bloody death for other f#cking worlds

Казалось в одну ночь по всему миру раздался чертов щелчок, как будто кто-то нажал спусковой рычаг к чему-то неизбежному. . Ночь бывшая мгновение назад мирной и пышущей жизнью, внезапно стала мертвенно тихой. Безмолвной. Облака должны бы грохотать под тяжестью их непроходимой тьмы, точно так же как срывающийся шторм, отдавали практически вакуумной тишиной. Лишь пара людей обратили внимание на сию необычайную деталь. Строящий планы по порабощению всего мира Страшный Темный Лорд, Когда-то в будущем Великий Манипулятор и Святой и маленький мальчик, чья магия громко вспыхивала под его кожей, беспокоя его сон в протухшей комнате чертового приюта. . В следующее утро погода снова открыла людям знойный солнечный день. Необычайно для Англии, хочется заметить. Слишком аномально. Это было первое сентября тысяча девятьсот тридцать восьмого года. Политическая обстановка в связи с большим притоком беженцев, которых политики вежливо кличали гостями достаточно сильно давила, но люди старались жить. Просто как нормальные люди. Совершенно нормальные жизни. Так невыносимо нормально. И так ужасно скучно. Тем временем на пышущей дымом и взволнованными волшебными семьями станции Кингс-Кросс, впервые ее порог пересек мальчик, неизвестный миру, который (он клянется сам себе, а он никогда не нарушает своих слов) станет однажды его собственным царством. Он не отворачивался от пристальных взглядов некоторых пока неизвестных ему чистокровных, выпрямив свою осанку и подняв подбородок под прямым углом. Его чемодан, раздражающе колотился позади него и с шумом опустился прямо в чертову канализационную решетку, заставляя его замереть и с грохотом скрежетать зубами. Он смог вытянуть его из ловушки одним рывком и больше не полагаясь на обыкновенную маггловскую привычку, потянул свою магию, поднимая чемодан в воздух и опуская сразу на тележку для общего багажа, где он с хлопком исчезал. Мальчик еще секунду смотрел на пустое место, где секунду назад был его чемодан, но потом отвернулся и отправился в ближайший вход в вагон, чтобы занять одно из купе. Слава Мерлину, в его новую сумку (которую он взял у того отвратного мальчишки Билли Стаббса, перед своим выходом, потому что он был слишком отвратительно громким ) поместился один из его учебников, Трансфигурация. Он находил это интересным, но мысль о том, что тот старик будет преподавать ему её наводила одни отталкивающие мысли. Его инстинкты и интуиция буквально шептали ему, чтобы он был на чеку. А они никогда не ошибались и он никогда не ошибался. Он собирался произвести впечатление и быть лучшим, если для того, чтобы этот старик отвел от него свой взгляд понадобится только это, то он сделает все еще лучше. Его мысли оборвались на половине, когда дверца его купе отворилась с грохотом и на него уставился какой-то мальчишка. Безумно блестящие голубые глаза, светлые русые волосы, курносый нос и буквально блестящая выглаженная мантия. С иголочки, - противно прошипело ему внутреннее Я. Вторженец оглядел его и сморщил нос, как будто увидел что-то противное, от чего глаза Тома стали на несколько тонов холоднее. - Пошёл вон. - Проговорил мальчишка, отмахиваясь от него, как от мухи. Том остался на месте, вглядываясь в своего гостя. Изначально, он собирался подружиться с каждым волшебником и волшебницей, кто мог быть ему полезен. Аристократы и богатенькие детишки, - думает Том, практически скрипя зубами в мыслях, - будут первым на очереди тех, кого он поставит на колени. Он улыбнулся уголками губ, как будто сам вид этого ничтожества его забавлял. - Почему я должен? Мальчишка раскрыл рот, видимо в шоке от того что он не испугался и не убежал, поджав хвост. Когда же ответа не последовало, Том пожал плечами, вновь обращая внимание лишь на строчку, на которой он ранее остановился. Аристократишка сморщил своё лицо, но будучи неуверенным в собственном ответе, фыркнул, пробормотал что-то о грязной крови и вышел. хлопнув дверью.. Как только он остался один, Том отложил книгу в сторону, поворачиваясь к окну и поджимая губы. Ему нужно обдумать значение данной встречи и те, взгляды на станции. Всё явно не так просто и сладко, как это описал чертов старик.. (и совсем капельку, незаметную и практически невидимую, ему было горько от того, что его отталкивает мир, где должно было быть ему место). *** Они застряли на чертовой станции. Неизвестно из-за чего. Какой-то чрезвычайный случай и необычайное происшествие, о котором бормотали Провожатый и Профессор, который появился из ниоткуда. И это раздражало. И пугало. Итак взволнованные и оторванные от комфорта дети буквально уменьшались в размерах от напряжения, которое парило в воздухе практически весь час, который им пришлось сидеть в поезде, чтобы они не разбрелись. Потом на границе леса, с другой стороны, что-то вспыхнуло и пошло огромной рябью до самого неба. Ученики завороженно вглядывались в окна поезда, наблюдая, как золотой цвет магической волны переходит в лазурный, а потом тухнет, теряясь в чистой темноте ночного неба. На часах было пол-восьмого вечера, когда Профессор строго и в срочном порядке проконтролировал перемещение старшеклассников на кареты. И ровно в семь пятьдесят шесть Том Риддл увидел силуэт Хогвартса с четырехместной лодки. Он уже знал, что не смотря ни на что, это место станет его. Его домом. Просто его. *** Встретил их Профессор Дамблдор. Он рассказал им вступительную речь о четырех факультетах, о семье и принципах разных домов. Том тем временем оглядывал толпу разношерстных однокурсников, примечая любые детали: кто-то уже знаком, кто-то держится в стороне. И еще одно. Несомненное отличие. Казалось бы среди детей существует четкая граница деления на несколько групп: те, которые с широкими глазищами пялились на все окружающее их пространство, будто видят впервые (скорее всего так оно и было, черт возьми) и дети, кто выделялся обыкновенным волнением перед встречей и распределением. Том с отвращением понял, что скорее