Мысли материальны или как я попала в визуальную новеллу.

                  Руки Бяши легли мне на талию и уже хотели отстранить меня и разорвать короткий поцелуй, но я не позволила так этому закончится и напористо углубила поцелуй, язычком обводя мягкие губы брюнета, что вызвало у него легкое мычание. Теперь его цепкие ладони уже не пытались оттолкнуть, а просто лежали и даже слегка сжимали мою кожу на боках длинными пальцами. Мы целовались долго, пока не закончился кислород в лёгких и мы не начали задыхаться, в последний момент отпрянув, моя голова упала на плечо Игоря. Я тяжело задышала, приводя в хоть немного адекватное состояние пьяный рассудок. Грудная клетка парня так же, как и моя, бешено вздымалась и хватала кислород, а руки ослабли и проскользили по спине. Бяша молчал и облизывал губы. Мне тоже нечего было сказать. Да и нужно ли это сейчас? – Нет, это всё неправильно, Софь.. Так нельзя. Ты просто пьяна, – бормотал хрипло Игорь и потирал переносицу, пока я спокойно разглядывала его острую линию челюсти и острый выпирающий кадык. В его голове сейчас точно происходил настоящий штурм и он бормотал фразы одну за другой, словно даже не мне, а самому себе, – Рома.. Он же всё ещё мой кореш, что будет когда он узнает? Надо заканчивать, а лучше забыть.       Меня начинало напрягать бормотание хулигана и я недовольно фыркнула, лениво поднялась и села сверх на Бяшу, его взгляд снова стал озадаченным, даже немного жалобным, умоляющим не продолжать. Только вот тело его выдавало, кадык подергивался, а вены на руках пульсировали. Я внимательно разглядывала парня снизу и провела пальчиком по его челюсти, уводя после на кадык. – Бояться нужно, когда ты стоишь рядом с границей дозволенного и у тебя ещё есть возможность остановится, – монотонно начала я, вытягиваясь и расправляя спину. Зубами я стянула со своего запястья резинку и начала собирать в хвостик растрепанные волосы, – А когда ты уже её перешагнул, да ещё и пару увесистых шагов сделал, то бояться уже поздно, – пальцы быстро затянули тугой узел на затылке, теперь мой вид был чуть опрятнее, казалось на секунду даже появился рассудок. Я вздохнула и властно посмотрела на Игоря, в глазах которого уже блеснул огонёк и тень сомнения в своих словах, – Я прошла этот этап ещё тогда, когда ты впервые пошел меня провожать. Вот тогда мне было стыдно, страшно, я думала что делать дальше, а сейчас.. Всё равно? Да, именно так. Почему Роме можно делать больно мне, а мне в ответ нельзя?       Наклонившись к губам Бяши, я горячо выдохнула в них и усмехнулась. Язык прошелся по собственным губам, облизываясь. Я дразнила друга, которого вслух уже язык не повернется назвать таковым. Хотела так заставить взять инициативу на себя, желание посмотреть на Бяшу в таком его виде перекрывало мне любые нормы морали и дозволенности. Его руки с опаской лекли мне на бедра, он всё ещё в этот момент боролся внутри сам с собой, на его пальцы уже начали оглаживать мои ноги и слегка забираться под юбку. Улыбка натянулась по самые уши, как у чеширского кота, пока пальчиками я аккуратно водила по шее юноши и слегка царапала ноготками. Одна из рук парня скользнула мне на поясницу и прижала к себе. Я почувствовала, прижавшись ближе, какое у сорванца крепкое тело. Бяша был худощавее, чем Рома, мышечная масса у него точно была не так ярко выражена, как у спортсмена, но именно от этого его тело и было тверже. Касания Игоря были совсем не такие, как у Ромы. Пятифан трогал меня резко, грубо, быстро, даже когда старался брать нежный темп, в каждом действии была резкость и дикое желание. Его руки можно сравнить с лапами зверя. Приятно, но вот когти всегда в кожу впиваются, даже когда он этого не хочет. У брюнета же руки были плавные, а хватка была крепче, чем у Ромы. Он брал не резкостью, а более сильным сжатием моей талии между пальцами. Его руки были как змеи. Обвивали медленно, сжимали сильно, точно не выберешься пока он этого не захочет. Его пальцы прошлись по ложбинке вдоль спины и во второй раз надавили на поясницу, на этот раз у самого копчика, из-за чего я слегка приподняла и оттопырила ягодицы. Ладонь скользила дальше и перешла на живот, поднимаясь вверх, он обогнул грудь и добрался до шеи, обхватывая её почти полностью и прижав пальцы к тыльной стороне, около затылка, Бяша заставил меня нагнуться. Ещё одно новое лицо за сегодняшний день. Бяша смотрел