Купить на всю н̶о̶ч̶ь̶ жизнь

      Алина упорно не желала открывать глаза, хотя уже проснулась. Она понимала, что голова будет болеть сильнее, как только она оторвет ее от подушки или попробует разлепить веки.       Вообще по-хорошему надо было бы исследовать пространство вокруг себя — она слышала, что рядом с ней кто-то был, ощущала чье-то дыхание. На минуту ее накрыла тоска: она что, так и не развелась? Попала в лимб? Теперь дурацкое утро с больной головой и тленом бытия будет повторяться каждый божий день? А она будет терзаться мыслями о том, как ей освободиться? Это было отвратительно. И ей не хотелось видеть рядом... примерно никого.       Пошарив рукой по кровати, она наткнулась на крепкое мужское тело — очень приятное на ощупь, с мягким пушком на коже... Она поняла, что это мужчина, так как коснулась его груди... Испугавшись, Алина приоткрыла один глаз и наконец увидела перед собой смуглого парня, лица которого почти не было видно из-за волос, растрепавшихся во сне... Она увидела только губы и родинку на носу... И красивую кожу нежного янтарно-медового оттенка. Черт! Это же... Тэхён!       Наконец-то Алина вернулась в реальность и вспомнила вчерашний день, кино, бар, танцы и чертовы картины. И Тэхёна, которого она в основном помнила на уровне физических ощущений — вот он ее держит за талию в момент танца, вот она лежит головой на его груди, вот сильные руки ее поддерживают, тащат, раздевают... О боги, раздевают?       Алина резко схватилась рукой за свою промежность, а второй — за сразу отозвавшуюся болью голову, потому что от каждого движения в ее мозг впивались иглы. Труселя на ней были, уже хорошо. Значит ли это, что они с Тэхёном пока не спали? Или он просто надел на нее белье после того, как трахнул? Это, конечно, менее вероятно, но все же...       Переживать Алине было из-за чего. Она хотела секса, но в сознательном состоянии, а не в беспамятстве. Так было у них что-то или нет? Голова прогудела: нет, ничего не было. Она болела так, словно Алина боксер, и вчера на ринге ее жестко нокаутировали. Вряд ли она смогла бы в таком состоянии исполнить хоть что-то из своей «сексуальной программы», разве что лежать бревном. А на это уже и сам Тэхён не согласился бы... Приятно ли любить бесчувственное тело?       Алина медленно и осторожно сползла с кровати, прошлепала босыми ногами к своей сумке — за обезболивающими таблетками. Взяла блистер и прошла обратно в комнату, к столу, на котором стояли бутылки и бокалы, налила воды. Женщина старалась не поворачивать голову, не наклоняться и не косить глаза в сторону, потому что даже такие микродвижения причиняли адскую боль. Выпила сразу две таблетки, морщась от ощущения, что кто-то начал сверлить башку изнутри. Алина уже готова была снова упасть в кровать, чтобы терпеливо ждать 30-40 минут, пока подействует лекарство, как вдруг ее остановил вид проснувшегося Тэхёна. Он полусидел-полулежал в кровати и наблюдал за ней.       — Доброе утро, Алина! — сказал парень, улыбаясь и потирая глаза. — Ты очень красивая, знаешь об этом?       — Нет... Добр, — только и смогла сказать она в ответ, потому что говорить, оказывается, тоже было больно.       «Нет» — это был ответ на вопрос о красоте, а «Добр» — жалкое подобие «Доброго утра». Зато Алина осознала, что стоит перед кроватью только в трусах, почти голая, и Тэхён на нее пристально смотрит. Она не без труда перекинула длинные волосы вперед, чтобы закрыть грудь. Поморщилась, но не застонала.       — Я все равно уже тебя видел, — усмехнулся парень. — Что ты пытаешься спрятать?       Алина только промолчала и рухнула на кровать ничком. Тэхён с любопытством рассматривал свою клиентку, теперь уже при свете дня.       — Болит голова? — участливо спросил он. — Вижу, ты выпила колеса.       — Да, — жалобно хныкнула Алина. — Давно... такого... не было.       — Это из-за мешанины вчерашней, — со знанием дела проговорил парень. — Чтобы смешивать алкоголь, практика нужна. Не все умеют пить адекватно своим умениям.       — Точно, — согласилась Алина. — Я слабак. Прости.       — Да ладно, не извиняйся, — ухмыльнулся Тэхён. — Ты все равно была великолепна.       — В смысле?       Женщина слегка подняла голову с плоской подушки, но у нее не было сил даже на то, чтобы убрать волосы с лица. Сверление в голове возобновилось, и она тихонько застонала. Тэхён сам убрал волосы с лица Алины, что сильно ее удивило.       — Что тут непонятного? Ты была хороша этой ночью, — рассмеялся он.       Алина почувствовала, как у нее все похолодело внутри. Значит, все-таки она умудрилась что-то сделать под алкашкой? Но что? Приставала к нему? Отсосала? До чего же противно ничего не помнить!       — То есть... у нас что-то было? — устало спросила она, падая головой обратно на подушку.       — Конеееечно, — протянул парень, довольно улыбаясь. — А ты как думала?       — Думала... не было.       — Простите, леди, но было все, во все места и даже больше, — веселился Тэхён. — Признаться, я впечатлен.       «Ну... хоть не впустую деньги платила. Получила свой секс, пусть и в бессознанке», — подумала Алина.       — Прости, если что-то было не так, — буркнула она.       — Так говоришь, будто ты оказывала услуги, а не я, — хихикнул Тэхён.       — У меня... бывает такой режим, увы. Типа... услуга «я все могу, я докажу»...       — И что ты обычно в нем делаешь? — оживился парень, желая послушать о распутных выходках своей клиентки.       — Иди в баню, — Алина легонько треснула его кулачком по голой коленке. — Не буду рассказывать.       — Ай, ты чего дерешься? — шуточно взвыл Тэхён. — Я просто узнать хотел... Вдруг мне досталось не все из твоего репертуара?       Алина мысленно выругалась и стиснула зубы. Да что ж там было-то? Куда ее занесло?       — Потом узнаешь... весь репертуар, — сказала она почти вежливо. — А... что я делала? Не подскажешь?       — Все! — с жаром воскликнул Тэхён. — Вообще супер было!       — Нуууу? Расскажи, блин.       — Стонала, кричала, сосала, скакала, давала и давала, — насмешливо перечислял парень. — Кричала, между прочим, на весь отель.       — Господи, какой ужас, — тихо выдохнула Алина и отвернулась, потому что ей стало немного стыдно. — Ничего не помню.       — А еще... сопела, ворочалась, складывала на меня руки и ноги, хныкала, забирала подушку, переворачивала подушку, стаскивала с меня одеяло, скидывала с себя одеяло, толкалась, пыталась выжить меня с кровати, а потом прижималась ко мне во сне, — уже в полную силу хохотал Тэхён.       — Я псих, да, — Алине тоже стало смешно от этих описаний, и она осторожно пыталась посмеяться. — Ну, хоть не храпела?       — Не храпела, — он решил успокоить ее. — И не пукала даже.       — Черт... Как будто это спасет ситуацию после первой части моих выступлений, — Алина снова повернулась и посмотрела Тэхёну в глаза.       — Ладно, Алина, успокойся. Я пошутил, — парень прилег рядом с ней на бок, чтобы им удобнее было смотреть друг на друга.       — Я все же пердела? — с наигранным ужасом спросила Алина.       — Да нет же! — Тэхён расхохотался снова, потому что это было уморительно.       Он рассказал женщине, что она вела себя как одалиска, но все, что ее волнует — храпела ли она! Ну, или, скажем, вырвался ли у нее пук. Хотя... Тэхён чувствовал, что его клиентка будто что-то отыгрывает, не всерьез говорит о прошедшей ночи. Да, пожалуй, она тоже иронизирует: не станет такая женщина переживать из-за храпа, да и из-за секса тоже.       — Я пошутил. Ничего из первой части не было, — пояснил Тэхён. — Ты опять заснула.       — Вот черт! — выругалась Алина. — У меня нет слов! Я даже не знаю, что сказать в свое оправдание.       — Да не надо оправдываться, — Тэ вдруг посерьезнел. — Я уже понял, что ты просто... пока не хочешь секса.       — Нет, я хочу! — запротестовала Алина. — Что ты такое несешь? Очень хочу!       — Нет, не хочешь, — спокойно возразил Тэхён. — Ты избегаешь его всеми доступными способами.       — Хм.. ну да... наверное. Черт, — Алина и правда почувствовала досаду от того, что эта «задачка со звездочкой» ей никак не давалась.       — Все в порядке, дай себе время, — ласково проговорил парень.       — Угу, пока я даю себе время, сливаю твое, — опечалилась Алина.       — За меня не переживай. Я подожду. Мне интересно, что из этого выйдет, — успокоил Тэхён. — Любопытный кейс.       — Экспериментатор, блин, — хихикнула Алина, ничуть не обидевшись на то, что ее назвали «кейсом».       Как по-бизнесовому это прозвучало! Женщина и сама считала себя лучшим своим проектом, лучшим кейсом. Она многого добилась сама, с многими трудностями справилась. Да на ее всратом опыте можно было людей обучать, как из жопы попасть более-менее приличное место. Поэтому подобная терминология ее не задевала.       — Хочешь, я полечу твою голову? — вдруг весело предложил Тэхён.       — А ты умеешь? — недоверчиво спросила Алина.       — Да. Но тебе надо перевернуться на спину, — он уже будто начал исцелять ее своим низким голосом и вкрадчивым тоном.       Алина послушно перевернулась, поздно спохватившись, что она так и лежит почти голышом. Грудь теперь была на виду, Тэхён скользил по ней жарким взглядом, и Алину это немного смущало. Но она смирилась: надо же было как-то привыкать к этому человеку. Им еще трахаться. Потом.        Тэхён положил ей ладонь на лоб. В этот раз она была прохладной, а не обжигающей, как тогда, в кинотеатре. Алина почувствовала невероятное умиротворение. Ей было хорошо от такого прикосновения.       «Похоже, моя эрогенная зона — это лоб. У меня же все не как у людей. Сначала он поцеловал меня... Сейчас вот лечит... Ах да, лоб же в опасной близости к мозгу. Мозг он тоже удовлетворил по полной... С этими своими картинами», — размышляла Алина, стараясь не думать о том, что он пялится на ее голую грудь.       — Сейчас я так подержу руку — и твоя голова пройдет, — мягко сказал парень, все же поглядывая на соски Алины, встающие от смущения и удовольствия.       Женщина затихла. Просто лежала и чувствовала. Она и сама не верила в этот бред с лечением, но ей стало казаться, что голове уже немного легче. Алина периодически пересекалась с парнем взглядом и начинала ощущать странное волнение во всем теле.       Тэхён ничего не говорил, но смотрел на нее ласково и заинтересованно. Можно было бы сказать — «с любовью», но Алина отбросила эту мысль как слишком пафосную. Он и правда всю ее осмотрел — похлеще, чем доктор Ким. При этом совсем не касался, только его большая ладонь лежала у нее на лбу. И, черт возьми, под его взглядом Алина начала плавиться и мурашиться. Она четко ощутила: они начали что-то делать друг с другом. На тонком уровне. И такая молчаливая игра давала им сейчас гораздо больше информации, чем вся болтовня до этого.       Алина решила, что не будет ничего блокировать в себе: пусть он видит и ее смущение тоже. Ведь это она настоящая. Пусть парень чувствует, что он вызывает в ней такие реакции. Пусть ощущает себя сильным умелым самцом, способным разбудить грустное женское тело, забывшее об удовольствиях.       Неожиданно Тэхён наклонился чуть пониже и подул на грудь Алины. Прохладная струя воздуха тут же взбодрила ее сосок. Он подул на другую грудь — и второй сосок тоже начал твердеть, возбуждаясь у него на глазах. Он уже проделывал такой фокус, но Алина этого не знала, поэтому ее поразило подобное действие. О, это было так чувственно! Ей нестерпимо захотелось, чтобы он коснулся ее груди уже более ощутимо — сжал рукой, обхватил губами, прикусил зубами или... да что угодно! Она даже чуть-чуть выгнулась в спине, словно приглашая его к активным действиям.       — Тэ, пожалуйста, — умоляюще попросила она, не договоров свою просьбу до конца.       Он понял. Его рука медленно скользнула со лба вниз, по виску, щеке, шее, ключицам... Достигнув мягкой округлости, он на пару секунд остановился, а потом наклонился и приник ртом к груди, одновременно сильно сжимая ее рукой. Алина чуть не взвыла от наслаждения, так это было дразняще и возбуждающе! Так хотелось еще! О господи, этого было так мало! Алина тихо застонала, давая парню знак, что хочет большего.       Она и правда ужасно захотела ЕГО — до такой степени, что между бедер стало горячо и мокро. Тэхён «подыграл» ее ощущениям: встал возле нее на колени и обхватил так же вторую грудь. Теперь он ласкал их обе, сжимая, массируя, вминая соски в грудь или, наоборот, нежно оттягивая и скручивая их своими длинными пальцами. Алина часто задышала и сжала ноги, чтобы хоть как-то унять бешеную пульсацию внизу. Голова ее больше не беспокоила. По правде говоря, ей вообще на все стало наплевать, она чувствовала только одно — ей нужен был этот парень внутри нее.       Если бы она была в состоянии соображать, то увидела бы, что Тэхён тоже возбужден, и его член, стесненный боксерами, нашел лазейку через верх — над резинкой белья показался край головки. Алина схватилась за руки парня, чтобы он продолжал делать это с ней и не вздумал останавливаться. Но тут из телефона Алины начал истошно вопить будильник. А следом раздался голос Тэхёна, уже подающего ей гаджет:       — Черт. Алина. Кажется, наше время опять закончилось... Но я могу по-быстрому это сделать, если хочешь.       — Что? — она словно очнулась от сна и ничего не понимала.       — Время... Ты же вроде должна куда-то идти? Домой? На работу? — напомнил Тэхён о ее обязательствах. — Я могу довести тебя очень быстро. Только скажи.       Алина со злостью выключила будильник, бросила телефон на тумбочку.       — Я... не хочу... Нет... Не надо по-быстрому... Домой тоже... не надо. На работу... Вот туда надо... Мать вашу за ногу! — Алина была очень раздосадована.       Она задумалась на несколько секунд о том, что же ей делать и как уладить текущие вопросы по работе. И вдруг толкнула Тэхëна так, чтобы он упал на спину, села ему на бедра — не в самой опасной зоне, а чуть пониже. Уперлась вытянутыми руками в его грудь.       — Я продляю, — сказала она, тяжело дыша.       — А у тебя так получится? — с сомнением в голосе спросил Тэхён.       — Я продляю, говорю же. Даже если у нас сейчас ничего не будет, — ее голос прозвучал грустно и растерянно. — Позвоню своим помощникам и опишу ситуацию. Они поймут. Я никогда не просила меня подменить по неуважительной причине.       — Я — уважительная причина? — удивился парень и заулыбался.       — Да. То, что между нами сейчас было — уважительная причина, — улыбнулась Алина, слезла с парня и начала одеваться. — Если, конечно, тебе не надо бежать к другой клиентке... Или по делам.       — Я... могу остаться. Ничего такого у меня в планах пока нет, — пожал плечами Тэ. — Но ты тогда можешь не одеваться... Разве нет?       — Нет. Надо одеться. Мне сейчас с помощниками по телефону надо будет переговорить, иногда мне нужны видеозвонки для контроля, — объяснила женщина. — Я не могу быть голой и растрепанной.       — А может, тебе сказать, что ты заболела? Типа лежишь в кроватке и болеешь? — предложил парень.       — Ага. Почихать и покашлять еще, да? — усмехнулась Алина. — Не. Я про болезнь врать не могу. Не то. Навру про важные дела.       — У тебя же голова болела, — напомнил Тэхён.       — Ой, точно... голова же... прошла! — удивленно пробормотала Алина и потерла лоб. — Ты прям кудесник!       — Угу, — нехотя откликнулся Тэ, понимая, что magic moment между ними прошел так же внезапно, как и возник. — Ладно, иди, сочиняй свои важные дела. Я пока в душ.       — Спасибо тебе за понимание, — Алина уже собрала свою одежду и худо-бедно оделась.