всего именно в этом и заключается ответ на вопрос прошлого отношения к нему. Дискриминация. Неужели? - фыркнул он в мыслях, но замолчал, чувствуя, как по рукам пробегают мурашки от вида Небесного свода на потолке и Огромного действительно Великого Зала. Потом была шляпа, которая он даже не понял как он работает и что это за магия, так громко заверещала что он Слизеринец, что у него гудело в ушах. Откровенное непринятие со стороны соседей и их отстраненность от него. Но, подумал он, все не так плохо. Он все-таки попал туда куда хотел, - продолжил он в своих мыслях отстраненно наблюдая, как за красный громкий стол, Гриффиндора, садится один рыжий близнец за другим, Прюэтты. Он буквально почувствовал, чем увидел или услышал. Как будто кто-то снова щелкнул переключателем. Дамблдор заикнулся, смотря на список с фамилиями, а большие двери громко хлопнули, ударяясь о стены и впуская в зал кого-то. Весь зал уставился, как из тени коридора сначала практически воспарил пожилой и довольно живенький мужчина в скромной синей с шерстяной прокладкой мантии и стрелецкой шапке, из под которой выглядывали его кудрявые седые волосы. Он буквально пролетел мимо толпы студентов и Дамблдора, кивнув ему и усаживаясь за место в центре стола. Но Том не отводил взгляда от входа, ощущая присутствие .. ребенок показался из темноты мимолетной, воздушной фигурой. Он выглядел на шесть-семь лет, явно ниже среднестатического первогодки, но то какой холодный ветер промчался по Залу, на мгновение задувая свечи под потолком, давая лишь некоторым особо внимательным разглядеть чужие практически флуоресцентно-зеленые глаза возносило по каждому мурашки (у кого-то ужаса, у кого-то восхищения). В следующую секунду свечи вновь горели ярким теплым светом, а мальчик казался совершенно не таким устрашающим. Как будто это была мимолетная галлюцинация. . В полнейшей тишине Большого зала его шаги раздавались громче, чем что-либо. Том вглядывался в черную макушку, волосы на которой выглядели, как будто мальчишка побывал на чертовом урагане, и пытался понять откуда это внезапное тревожное ощущение будто что-то не так. Не на месте. Не вовремя. Мальчик шел с идеально отмеренным шагом, стальной осанкой и совершенно непроницаемым выражением лица, проходя через живой коридор, когда первогодки почему-то отступали в сторону с каким-то паническим выражением лица. Он передал какую-то бумажку Профессору Дамблдору и сделал два шага обратно в первый ряд первогодок. По Большому Залу наконец-то пошёл хоть какой-то ропот. Похоже никто, даже профессора, не имели ни малейшего понятия кто такой этот мальчишка. Дамблдор прочитал записку и Том имел удовольствие, которое почувствовал лишь отдаленно на фоне огромного любопытства, наблюдать, как с его профессора спадают любые краски и он отправляет бумагу в руки пожилого мужчины, кто сидел в центре преподавательского стола. Ропот в зале усилился, когда мужчины казалось обсудили какой-то немыслимый вопрос и перекинулись кивками. В следующую секунду по залу раздался громкий, хотя и несколько, ломаный голос профессора Трансфигурации. - Певерелл, Харрисон-Морте. Зал взорвался очередной волной удивления, его собственный факультет словно потерял дар речи. Том, озадаченный частой сменой эмоциональной окраски толпы, заинтересовался еще сильнее. Кто ОН? Как только Огромная шляпа накрыла его голову, буквально сьехав на ему практически на подбородок, она затряслась, норовя свалиться или, не дай бог, взорваться. Но всё обошлось. Она замерла и спустя мгновение, пробормотала, слабым, трясущимся голосом и хриплым тоном, словно была человеком при смерти: - Слизерин.. Никто не аплодировал. А мальчик, Певерелл, с озорной ухмылкой скинул шляпу с головы, отправив её прямо в руки Дамблдора, и пошёл в сторону самого крайнего стола. Как будто он уже знал, что будет сидеть там, и совершенно не обращая внимания на место, которое ему освободили другие дети, он присел на край, рядом с Томом, заставляя его замереть в удивлении. Они оба не произнесли ни слова, но на губах мальчика до конца всего ужина играла такая озорная ухмылка, как будто он знал какую-то ужасную тайну о каждом перед ним и она его бесконечно забавляла. Это волновало не только Тома, но и всю чертову школу. *** Тома не тронул холод подземелий, когда они спустились туда. Холод зимой в приюте был намного сильнее, поэтому он даже не покрылся мурашками. Он любовно впивался взглядом в атмосферу потрясающей гостиной с готической стилистикой, обставленной богатой кожаной и резной деревянной мебелью.Он слушал об отношении к Слизерину, о правилах и системе управления на факультете, смотрел горящими глазами на Королевский Двор старшеклассников, расположившихся и бурно обсуждающих что-то (возможно, их) на диванчиках и одном отдельном кресле прямо перед огромным камином. Казалось кто-то хотел сказать что-то еще, явно неслишком доброжелательное, но высокая девушка с кучерявым хвостом шикнула, прошипев что-то вроде “уже слишком поздно для этого, Флинт!” и направила первогодок в сторону спален, о которых им уже рассказали. Он не был в восторге от того, что ему придется делить спальню с еще двумя детьми, но пока они знали что для них лучше, он готов и терпеть! Он спал в спальне с двумя другими волшебниками. Малфой и Нотт. Они даже не взглянули на него, предпочитая игнорировать и Том принял с это с вежливостью, потому что одним этим решением они немного немало хотя бы не занесли себя в список тех, кто упадет перед ним на колени в болезненных пытках (как тот мальчишка из поезда, Лейстрейндж, Том внимательно наблюдал за ним вовремя распределения и был приятно удивлен подарком того, что этого нелепого осталопа поместили в Слизерин. Том считает это прекрасным подарком). Он заснул сразу, как только его голова коснулась мягкой подушки в шелковой наволочке приятного елового оттенка. Из-за своего детства он встал довольно рано, на часах, которые висели на стене было от силы половина седьмого утра, когда он уже сложив как можно