Апостроф и сомнология

Кроули наклонил бокал с бренди, пока тот не заблестел на свету, затем попытался удержать его на месте. Это было трудно, когда все его конечности дрожали, в основном из-за выпитого бренди. Азирафаэль, конечно, достал модные хрустальные бокалы, потому что это были единственные бокалы, которые у него были. Им, должно быть, почти столетие. Они не могли быть намного старше, потому что Кроули не помнил их с тех пор, как был в книжном магазине в последний раз, но они были такими же шикарными и старомодными, как и все остальное в книжном магазине. - Знаешь, большинство семей назвали бы это семейной реликвией, - невнятно пробормотал он, - конечно, ты не можешь на самом деле быть наследником самого себя. Или можешь? Как закон об этом действует, когда ты бессмертен? Подожди, нет, сначала ты должен быть мертв. - Я думаю, можно было бы инсценировать твою смерть. Возможно, стоит задуматься, - он сделал вдумчивый и крайне нескоординированный глоток - М-м, - проворчал Азирафаэль. У них уже был разговор раньше, Кроули был уверен в этом, за исключением того, что теперь он не мог точно вспомнить, о чем он был. - Однажды я инсценировал свою смерть, - сказал Кроули, - ну, вообще-то, пару раз. Это проще, чем переезжать. Ты когда-нибудь инсценировал свою? Он поднял глаза и увидел Азирафаэля, развалившегося в кресле с закрытыми глазами. Ангел никогда бы не позволил своей позе стать такой расслабленной, даже когда был пьян. И невежливо с его стороны закрывать глаза, пока Кроули говорил. - Эй, Азирафаэль? - Кроули скатился с дивана, подполз к креслу и помахал рукой перед лицом Азирафаэля. Азирафаэль никак не отреагировал. Вероятно, потому, что его глаза были закрыты. Широкая улыбка растянулась на лице Кроули. - Ты спишь, - произнес он, - задремал посреди разговора, прямо в своем кресле. Что ж, извини меня за то, что я тебе надоел. Я обязательно улучшу свои навыки общения в следующий раз. Кроули откинулся на руки, склонив голову, чтобы понаблюдать за редким явлением, которым был спящий Азирафаэль. Это был не быстрый сон, если Азирафаэль мог проспать всю болтовню Кроули. Он был полностью вымотан. Это было понятно, учитывая все волнения ранее. Даже если бы это было чудо Кроули, которое отвлекло бомбы и Кроули получил физическую нагрузку из-за прыжков, чем Азирафаэль в отчаянии, стоящий там. Но Азирафаэль спал гораздо реже, чем Кроули. Возможно, все это сказалось на нем. Как только ситуация стала реальностью, Кроули протрезвел. Что ему делать? Вероятно, не стоит торчать поблизости, наблюдая, как Азирафаэль спит, как какой-то наблюдатель за сном. Но и просто уйти тоже казалось неправильным. Особенно учитывая, в какой неудобной позе заснул Азирафаэль. Вздохнув, Кроули щелкнул пальцами и кресло превратилось в глубокое кресло. Азирафаэль простил бы его за вольности с мебелью, учитывая ситуацию. - Совет по быстрому засыпанию, это помогает, если ты находишься в горизонтальном положении, - сказал он, потянув рычаг сбоку от кресла, чтобы ровно сложить спинку и выдвинуть подставку для ног, - что-то о положении позвоночника. Не то чтобы я что-то знал о правильном положении позвоночника. Азирафаэль издал неразборчивый звук, его голова склонилась набок, когда он устраивался в новой позе. Хорошо. Ему было удобно. Кроули должен уйти. Но насколько комфортно ему могло быть спать в жилете и ботинках? По очередному щелчку пальцев Кроули Азирафаэль стал одет в голубую фланелевую пижаму, а его одежда оказалась аккуратно сложенной на кофейном столике. Его ботинки исчезли с ног и снова появились, спрятанные под столом. Кроули оставил носки надетыми. Ноги Азирафаэля могут замерзнуть. На самом деле, все может замерзнуть. Кроули повернулся к дивану, схватил одно из многочисленных одеял Азирафаэля и накрыл им спящего ангела. - Вот так, - произнес он, поправляя одеяло, - должно быть мило и уютно. Он выпрямился и посмотрел вниз на сцену, которую он только что устроил. Черт. Кроули не продумал это до конца. Не хотел делать Азирафаэля очаровательным. Не то чтобы Азирафаэль не был всегда очаровательным. Кроули мысленно вычеркнул эту мысль. Азирафаэль выглядел уютно - по крайней мере, сейчас, комфортно. - Ты мертв для этого мира, не так ли? - спросил Кроули, - я мог бы вытворять здесь всякие пакости и ты бы понятия не имел. Я мог бы расставить твои полки по алфавиту, - добавил