Глава 36. «Никогда».
5 сентября 2023 г., 13:44
Сидя в неудобном жестком кресле, капитан разведки встречал ненавистное ему утро. Солнечный свет уже заполнил просторную комнату, заставляя мрак отступить на время и ждать своего законного часа.
Молодая девушка, которую мужчина терпеливо ждал всю ночь, так и не появилась в комнате капитана.
Поднявшись с кресла, он неторопливо направился в ванную, расстегивая по пути слегка помятую белую рубашку.
Принимая холодный душ, капитан надеялся смыть с себя следы усталости. Недосказанность, что возникла между ними, его выматывала. Он всего лишь хотел, чтобы она была рядом, чтобы она, как и прежде, ему улыбалась, таяла от его прикосновений и смотрела на него взглядом, полным любви. Разве, многого он хотел? Всего лишь простого человеческого счастья.
Протеревшись от влаги и замотав махровое полотенце на рельефных бедрах, он взглянул в зеркало, проводя рукой по мокрым черным волосам.
В отражении на него смотрел мужчина с мертвецки бледным лицом, красными от перенапряжения кровеносных сосудов глазами, ярко выраженными синяками под глазами и уже порядком отросшими волосами.
Эта ночь далась ему нелегко.
Собравшись, не спавший, уставший и дезориентированный Леви направился в конюшню, чтобы снарядить Грома и направиться к месту, где должен был проводиться эксперимент над Йегером.
***
Сидя сверху на Люцифере, Серена безэмоционально поглаживала гриву коня, пока ученая давала наставления юному разведчику, что находился на дне глубокого колодца. — Ты меня понял, Эрен? Как только мы отъедем на безопасное расстояние и будем готовы, я выпущу сигнальную ракету! — громко говорила шатенка. — Вас понял! — послышалось снизу. — Ну, поехали! — радостно произнесла Ханджи. Отъехав немного дальше, девушки остановились, чтобы начать эксперимент. Тут к ним и подъехал капитан Леви, бросая усталый взгляд на светловолосую девушку. Раут же в его сторону даже не посмотрела, словно его тут и не было вовсе. — Да что, мать вашу, с ней происходит?! — начинал злиться про себя Леви. Улыбнувшись во все тридцать два, ученая запустила сигнальную ракету и прижала руки к груди, ожидая превращение Йегера в гиганта. Они молча ждали яркую вспышку, эффектное появление титана, но ничего не происходило. Время шло, а Йегер так и не превращался. Глухо выдохнув, Серена слегка ударила коня по бокам, давая ему безмолвную команду двигаться вперед. — Ты куда, Серена?! Это опасно, вдруг он просто не видел сигнала и сейчас превратится?! — крикнула майор. — Ну да, конечно… Надо быть слепым, чтобы его не увидеть. Что-то точно пошло не так… — промелькнуло в ее голове. Подъехав к колодцу и спешившись с лошади, Раут подошла ближе и заглянула внутрь. На самом дне стоял растерянный Йегер, а его руки были искусаны до крови. — У меня не получается… — поднимая глаза вверх, потеряно сказал парень. — Видимо, не сейчас. Поднимайся, Эрен, — спокойно ответила девушка. Следом к колодцу подъехали майор с капитаном. Ханджи непонимающе смотрела на новоиспеченного разведчика, нервно теребя рубашку. — Всему нужно время. Ему тоже, — глядя на ученую, произнесла Серена. — Но у него же тогда получилось… Почему сейчас не вышло? — прошептала Зое. Пожав плечами, Раут забралась на коня и двинулась в сторону штаба. Ее лицо не выражало абсолютно ничего, а ощущала она себя так, будто на нее свалилась вся вселенская усталость. Эта ночь и для нее не прошла бесследно. Сидя в гордом одиночестве в неосвещенной столовой, она придавалась размышлениям и пыталась найти другие пути решения проблемы, которая не так давно, подобно снежному кому, свалилась на ее голову. Перебрав ни один вариант исхода событий, она приняла судьбоносное решение, о котором заведомо знала, что будет жалеть. Только