больше учебников в свою сумку, отправился в сторону гостиной. Проходя по коридору и считывая фамилии, он старался запомнить где чья комната и вообще общие имена первогодок. Его магия отдавала волнением от поставленных ожиданий их занятий сегодня, но это не должно было помешать ему понять построение социальной лестницы в их году. Он не собирался быть у кого-то в ногах. К его приятному удивлению, в гостинной его встретил весь Королевский двор Старших классов, которые казалось были достаточно бодры. Одна из них, девушка, которая вчера отправила их по комнатах, заплетала свои кудрявые темные волосы в густую шишку и поймала его взгляд. Она ухмыльнулась уголком губ и отвернулась в сторону, обдавая Тома ощущением мимолетного признания. Он выпрямился чуть сильнее, сжимая собственный ремешок сумки и обводя взглядом остальную комнату. Несколько старшеклассников: пару третьегодок, которые сидели за пергаментами (или пытались это делать), один подпрыгивающий на месте первогодка, к которому Том однозначно решил не подходить, - подумал он с отвращением, и … Певерелл. Том моргнул, уставившись на мальчишку. Тот стоял прямо перед камином и с каким-то непонятным знанием смотрел на огромный портрет Салазара Слизерина. Том с интересом перевел взгляд на картину тоже, чувствуя какое-то ощущение неправильности в одном взгляде на нее и, с недовольством поджав губы, он отвернулся обратно к мальчишке.. Который внезапно оказался слишком близко к нему. Том отказался подпрыгивать, лишь быстро моргнул еще раз, встречая прищуренный взгляд зеленых глаз. Том чувствовал, как по его спине пробегает холодный пот от того насколько странно было находиться под прицелом этого взгляда. Раньше он никогда бы не мог сказать, что его пугает темнота или пустота, она просто была постоянной частью его жизни, он привык к ней. Но то какие эмоции отражались в глазах этого мальчика.. - Доброе утро, Риддл. - Прошептал Певерелл, наклоняя голову вперед и щурясь еще немного. Будто пытался разглядеть в нем что-то. Том кивнул ему в ответ, не совсем уверенный в своем голосе. Казалось Певерелл нашёл то, что искал, потому что он вздохнул и вновь повернулся к огромному портрету Основателя. Том тоже посмотрел туда и задался вопросом о неправильности. Почему этот портрет отличался и так .. не вписывался? Величественность и качество портрета, краски и оттенки четко соответствовали царящей в гостиной гармонии. Внешность основателя не казалась.. отвратительной. Но все равно. Что может быть не так в портрете, где Великий человек сидит за своим столом, держа одну руку на палочке, а другую на каком-то толстом темном фолианте. Рядом с парой пергаментов около него стоял графин из зеленого стекла, заполненный какой-то жидкостью, с широким бликом, размазанным посередине. Позади всей композиции видимо треугольное полотно с огромным ревущим василиском. Сама художественность и детальность портрета должна захватывать, но что-то было не так. Что именно? Он как раз хотел оглянуться на Певерелла, чтобы понять поэтому ли мальчишка так упрямо пялится на обыкновенную картину, когда на лестнице послышался шум и из спален стали спускаться группами его однокурсники и старшие. Когда он все таки обернулся, Певерелла не было ни рядом с ним, ни в гостинной. *** К обеду, уроки стали настолько.. отвратительны в теоретическом плане, что он буквально хотел спать. Ну или вырваться в библиотеку, которую для начала надо было найти, черт возьми. На трансфигурации им даже не разрешили достать палочки, обьясняя это тем что сначала им необходимо пройти основы Законов Трансфигурации, чтобы обеспечить всеобщую и собственную (в первую очередь) безопасность. Том знал все пять законов, перечислил их наизусть, но Дамблдор лишь строго взглянул на него из-за его стеклышек и отвернулся к гриффиндорцам, диктуя следующуй закон. Отвратительное пренебрежение. И явный фаворитизм. Что еще больше испортило Тома настроение, так это то, что следующим после этого уроком стояла история Магии и .. Изначально его так восхитила идея о том, что им будет преподавать призрак. Это ведь подумать только, сколько всего он видел и мог бы им рассказать. Даже о секретных ходах в школе и достоверной точке зрения о различных войнах.. Но нет. Этот урок тоже оказался разочарованием. Профессор Биннс даже не поздоровался с ними, начиная диктовать лекцию, которая даже была не для их года (Том знает, он прочел в е с ь чертов учебник!). Следующим разочарованием была его неспособность ужиться с палочкой. Всю свою жизнь, с самых ранних лет, он привык что его магия была буквально продолжением его мысли и сейчас.. Ему нужно было “рассечь воздух и взмахнуть!”, как сказала Профессор Трипнет, скучающе потирая собственную палочку какой-то салфеткой после того, как показала им основу и продиктовала параграф.. Левиоса был легчайшими чарами, но они не поддавались Тому, как бы сильно не не концентрировался на том, чтобы его перо воспарило в воздух. Его палочка просто недовольно гудела в руке,а один раз даже будто укусила, отчего он с шипением выкинул её на другой конец парты, смахнув перо потоком воздуха. Его успокаивало то, что из всей толпы его сокурсников получилось только у одной девчонки, которая оказалась “прирожденной” чародейкой по материнской линии. Трипнет громко похлопала ей и долго кудахтала о том, что ей обязательно нужно будет просвятить её мать о том, что линия чародеек в их роду продолжается. Том отключил половину всего этого, предпочитая снова взять свою палочку и убрать ее в сумку, хмурясь и перечитывая теорию, потому что он не понимал.. Где. Он. Делал. Ошибку. Так что, к времени ланча, его настроение было просто ужаснейшим. Он отстал от остальной группы однокурсников, потому что пытался уточнить у Профессора Трипнет причину его неудачи, но та лишь повторяла о том, что ему нужно просто представить и что-то про “вам нужно быть более открытым и искренним к самому себе, мистер Риддл, палочки не могут слушать тех, кто не искренен с самим собой”. Как будто