bloody death for other f#cking worlds

День проходил в угрюмом молчании. Тома напрягало буквально все. Он ненавидел тот факт, что ему приходилось в страхе сбиваться в кучи глупых детей. (Он отказывался признавать, что ему тоже страшно! Он не боялся ничего с тех пор, как открыл свою магию! Кроме, может быть, смерти. Но его никто не может убить в школе..) Все магглорожденные, как он выяснил точный термин собственного рождения, по-крайней мере те, кто из слизерина, сбивались в кучи и ходили минимум по трое человек. Они молчали. Всегда. На уроках, в столовой, в коридорах, даже в собственной гостиной лишь перекидывались взглядами. Это было настолько… Нетерпимо в отношении и понимании Тома, что ком в его горле только рос. Он упрямо, посреди этого молчания, поднимал голову и отвечал на вопросы учителей, получал лучшие оценки, поднимался в рейтинге, зарабатывал баллы, влюблял в себе других детей с факультетов, получал восхищение со стороны своих одногодок. Он отказывался трястись и скрываться в тени только из-за того что его родители были этими отвратительными обычными… людьми. Хотя если вы спросите его, он скажет что он больше склоняется к тому, что в его крови есть кровь волшебника. Он уверен, что его отец волшебный. Он слишком силен, чтобы быть.. Его мысли отчаянно сбились в густой комок, когда старшеклассник из гриффиндора пихнул его в стену с грубой насмешкой о том что склизким червям со слизерина следует смотреть куда они идут, иначе для чего им даны их глаза. Том скрипнул зубами, отказываясь потереть плечо на котором точно останется гребаный синяк. Он скользнул по полу, рывком поднимаясь и отправляясь в сторону двора. Последние две недели, после получения сообщения от чистокровных он проводил свое свободные окна в глуши библиотеки или на заднем дворе Хогвартса, прямо на огромном поваленном пне. Присаживаясь на мокрую покрытую мхом древесину, он выдохнул клочок пара - скоро придется сократить время пребывания здесь, на улице станет слишком холодно для долгих прогулок. Он по-сильнее укутался в собственную зимнюю мантию, чувствуя как по костям пробегает противный озноб. Его однокурсники уже сетуют и обсуждают семейные празднования Йоля, - он узнал что это такое! Почему в Хогвартсе не празднуют волшебные праздники? В чем смысл быть в волшебной школе и праздновать маггловские праздники? Он даже подслушал, как Малфой и Нотт болтали о том, что их родители заставляли их идти на какой-то Святочный был Министерства. У Магической страны было Министерство. И оно устраивало праздник. Том не знал, как он это сделает, но он хотел бы побывать там. Наверняка, туда приглашают только достойнейших.. И как бы ему не хотелось признавать, но после всего что он прочитал и небольшого наблюдения, но семьи Малфоев, Ноттов и Блэков были кем-то кем он мог немного восхищаться. Они буквально держали Волшебную сторону Британии в собственных руках. Он мог даже признать, что даже дети не так плохи.. Они защищают друг друга, знают собственное место на вершине других, учатся.. пристойно ( не так хорошо, как Том, но так не сможет никто!), не усмехаются над магглорожденными, по-крайней мере в общественных местах. Том уже знает из тех книг, что он прочитал, что поведение подобное Пьюси - некорректно и не интеллигентно. Он повел себя, как обыкновенный плебей, в отличии от этих трех.. Да, они присутствовали там, но ничем не выказывали свое мнение - ни за, ни против. Они молчали. Это политически выгодное положение, - подумал Том, на их месте, ему так же было бы все равно, пока он находится на стороне победителей конфликта интересов. А еще была семья Певерелл.. Выше этих трех по знатности и истории. Она считалась вымершей практически десять поколений волшебников. Но сегодня.. Том поднял голову в сторону замка, щурясь и потирая ладони между собой. Некроманты, Одаренные взором Смерти, Благословленные дети Темной магии. О них даже написали чертову сказку. И сейчас Наследник их линии не придерживается политического молчания, он громко заявил, что является полукровкой. Как будто в насмешку над всем во что верили все аристократы этого общества. Том не понимает его. Он ужасно странный. Отстраненный, замыленный, всегда как будто растворяется в воздухе. но в то же время он существует где-то рядом. Просто парит в воздухе. А еще … он жуткий. по-крайней мере так говорят его одногодки. Он не чувствует ничего, кроме ну.. его присутствия? Он просто существует. Том не понимает этого тоже. Кажется будто этого мальчишку боятся даже учителя, кроме Слизнорта соответственно. Даже Дамблдор старается не смотреть на него слишком