Поводок

В суровой тьме этой клетки казалось, минуты превращались в часы. Жажда и голод давали о себе знать мучительной болью желудке и отвратительной сухостью во рту и горле. Мерзкий холод скользил по коже, вызывая легкую дрожь, кажется, на какое-то время я отключилась, но это не принесло ни малейшего облегчения, лишь приступ головной боли.Спустя вечность я услышала неспешные шаги, показался уже знакомый силуэт. — Хорошо подумала над своим поведением? — Ран насмешливо смотрел на меня сверху вниз. Я не отвечала, надежда вернуться домой почти погасла, воля ослабевала. Раздался скрип ржавого металла. Я медленно подняла голову, не веря своим глазам. — Выходи, планы поменялись.

***

Первый час после освобождения был в тумане. Меня привели в порядок: накормили, отмыли, похимичили с причёской и макияжем. Единственное, что я смогла сделать- аккуратно вынуть ампулу из бра. На часах была почти полночь, все то время, что я пробыла в комнате одна, сидя на кровати, я не спускала глаз с пузырька, сжатаго в кулаке, пытаясь понять, что может мне сулить такая находка. Вдруг это пустышка? Но лучше так. Внезапно повернулась ручка двери и щёлкнул замок. Я успела спрятать пузырёк под подушку, сделав вид, что просто отползла назад в испуге. — Можешь поесть с нами внизу — голос звучал необычно мягко. — Я не голодна, Господин Риндо, спасибо. Уставший взгляд сменился раздражённым. — Ты еще не поняла, тебе не делают предложений, тебе приказывают. Делать было нечего, оставалось только подчиниться. Надев то, что было мне предложено: чокер с шипами и облегающее черное платье-мини, босиком я спустилась вниз.Холод мрамора обжигал ступни, ужинали они на первом этаже, как в пошлых книжках про аристократов. Рядом со столом стоял поднос на ножках. — А вот и наша гостья. Сильно проголодалась? -Да, Господин. — Старший Хайтани даже не взглянул на меня. Но осмотревшись, я заметила, что стульев было два. Неприятная догадка отозвалась очередным ударом по самоуважению.Не дожидаясь приказов, я села в позу сейдза*, что было крайне болезненно на жёстком холодном полу. Вскоре вынесли блюда. Сначала подали Хайтани. Я смиренно ждала своей очереди, дожидаясь столовых приборов и еды, но все продолжали делать вид, что меня не существует, братья закончили трапезу, слуги унесли посуду. — Господин Ран… — Я решила обратиться к старшему. Он лениво опустил взгляд, в котором сквозило презрение, отодвигаясь от стола. — Проси. Очередное унижение, казалось, им просто не будет конца и края. Я на четвереньках подошла ближе, остановившись перед ним, положила подбородок ему на колено, посмотрев ему в глаза, потерлась щекой об его ледяную ладонь. — Прошу, пожалуйста… — краем глаза я заметила Риндо, который медленно встал из-за стола. — Может, ты сможешь нас убедить дать тебе новый статус. — Раздался хриплый голос над самым ухом — Больше никаких ошейников, только если сама попросишь. — Его пальцы скользнули вдоль позвоночника, поднявшись снова вверх и дёрнув за молнию. *Сейдза — традиционная поза в Японии для сидения на полу (на пятках)