можно быть искренним или нет в том, чтобы у него воспарило одно чертово перо! Что в этом такого сложного? Почему у какой-то девчонки это вышло, но не у него.. Его магия Никогда не подводила его и не бросала его. Он поступил в Хогвартс, у него была волшебная палочка. Он является Волшебником. Так почему его заклинания не работают? Он раздраженно выдохнул, остановившись от гневного шага, и оглядываясь вокруг. Пустой коридор с обоих сторон внезапно давил своей атмосферой и тишиной. Не смотря на яркий и приятный солнечный день, одиночество практически заставили его отшатнуться. Он так привык находиться в толпе за несколько часов, что совершенно забыл о том, что не знает куда идти… Он сделал несколько шагов в сторону правого коридора, а потом повернулся обратно и снова замер, недовольно поджимая губы и оглядываясь вокруг в поисках какой-нибудь подсказки. Откуда он вообще пришёл? И где он? В какой стороне класс чар? - Черт, - прошипел он, пиная воздух и вскидывая руки, когда его мозг буквально закипел. Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, прикрыв глаза, а потом кивнул сам себе, доставая палочку и неуверенно вглядываясь в нее. В конце их учебника по чарам были Поисковые чары - Point Me. Обычно они применялись для того, чтобы найти кого-то. Том мог использовать имя и личность своего соседа по комнате, любого кто, он точно знал, будет сейчас в Большом зале. чтобы найти выход из.. своего положения. Единственная загвоздка.. Хотя он и знает совершенно точные движения и активации заклинания. Его палочка до этого совершенно не собиралась работать вместе с ним. Он поджал губы, но выпрямился, взмахивая палочкой по кругу и пересекая его, ловя палочку из воздуха и укладывая поперек ладони, как стрелку. Он вздохнул побольше воздуха, представляя перед собой того равнодушного блондина, просто потому что его внешность более примечательна, и прошептал: - Point Me, Абраксас Малфой. И задержал дыхание, отказываясь шевелить хотя бы одним мускулом. Палочка безответно лежала на его холодной ладони, будто насмехаясь над ним. Он заскрипел зубами, зажмурившись и повторяя движение, в этот раз более яростно: - Point me, Абраксас Малфой! Ничего. - Point me, Теддеус Нотт! - Point me, Слизерин. Ничего. Она просто прокрутилась кончиком в его сторону и позорно почти свалилась с руки. Он раздраженно застонал, опуская руку с палочкой и буквально трясясь от негодования. Его живот громко заурчал и дрожь прекратилась. Том опустил голову в пол, кусая губу и сжимая палочку в кулаке. Черт возьми. Он глубоко вдохнул, пряча никчемную деревяшку в карман, выпрямляясь и идя вперед по правому коридору. Неважно куда, но он должен куда-нибудь прийти. Ему просто нужно найти кого-нибудь и спросить как пройти в сторону Большого Зала. Все теряются. Это ничего. Ничего страшного. Все в порядке. Он выбирался и из худшего дерьма. *** Он не нашёл Большой зал. Пропустил Ланч, но одна из старост Гриффиндора, хотя и не слишком вежливо и довольно, но направила его в сторону подземелий, потому что сейчас у них должны быть Зелья и первое занятие с Деканом Факультета, на которое он опоздал. О, он был просто в невероятной ярости на самого себя, пробегая мимо старшекурсников, толпящихся в коридоре неизвестно почему, и буквально залетая за угол и врезаясь в чужое тело. Он ошарашенно уставился на Певерелла, который выглядел удивленным его запыхавшимся состоянием или чем угодно. А потом снова побежал, практически перепрыгнув через его короткие ноги. Он слышал, как мальчишка что-то крикнул ему в след, но не остановился, потому что .. Мерлин! Он так опаздывал! Это такой.. Фу! *** Он ворвался в класс, как раз перед тем, как Лестрейндж попытался закрыть дверь перед его носом. Стараясь контролировать хоть какие-то остатки собственного внешнего вида и благопорядочности, он кинул в Лестрейнджа ядовитый взгляд, извинился перед Деканом и быстрым шагом промчался прямо за первую парту. Мужчина, чем-то похожий на довольного моржа, ухоженного моржа, погладил свой ус, с озорными искринками наблюдая за склокой и хлопая руками, чтобы привлечь внимание к самому себе.Он казался необычайно довольным, когда абсолютно все уставились на него, не обращая внимания на степень заинтересованности и уже собирался раскрыть свой рот, чтобы произнести одну из самых напышенных речей, которые Том возможно слышал в своей небольшой жизни, когда дверь снова тихо заскрипела и в кабинет спокойно зашёл Певерелл. - Извините за опоздание, сэр. - Громко с какой-то веселой ноткой проговорил мальчишка, заставляя Тома нахмурится, но низачто не отвести взгляд. - Мой-Мой, что же случилось? Вы будто столкнулись со стаей Пикси, Мистер.. - Он сделал паузу, невольно позволяя ученику представиться самому, хотя Том почему-то четко осознавал, что ему и каждому в этой школе было известно кем был этот мальчишка, так любящий опоздания. Услышав конец предложение и совершенно не понимания, кто такие пикси, Том всё-таки легонько повернул голову, тут же встречая яркие зеленые глаза с прищуром. И вновь он замер, как чертова дичь перед хищником. Ему это не нравилось. И что вообще значило это столкновение с пикси? Подумаешь, слегка растрепанная мантия и этот бардак на голове, он у него всегда! Том хмыкнул, отворачиваясь обратно к доске и игнорируя последующий диалог. - Это Певерелл, сэр. Я верю, что в Хогвартсе не встретишь стаю пикси, разве что летящих, как смерчь учеников. - Он фыркнул, заставляя Декана громко захохотать, понимающе кивая. Том почувствовал, как его губы недовольно искривились и уши покраснели. Этот паршивец.. - Я верю в то же самое, Мистер Певерелл. Присаживайтесь, мы как раз начинали знакомство.. И он прошел вперед, садясь за соседнюю первую парту и медленно выкладывая на стол собственный учебник, уменьшенный котелок и .. Том дернулся, скрипнув зубами, когда нашел взглядом до боли знакомый кожаный блокнот. Он поднял взгляд по чужой руке, которая мягко поглаживала обложку и нахмурился, встречая еще один веселый взгляд. Ему