Мир, в котором нас нет.

      По осеннему лесу страны Огня быстро двигались три тени, отряд особого назначения, состоящий из сильнейших бойцов АНБУ, спешил сообщить Шестому Хокагэ новость, которая должна была позволить Листу завершить затянувшуюся войну между Конохой и Облаком, начавшуюся спустя три года с завершения Четвертой Мировой войны шиноби и длившуюся уже два года. Вчера отряд, выполняя прямой приказ своего правителя, уничтожил восьмихвостого биджу вместе с его носителем, что давало стратегическое превосходство над всеми остальными странами, уже лишившимися своих хвостатых, в отличие от их скрытой деревни, где хвостатых было целых два. Девятихвостый и Двухвостая, которую селение благодаря Узумаки получило в качестве трофея.       — Синица, проверь окрестности. У меня плохое предчувствие, — проговорил АНБУ, двигавшийся во главе группы.       — Свиристель, Попугай, мы в полной заднице, — ответила обладательница маски Синицы.       — Что случилось? — поинтересовался бегущий рядом боец.       — Мы только что угодили в ловушку, барьер трехгранная пирамида быстро уменьшается, увеличивая плотность своих граней, уже сейчас в каждой количество чакры равное количеству чакры восьмихвостого и продолжает расти, — быстро ответила она.       — Драный Учиха, он все же решил избавиться от всех хвостатых, чертов красноглазый ушлепок, если мы отсюда выберемся, я сотру к чертовой бабушке эту сгнившую насквозь деревню, — зло бросил Свиристель, покрываясь чакрой девятихвостого и отращивая девять хвостов из чакры, готовясь применить сильнейшую технику доступную джинчурики.       — Бомба уже не поможет вам пробить барьер, — проговорил призрачный силуэт шестого Хокагэ, появившийся перед замершим отрядом.       — С чего бы такая уверенность? — огрызнулся один из АНБУ.       — Мы готовились к этому долгих три года, и ты должен представлять сколько за это время можно скопить чакры, а после того, как вы уничтожили Би и его зверька, осталось устранить только вас и наш мир сможет вздохнуть спокойно, — довольно улыбаясь, ответил Саске.       — Не боишься, что биджу возродятся? — спросил Попугай.       — После уничтожения такими техниками, им путь в этот мир закрыт. Что ж, пожалуй, мне пора развеиваться, через несколько минут все закончится. Надеюсь, вы не сильно будете мучиться перед тем, как сдохнете, — исчезая, бросил призрачный силуэт последнего Учихи.       Забравшись на вершину одного из высоких деревьев, группа могла наблюдать приближение к себе со всех сторон быстро чернеющих граней пирамиды, которые на своем пути уничтожали все, полностью вытягивая чакру из окружающего пространства.       — Свиристель, Синица, приготовьтесь передать мне большое количество чакры, я постараюсь пробить её стены своей пространственной техникой, — попросил Попугай.       — Сделаем, — синхронно ответили двое АНБУ, складывая одной рукой печать концентрации, а вторую кладя на плечо замершего в позе концентрации напарнику.       Постепенно место внутри пирамиды погрузилось в полную темноту, стены были в нескольких десятках метров от застывших людей, когда Попугай, подняв взгляд вверх, туда, где должна была находиться вершина пирамиды, и, сняв маску, проговорил.       — Мангеке Шаринган: Камуи, — в месте соприкосновения техник по пирамиде пошли белые трещины, но они быстро затягивались за счет дальнейшего сжимания граней и увеличения своей плотности, когда до АНБУ оставались считанные метры, произошло что-то непонятное. Белая вспышка, и троих АНБУ с огромной скоростью, потянуло вперед.       POV Наруто.       