он, ухмыляясь. - Представь выражение своего лица, когда ты узнал бы. Клиенты могли найти все, что хотели! Хаос! Ну, нет, противоположность хаоса, но ты уловил идею. Он наблюдал за Азирафаэлем в поисках любого знака, который тот понял, но ангел лишь слегка пошевелился во сне. Кроули выпустил струю воздуха через губы. Азирафаэль, должно быть, действительно не в себе, если это не вызвало реакции. Если только он не стал намного лучше притворяться за последние восемьдесят с лишним лет. Кроули скрестил руки на груди и прищурился на Азирафаэля. - Эй, ты знаешь те книги Уайльда, которые тебе так нравятся в первом издании? Я подумал, что мог бы просто взять их. Ты знаешь, я не читаю, но они стали бы прекрасным декором для моей квартиры. Я просто продам их, когда мне надоест на них смотреть. Я даже не буду проверять покупателя. Или, может быть, я пожертвую их библиотеке. Азирафаэль продолжал спать. Его нос издавал тихий хрипящий звук, который не имел права быть таким милым. Блин. Даже сам Кроули не спал так крепко. Было бы безопасно оставлять Азирафаэля в таком состоянии? Что, если бы кто-то вломился в магазин? Что, если он проспал завтрашнее время открытия, пришел клиент и напугал его? Нет, они не могли этого допустить. К счастью, Кроули больше негде было быть сегодня вечером, и он недавно проснулся от очень долгого сна, так что он мог справиться с одной бессонной ночью. С таким же успехом мог бы оказаться полезным. Кроули взял свои бокалы и бокалы Азирафаэля и отнес их к раковине, чтобы вымыть. Он также вернул остаток бренди в винный шкаф, собрал бутылки, которые они с Азирафаэлем прикончили, и выбросил их в мусорное ведро. Каким-то образом звон стекла все еще не разбудил Азирафаэля. - Надеюсь, ты не планируешь проспать сто лет, - сказал Кроули, возвращаясь и опускаясь на диван, когда не смог найти ничего другого, чтобы прибраться, - я не думаю, что смог бы сидеть здесь так долго. Плюс... - он пожал плечами, - это было бы довольно одиноко. Нос Азирафаэля снова издал тот хрипящий звук. Храп? Можно ли это назвать храпом? Если так, то это был самый крошечный, незаконно восхитительный храп в мире. Это было просто несправедливо. - Привет, - произнес Кроули, наклоняясь вперед и заговорщически понижая голос. - Азирафаэль, могу я открыть тебе секрет? Азирафаэль не ответил. Подавляя свое ликование, Кроули прикусил губу. - Я жульничаю при подбрасывании монет, - признался он, - ну, я жульничаю примерно в половине из них. Однако нужно убедиться, что у вас не возникнет подозрений, так что с другой стороны, я... э-э... противоположность обману. Обманывать в свою пользу. Ему пришло в голову, что разделение исхода монеты примерно на 50/50 дает примерно тот же результат, что и отсутствие жульничества при подбрасывании монеты. - Неважно. В любом случае, теперь ты знаешь. Фух, приятно снять это с моей души. Что, нечего сказать? Я так понимаю, тогда тебя это устраивает. Спасибо, Азирафаэль. Азирафаэль издал тихий звук и повернулся боком. Должно быть, ему приснился сон. Что снилось ангелам? Вероятно, аукционы редких книг, поскольку это был Азирафаэль. Или невероятное количество бриошей. - Скажу тебе кое-что еще, - сообщил Кроули, - ты помнишь, когда мы встретились в Париже? Ну. Он прочистил горло. - Я не случайно оказался поблизости. Я имею в виду, я действительно получил благодарность за революцию, но я бы не заказал ее так быстро, если бы не знал, что ты там был. Его лицо потеплело, когда он посмотрел на Азирафаэля. Все, что было видно в тот момент, это его голова, высунувшаяся из-под одеяла. - Было бы обидно, если бы тебе отрубили голову. У кого еще я бы пил алкоголь, пока ты наверху занимался бумажной работой? К кому бы я стал приставать, когда мне стало скучно? Азирафаэль снова пошевелился и одеяло упало с его плеча. Кроули со вздохом встал, чтобы поправить его. Заправив его обратно на место, он опустился на колени рядом с креслом и задержался там, скрестив руки на подлокотнике. Он хотел бы, чтобы у него хватило смелости протянуть руку и откинуть локоны Азирафаэля со лба, но это было слишком вероятно, чтобы разбудить его. Было приятно видеть Азирафаэля таким расслабленным, морщинки беспокойства на его лице разгладились. Это что-то расслабило в груди Кроули. - Могу я открыть тебе еще один секрет, ангел? - сказал Кроули, понизив голос почти до шепота, - этот