хотелось немедленно подняться и вырвать свою вещь из чужих лап, но Слизнорт начал громко вещать о том насколько прекрасна наука Зельеварения и к чему они придут под конец этого курса, ну или должны прийти. И ему пришлось отвернуться, буквально хрустнув шеей. Он возьмет его позже. **** Как бы его это не раздражало, но Певерелл умел растворяться в воздухе. Том не успел перейти даже порог кабинета Зельеварения, как его и след простыл. Впереди был свободный период в сорок минут, а потом ужин и ничего до конца дня. Том не собирался гоняться за некоторыми придурками. Он не гонялся. Никогда и ни за кем. Он смог проследовать за старшеклассниками Хаффлпафа, которые шли в сторону библиотеки для групповых занятий и наконец его напряжение немного спало. Когда он увидел эти казалось бы бесконечные и высоченные полки с кучей книг, он буквально ошеломленно замер на месте. Сколько знаний, сколько заклинаний, вопросов и ответов он сможет получить здесь. Черт возьми, сколько времени уйдет на то, чтобы прочитать всё это? Он недовольно нахмурился при мысли о том, что ему придется пропустить какие-то книги и какая-то информация о магии просто пройдет мимо него. Он был так невежественен сейчас и его это так раздражало. Глубоко вдохнув, он снова одернул себя и пошел в сторону библиотекаря. Он выглядел откровенно скучающим, считающим какую-то коробочку с карточками и сверяющимся с огромным пергаментом с таблицей. Том вежливо откашлялся, отказываясь подниматься на носочки, чтобы его было лучше видно из-за оскорбительно высокой стойки. заставляя мужчину подняться и взглянуть на него. Он поднял брови, открывая вид на морщинистый лоб и заставляя Тома мысленно сморщиться. - Чем могу помочь, молодой человек? - Здравствуйте, - проговорил он, настойчивым вежливым тоном, отказываясь быть напыщенным грубияном, подобным этому мужчине. - Я хотел бы знать, что мне нужно делать чтобы записаться и .. - Он глубоко выдохнул, сжимая ремешок своей сумки, стараясь контролировать свое волнение. - И прошу вас посоветовать, что нибудь о Чарах для первогодок. Дело в том, что я уже прочитал свой учебник и он оставил у меня некоторые … вопросы. Мужчина долго и напряженно смотрел на него, постоянно переводя взгляд с его лица на его слизеринский галстук и щурясь, как будто Том не спрашивал у него обыкновенный совет, который между прочим входит в его рабочие обязанности, а предложил пойти и зарезать человека! Возмутительно! В дальнем углу кто-то громко откашлялся, заставляя мужчину дернуться и он снова взглянул на Тома, уже с более приятным выражением. Его глаза заметно потеплели и тощие губы приподнялись в подобие улыбки. - Прошу меня простить, молодой человек. Я не привык к тому, что ко мне обращаются слизеринцы. Обычно у детей из вашего факультета есть.. - Он замер, не успев донести конец предложения, снова окинув его взглядом, что Тому захотелось ощетиниться, как кошке, которой наступили на хвост. - Впрочем неважно. По поводу ваших вопросов. Вы проходите регистрацию в библиотеку Хогвартса при поступлении в эту школу, молодой человек. Вы можете брать книги, постучав палочкой по карточке внутри. Срок ограничен до конца семестра. Он замолчал и Том решил задать интересующий его вопрос заранее, неуверенный хватит ли ему терпения в нахождении рядом с этим человеком. - Можно ли брать книги на каникулы? Библиотекарь казалось снова удивился этим вопросом, а потом встряхнулся и качнул головой в согласии несколько раз. - Разрешено брать не больше двух книг. Хотя дети зачастую пользуются своими библиотеками дома.. Том скрипнул зубами, но выдавил холодную улыбку, сжимая ремешок сумки настолько сильно, что у него побелели костяшки. - Спасибо, сэр. Что на счет книги о чарах? - Я могу посоветовать вам книгу авторства Чарита Дабблинг-Форти “О чарах от и до”, возможно там вы найдете более подробные ответы на ваши вопросы. - Спасибо, сэр. Он больше никогда не будет задавать вопросы этим идиотам. Большое Спасибо. *** Тем вечером, из библиотеки его буквально погнал какой-то третьекурсник. Он выглядел дюже самодовольным и одновременно презирающим, но Том не мог показать хоть какое-либо отношение к нему, потому что как бы он не это отрицал, но в его голове крутилось лишь сквозной клочок вопросов от “Почему меня зовет Королевский двор”, “Я успел нарушить какие-то правила факультета?”, “Неужели это из-за опоздания?” и даже дойдя до критического “А что если они решили, что я не подхожу для Слизерина?”. Он пытался узнать хотя бы доли информации у третьегодки, но тот лишь отмахнулся от него с противной усмешкой. Это привело его к окончательному выводу, что зачем бы его не позвал Двор, это ему совершенно не понравится.. Ну или может ему стоит напустить свою магию на этого ухмыляющегося ублюдка, чтобы выпустить пар и мыслить более четко. Он выдохнул весь воздух, когда старшеклассник назвал пароль от гостинной и с силой сжал палочку в своей руке, выпрямляясь и поднимая подбородок под чужими взглядами. Быстрое сканирование обстановки дало ему понять, что первогодки были разделены на две группы, в то время как некоторые старшеклассники, Король и двое из его свиты смотрели на одну из групп, как голодные звери на последнюю антилопу в поле. Том мысленно вздрогнул, когда его пихнули в сторону этой группы. Он дернул плечом, скрипнув зубами и отказываясь делать шаги. Третьекурсник фыркнул ему прямо на ухо, с силой сжимая его маленькое плечо и оставляя синяки. - Иди, если не хочешь чтобы было хуже, мальчик. Он ощетинился, отказываясь бояться и всё-таки пошел в сторону группы одногодок, которые выглядели зашуганно. Как побитые собаки. Том оглядел другую группу с неудовольствием понимая, что их разделили как раз так, как он разделил их всех перед сортировкой. Так вот в чем дело. Ему дадут ответ на вопрос, чем они отличаются и за что, очевидно, его попытаются принизить. Возможно, это будет не так плохо, - подумал он, наблюдая как Король старшеклассников Слизерина, шестикурсник - Дэвид Пьюси, - вышел вперед с какой-то мягкостью оглядывая первогодок. А потом кидая в сторону одного из детей, стоящих рядом с Томом, каким-то проклятием. Том замер, удивленно и медленно поворачивая голову в сторону закричавшей девочки, которая упала на пол и держалась на собственное лицо, скрывая его ладошками. Собственное сердце внезапно громко забилось в ушах и дыхание сбилось.