вот, по ее мнению, другого выхода не было. Ей лишь оставалось собрать всю волю в кулак и сделать то, что она считала наиболее правильным. Капитан быстро нагнал девушку, становясь с ней вровень. — Где ты была? Я ждал тебя всю ночь. — Мне нужно было побыть одной, — спокойно ответила она. — Где ты была? — с нажимом повторил свой вопрос мужчина. — В столовой. — Ты всю ночь просидела в столовой? — он вскинул брови вверх. — Да. Ее вид просто кричал о том, что она, как и он, провела тяжелую, бессонную ночь. На ее лице так же красовались синяки под глазами, а взгляд был расфокусированным и измученным. Тяжело выдохнув, он покачал головой. Ему абсолютно не нравилось то, как вела себя Серена. Он совершенно не понимал причину ее холодного поведения, не понимал, почему она умалчивает о том, что ее так тревожит. Он не был идиотом и не был слепым, чтобы не замечать очевидные вещи. Что-то терзало ее изнутри, не давало ей покоя, заставляя девушку отстраняться от всех и закрываться в себе. — Ты был слишком жесток с Эреном на суде. Не находишь? — неожиданно произнесла она. Его брови сошлись на переносице и он кинул на нее вопрошающий взгляд. — Она так ведет себя, потому что я избил пацана? Она что, издевается? — Это была вынужденная мера. Его бы не отдали нам, если бы я не… — Его не отдали бы вам, если бы я не вернулась в разведку, — обрубила она его. — Ты жесток, Леви. — А ты у нас святая? На твоих руках крови не меньше моего, — резко выпалил он. Глаза Серены расширились и она медленно повернула голову в сторону капитана. Он прожигал ее взглядом, с силой сжимая поводья. Его терпение было на пределе. Казалось, еще чуть-чуть и мужчина взорвется. Не желая испытывать его, она ударила коня по бокам, быстро переходя на рысь, и унеслась в сторону штаба, оставляя недовольного капитана позади.***
Сидя за большим столом у штаба, разведчики спокойно пили чай, глядя то на молодого парня, то на его перебинтованные руки. Раут стояла поодаль от них, изящно куря сигарету. — Значит и раны на твоей руке не заживают? — монотонно спросил капитан. — Нет. — Если ты не сможешь превратиться, то о возвращении Стены Мария не может быть даже и речи. Разберись, Йегер. Это приказ, — глядя на Эрена, серьезно произнес он. Не дожидаясь ответа от парня, Леви отошел от стола в сторону с чашкой горячего чая. К нему тут же подошла Петра, о чем-то взволнованно спрашивая мужчину. — Не падай духом, Эрен, — пытался поддержать его Эрд. — Что ж, видимо, в тебе больше человеческого, чем я думал, — усмехаясь, сказал Бозард. Серена с интересом наблюдала за разведчиками, что остались за столом, и прислушивалась к их разговору. Они непринужденно вели беседу, словно вовсе и не боялись человека, способного превращаться в титана. Только вот она не была глупой и прекрасно понимала, что стоит лишь Эрену проявить каплю недружелюбия, сделать то, что разведчики сочтут за акт агрессии, и их доброжелательность улетучится со скоростью света, а приветливые улыбки превратятся в звериный оскал. Взяв в руку чайную ложку, парень резко зашипел от боли и уронил ее на землю. — Эй, Эрен, ты в порядке? — глядя на Йегера, обеспокоено спросил Эрд. — Да, все нормально, — ответил он, наклоняясь за столовым прибором. В этот момент случилось то, чего никто из разведчиков не ожидал. Неожиданно прогремел гром и пространство озарила яркая вспышка. Ударной волной разведчиков раскидало в разные стороны, а Эрен застрял в жалком подобии титана, даже не обратившись и на половину. Как только густой дым рассеялся, Йегер испуганно посмотрел на застрявшую руку и растерянно прокричал: — Капитан Леви… Но почему?! — Спокойствие… Я сказал спокойствие, живо, — послышался голос мужчины позади. Парень опасливо обернулся назад, думая, что слова