на меня по-особенному, так властно, что мурашки по телу шли, что конечно же ощутил парень своей рукой, которая лежала на бедре. Юноша издал тихий смешок и примкнул к моим губам. Мы целовались долго, оба кусали друг друга и обводили языком каждый сантиметр рта. Его язык был такой же юркий, как и мой, что сводило нас в общий быстрый танец. Мои руки сжимали шею Бяши, а его руки – мою талию. Иногда ладони парня опускались на мои ягодицы и он шумно, как паровая машина, вдыхал полной грудью и рвано выдыхал, пока пальцы сжимали полушария и приподнимали, прижимая ближе к своему паху. Я чувствовала, как ещё немного и я не сдержусь, ноги подрагивали. Бяша смог довести меня до такого состояния одними касаниями через одежду и поцелуями. Передо мной возникла следующая черта, переступив которую уже точно пути назад не будет. – Игорь, подожди.. Надо остановиться, – прошептала через сбившееся дыхание я, пока нос сорванца скользил по шее до ключиц. – Ты же сама говорила, что уже поздно думать о том, останавливаться или нет, – Бяша поднялся обратно к уровню моего лица и заглянул в глаза, – Раздразнила меня до невозвратной точки, а теперь думаешь, я тебя так просто отпущу?       В эту же секунду парень повалил меня на диван. Из-за его маленьких размеров полностью лечь не получалось, тело помещалось только до колен, но это не помешало Бяше нависнуть сверху и прижать меня к поролону. Его рука проскользнула по внутренней части бедра и мои ноги предательски задрожали. Я отвернула голову в сторону, вбирая больше воздуха и тихо постанывая жалобно, извиваясь под Бяшей как жертва у питона. – Так вы с ним.. Не дошли до этого, – предположил Игорь, наблюдая, как подрагивают мои ноги, аа после серьезно заглянул в глаза, – Ты девственница?       Ответ не потребовался, он всё по глазам увидел. Тут и у Бяши перед глазами грань возникла. Переступать её он тоже не захотел, на этом мы сошлись. Он аккуратно приподнял меня и перевернул на бок и сам лег сзади, крепко обнимая и утыкаясь носом в район шеи. – Приди немного в себя, успокойся, а потом я тебя провожу, – подытожил Бяша тихим тоном и оставил краткий, последний поцелуй на моей шее.       Силы покидали моё тело, я снова натворила дел и быстрее хочу перелистнуть жизнь к следующему утру, чтобы придти к здравому рассудку и наконец понять, что я натворила.

***

Шли дни, я не выходила из дома, благо выходные позволяли. Не было желания даже гулять с Катей. В голове всё перепуталось как клубок, даже хуже. Как проводные наушники, которые долго лежали в кармане. Мне потребовалось очень много времени чтобы все осмыслить и подумать, что делать дальше. Прощать Рому я точно не хотела, слишком сильно он меня задел. Вскоре уроки закончились, оставались лишь усердные консультации и экзамены. Везде, где я могла встретить Рому, я его игнорировала. Сокращала встречи до минимума. Вернулись наши прогулки, теперь мы гуляли все вместе, но без Ромы, уже не в первой такой опыт. Бяша решил сделать вид, что ничего этого не было, а я была только за. Внутри что-то сжималось, остатки совести по отношению к Бяше. Нет, не так, это была жалость. Заслуживает ли он такого отношения? Наверное, нет. Хоть я и понимала, что долго так продолжаться точно не может, рано или поздно придется встать лицом к лицу с проблемой и разобраться. И вот, этот день настал достаточно быстро. Последний экзамен прошел, мы получили аттестат и на выходе из школы перед моим лицом возникает букет цветов, который неловко мне протягивает Рома. Я посмотрела на парня озадаченным взглядом. Сейчас он казался мне совсем чужим человеком. – Думаешь, цветами и месяцем молчания можно так просто помириться? – спокойно спросила я. Все эмоции я давно уже прожила ещё в первые дни, ревя в подушку, – Думаешь, я уже забыла, как ты хотел меня ударить?       