Он так давно не испытывал этого. Перед глазами пронеся силуэт матроны, с тяжелым мокрым прутом, а затем звук рассечения воздуха.. “Плохие дети должны быть наказаны за свои грехи перед Богом!” - За что? - Прошептал он безмолвно, переводя взгляд на людей вокруг. Девочка продолжала плакать, пока кто-то из свиты не щелкнул палочкой и теперь от нее не доносилось ни звука, хотя это кажется напугало ее еще больше. Пьюси гордо выпятил грудь, с презрительной усмешкой оглядывая её. - Вчера.. - Проговорил он достаточно громко и все посторонние шумы в гостиной затихли. - Мы пропустили одну важную деталь Вступления в ряды Слизерина. Вы наверняка задаетесь вопросом, почему я проклял её? - Он фыркнул, указав кончиком палочки в их сторону и заставляя многих вздрогнуть. Это вызвало ухмылку на его лице. - Всё просто, вы ниже нас. В мире Магии, Волшебники делятся на истинных, рожденных с магией, тех кто вырос среди магии, - Чистокровных, - Он с какой-то гордостью указал на себя, а затем обвел людей вокруг, включая другую группу первогодок, которые выглядели необычайно бледными. - И вас, люди с грязной неволшебной кровью, порождениями глупцов и идиотов, которые решили что Магглы равны нам или даже Выше нас. Грязнокровки. Он выплюнул последнее слово. А Том почувствовал, как его ноги замерзли на месте. По спине прокатился холодный пот и палочка жалобно скрипнула в сжатом кулаке. Этого не может быть. Не снова. Он оглядел группу людей вокруг, принимая их взгляды отвращения, презрения, принижения, ненависти.. Снова. Как и в приюте. Том почувствовал, как в горле встал горький ком и опустил взгляд, прикусывая губу. - Ты ударил её только поэтому? - Громко вскрикнул Том, заставляя стоящих рядом с ним детей отшатнуться, а старшеклассников довольно ухмыльнуться. Как будто он их развлекал. Пьюси тоже ухмылялся, выглядя безумным. - Нет, конечно нет. Никто не собирает проклинать вас только за то, что вы не можете контролировать, - он вздохнул устало. Дети рядом с Томом облегченно выдохнули, но он продолжал хмуриться. Наивные дураки, - подумал он и подтверждение вспыхнуло тут же фиолетовой вспышкой, ударяя девочку снова и заставляя её верещать, а старшеклассников вокруг залиться кровавым смехом. - Но она имела наглость, заявить и хвастаться своей связью с магглами и своей грязной матерью, среди нас. Прямо за ланчем. Девчонка громко и весело рассказала нам о том, какие мы отстающие, что до сих пор пользуемся перьями и зачем нам поднимать перо левитационными чарами если можно просто взять его и кинуть. Так маггловски! И отвратительно. Она казалась такой счастливой. - Он присел перед ней, наклоняя голову вбок, игнорируя её хныканье и то, что по ее запястьям от закрытого ладонями лица уже текла кровь. - Возможно, тебе не стоило соглашаться на Хогвартс, грязнокровка? Посмотри, как здесь ужасно. Может быть .. - Он мягко накрутил её волосы на кулак и поднял вверх, заставляя её оттдернуть руки от лица и являя всем искореженное огромной рваной раной лоб и щеку и ужасные нарывы по всей коже. Она заплакала сильнее. - Может быть тебе стоит написать своей маггловской мамочке и попросить её помощи? Дверь скрипнула, закрываясь за кем-то и все обернулись. Том даже не имел сил поднять взгляд от пола. Он смотрел на Пьюси, на то как он легко сжимал палочку двумя пальцами и она его слушалась. Чувствовал, как его магия практически чешется под его кожей, от его злости и обиды. Лицо Пьюси озарилось серьезностью, когда он посмотрел на того, кто вошел в гостинную. Он улыбнулся уголками губ и вежливо наклонил голову вперед. - Наследник Певерелл, мы как раз ждали только вас. Мальчик даже бровью не повел на подобный тон, он осмотрел всю гостинную, замирая на середине между двумя группами первогодок и наклоняя голову набок в выражении интереса. -Неужели? - Проговорил он все тем же веселым тоном, заставляя Тома все-таки взглянуть на него и почти отшатнуться от того, как сильно сияли его глаза в темноте. - Что же, тогда прошу меня простить за опоздание, меня не предупреждали об этом.. - Его губы сжались, чтобы изогнуться в саркастической ухмылке,- сборище. Это было неправильное слово, понял Том, наблюдая, как рука Пьюси с волосами девочки резко дернулась и чувствуя, как его блеклая магия пошла тревожными иголками защитным образом собираясь вокруг него. -Мы обьясняли вашим однокурсникам о правилах .. равенства в нашем мире. Вы ведь понимаете о чем я? Зеленые глаза довольно прищурились, будто он снова находил ситуацию довольно забавной или знал какую-то вещь, которая делает все это забавным. Он перевел взгляд на Тома буквально секунду, но этого хватило, чтобы Том заметил, что его губы дернулись практически переходя в оскал, прежде чем его лицо вновь вернулось к обычной раздражающей ухмылке. -Звучит ужасно скучно. - Выдохнул он, наблюдая, как все глаза Королевского Двора выпучились. Он с удовольствием, казалось, втягивал их беспокойство по поводу его непонятного отношения к их политической позиции. Оскорбительно. -Я же говорил вам, что он один из них! - Рявкнул кто-то в толпе старшеклассников. Том с интересом наблюдал, как по всем людям пробежался тревожный ропот и Король Слизерина сжимался от давления всп больше и больше, выглядя теперь уже не как "король", а как чертов червь, который ползет в сторону того, где может получить большей отдачи. Рот Тома скривился. -Друзья мои, я уверен, что Наследник Певерелл сможет обьяснить.. -Я полукровка, дорогой. - Фыркнул Певерелл, складывая руки на груди и качаясь с пяток на носки. Он выглядел таким непринужденным и веселящимся. - Ну и что же мне делать? К какой группе мне присоединиться, дорогой? Том