капитана предназначались ему. То, что увидел Эрен, повергло его в самый настоящий шок. Испуганные члены элитного отряда с нескрываемой враждебностью смотрели на него, обнажив мечи и готовые в любой момент прикончить его. — Что и требовалось доказать, — удостоверилась в своих мыслях Раут. — У них нет к нему доверия. Они бояться его, бояться его силы. Сейчас они выглядят точно также, как и люди на суде… — Эрен, что это значит?! — прокричал взволнованный Джин. — Почему ты стал титаном без разрешения?! Отвечай! — Отвечай, Эрен! — вторил ему Бозард. — Докажи, что ты не враг нам и человечеству! — подключился Гюнтер. Затушив окурок, Серена продолжала стоять и смотреть на разведчиков. Ей было интересно, смогут ли они сами понять, что парень сделал это не специально? Или их разум полностью затмил страх? — Капитан, отойдите от Эрена, вы слишком близко! — беспокоясь за мужчину, произнесла Петра. — Нет. — Но почему? — удивлено спросила разведчица. — Я доверяю своей интуиции, — коротко ответил он. Гул становился все громче. Разведчики в панике давили на Йегера, а смысл слов капитана не доходил до солдат. — Дурдом на выезде… Они же только еще больше его пугают, — подумала она. — Мы можем убить тебя! Хочешь?! Прямо сейчас! Я ведь могу… — кричал Бозард, пока с него сходило семь потов. Поняв, что солдаты так и не успокоятся, Раут быстрым шагом дошла до Эрена, становясь к нему спиной. — Только через мой труп, — железным тоном произнесла девушка, выуживая черный клинок из ножен. Леви кинул на нее осторожный взгляд, а разведчики, застыв, смотрели прямо на Серену. — Почему ты его защищаешь?! — спросил Оруо. — Потому что я отвечаю за его жизнь. Он не опасен, отставить панику. — Да он превратился… — Да я не специально! — отчаянно прокричал Йегер. Раут готовилась в любой момент отразить атаку разведчиков. Она, как никто другой, знала, на что способны люди, когда ими движет страх. И кто знает, чем бы закончилось это противостояние, если бы не чудаковатая ученая, что на всех порах мчалась к разведчикам. — Эреееен! — отпихнув солдат в сторону, и пробравшись поближе к парню, прокричала шатенка. — Можно мне потрогать эту ручонку?! Можно ведь?! Я немного, совсем чуть — чуть! — пуская слюну, возбужденно спрашивала майор. — Подождите… — начал было Эрен, но Ханджи уже прикоснулась к титанической руке. — Горячо!!! Твои мышцы чертовски горячие!!! — отпрянув от него и падая на колени, крикнула она. Йегер нервно начал пытаться выдернуть руку из держащей его плоти, стараясь выбраться из весьма своеобразного плена. Глядя на его потуги, Раут в одно движение забралась к нему и разрезала горячую плоть. Не удержав равновесия, парень с грохотом свалился на землю. — Что?! Слишком рано, вы не могли подождать?! — раздосадовано произнесла Зое. — Мне нужно столько всего изучить! В то время, когда Леви интересовался самочувствием Эрена, Серена спрыгнула с испаряющей части гигантского тела и подошла ближе к титанической руке, пристально рассматривая аккуратно зажатую между пальцами ложку. — Цель… Ему нужна цель, — заключила она и молча удалилась в штаб.***
Пока разведчики сидели в одной из комнат замка и обсуждали случившееся, извиняясь перед парнем и кусая свои руки, Раут сидела на крыше, покуривая сигарету. — Я должна это сделать. Чем раньше, тем лучше. Иначе… последствия могут быть слишком непредсказуемыми. Сейчас у меня нет времени разбираться с этим, экспедиция вот-вот начнется. После… я начну разбираться с этим после. А там… Черт… — она прикрыла глаза. — Он не простит мне этого… Ее размышления прервали громкие шаги, доносящиеся с лестницы, ведущей на крышу. Повернув голову влево, она увидела поднимающегося Эрена. — Серена, там тебя капитан Леви и майор Ханджи зовут, — слегка