секрет важен. Я никогда никому этого не рассказывал, так что ты никогда не сможешь рассказать ни одной живой душе. Понял? Азирафаэль что-то пробормотал. Должно быть, ему приснился приятный сон, потому что казалось, что он почти улыбается. Кроули сглотнул и глубоко вздохнул. Он долгое время задавался вопросом, каково это - произнести эти слова Азирафаэлю вслух. Вероятно, это был самый близкий шанс, который он когда-либо собирался получить. - Я люблю тебя, - признался он, слова слетали с его языка легче, чем он ожидал, - я думаю, что, возможно, я влюблен в тебя. И я знаю, что ты бы сказал, что я демон, а ты ангел, я знаю, что это неразумно... - Я тоже. Кроули замер. Слова совершенно отчетливо исходили от спящего ангела прямо рядом с ним. Медленно, очень медленно Кроули поднял глаза, чтобы посмотреть в лицо Азирафаэлю. Его глаза все еще были закрыты, и на лице все еще играла сонная полуулыбка. Он издал еще один из тех слабых всхрапов. - Что, - пробормотал Кроули, - Азирафаэль... Он начал протягивать руку, затем остановился и отдернул ее. Нет, он не мог разбудить Азирафаэля, не тогда, когда ему явно нужно было поспать, и определенно не тогда, когда ему, казалось, снился такой приятный сон. Это было все, что было. Азирафаэлю снился сон. Это не было похоже... как будто он реагировал на то, что сказал Кроули. Это было совпадением. Улыбка Азирафаэля стала чуть шире. Он пробормотал два слога, которые прозвучали удивительно похоже на "Кроули". Кроули вскочил на ноги. Он ослышался. Он, должно быть, ослышался, потому что Азирафаэлю никак не мог присниться Кроули с таким выражением лица. Нет. Ни за что. И даже если бы это было так, Кроули не мог надеяться на то, что Азирафаэль пробормотал что-то во сне. Не считалось, если Азирафаэль сказал это случайно. Кроули не хотел, чтобы Азирафаэль случайно ответил взаимностью на его чувства. Но что, если Азирафаэлю снился Кроули? Что, если признание Кроули проникло в подсознание Азирафаэля, и он услышал это во сне, и... и... Нет, он не собирался туда заходить. Кроули свел бы себя с ума, если бы сделал это. Он подошел к бару с напитками, достал бренди, которое они не успели допить и выпил остальное прямо из бутылки. Черт. Ему следовало просто уйти, как только он убедился, что Азирафаэлю удобно. Но нет, ему пришлось остаться и смотреть, как Азирафаэль спит как ненормальный. И признание Азирафаэлю, пока он спал? Он должен был знать, что произойдет что-то странное. Он рухнул на диван с бутылкой бренди в руке. Ему нужно было дышать. Вдох. Выдох. Так было лучше. Ладно, больше никаких разговоров с Азирафаэлем, пока он спал. Он тоже не мог просто сидеть здесь и смотреть, как Азирафаэль спит. Нужно было как-то отвлечься. Но что еще можно было сделать в книжном магазине, кроме как поговорить с Азирафаэлем? Он огляделся в поисках того, чем бы себя занять, и увидел только книжные полки. Что ж. На его лице растянулась ухмылка. Да, он мог занять себя этим.

***

У Азирафаэля болел мозг. Предполагалось, что пробуждение будет таким сильным? Он проделывал это всего дважды до этого и он не помнил, чтобы это было так. В его голове был туман, подобный тому, который вызван слишком большим количеством вина, и тревожное осознание того, что он потерял сознание на несколько часов, но боли никогда не было. Застонав, Азирафаэль перевернулся и заметил незнакомую место, на котором он лежал. Это определенно был не его диван и он был слишком горизонтален для своего кресла. Но когда он приоткрыл веки, он мельком увидел окружающие его книжные полки как раз перед тем, как свет вызвал еще одну вспышку боли в его голове. Со стоном он повернулся лицом в подушку, где было уютно и темно. Почему он не мог поспать еще немного? Его сон был прекрасным, настолько прекрасным, что он начал понимать, что Кроули видел во сне. Он был в этой самой комнате, лежал на диване, положив голову на колени Кроули, пока Кроули нес ему всякую чушь. И что-то о церкви и книгах? Он пытался вспомнить, но мешали этот раздражающий туман и боль. Было меньше больно, если он не думал. - Проснись и пой, ангел, - произнес знакомый голос рядом, - что, никогда раньше не было похмелья? Ах, это бы все объяснило. Азирафаэль сморщил лицо, чтобы сосредоточиться, что было нелегко из-за того, как раскалывалась его голова, и избавился от похмелья. О, это было намного лучше. Теперь