***

      Женщина вышла из номера и прошла в холл гостиницы, чтобы там переговорить по видеосвязи со своими сотрудниками. Она надеялась, что выбрала самую невзрачную стену для фона, чтобы никто не понял, где она находится. Конечно, она начальник, и ей пофиг, кто и что подумает. Дело было не в том, что она должна была отчитываться перед нижестоящими, а в том, что ей ужасно не хотелось афишировать свою личную жизнь. Даже про дочек она почти ни с кем не говорила, оберегая их от излишнего постороннего внимания.       Дав указания и пообещав отзвониться через несколько часов, Алина вернулась в номер. Тэхён уже давно принял душ, оделся и ждал свою клиентку с новым предложением. Она пришла довольная и улыбчивая, — видимо, обкашляла все вопросики удачно.       — Позавтракаем? — предложила она, суетливо доставая iPad и открывая в нем какие-то таблицы с цифрами и документы.       — Обязательно. Мы вчера даже толком не ели, — проворчал Тэхён.       — Пиццу? Бургеры? Овсянку, сэр? — наугад спросила Алина.       — Давай из корейского кафе закажем еду?       — Хорошо. Мне нравится корейская кухня. Заказывай, я оплачу, — кивнула она.       Алина что-то считала и вносила в таблицы, поэтому у Тэхёна сразу появилось противное ощущение, что он здесь лишний. И вообще от нее сразу пошел вайб «мамаситы», а это ему нравилось гораздо меньше, чем дрожащая перед ним обнаженная хрупкая нежная женщина.       — Я смотрю, ты деловая колбаса, — недовольно пробурчал он. — Работать собралась?       — Тэхён, прости, — Алина виновато улыбнулась. — Я смету вчера чуть-чуть не закончила, сейчас отправлю заместителю — и все, потом я свободна. Дальше уж они сами как-нибудь справятся.       — Ну лааадно, так и быть, — сказал он повеселевшим голосом. — Работай, сколько надо. Мне норм.       — Прости, — снова сказала Алина и погрузилась в свои дела, чтобы поскорее их закончить.

***

      После завтрака, состоявшего из рамена, кимчи, токкпокки, жареного мяса, десерта и кофе, Алина и Тэхён почувствовали себя обожратыми и снова сняли брюки. Решили, что будут ходить по номеру в трусах и рубашках, — привыкать друг к другу в формате «без штанов». И раз никуда спешить было не нужно, а у Алины образовался внеплановый выходной, они снова развалились на большой кровати поверх застреленного покрывала. И парень наконец озвучил клиентке свое предложение.       — Знаешь, я тут подумал... Я не буду брать с тебя деньги за это продление, — заявил Тэхён. — Все же два раза ты ушла от моей кары.... Ладно, шучу. Два раза у нас ничего не вышло, поэтому... сейчас я останусь бесплатно.       — Вот еще! — возмутилась Алина. — Бесплатно! Скажешь тоже! Ты ведь тратишь свое время... Ты проводишь его со мной, потому что я купила твое время. И это должно оплачиваться. Ты же не виноват, что я... чокнутая.       — Для чокнутых у меня скидки. Три по цене двух, — усмехнулся Тэхён. — Разве это не справедливо?       — Не знаю. Наверное... Я не шарю, что тут считать правильным или неправильным, — задумчиво сказала Алина.       — Соглашайся давай. Пока прошу по-хорошему, — шутливо пригрозил Тэ.       — Окей. Давай так поступим, — нехотя откликнулась клиентка.       — Вот и умница!       Они полежали еще какое-то время, помолчали, обдумывая что-то — каждый свое. Алина нашла еще один аргумент в пользу оплаты услуг.       — Но ты же и не должен заниматься сексом в обязательном порядке, верно? Так что ничего мы не потеряли в эти два визита. Ты меня просто сопровождаешь... И продолжаешь сопровождать, — рассуждала она.       — Говорил же, ты не хочешь секса, — хихикнул Тэхён. — «Сопровождаешь», блин! Алина снова треснула его ладошкой по прессу. Вернее, по мягкому наетому пузику, который через несколько часов превратится обратно в подобие «стиральной доски».       — Ай, Алина! Ну ты что? — возмутился он. — Ты меня совсем не ценишь... Бьешь только почем зря.       — Два раза шлепнула слегка, — рассмеялась она. — Но я тебя поняла... Прости, не буду дубасить.       — А я в свою очередь торжественно заявляю, что не прикоснусь к тебе, пока ты не будешь готова, — серьезно сказал Тэхён. — Пока ты не попросишь.       — Сегодня... я попросила, — напомнила клиентка.       — Ага, и тут же слилась, обрати внимание, — беззлобно сказал парень. — Ты сама не замечаешь, как гасишь все эти всплески. Хочешь и не хочешь. Или боишься.       — Возможно, ты прав, — сказала Алина грустно и села на постели, скрестив ноги по-турецки. — Я, получается, все и обламываю?       — Так да! Об этом и речь, — мягко сказал Тэ и тоже сел. — Кстати, а дочек ты своих предупредила? Не потеряют?       — Они у бабушки с дедушкой сейчас, — объяснила Алина. — И даже если вернутся раньше времени, а меня там не будет, они не потеряют... Знают, что я чаще всего на работе пропадаю.       — А ты такая не на работе, — парень сделал игривое движение бровями.       — Ага. А я такая не на работе, а трахаюсь, — кисло улыбнулась Алина.       — Пока только словесно, прошу заметить, — засмеялся Тэхён.       — Ну, уже хоть что-то, — женщина попробовала перевести разговор в более позитивное русло. — Слууушай, зато ты спалился!       — В чем же? Где?       — Ты спалился о том, что ты любишь в сексе, — хихикнул а Алина. — Когда перечислял, что якобы я делала вчера.       — Ты так в этом уверена? —хитро сощурился он.       — Уверена! Ты бы не сказал то, что тебе вообще чуждо, понимаешь? — Алину так развеселила эта мысль, что она начала подпрыгивать на кровати, пружиня на матрасе. — Урааа, вот я и знаю теперь, что ты любишь!       — А разве тебе не все равно, что я люблю? — вдруг непритворно удивленно спросил Тэхён.       — Конечно, нет, — перестала дурачиться Алина и добавила совсем тихо: — Можно же делать... то, что нравится... нам обоим.       — Тааак. А тебе что-то из этого нравится? Ну, из того, что я упоминал? — хитро спросил парень.       — Ну, мне только орать на весь отель не нравится, — задумчиво проговорила Алина. — Или нравится? Слушай, а я же не пробовала! Я столько всего не пробовала, что сама не знаю, что мне по вкусу...       Алина смешно схватилась за голову, сетуя на то, что она так и не успела узнать себя настоящую. Тэхён был тронут и с удовольствием изучал эту женщину, которая легко переходила из одного агрегатного состояния в другое. Она была то серьезной чопорной взрослой, то почти девчонкой. Но с ней точно было весело и легко, это Тэхён понимал. Алина его смешила и по-хорошему волновала. Чувствовалось, что она не так уж мало знает о сексе, как говорит, но она и не торопилась все это применить. Поэтому парню очень хотелось разговорить ее побольше.       — Так что же тебе из этого нравится? — коварно выспрашивал он.       — Ну, все остальное — нравится, да, — весело заявила Алина, а потом начала перечислять и смущаться с каждым словом все больше: — Скакать... стонать... сосать... давать...       — Как неуверенно, — рассмеялся парень. — Ладно, мы скоро узнаем, что ты любишь. Обещаю тебе.       — Спасибо, — Алина опустила глаза, а потом вдруг оживилась: — О, я сейчас покажу тебе, что я люблю.       Она вскочила с кровати и умчалась в коридор, к своей сумке. Тэхён уже понял, что Алина таскает в ней всякие уму непостижимые вещи, и не удивился бы, если бы она достала оттуда целый офис с сотрудниками или, скажем, десятитомник Достоевского. Но она притащила небольшой вакуумный пакетик, в котором была какая-то непонятная, сильно сжатая ткань.       — Вот. Это я на всякий случай взяла, — радостно сообщила она.       Торопливо вскрыв пакет, Алина вытащила оттуда... платье. Тэхён даже не ожидал, что его так тронет эта деталь в поведении клиентки — она пошла на встречу в деловом костюме, но принесла в сумочке легкое воздушное платье, которое быстро пришло в себя после вакуума, расправилось и превратилось во что-то красивое.       — Наденешь? — тихо спросил он.       — Да, — кивнула она и ушла в ванную.       Когда Алина пришла обратно, уже в платье, Тэхён понял, что эта женщина — точно «его пассажирка». Такая она была невероятная в этом голубовато-сине-зеленом «морском» платье, в этих воздушных эфирных тканях, что у него захватило дух. Перед ним была практически русалка, только без хвоста, слава богу. Ибо женщина с хвостом вместо ног — это, знаете ли, обидно.       — Я уже говорил с утра, что ты красивая, и повторю это снова, — хрипло сказал Тэхён. — И платье... тебе очень идет.