То, что началось после белой вспышки, выбило меня из колеи, и я даже не сразу смог восстановить контроль чакры. Запредельно резкий рывок, затем полет вперед, хотя может и не вперед, а просто куда-то, постоянно растущие нагрузки. Пришлось напитывать тело чакрой до предела, но даже это не помогало, связки и мышцы рвались, кости противно трещали, причиняя адскую боль. Моя фарфоровая маска не выдержала, по моим ощущениям, и пяти минут полета, развалившись на части, при том, что сделана она была из материала способного выдержать нагрузки, превосходящие в шесть раз силу притяжения нашей планеты, что наводило на очень нехорошие мысли. Если перегрузки и продолжат так расти, я сам умру на десяти g, но опасения оказались напрасны, через несколько мгновений давление стало спадать, скорость уменьшаться и я, наконец, смог ощутить присутствие своих товарищей, летевших где-то рядом.       Вскоре впереди образовалась белая воронка, и мы вылетели в неё. Оказались мы в воздухе в подвешенном состоянии, наверно, в метрах в сорока над землей, вокруг был знакомый лес страны Огня, и только тут я понял, что не могу пошевелить ни одной мышцей, а деревья внизу вдруг стали стремительно приближаться.       Приземление, мягко говоря, было неудачным, пересчитав своей тушкой все ветки, я упал головой вниз и от удара просто потерял сознание, оказавшись перед раскрытой клеткой своего биджу.       — Ку, дружище, что это было? — спросил я его.       — Пространственно-временная техника, — лениво ответил мне лис.       — Ладно, пространственная, а вот откуда временная. Камуи же искажает лишь пространство? — удивленно спросил я, ощущая, как тело под воздействием чакры моего хвостатого друга приходит в норму.       — Его техника вообще-то пробивает не пространство, а пелену реальности. Или ты забыл о мире созданном Обито? — изогнув бровь, ответил он.       — Не, это я помню, но причем тут временная? — я начал злиться, не люблю, когда он начинает примерять на себя роль профессора и говорит загадками на одном ему понятном языке терминов.       — При том, что я и Ниби, благодаря нашим познаниям в области путешествия между реальностями, используя технику Какаши, перенесли вас в другую реальность, правда, тут вы трое умерли, а временная потому, что вашим телам сейчас несколько меньше, чем было перед гибелью, — спокойно излагал Курама.        — То есть как мертвы? — рассеянно спросил я.       — Вот так. Какаши умер на той миссии вместо Обито, вытолкнув его из-под падающего камня, сам же был раздавлен. Тебя убил я из этого мира, когда Третий использовал Печать Бога Смерти после того, как я вырвался из Кушины во время вторых родов, при этом умер и сам здешний лис, так что твои родители здесь живы и Минато до сих пор Хокагэ. А Хьюга умерла в тот день, когда её похитил посол из Облака, правда, в отличие от прошлого мира, тут он поступил умнее, отрубил ей голову. Запечатав, попытался уйти, но на следующий день был задержан за убийство Химе клана и казнен, вместе с частью старейшин самого клана, помогших ему проникнуть на территорию клана, — проговорил Лис, обмахивая себя одним из хвостов.       — Но почему именно так? — устало спросил я. Нет, конечно, я был рад, что в этой реальности мои родители живы, и отец все еще управляет Листом, что у меня даже есть старшие брат или сестра. Но факт того, что я мертв, подталкивал к мысли, что надо бежать подальше из страны Огня, осесть там вместе с Хинатой и Какаши.       — Понимаешь, перенести людей из одного мира в другой можно только при соблюдении определенных условий. Первое: сильная техника искажения пелены реальности и просто огромное количество чакры. Второе и самое главное, перенести из одного мира в другой можно только в случае неотвратимой опасности смерти переносимых в первом мире, и они должны быть мертвы во втором мире. Так что привыкай жить в новом мире, мой юный джинчурики, — ответил Лис.       Я был опустошен, мне совершенно ничего не хотелось, слишком многое на меня свалилось вот так сразу. Приказ Саске убить Би, затем предательство этой гребанной деревни, где даже после войны меня все равно боялись и ненавидели простые жители, и лишь шиноби относились нормально, из-за чего мне пришлось уйти в АНБУ. В тройку к Какаши и Хинате, в которую по просьбе Хиаши, желавшему дать своей старшей и любимой дочери свободу от клана, был запечатан мой трофей, Мататаби, двухвостая демон-кошка, ибо джинчурики не мог быть клановым.       — Не расстраивайся мой друг, в этом мире у тебя и твоих друзей есть шанс начать все сначала, Коноха здесь не знала прихода биджу, клан не знает Хинату и не считает её негодной ни на что, кроме товара для выгодного замужества. А у Какаши тут живы и Сенсей, и вся его команда. У тебя же тут есть семья, мать и отец, и старшая сестра, то о чем ты мог только мечтать в той жизни, разве ты не хочешь познать семейное тепло и получить шанс завести свою собственную? — с доброй улыбкой спросил Курама. Я не знал, что ему ответить, сердце подсказывало, что он прав, а мозг кричал, что это просто его месть за то, что мы сотворили с его братьями и сестрами.       — Почему ты это сделал? — задал я ему вопрос прямо.       — Это наша благодарность вам за то, что ты и твои друзья дали нашим братьям шанс прожить другую жизнь. Жизнь, в которой мы не оружие и источник силы, а друзья для своих джинчурики, и в скрытых селениях нам поклоняются как духам, охраняющим их от бед. А теперь тебе пора возвращаться в реальность, твое тело я уже подлатал, Ниби поможет сероглазке, а вот Какашку вам самим придется лечить, — укладываясь клубком и пряча нос в своих хвостах, ответил он, попутно выкидывая меня из подсознания.       End POV Наруто.       Под большой раскидистой липой лежали два бессознательных тела. Девушка, с иссиня-черными волосами, закрывавшими лицо в стандартной форме АНБУ листа, рядом лицом в землю лежал блондин в точно такой же одежде, что и друг по несчастью. Первым в себя пришел юноша, поднявшись на руках, он перевалился на спину и несколько минут лежал просто так, пытаясь сфокусировать взгляд, после того, как ему это удалось, он попытался сложить печать концентрации, что ему удалось. Чакра ускорила свой бег по организму, отгоняя прочь слабость и позволяя ему принять вертикальное положение, не шатаясь.       Подойдя к девушке, он перевернул её на спину, переломов или отбитых органов у неё уже не было, только лицо было в засохшей крови, хотя никаких ран не видно, сообразив, что биджу уже привел её в порядок, он стал глазами искать своего сенсея, командира их группы. Нашелся тот через минуту, он застрял в кроне дерева, при первом же взгляде были видны два открытых перелома правой руки и ноги. Запрыгнув к нему и пустив в тело чакру, Наруто с радостью для себя обнаружил, что внутренности Хатаке не пострадали, только чакры у того почти не осталось. Аккуратно взяв на руки травмированного Какаши, он спустился на землю. Сделав мысленное усилие, призвал клона, извлек из печати свиток с полевой аптечкой и другими нужными вещами.       — Разложи спальник и помоги мне уложить Сенсея, — отдал он распоряжения.       Клон послушно выполнил все, что от него требовали. Почти час понадобился Узумаки, чтобы собрать сломанные кости с помощью чакры и наложить гипс. В области ирьендзюцу он был не очень силен, на уровне среднего генина медика, то есть был способен просканировать организм, собрать раздробленные кости, но заживить ткани организма ему было не под силу.       В это время клон переложил Хинату на еще один спальник, поставил палатку и приготовил место под костер, после чего с чувством выполненного долга развеялся. Закончив с переломами и перебинтовав еще несколько ран Хатаке, Наруто опустил на его глаз специальную повязку, чтобы шаринган не тратил чакру, и тот быстрее пришел в себя.       Создав двух клонов, блондин раздал им указания, а сам отправился расставить вокруг их временного лагеря сигнальные ловушки и осмотреть местность в поисках более надежного и подходящего укрытия, но вокруг на многие километры простирался лес, лишь где-то на западе горизонта виднелись вершины Скалистых гор страны Огня. Вернувшись в лагерь через три часа, он обнаружил Хинату, готовящую что-то на костре, и уже очнувшегося Какаши.       — Где был, Наруто? — Спросил джонин.       — Расставил по периметру сигналки, осмотрел местность на предмет более подходящего укрытия для нашего лагеря, — ответил юноша, присаживаясь к костру.       — Ясно. Кто-нибудь в курсе того, что произошло и где мы, ибо я ничего не помню после вспышки, — снова задал вопрос Хатаке.       — Я тоже ничего не помню, после вспышки, — пожала плечами Хьюга, не отрываясь от готовки, явно думая о чем-то своем.       — Тогда я, пожалуй, введу вас в курс нашей ситуации… — начал пересказ Девятихвостого Наруто. — Вот такие пироги.       Степени зависания Хинаты и Какаши можно было охарактеризовать, как полный писец, поели в тишине, после чего сенсей как более опытный пришел в себя и задал главный вопрос.       — И какие предложения по легенде для Шиноби Конохи? — осведомился обладатель шарингана.       — Ну, тут есть предложение, помните, как выжил Обито? — Увидев кивки со стороны двух слушателей, он продолжил. — А что, если вдруг окажется, что вас, сенсей, спас один из выживших при уничтожении деревни Водоворота? Используя этот момент, как опору, можно многое будет подстроить под логическую цепочку.       — И каким это образом? — спросила Хината.       — Ну, если за точку отправления взять спасение Какаши мифическим Узумаки, то исчезновение меня и девятихвостого можно объяснить его проделками, то есть мое спасение и уже тоже будет иметь хоть шаткое, но основание, а эта усовершенствованная печать Восьми триграмм будет тому подтверждением, затем твою смерть можно будет записать на проделки Орочимару, ведь Облако так и не признало того, кто тебя похитил своим послом, а у головы обнаруженной у того бьякугана не было, и куда он делся неизвестно. Собственно, можно будет выдать версию, мол, он вырастил твоего клона, труп которого был подкинут вместо тебя, а тебя саму в его лаборатории переправили его шпионы среди шиноби Листа, где ты провела год, и он что-то сделал с твоим бьякуганом, именно поэтому твои глаза стали как у обычных людей, и при активации вены вокруг них не вздуваются, все равно его никто спрашивать не станет, он же враг Конохи. После тебя, при переправе из одной лаборатории в другую спасает этот мифический Узумаки и Какаши. Спустя несколько лет, они выкрадут из Облака один сосуд для запечатывания биджу, по странному стечению обстоятельств в нем будет находиться Ниби, но сами они об этом узнают только, когда решат извлечь из меня биджу и запечатать его в сосуд. Но поняв, что он уже был использован, и они выпустили на волю Двухвостую, Узумаки принял решение запечатать её в тебе, после чего умер, отсюда идентичность печатей у нас с тобой. Конечно, это только очень отдаленный от идеала вариант, но думаю, он вполне жизнеспособен.       — Согласна с тобой, тут главное побольше деталей придумать, и образ этого самого Узумаки четкий нужен, чтобы мозголомы, вроде Иноичи, не подкопались, — поддержала брюнетка.       — Ок. Примем этот вариант за основной, ложные воспоминания для мозголомов я создам с помощью иллюзий, так что каждый продумывает детали на счет себя и своих способностей, а завтра с утречка приступим к формированию в подсознании этих самых воспоминаний. Думаю, к моменту моего выздоровления мы управимся, — улыбнувшись, сказал Какаши, хотя его мысли были далеки от радостных. Опыт позволял прятать и не такие вещи глубоко в себе.       На выздоровление Хатаке и создание липовой истории жизни каждого из них ушло три с лишним недели, после чего воспоминания о прошлой реальности были надежно запрятаны за ментальными щитами. Группа выдвинулась в сторону Конохи, до которой из места, в котором они находились, было больше трех дней пути, ибо выкинуло их почти на границу со страной Ветра и на три сотни километров не было ни одной дороги или человеческого жилья.