долго, но когда они пересекаются, то он будто видит какого-то чертового призрака. . Он не знает должен ли он восхищаться подобной личностью или держаться от него в стороне как другие. Заворачивая в сторону Большого зала, он думал о том, что возможно ему следует поговорить с профессором Слизнортом о его палочке. Всё же он уже немного отчаялся. Возможно, ему стоит снова посетить Олливандера? Может быть ему продали не ту палочку и теперь из-за этого он не может колдовать? Или возможно.. - Аква Эрукто! Холодно! - первая мысль проскочила в его голове, когда огромная струя ледяной воды накрыла его и силовой волной ударила о стену коридора. Том задохнулся, ощущая как она хлопнула по его ребрам и они определенно хрустнули под тяжелым напором. Он зажмурился, стараясь разглядеть за непроглядной стеной, когда последний клочок воздуха выпал из его рта пузырем и он начал глотать чертову жидкость.. И захлебываться. Страшно! Это просто чертова вода! Он зарычал, пересиливая себя и поднимая свои руки от стены, ощущая как его собственная магия поднимается словно бушующее пламя посреди сухого леса. Его магия медленно, словно сомневаясь, укрыла его небольшим куполом, закрывая от непрерывного столба воды, когда он смог упасть одно колено со стены и черт возьми откашляться. В его глотке саднило и першило, а глаза так сильно слезились, что он едва видел. Мантия была безнадежно изорвана настолько сильным потоком. Мокрая ткань неприятно прилипала к его коже, а гуляющий по коридорам ветер заставлял сьежиться, как мокрого зверька. Том крепко сцепил зубы, отмахиваясь и замечая, что вода больше не идет, а преступник.. Один из третьегодок слизерина, свита бывшего короля, Том даже не знает его имени, но этот парень выглядел таким бледным и испуганным.. Том почувствовал приятное тепло в собственном животе, выдыхая клочок пара и стараясь выпрямиться, рассматривая ублюдка прищуренными глазами. Похоже, то что он сделал не что-то из того, что могли бы сделать обычные маглорожденные, - Ха! - И он снова оказался особенным! Из всей чертовой толпы! Он облизнул губы, когда по другую сторону коридора послышались медленные хлопки овацийх. Том резко обернулся, упираясь взглядом в Певерелла, который сидел в нише подоконника и выглядел совершенно непринужденным. Он видел, - противоречиво подумал Том. Он не знал, стоит ли ему гордиться тем, что такой род, как Певерелл заметил его силу, или разозлиться из-за того, что он просто наблюдал.. Певерелл тем временем встретился взглядом с Томом и ухмыльнулся уголком губ, наклоняя голову вперед. -Впечатляюще, Риддл . Том подавил странные мурашки от подобного яркого признания и нахмурился, поворачиваясь обратно к старшекласснику. Тот побледнел и сделал пару шагов в бегство, когда Певерелл вновь вернул свои глаза к нему и прищурился. -А тебе, кажется, стоить вспомнить в каком факультете и с какими правилами ты учишься. Когда Король придет.. - Его голос затих в заговорческом шепоте, звучащем слишком громко в тишине коридора и обещая возмездие. Парень вздрогнул, развернулся и побежал в сторону общежитий, едва не обмочившись. Том тяжело выдохнул, наблюдая как последний клочок вражеской мантии исчезает за углом и опираясь на стену плечом. Его спина ужасно болела. Ему было страшно холодно и противно из-за мокрой одежды и свисающих с его головы кудрявых патл, которые снова завились. Его учебники и все эссе безнадежно намокли, скорее всего придется все переписывать .. Он не мог подойти к учителям с просьбой высушить это. И старшеклассники, очевидно.. Он резко выпрямился, когда в его грудь уперлась бледная палочка странной формы. Поднимая взгляд по руке и встречая глаза Певерелла, он напрягся в неизбежном. Он делал это специально? Отвлекал своим особым отношением, чтобы ударить в спину? Он такой же чистокровный, как и они.. Но его мысли прервались в очередной раз за сегодня, когда по его телу резко ударил огромный обьем горячего воздуха, заставляя его удивленно раскрыть рот. Он высушил его..? Слизеринец выглядел позабавленным его реакцией, кажется совершенно точно понимая что было в его голове секунды до. Он легко перекинул палочку между пальцами, заставляя сумку и его бумаги с учебниками высохнуть так же быстро. -Что ты за это хочешь? - Сразу в пламя, подумал Том, замечая как засверкали чужие зеленые глаза. Он снова наклонил голову вперед, выдавая признание и каким то образом щелкнул рукой, что палочка пропала в его рукаве. Том упрямо поджал губы. Он не станет бояться его. Он такой же ребенок, как и сам Том. Просто Том умеет обращаться с магией без палочки намного лучше, чем