Самое счастливое лето

Чат: Дилюк Рагнвиндр Кэйа: Приветик! Встретимся завтра? Я могу познакомить тебя с друзьями! Один, тебя, вроде видел в парке, он сказал, что ты его тоже! Вот и познакомлю вас поближе Кэйа волновался. На его сообщения Дилюк не отвечал уже третий час! Это из-за?.. Да ведь это нельзя и поцелуем назвать! Всего лишь дружеский чмок! Ну, для Рагнвиндра — да. Кэйа в него вкладывал немного иной смысл, чем это делают друзья, если вообще кто-то так делает, если не испытывает романтических чувств. Зато как очаровательно, оказывается, смущается Дилюк! Он успел взглянуть только мельком, но это того стоило. Ошарашенное лицо, огроменные алые глаза. Он не успел посмотреть, как тот краснеет, но мог представить: первыми порозовеют щёки. У Дилюка очень бледная, почти белая, кожа, поэтому это будет очень хорошо видно. Потом неравномерное и несимметричное пятно перейдёт на скулы. А на самом пике смущения концы ушей сольются с алыми прядками волос, таким же станет его лицо. Мысли, конечно, приятные, но волнения от них меньше не стало. Он хотел было уже идти к нему домой, но вот даже не догадывался, где он живёт. ••• Кэйа стоял по середине огромного поля с пушистыми одуванчиками по колено. На расстоянии вытянутой руки стоял он. — Дилюк! Где мы? — Кэйа пытался подойти ближе, но ноги не слушались. — мы. Это одуванчиковое море. В детстве любил эту сказку, знал, что оно существует. Я рад, что мы здесь вместе — он улыбнулся так. тепло, но потом Кэйа рассмотрел его глаза. Карие. Тёмные, нет, чёрные, настолько, что зрачка не видно даже при дневном свете. Это не Дилюк. У настоящего Дилюка алые глаза, такие красивые. Это точно не он. В следующую секунду с лица двойника исчезла счастливая улыбка, и его глаза начали вытекать, но не целиком, только радужная оболочка чёрная, как нефть, она текла, почти что слёзы, стекала по белым щекам, потом капала с подбородка прямо на одуванчики и те плавились до самого основания от одной только капельки. — Кэйа! За что?.. Я думал, ты любишь меня. — двойник сделал шаг вперёд и ещё несколько одуванчиков исчезли. Альберих попятился назад — куда ты! Кэйа! Стой. я. — двойник закричал и его лицо потекло полностью. Он упал прямо под ноги Альбериха, земля под ним начала плавиться и он провалился — Кэйа. — хриплый звук, который вышел из прославленной дырки, вместо рта, а потом он упал в воду. Над водой было небо. Голубое, с полупрозрачными облаками. А выше неба была земля, с этой чертовой дыркой, рядом с которой он и стоял, в которую провалился. Нет. Не Дилюк. Только двойник. А что с настоящим? Где он?.. Самые жуткие мысли пробрались в голову парня и он решил — нужно его найти, но только сделал шаг, как провалился. В эту грёбаную дыру. Летел он долго, может час, а может минуту, но земли сверху видно не было, только небо без солнца, такое голубое, с маааленькими облачками, а потом вода, он резко провалился под воду и ничего, кроме пучины видно не было. ••• Кэйа резко поднялся с кровати и судорожно заглотал воздух ртом. Взял телефон с тумбы и посмотрел на время: 3:56. Он упал обратно на кровать, и закрыв глаз, начал невольно вспоминать сон. Его передёрнуло. — Дилюк. — шёпотом сказал Кэйа. Влага начала накапливаться в уголке глаза. — что же произошло.. — а потом провалился в тревожный сон, в котором мелькали жуткие картинки. ••• Семь утра. Кэйа в парке уже час. Зачем он сюда пришёл? Его же интересовал ответ. Вокруг никого, кроме каких-то двух девушек. Случайно Альберих услышал их разговор. — Лиза! Ты слышала? Крепус умер! — взволнованно начала блондинка с волосами собранными в хвост — что же будет делать его сын? Он же один.. — её, как он понял, подруга ободряюще похлопала её по плечу. — ох, Джинн, милая, это и правда грустно. Теперь вся винная индустрия на его плечах, а ведь ему только шестнадцать.. — они были уже далеко, и разговора дальше Кэйа не услышал, но этого было достаточно. — Крепус.. это же отец Дилюка. Он умер? Дилюк сейчас один, господи, нужно его найти — Альберих рванул вперёд. Куда? Он не знает. Через некоторое время он оказался в лесу. — «Главное идти вперёд. Иначе я заблужусь.» — прошло достаточно много времени. Перекусивший диким яблоком, Кэйа пошёл обратно в город. Он жутко устал. Уже закат. Он присел под деревом и просто заплакал. От своей безполезности хотелось рвать и метать. Дилюк сейчас где-то один. Переживает смерть собственного отца.. Без поддержки, без человека, который мог бы утешить хотя бы немного. В голову закралась эгоистичная мысль, что Кэйа хочет быть этим человеком. ••• Он не знает, сколько времени прошло, но находился уже в знакомом парке. Телефон сел, но было понятно, что уже глубокая ночь.