***

      Алина сама не понимала, что с ней происходит. Когда она надела платье, которое принесла с собой «на всякий случай», она почувствовала себя глупо. Они ведь говорили о том, что любят в сексе, а она тут с платьем. Поймет ли ее этот парнишка? Небось, потешается над ней, просто не говорит.       С другой стороны, Алина хотела показать этим платьем нечто большее — не предпочтения в сексе, а свою натуру, свой способ жить на этом свете. Она любила создавать красоту. Замечать красоту. Умножать красоту. И ей вчера показалось, что Тэхён точно такой же. Не зря ведь они весь вечер болтали о картинах, художниках и творчестве вообще. Он взбудоражил ее этим. Напомнил, что она не просто босс и шеф-повар. Напомнил, что она женщина. Сейчас он говорил ей, что она еще и красивая женщина... И не захотел брать оплату за третий раз. Что это значило? Алине показалось, что в эту минуту Тэхён здесь находится не просто так, а потому, что она ему понравилась. И это терзало ее нежное сердце надеждой.       Опять же, это его работа, Алина понимала. Он должен быть любезным, приятным, ласковым или жестким, горячим и страстным или послушным и тихим, — таким, каким ему скажут. Черт. Какой же он настоящий? Что он чувствует? Чувствует ли он вообще что-то, когда «работает»? Раз уж Алина продлила его сопровождение — она решила поговорить с ним о работе побольше. Чтобы выудить крупицы чего-то настоящего из транзактных отношений.

***

      — Ты спросил, не все ли мне равно, что ты любишь, — она начала разговор издалека. — Мне не все равно... А ты ведь... не всегда можешь выбирать, как себя вести с клиентками?       — Да, — сдержанно ответил парень. — Чаще я сказочник. Фей. Выполняю их желания. То, чего я сам хочу, мало кого интересует.       — А ты... как любишь вообще? Жестко? Мягко? Или по-разному бывает?       Алине было неловко спрашивать, но она хотела хоть что-то понять о себе и об этом парне, который сегодня заставил ее потерять покой. Все же заставил.       — Зависит от женщины, наверное. С каждой — своя тактика, — нехотя ответил Тэхён. — Алина, зачем тебе это знать?       Ему было не очень приятно говорить сейчас о клиентках и их капризах. Чего Алина добивалась этим разговором? Помолчав, парень добавил:       — Если бы мы пересеклись с этими... дамами... скажем так, в обычной жизни, я многое сделал бы по-другому. Понимаешь?       — Наверное, понимаю. С кем-то вообще не стал бы общаться? Так? — нервно спросила Алина.       — Верно, — Тэхён уже начал понимать, к чему клонит собеседница, поэтому просто позволил всему этому происходить.       — Хорошо... А если бы ты сам выбирал, что бы такого сделать со мной? Ну, например, шел бы по улице и увидел меня?       — Я бы... прошел мимо, — помедлив, ответил Тэхён.       Алина вспыхнула, сверкнула на парня глазами. Это было обидно и до ужаса стыдно. Он прошел бы мимо, а она уж было подумала, что нравится ему! Наивная дура! Она еле сдержалась, чтобы не вскочить, как психованная гневная истеричка. Встала и размеренно пошла к двери. Ей так казалось, что размеренно. На самом деле быстро процокала к выходу из номера и рывком распахнула дверь. Встала рядом с ней, оперевшись спиной на стену.       — Иди, — кивнула головой в сторону коридора.       Тэхён усмехнулся и не сдвинулся с места.       — Давай. Уходи. Мимо. Как прошел бы на улице, — сказала Алина отрывисто, словно ей не хватало дыхания.       — Ты зря так кипятишься, — парень встал и двинулся к ней навстречу. Не к выходу, явно.       — Давай не будем играть в эти игры, — она опустила глаза. — Это я себе говорю, если что... Ты, понятное дело, не играешь. Просто работаешь... с трудной клиенткой.       Тэхён шел очень медленно и был уже почти рядом, а ее сердце совсем зашлось. Отчего? Она же не влюблена. Даже не спала с ним. Ей, по сути, вообще начхать, она же платит ему деньги! Но почему она так отчаянно хочет ему нравиться? Черт. Человеку, которому платит деньги... хочет нравиться. Да, это клиника.       — Я бы прошел мимо... для твоего же блага, поверь, — он вдруг возник совсем рядом и навис над ней. — И для своего блага, конечно. Чтобы не сделать хуже... нам обоим.       Алина отвернулась в сторону, чтобы не столкнуться с ним взглядом и не вдыхать его сладкий невинно-порочный запах.       — Выметайся, — рявкнула она внезапно, решив, видимо, что все равно репутацию уже не спасти, но потом добавила потише: — Пожалуйста!       Тэхён придвинулся к ней ближе, еще чуть-чуть — и он навалится на нее. И вот тогда вообще не спастись. Она от обиды разревется же. А обида была оправданная: так-то он ее отшил бы, но за деньги готов трахнуть.       — Ты не дослушала меня! — с досадой воскликнул Тэхён. — Ну что за женщина! Неужели так сложно..?       В конце коридора послышался шум тележки официанта, который вез еду в другой номер. Парень быстро закрыл дверь и снова подошел к строптивой клиентке. Она так и стояла, отвернув голову в другую сторону от двери. Тэ оперся двумя руками на стену, по бокам от ее плеч. Так себе плен, конечно, но сбегать она вроде не собиралась. Похоже, ее обида начала выдыхаться, как откупоренное вино.       — Знаешь, что? — он наклонился и уткнулся лбом в ее висок, как бы бодаясь. — Я бы прошел мимо, чтобы не увлечься тобой... Это опасно для меня... и нанесло бы мне урон. Непрофессионально. Ну и тебе я, конечно, наврежу... В таком состоянии.       — Врун. И чем же ты мне можешь навредить? — бросила она вопрос, ни капли ему не веря. — Разве это не твоя работа? Изображать романтику для конченных идиоток?       — Нет. Чувства, знаешь ли... могли бы возникнуть... А это тяжело.       — Ой, хватит нести чушь, — она не поворачивала головы, но все равно ощущала его аромат, его дыхание и наглое вторжение в ее пространство.       — Хочешь знать, что бы я сделал с тобой? — прошептал он ей на ухо, выдержал паузу, а потом сказал то, что ее воспламенило: — Вылизал бы тебя, как пес... Всю целиком... Оттрахал своим языком... Вылизал бы тебя так, как никогда не делал твой муж... И вообще ни один мужчина.       Она покраснела до корней волос от этих слов. От неожиданности, удовольствия и стыда. От того, что представила его таким, исходящим слюной и желающим ее поглотить.       — Перестань! — так же шепотом ответила она, даже повернулась к нему, но побоялась столкнуться с ним губами, поэтому снова торопливо отвернулась.       — Не перестану, — ответил Тэ нахально и весело.       Он тихо засмеялся. А потом наклонился еще ниже и кончиком языка провел от ключицы по шее вверх, до самого ушка, слегка куснув мочку. Она вздрогнула всем телом, ошалела, захотела еще и сама же взбунтовалась против своего желания. Но ничего не сказала, не остановила. Слова выскочили против ее воли:       — Так сделай это... без чувств...       Тэхён снова засмеялся и повторил свою шалость. Провел языком еще раз, теперь уже широко, смачно, мокро, пошло... Но не грязно, нет. Чисто! Определенно, она стала чище после такой встряски...       Через пять минут его язык уже погрузился внутрь нее, чтобы ненадолго оставить в покое возбужденный клитор и простимулировать другие точки... Тэхён просто зашвырнул ее на постель, и каким-то чудесным образом она выпала из своей одежды, очутившись перед ним совершенно голой и мокрой. О да, она текла так, что знатно подмочила свою репутацию собственными же соками... И сходила с ума от того, как это было прекрасно, бесстыдно и мощно.       Никогда ни один мужчина не делал с ней такого, как этот мальчишка, которого она наняла... оттрахать ее за деньги. Ей казалось, что она готова сейчас на все — переписать на него квартиру, отдать весь свой капитал, лишь бы он делал это с ней постоянно! Или чтоб это не кончалось в принципе...