Нас прервал один из одноклассников, который предложил всему классу собраться прямо сегодня встречать рассвет в лесу и зажечь большой костер. Единогласно было принято решение собраться к восьми вечера на опушке и взять какой0нибудь еды, каждому по-немногу, остальные вещи такие как термос, пледики, кастрюли, тарелочки и вилки были равномерно распределены по всем, кто согласился пойти. На удивление, Лилия Павловна отпустила на сей раз Катю и я была безумно рада увидеть её в рядах тех, кто тоже пришел. Так мне будет спокойнее пережить эту ночь рядом с Ромой и Бяшей за одним костром. Как и ожидалось, это было максимально неловко. Рома сел рядом со мной и мы молча наблюдали за языками горячего пламени, от которого я иногда отворачивалась, потому что слишком сильно пекло и нагревало лицо. Я ловила на себе серьезный взгляд Бяши. Хорошо, что нас собралось много и на фоне других одноклассников не ощущалось этой напряженной атмосферы. Катя и Семён сидел напротив меня и я видела, как им было хорошо. Они укрывались пледом и нежились под теплом костра. Когда-то и мы были такими с Ромой. Вспоминая прошедшие полгода я понимала, насколько же сильно я витала в заблуждении и добровольно надевала на себя розовые очки. Сейчас я уже не смогу смотреть на Пятифана так, как раньше, даже если мы помиримся. Это будет невозможно. – Софь, можно тебя на минутку, – послышалось из-за спины. Игорь стоял наклонившись ко мне и подзывал к деревьям. Туда, куда не достаёт свет костра и где нас не будет слышно. – Что такое, Бяш? – полутоном спросила я. Бяша выглядел серьезным и оперся плечом на одно из деревьев, он отпил с пластиковой бутылки самогона и поморщился, а затем взглянул на сидящих возле костра Рому, Катю и Семёна. – Помиришься с ним? – голос парня звучал хмуро, отречённо. – Не знаю, – на тяжелом выдохе сказал я и потупила взгляд в землю, – вообще не знаю ничего.. – Не правильно это всё. Помиритесь или нет – однохуйственно. В любом случае ситуация дерьмо, – Игорь взглянул на меня, – Он был и до сих пор остаётся моим корешем, хоть и поступил плохо. Я не позволю вам ни продолжать отношения, ни замять это, – парень сделал шаг вперед и залпом допил содержимое бутылки, – у меня тоже ведь чувства есть, я тоже человек.       Последние фразы Бяша сказал настолько тихо, что я не расслышала и переспросила, но было уже поздно, он ушел и сел на своё место. Слова брюнета ввели меня в смятении, я не понимала, как трактовать их посыл. Что он имеет ввиду? Каким образом он не позволит? На вопросы я не видела ответа даже в его взгляде, который теперь при столкновении хулиган сразу уводил. Меня накрыла тоска, неопределённость и смятение, захотелось снова шлейфануть это паршивое состояние алкоголем в больших количествах, но спасет ли он меня? Я мрачно посмотрела на свою бутылку, в которой оставалось ещё больше половины самогона. Под возмущенный гул нескольких одноклассников, а вылила его в костер, отчего тот вспыхнул на пару метров. – Вам какая разница, если это бутылка полностью мне доставалась? Выпила я её или вылила, вам ни хуже ни лучше, – отчеканила я и н секунду повисла тишина, но длилось это не долго. Сняв фильм с паузы, все вновь заговорили о своём. Я чувствовала на себе взгляд Ромы, но смотреть на него не хотелось.       Я не чувствовала ничего. Абсолютно. Шагая домой в полном одиночестве, которое сейчас меня даже не пугало, наоборот расслабляло, хотелось остаться в нём навсегда. Спрятаться от всех и просто исчезнуть. Меня догнал Пятифан и остановил, хватая за плечо. Я обернулась, он стоял запыханный. Точно долго бежал, значит не сразу решил идти за мной. – Может, мы уже поговорим нормально? Или так и будем в молчанку играть? Сама говорила что так делать хреново, – торопливо заговорил Ромка, громко от эмоций да так, что на всю улицу эхо раздалось. Я сложила руки на груди и вздохнула. – Я ждала, пока ты к этому решению придешь, а не цветочками откупаться будешь передо мной, – грубо ответила я и Рома посмотрел на меня отчаянно, подняв брови, будто сейчас перед ним вырос незнакомец, которого он впервые увидел. Смотрел прямо мне в глаза и тяжело дышал от бега, не отвечая мне ничего. – Не получится у вас нормально, – на этот раз послышалось сзади. Это был Бяша. Он в отличие от Ромы решил сразу пойти за мной, точнее пойти даже раньше. Он первый из всех ушел, поймав с нами первые лучи рассвета. Ждал, когда я вернусь домой. Наверное, знал, что за мной побежит Рома? Количество бычков под ногами Бяши говорило о том, что ждал он нервно, – Ни у вас не получится, ни у нас. Все уже давно не нормально.       