с. Это его дар и он не собирается от него отказываться. Певерелл однако довольно хмыкнул, как если бы Том сказал что-то что от него ожидали. Он прикрыл глаза, задумываясь и будто к чему-то прислушиваясь. Том тем временем решил собрать свои вещи и подтянул их к себе собственной магией, не отводя внимательного взгляда от мальчика напротив. Он был благодарен, что его вещи были сухие, когда по коридору пронесся холодный ветер со свистом. Том не дернулся, но ощущал, как от не слишком приятных ощущений по его коже ползет табун мурашек. Наконец, Певерелл открыл глаза. -Ничего, ты уже развлекаешь меня, Риддл. И улыбнулся совсем по-детски. Подняв плечи к ушам на мгновение и растеряв это странное выражение от которого остальные сторонились его. Том удивленно моргнул, не сумев удержать стоическое лицо и подняв брови к челке. -Прости? **** С того происшествия прошло пару дней. Он не сталкивался ни с кем из враждебно настроенных слизеринцев и старался не думать об этом, предпочитая игнорировать слона в комнате, совершенно точно ощущая огромную кучу глаз на своем затылке в любом коридоре. У него было куча эссе, которые Профессор Дамблдор и Плантвиг задали по трансфигурации и гербологии. А еще огромная история волшебного мира, законодательства, которые он не планировал нарушать (или по-крайней мере быть пойманным на этом!), а так же.. Вопрос номер один: разобраться с гребаной палочкой. Профессор Слизнорт совершенно точно дал понять, что к сожалению выезжать за пределы Хогвартса, за исключением Волшебной деревни Хогсмид, разрешено только с подтверждения опекунов или родителей учеников и учениц и прямо в их руки. По-крайней мере пока им не исполнится хотя бы четырнадцать, что является официальным возрастом с которого разрешено подавать различные заявления на эмансипацию и прочее. Когда он выразил свое расстройство этой темой Дорее, она посмотрела на него и в следующий раз принесла ему огромную книгу из родовой библиотеки под названием “Волшебные палочки. От пыли в ядре до самых подробных деталей самых различных ситуаций, когда ваша палочка перестает быть вашей”. Книга была в яркой броской красной обложке, обитая чем-то похожим на чешую и прошитая по краям черными железными нитями. В некоторых местах кожа потерлась практически до посеревших вырезок ткани, а буквы кажется когда-то бывшие выбитые чем-то тяжелым, заполнены пылью и какими-то опилками с самых узких прорезках. Том держал её в руках с каким-то внутренним благоговейным трепетом. И читал. Читал, читал, читал..Он узнал о том, что различные ядра реагируют на различные принадлежности ядер волшебником. Открыл для себя понятия Светлой, Темной, Нейтральной и Черной магии, что было совершенно невообразимо. Оказывается его палочка была с большим уклоном к темным искусствам за счет своего дерева и считалась особенно гибкой по отношению к решению со стороны своего владельца, но пылкой в руках опытного и страстного волшебника. Он читал и читал, понимая что зачастую палочки часто могут рассказать о волшебниках очень многое и раскрытие компонентов их составляющих часто является неслишком хорошим тоном. Знание, что если его палочку отнимут в дуэли, она возможно перестанет его слушаться, встревожило его совершенно ненадолго, пока он не увидел строчку в описании тисовых палочек о огромной лояльности и преданности своим владельцам. Это его успокоило. Но ни одной строчки о том, почему его магия совершенно не имеет какого либо выхода через этот кусок деревяшки. Ни слова. Это разочаровало и он стал проводить в библиотеке еще больше свободного времени, зачастую спасая собственное домашнее задание по ночам за пологом шариками света, которые он научился запускать после того, как его запирали в подвале приюта. В один из таких дней, когда он как раз направлялся к своему уже привычному месту в уголке зала библиотеки, он заметил там новое лицо.. Он замер, оглядывая невысокую первогодку с длинными густыми косами и кучей веснушек на бледных щеках. Она подняла голову и удивленно охнула, проходясь сканирующим взглядом по его зеленой мантии. Том сдержал этот взгляд. Он отказывался садиться за другое место, это.. - Ты Том Риддл, да? - Прошептала девочка и Том удивленно моргнул, заставляя себя кивнуть. Лицо девочки ярко вспыхнуло и она подскочила со своего стула, цепляясь за рукав его мантии и затаскивая на соседний стул. Он напряженно замер, сжимая в руках собственную сумку и настороженно оглядывая ее. Из какого она факультета? Она явно не чистокровная..