замявшись, произнес парень. Затушив окурок, она молча поднялась и направилась к выходу с крыши. Минуя лестничные пролеты и проходя по едва освещенным коридорам, парень то и дело неловко поглядывал на девушку, не решаясь заговорить с ней. — Спрашивай уже, Эрен. — Как ты поняла? — удивленно спросил он. — Я же вижу, как ты смотришь, — она слегка улыбнулась. — Я хотел спросить, почему ты заступилась за меня? То есть… Все члены элитного отряда направили на меня мечи, а ты так не сделала. Почему? — Я не слепая и умею анализировать. Хотел бы ты нас убить, давно бы это сделал. Здесь даже силу титана иметь не нужно. То что произошло — случайность и следствие того, что ты не умеешь контролировать свою силу. Не более. — Я все равно не понимаю… Почему я превратился…? — Цель, Эрен. Тебе нужна цель, — заворачивая в комнату с разведчиками, уверенно произнесла Серена. — Что ты имеешь в виду? — застыв на пороге, спросил Йегер. — Читая рапорты из Троста и глядя на сегодняшнюю ситуацию, я пришла к выводу, что тебе, помимо причинения себе телесных увечий, чтобы превратиться, нужна цель, — она присела за свободный стул. Солдаты в ту же секунду устремили на девушку взгляды. — А можно поподробнее? — попросила майор. — В битве за Трост ему нужно было поднять огромный валун, чтобы закрыть пролом в воротах. Когда его вместе с друзьями окружили солдаты и направили на них оружие, он превратился, чтобы защитить их. А в самый первый раз, он спасал собственную жизнь. — Но превратиться, чтобы поднять ложку… — Твои руки были все в укусах, тебе было больно, но ты поставил перед собой четкую цель поднять столовый предмет. И ты его поднял. Все просто, — заключила она. — Эта теория имеет место быть, — задумалась ученая. — Мы должны будем это проверить! — Обязательно. Так, зачем вы меня сюда позвали? — подняв бровь, спросила Серена. — За этим и позвали. Хотели услышать твое мнение, — в разговор вступил Леви. — Услышали? Тогда я, пожалуй, пойду, — встав из-за стола, она, под недоумевающие взгляды остальных, покинула помещение. — Кто-нибудь в курсе, что в последнее время происходит с Серенчиком? — осторожно спросил Бозард. — Она отдаляется от нас, — тихо произнесла Петра. — Леви, у вас все в порядке? — поинтересовалась Ханджи. Не желая выслушивать эту болтовню и отвечать на вопросы, капитан молча поднялся и отправился на поиски девушки. На этот раз искать долго ее не пришлось. Леви нашел ее в своей комнате, сидящей за столом и покуривающей сигарету. — У окна уже не курится? — сложа руки на груди, спросил он. Она лениво подняла на него глаза, показательно стряхивая пепел в пепельницу. — Что-то не устраивает? — изогнув бровь, с напускным спокойствием спросила она. — Да много чего. Не кури за столом, — начиная движение к ней, спокойно произнес он. Прищурив глаза, она затушила сигарету, встала и направилась быстрым шагом к выходу, желая поскорее покинуть комнату. Но ее планам не суждено было сбыться. Мужчина резко схватил ее за локоть, тем самым останавливая ее. — Какого черта ты так себя ведешь? — повысив тон, спросил Леви. — Тебя же не устраивает, что я здесь курю. Покурю на улице, — гордо вздернув подбородок, ответила она. — Посмотри на себя со стороны. Что с тобой происходит? Почему ты так себя ведешь? Ты отстранилась от всех: от ребят, от меня. Чем мы заслужили такое отношение? — Отпусти, — прошипела Раут. — Черт из два ты выйдешь из этой комнаты, пока не ответишь на мои вопросы. Что случилось? Я тебя не узнаю. — А ты разве когда-то меня знал? — она ухмыльнулась. Тяжело выдохнув, он собрал последние крупицы своего самообладания и терпения, заглянул ей в глаза и, на сколько это было возможно, спокойно спросил: — Что случилось? Расскажи, вместе мы решим любую