Игорь засунул руки в карманы и сплюнув через плечо, медленно зашагал в нашу сторону. Теперь Рома был в окончательном ауте, смотрел на нас как на что-то страшное, шокирующее. – Бяш, че ты имеешь ввиду?.. Какого хрена ты вообще здесь делаешь? – было видно, что у растерянного Пятифана много вопросов. – Да вот, ждал нашу королеву драмы, хотел обсудить наш поцелуй в тот вечер, когда ты свалил как крыса, – Бяша резал бех ножа, говорил так спокойно, словно готовил его очень долго. Его пальцы коснулись моих распущенных волос и подняли прядь, он поднёс её к своему лицу и понюхал с таким наслаждением, а после поцеловал. – Че ты несешь?.. – Рома еле выдавливал слова из себя, а я стояла в оцепенении, страх окатил меня. Я с надеждой посмотрела на Бяшу из-за плеча, надеялась, что сейчас он всё объяснит и все закончится. Но передо мной уже стоял не тот задорный Бяша, которому я рассказывала анекдот про улитку. Передо мной стоял плод моих решений, холодный и суровый. – Да, вот так, представляешь, я сам не верил. И это не твоя вина и даже не моя, – Бяша стал к Роме и похлопал его утешительно по плечу, а после указал пальцем на меня, – Это она. Она обвела тебя вокруг пальца как дурачка. А меня как клоуна, ты ведь так думала обо мне? – Бяша не собирался останавливаться, пока мои глаза уже стояли на мокром месте от ужаса происходящего, – Что? Слезки побежали? Бедняжка.. Может, снова поищешь утешения в ком-то и используешь как подушку для соплей, как сделала со мной? – его голос повышался, звуча всё громче и четче, раскалывая меня на осколки, а осколки в крошки и в конечном итоге в пыль, – Мне тоже больно было осознавать, как ты поплачешься мне, а после побежишь к Роме. Удобно получается. Только я так не могу, я его знаю с самого детства. Да я ему доверяю больше чем себе! И чтобы я позволил ему встречаться с той, которая настоящий волк в овечьей шкуре!? А ещё хуже, повесить между нами пропасть и потерять друга!? Нет, не получится! – Игорь кричал, но в его голосе не было злости, только ледяная рассудительность, он посмотрел на Рому, – Твоя очередь говорить.       Бяша отошел на шаг и засунул руки обратно в карманы, хмыкнув. Повисла тишина. Пятифан смотрел то в землю, то на меня и обрабатывал сказанное другом. – Это правда? – короткий вопрос, который добил. Голос Ромы звучал так же отреченно, как в самый первый день нашей встречи. Я открыла рот, желая ответить, но из моих глаз ручьем потекли слезы. Правда жгла горло, подступая ближе к губам. – Д-да.. – тихо прошептала я и кивнула, а Бяша победно вздохнул и закивал, отворачиваясь и медленно уходя от нас. Я ожидала услышать сейчас крик, почувствовать удар, чего угодно, но не гробового молчания. Рома хмыкнул и развернулся, стремительно догоняя своего товарища. Я быстро подняла голову и увидела, как отдаляются от меня высокие силуэты, Бяша закинул руку на друга и взглянул в глаза, предлагая сигаретку, – Нет! Постой, не уходи, я всё объясню! Нет, нет, нет! – истошно кричала я и уже ничего не видела перед собой, картинку размыли слезы.       Вдох. Я подрываюсь с кровати в сидячее положение и чувствую, как по щекам бегут горячие слезы. Глаза осматривают помещение, которое чтобы узнать мне понадобились несколько секунд. А поняв, накатил настоящий ужас, такой же, какой был при виде той самой злополучной школы. Это была моя комната. Рядом лежал телефон, а стены подсвечивались неоном. Через плотные шторы блэкаута, в тонкой щели ютился солнечный свет. Утро. Из груди вырвался крик полный разочарования, боли и страданий. – Почему!? Почему именно сейчас!? – через истерику судорожно спрашивала я и захлебывалась в слезах. Теперь ничего не изменишь. Не извинишься перед Ромой и Бяшей. Даже если не простят, можно попробовать снова и снова, пока не простят, но нет. Этого не случится. Меня словно окунули головой в прорубь и когда я уже почти задохнулась и потеряла сознание, вытащили, не дав умереть. Я была готова к чему угодно, но не к этому. Неужели всё закончится именно так? Жизнь будто закончилась сейчас, а ведь ещё недавно, буквально перед получение аттестата я думала о том, как соскучилась по благам цивилизации и дому, а теперь проклинала его. Мысли материальны, стоит фильтровать их поток. Это я должна была понять ещё в начале, ноя была слишком глупа. Считала себя самой хорошей среди них, что исправлю и поставлю на хороший путь каждого, а по итогу стала самым тем самым монстром из лесной чащи, который ужаснее любой сплетни Кати и взмаха ножа Ромы.

"Я сделал это, чтобы показать тебе, что такое настоящая хреновая жизнь. Чтобы ты поняла, что ты далеко не тот герой, кем себя считала и жизнь – это не новелла, в которой каждый свой неправильный выбор можно откатить и исправить. Но увы, этих слов тебе не суждено услышать"