наблюдал, как Пьюси все больше сходил с ума, а потом все-таки выстрелил в сторону мальчика таким же фиолетовым лучом, как и ранее. Певерелл просто отодвинулся в сторону, провожая заклинание взглядом, когда оно попало прямо в … -Друэлла! - Закричала какая-то девушка в толпе и рванула к своей сестре-первогодке. Чистокровной. Друэлла Розье громко плакала, сжавшись в комочек - проклятие угодило ей прямо в бок и выглядело это не слишком хорошо. Старшая девочка выглядела разьяренной, накладывая чары исцеления на свою знакомую. Она повернулась к королю на каблуках, ее волосы практически вспыхнули и даже Певерелл отступил на шаг. Том удивленно наблюдал, как Пьюси практически обмочился на месте! -В-вальпурга.. Это не.. Ты видела я не целился.. -Ты Король Слизерина, должен был позаботиться о том, чтобы наложить щит на собравшихся! Она одна из нас и ты.. - Ее лицо озарила хладнокровная маска и она сжала свою знакомую, Друэллу в обьятиях. - Моя семья узнает об этом, Пьюси. Молись всем Богам, чтобы мое исцеление ей помогло... Когда они удалились в сторону спален, прихватив с собой всех девушек-первогодок, по гостинной раздался смешок. А потом еще один и еще. И Певерелл залился звонким переливным смехом, заставляя всех завороженно и в ужасе замереть. Он смеялся, согнувшись и схватившись за живот, пока его волосы будто шевелились от перелива ветра. В тот вечер на этом все закончилось. Пьюси старался избегать Певерелла и тщательно разбирал свои проблемы с семьей Блэк, чьей подопечной по брачному контракту была Друэлла. Блэки отказались от поддержки Пьюси как сейчас так и в будущем, а так же разорвали несколько сделок с его родителями. Вальпурга красиво и элегантно насмехалась над его попытками извиненией, а Друэлла все еще лежала в Больничном крыле. Оказалось, что проклятие было Темным и оно, попав в нее, задело репродуктивные и жизненноважные органы, так что колдо-медики в страхе перемещения больной оставили ее в Школьном крыле и ограничили перемещение и посещение. Девочка либо будет инвалидной ведьмой, либо не принесет наследников, что как узнал Том равняется опущению важности женщины в мире Волшебников. Отстало, но факт. А еще ему неимоверно жаль, что теперь количество новых волшебных детей сократилось как минимум на трое, учитывая что Розье славились своей плодовитостью. После того вечера Том не отсвечивал перед старшеклассниками, отгораживаясь в историческом отделе библиотеки и изучая жизненно важные факты, чтобы понять всю ситуацию в целом. Уроки проходили день за днем и вот в середине семестра, когда все казалось утихло, за завтраком перед Пьюси приземлился огромным черный сокол. Король, чье положение было ужасно шатко в последние дни, отложил завтрак и медленно, страшась жуткой птицы, взял белый конверт. Как только его пальцы коснулись бумаги она преобразовалась в красную, уже знакомую среди первогодок. Через буквально мгновение она взорвалась, складываясь во что-то похожее на рот и начала громкий монолог, холодным и равнодушным тоном. - Дэвид Карлос Пьюси, доносим до вас факт выведения вас из очереди на наследование Светлости. Учитывая вред, который вы нанесли Младшей Наследнице семьи Розье, ваш отец, нынешний Лорд и Светлость - Карлос Симмонс Пьюси, решил аннулировать ваш статус, как Наследника семьи Пьюси. Отныне Наследником Пьюси является второй сын Лорда Пьюси и ваш младший Брат - Джонатан Фредерик Пьюси. Данная воля была подтверждена Нотариально и Магически в кампании гоблина Гриннготса, Ведущего по делам Пьюси - Кровоклыка, Колдо-юриста - Веламии Кордифлэт и Лорда Пьюси - Карлоса Пьюси. Благодарим за внимание. . . Пьюси, очевидно, был так же лишен звания Короля Слизерина - звание, которого он добился на третьем курсе, исполнив все условия - получение поддержки как минимум от трех с каждого курса их факультета (кроме первых годов), победа прошлого короля и одобрение декана. Его Двор был распущен и выглядел разорванным и разочарованным. Впервые в истории факульте Королевский двор Старшеклассников был с позором подвержен распаду и заклеймлен в черном списке игнорирования. После этого факультет казалось разбился на группы: те, кто следовал вере чистокровных, и те, кто предпочитал игнорировать существование подобной системы, подстать Певереллу. Первые старались всячески незаметно нагадить или принизить магглорожденных и полукровок. Это было холодное противостояние и отвратительные издевательства, вплоть до того, что эти ублюдки кидали сглазы в первогодок или очаровывали вход в гостиную, чтобы на вошедшего магглорожденного падало ведро с водой. Такое упало на Тома и он молча стерпел это дерьмо, потому что.. У него были проблемы. Его магия совершенно не отвечала ему. Никак. Ни одного раза. С тех пор, как он попал в Хогвартс, она будто.. Отвернулась от него. Он смотрел, как другие магглорожденные и некоторые полукровки борятся с той же проблемой и скреплял собственные зубы. Он не верил, что он может быть ниже других волшебников. Его магия сильнее, чем у других. Он разговаривал с некоторым детьми из других факультетов и подслушивал их беспокойства: ни у кого не было такого контроля над случайной магией, как у него. Он лучше них. Он сильнее них всех. Тогда почему.. Почему его магия перестала отвечать? Он уже ходил в медицинское крыло, чтобы выяснить не подхватил ли он какую-то болячку, которая сьедает его магию, но его отослали подальше, чтобы он не придумывал чушь! Он боялся. Он мог честно сказать самому себе, что ему было страшно. Каждый раз, когда его магия не отвечала, когда учителя наблюдали за его неудачей, он ощущал такую ужасную обиду.. Его даже не радовало потеплевшее отношение Чертового Дамблдора! Это было ужасно! Как он мог быть волшебников и не уметь колдовать! Что за чертовщина! Из-за своих проблем он изолировался и отгородился от всего происходящего, поэтому рано утром - часов в шесть, - в пятницу, когда в гостиную, где он заканчивал своё эссе по Гербологии, вывалились двое мальчишек с криками и