятия сына.              — Привет, мам, рад видеть тебя, — заулыбался Жан, сдержанно приобняв мать за плечи, после чего шагнул в сторону, чтобы представить ей Эрена. — Знакомься, это Эрен и он...              Жан замер, не успев договорить. Сердце в груди гулко стукнуло, пролетело на огромной скорости вниз и разбилось вдребезги. Держа в руках букет пионов Эрен не сводил радостного взгляда с миссис Кирштайн, пока по его щекам градом катились слёзы.              — С днём матери, миссис Кирштайн, — вибрирующим голосом выдавил Эрен, прежде, чем шагнуть в распростёртые объятия женщины.