проблему. Не нужно закрываться в себе и отдаляться от остальных, — он положил вторую руку ей на плечо, слегка сжимая его. — Серена… поговори со мной. — Сейчас или никогда… — решила Раут. — Я… — она на долю секунды замялась, но затем, глядя ему в глаза, твердо произнесла. — Я хочу прекратить наши отношения, Леви. Его словно оглушили. — Что? — тихо переспросил мужчина, искренне надеясь, что ему это послышалось. — Я сказала, что хочу прекратить наши отношения. — И почему же? — Я ничего к тебе не чувствую. Ее слова прозвучали для него как приговор. Опустив на долю секунды глаза в пол, он судорожно перебирал в своей голове причины, по которым она могла принять такое решение. Нет, он уже проходил это. Когда-то давно, стоя на лестнице, она нагло врала ему в глаза, скрывая свои настоящие чувства. — Ты врешь, — уверенно произнес он, поднимая на нее глаза. — Я знаю, что ты любишь меня. Ее губы растянулись в безумной улыбке, а следом по комнате разошелся громкий смех. — С чего ты это решил, Леви? С того, что я смотрела на тебя влюбленным взглядом? — она тут же переменилась в лице, смотря на него с трепетом и любовью, а затем вернула обратно надменный взгляд. — Я могу смотреть так на любого мужчину. Не обольщайся. Не выдержав, капитан грубо тряхнул ее за плечи. — Что ты несешь?! Мы были вместе практически год! Делили постель, поддерживали друг друга и были рядом. Нам было хорошо вместе. Какого черта ты сейчас делаешь?! — Просто прими это, капитан. Я не люблю тебя и никогда не любила, — сжав зубы, процедила она. — Никогда? — с вызовом спросил мужчина. — Никогда, — твердо ответила. В его сердце словно разом вонзили несколько ножей. Он был готов услышать все что угодно, но только не это. Открыться человеку, полюбить его всем сердцем, отдать ему всего себя и получить взамен вот это? — Она врала? Врала мне все это время? Прикидывалась, играла на моих чувствах? В голове капитана все никак не мог сложиться пазл. Ей не было никакой выгоды играть с ним в любовь. Она не могла ничего от него поиметь. Он не был богатым аристократом, как тот же Уайт или Стоун, не был командиром военного подразделения. С самой первой встречи Серена его не боялась и не вешалась ему на шею, как сумасшедшие фанатки, что растекались мокрой лужицей при виде него. Тогда зачем? Зачем все это было? Вырвав локоть из его ослабленной хватки, она развернулась и пошла к выходу. Раут успела только открыть дверь, как мужчина резко захлопнул ее перед ее носом и развернул девушку к себе лицом. — Не уходи. Чего ты боишься? Скажи мне чертову правду, Раут, или я разнесу здесь все к чертям собачьим! — впервые в своей жизни срывал голос капитан. Несмотря на то, что мужчина от ее слов рвал и метал, она прекрасно понимала, что ему на самом деле было больно. За маской гнева он прятал свою боль. — Отпусти меня! — Нет! Сначала ты… — Имей хоть каплю гордости, чертов Аккерман! Тебя отшила девка, прими это с достоинством! — прокричала она ему в лицо, а затем оттолкнула его и выбежала в коридор. Теряя остатки самообладания, он подошел к столу и с размаху ударил по нему со всей силы ногой. Деревянный стол тут же развалился на части, разлетаясь по разным углам комнаты. Двинувшись к окну, мужчина вдруг резко остановился, оборачиваясь лицом к двери. — Как она сказала? Аккерман?***
Бежав сломя голову по темным коридорам, Раут задыхалась от нехватки воздуха. На ее шею словно натянули толстую удавку и постепенно затягивали ее. Покинув пределы штаба и забежав в конюшню, она рухнула на первый попавшийся стог сена, сворачиваясь калачиком, и пыталась восстановить дыхание. Там, лежа на стоге сена в кромешной темноте, она смахивала со своего лица слезы, проклиная тот день, когда она переступила порог королевского дворца.