визгами, он удивленно дернулся. Том наблюдал, как Лейстрендж и Розье кубарем скатились с лестницы. Руки первого медленно превращались в копыта, а штанах позади послышался треск и оттуда выглянул лошадиный хвост, а у второго нос вместе с ушами вытянулся в длину сантиметров на десять. Он медленно поднял взгляд на подошедшего к краю лестницы Певерелла и моргнул. Тот вальяжно стоял наверху, прокручивая палочку между пальцев, с легким раздражением на лице. Том оглянулся вокруг, отмечая старшеклассников, которые оторвались от своих дел, особенно тех чистокровных ублюдков, ведь Лестрейндж и Розье их верные.. младшие? Том даже не уверен в их статусе. Они просто есть. И они ему не нравятся. - Что случилось? - С весельем в голосе проговорила староста, Дорея Блэк. Плечи Тома невольно опустились расслабленно, потому что именно у него с ней завязались достаточно приятные отношения взаимопризнания. Она единственная из всего Прошлого Королевского Двора осталась со своим именем и статусом. Гордая, сильная и независимая ведьма. Том восхищается ей искренне. Певерелл, очевидно, тоже, потому что на его лице появилась легкая улыбка и он кивнул в сторону заколдованных однокурсников, поднимая руки уже без палочки. - Понятия не имею! Я проснулся от громкого шума и поспешил сюда. - Проговорил он с такой невероятной невинностью на лице, что Тома пришлось проморгаться. Он услышал, как недовольно вскрикнули отвергнутые мальчишки и ему пришлось сдержаться от того, чтобы засмеяться самому. Они выглядели такими обиженными, почти готовыми заплакать. Певерелл качнулся с пяток на носки и только сейчас Том обратил внимание на его босые ноги и чертову пижаму. - Хотя у меня на сундуке лежат антикражные чары, которые сразу помечают попытавшихся, поэтому у меня есть некоторые предположения.. - Мы не пытались ничего украсть, чертов грязнокровка! Певерелл замер, переводя внезапно засиявший взгляд на проклятую пару. - О, - выдохнул он, наклонив голову на бок. - Я знаю, но я думал тебе нужна твоя гордость перед факультетом. Но если ты хочешь, чтобы я рассказал.. - Молчи! Пошли, Лейстрендж! Вперед! Нам нужно успеть к Миссис Зои, чтобы с нас сняли чары! - Рявкнул покрасневший, как вишня, Эйвери. Певерелл лишь вежливо улыбнулся, наблюдая как мальчишка толкаясь мчатся к выходу, босиком и в пижамах. Как только дверь хлопнула, его тушка с тяжелым вздохом упала на диванчик рядом с Дореей и он уронил свою голову ей на колени. Том, сидящий напротив, завороженно моргнул. Никто из слизеринцев, на его памяти, не инициировал подобный контакт с кем-либо, даже с сестрами и братьями. И сейчас перед ним.. - Ну и что они пытались сделать, Гарри? - Фыркнула Дорея, не отрывая взгляда от книги, которую она приподняла, чтобы поставить её корешок прямо на чужую макушку. - Лейстрендж считает что у грязнокровок другая физиология. Поэтому он пытался заставить мою одежду исчезнуть, но знаешь, я еще не хочу пропадать в небытие от неправильного заклятия первогодки.. - Пробормотал Певерелл, заставив девушку заясмеяться. - Ты сам первогодка. - Вставил Том свои пять копеек, хотя и мог понять его логику. Он видел, какие взрывные чары получаются у Лейстренджа и тоже не хотел бы стать его .. экспериментальным абонементом. Его голос и первый шаг в сторону диалога, кажется, контузил мальчишку, потому что он замер, а потом резко поднялся и уставился на него, как на Королеву Англии. Том моргнул в ответ, отворачиваясь обратно к своему эссе и стараясь игнорировать небольшое волнение и то, как упало что-то в его животе. Он тоже не хочет с ним разговаривать, потому что он грязнокровка? Но Певерелл ответил, правда с небольшой заминкой и оглянувшись на Дорею, будто желая убедиться, что ему это не снится. - Ну, знаешь, у меня вроде как есть мозг. - Протянул он медленно, а потом оскорбленно вскинулся: - Эй, ты что только что сравнил меня с ними?! Том снова посмотрел на него, оглядывая его с ног до головы и замирая вниманием на покрасневших щеках. Наблюдал, как с его молчанием, румянец становится все ярче и тем сильнее он дулся. Как маленький ребенок. - Нет, ни за что - наконец ответил он, заставляя и себя и Певерелла удивленно замереть. Они переглянулись, а потом фыркнули со смеха, заставляя Дорею тоже смеяться, потому что, Мерлин, это неловко! Том спрятал слабую ухмылку в свое эссе, дописывая последние строчки. - Хорошо, а то я уже думал выкинуть твой дневник в этот самый камин.. Том замер. Точно.. Он совсем забыл.. - Ты так давно про него не спрашивал у меня. Я думал, что ты уже отдал его мне… - Его голос замедлился и утих, как будто он понимал неловкость ситуации. Очевидно Дорея тоже это понимала, поэтому вежливо сложила свою книгу и ушла в сторону выхода. Том остался практически наедине с ним и от этого было как-то неуютно. Будто девушка была единственной причиной по которой они могли хотя бы поговорить. Певерелл очевидно тоже это ощущал, потому что когда Том поднял на него глаза, поставив последнюю точку в своем эссе, на его лице была привычная отстраненная маска с единственным отличием в виде сияющих глаз. Том мысленно сморщился от выбора, который он сделал, понимая свое невыгодное положение. - Что ты хочешь за него? Певерелл поджал губы с легкой полуулыбке. - Я могу взять услугу? И отложить её на будущее? Пока мне ничего не нужно. Том сжал собственное перо, чувствуя, как его магия снова недовольно щиплет под кожей. Он будет в долгу? Ни за что. Певерелл, кажется, знал это. - Значит, он останется у меня. Том подумал о том, как он копил украденные деньги на то, чтобы набить эти чертовы инициалы на гребаном блокноте, который ему подарила первая семья, которая решила усыновить его и .. первые кто отправил его на ритуал экзорцизма. В этом блокноте он тренировал свой почерк, писал свои первые успехи в магии. Это была первая вещь, которая по настоящему принадлежала ему.. Он зажмурился, недовольно опуская голову. - Я согласен. Будучи глубоко в собственном истязании, он не заметил понимающей улыбки на чужом лице.