он мог открыть глаза и как следует рассмотреть заднюю комнату, и глубокое кресло, в котором он лежал, подозрительно похожее на его старое кресло, и Кроули, прислонившегося к дверному проему. - Кроули, - осознал Азирафаэль, отбрасывая одеяло и поднимаясь на ноги, - кто ты такой... что на мне надето? - спросил он, осознав, что одет в пижаму, которой у него определенно не было. - Я... это, нгк, э-э, - заикаясь, пробормотал Кроули, прежде чем перестать составлять предложение и просто щелкнуть пальцами. Пижаму сменила обычная одежда Азирафаэля, а на ногах снова появились ботинки, - мы пили, и ты заснул, и то, что на тебе было, выглядело неудобно. Кстати, извини за кресло. Ты бы проснулся с ужасной болью в шее, сидя прямо, как раньше. Азирафаэль поправил свой и без того идеально выглаженный жилет и попытался не думать о Кроули, который заботился о нем, пока он был без сознания. Или о сне о том, как он лежал на коленях у Кроули. Или чувство, охватившее его, когда Кроули вытаскивал его книги из-под обломков церкви, которое, как он теперь понял, произошло до того, как они начали пить, так что это не могло быть частью его сна. Боже милостивый. От того, что Азирафаэль не думал об этих вещах, у него горело лицо. - Я налил себе твоего чая, - сказал Кроули, размахивая дымящейся кружкой и демонстрируя такую беспечность, что Азирафаэль был почти впечатлен, - остальная часть чайника еще горячая, если хочешь. - О боже, да, - теплый напиток был как раз тем, в чем Азирафаэль нуждался, чтобы успокоиться. Он чудесным образом вернул креслу его обычное состояние и спинка поднялась, в то время как подставка для ног разрушилась и срослась с основанием. - Что ты сделал? - спросил он, следуя за Кроули в маленькую кухню. - Дарджилинг, - произнес Кроули, уже наливая ему кружку. Любимое блюдо Азирафаэля. Он добавил это в список вещей, о которых не следует думать. - Ты же не оставался здесь всю ночь, не так ли? - Не-а. Мне стало скучно без тебя, поэтому я вернулся к себе и немного вздремнул. Подумал, что заскочу в часы работы и посмотрю, не проснулся ли ты еще. Я не знал, будешь ли ты отсутствовать восемь часов или восемьдесят лет, а кто-то должен сказать клиентам, чтобы они отваливали. - Вот почему у меня табличка "закрыто", Кроули. Кроули издал нечленораздельный звук, пожал плечами и сделал глоток из своей кружки. Азирафаэль был совершенно уверен, что в нем не было чая, судя по сильному запаху кофе на кухне и тому факту, что Азирафаэль не держал кофе под рукой. - Ты знаешь, что ты разговариваешь во сне? - сказал Кроули тем тоном, который, вероятно, должен был быть легким, разговорным. Поперхнувшись чаем, Азирафаэль попытался сказать "О?", но получилось невнятное бормотание. Он несколько раз кашлянул, чтобы прочистить горло. - Я сказал что-нибудь интересное? - Просто какая-то чушь. Однажды произнес мое имя, - покачал головой Кроули. - Полагаю, в этом есть смысл. В конце концов, мы только что разговаривали, - сделав глоток чая, чтобы потянуть время, Азирафаэль заставил себя успокоиться. - Да, именно, - Кроули сделал паузу, глядя в свою кружку, - ты помнишь что-нибудь из того, что тебе снилось? Лицо Азирафаэля снова потеплело при воспоминании о том, как он лежал на коленях у Кроули. Возможно, он мог бы списать это на горячий чай. - Боюсь, что нет. - Мм. Очень жаль, - Кроули допил остатки того, что было в его кружке и поставил ее у раковины, - думаю, мне пора идти, раз ты проснулся. Я пошел дальше и добавил свой новый номер в твою адресную книгу, - сказал он, указывая большим пальцем на стол Азирафаэля. - Под "Энтони К." Позвони мне, если ты, эм. Для Соглашения. - О! Что ж, это будет полезно. Для Соглашения. - Да, - Кроули неторопливо вышел из кухни и прошел через заднюю комнату. Азирафаэль сделал несколько шагов вслед за ним, а затем его взгляд зацепился за одну из полок, и он замедлился. Этим фолиантам Шекспира совершенно не место на одной полке с Пророчеством матушки Шиптон о конце времен. Или те экземпляры работ Мэри Шелли, или те сборники стихов, написанные ее мужем. На полке было полное несоответствие литературного материала. Все это написано писателями, чьи имена начинаются на S. - Кроули, - крикнул Азирафаэль, повышая голос, - ты абсолютная угроза... ты расставил мои книги по алфавиту? - Чао, Азирафаэль! - входная дверь закрылась, и за ней звякнул колокольчик.