Или полукровка.. -Мы ходим с тобой на зельеварение и гербологию! Я Аврора Крауч, - пробормотала она, тут же оглядываясь на библиотекаря, которому как считал Том абсолютно все равно на всё. Он задумчиво промычал, сканируя ее сумку и отложенную в сторону мантию. Девчонка не носила галстука и вообще выглядела достаточно взьерошенной, а мантия сложена неопрятной кучкой под её сумкой. Она явно неслизеринка, - напряженно просчитывал Том и старался вспомнить распределение. Крауч.. Крауч.. Девушка явно видя его напряжение, слабо ухмыльнулась уголком губ, но разрешать висящий в воздухе вопрос не стала. Как нагло! -Я знаю, что ты очень умный, - прошептала она, улыбаясь, когда он прищурился. - И, конечно, ты слизеринец, - она закатила глаза, но фыркнула впоследствии, поэтому Том не мог понять почувствовать ему себя оскорбленным или польщенным. Она выгнула одну тонкую бровь, когда он продолжал молчать, но улыбка с ее губ не сползала. - Мой брат тоже слизеринец, он на втором курсе, Рис Крауч, видел его? Том слабо кивнул. Рис или Ризандр Крауч был приятным парнем с которым он уже раз занимался в гостиной, когда сидел рядом с Дореей. Он не выглядел фанатиком этой дискриминационной системы и излагал достаточно приятную речь о применении обыкновенных оледеняющих чар. Он еще раз окинул девчонку взглядом и заметил приметные родственные черты, вроде одинакового разреза глаз и похожих подбородков. Том незаметно выдохнул оседающее до этого напряжение в его плечах. -И что ты хочешь, Аврора? - он смягчил свой голос настолько насколько мог, надеясь что ему только кажется его надломленность. Девочка ухмыльнулась, забавно щуря узкие глаза. -Давай вместе учиться? Я часто вижу тебя здесь и- -Эй, Риддл, - прервал их разговор голос, который Том предпочел бы никогда не слышать. Он раздраженно сморщил нос и повернул голову в сторону Лестрейнджа. Сам для себя Том решил, что вид, которые ему придал Певерелл ему нравился куда больше. Сейчас в своем обычном высокомерном репертуаре он выглядел еще отвратнее. Его сухие кудри были взбиты, а щеки красные как от пробежки. Том просто смотрел на него, ожидая очередного припадка чуши. Лестрейндж усмехнулся, гордо задрав нос и кидая на стол к Авроре и Тому свой пергамент. - Напиши за меня Эссе для Дамблса, ты же у нас всезнайка! - Пропел он, заставляя Тома сцедить зубы. Он чувствовал, как его магия раздраженно вспыхивала под кожей, крепче сжимая руками собственную сумку. Чертов ублюдок, как он посмел . Он видел, как мальчишка вздрогнул под его взглядом, но его друзья недовольно пихнули его в спину, поддерживая его и подталкивая . Самоубийцы , - подумал Том, а потом удивленно замер, наблюдая как перед ним пергамент вспыхнул синим пламенем. Лестрейндж и его дружки громко ухнули, заставляя Тома оглянуться на них. Это не они . Тогда .. Хрупкая спина Авроры гордо вытянулась, она откинула одну косу за плечо и злобно уставилась на группу чистокровных фанатиков с ярко красными щеками. Том наблюдал, как в ее блекло-голубых глазах вспыхивало торжество, когда другие слизеринцы что-то пропищали и убежали в сторону выхода. Том выдохнул, махнув рукой и потушив пламя и разгоняя по столу кучку пепла. Аврора отвернулась от него, молча переворачивая страницу книги по Чарам и делая новые заметки в наполовину готовом черновике. Том почувствовал внезапное слабое тепло, неловко поджимая губы в попытке сдержать слабую улыбку. Она помогла ему? Почему? Она ведь такая же чистокровная? Может быть.. Он откашлялся, ставя свою сумку на стол и открывая её, чтобы достать свой дневник с заметками о поисках по палочке и вообще.. На следующий день, они тоже занимались вместе. И на выходных тоже. Аврора оказалась Когтевранкой. Она говорила очень много о каких-то новых знаниях, которые нашла, а иногда просто молчала, погруженная в свои мысли. Том узнал из своих наблюдений, что у нее достаточно подруг и друзей на слизерине, да и когтевране. Она даже общалась с каким-то мальчишкой с Гриффиндора, но всё равно продолжала заниматься только с Томом. Однажды он услышал, как её зовут за другой стол её софакультетники, но она фыркнула и уселась с ним. У неё была очень четко выраженная черта по отношению к чистокровной политике, а именно: “ Вы можете быть чистокровным дерьмовым волшебником, но хорошим человеком, а можете быть магглорожденным великолепным волшебником и дерьмовым человеком. Я предпочитаю сочетать в себе лучшее и окружать себя лучшими условиями.” Когда он спросил почему если она все же считает себя лучшей из-за того что она чистокровная, она считает его лучшим, когда он магглорожденный, но она посмотрела на него как на Розье, когда тот сказал, что его родители думают о том, чтобы заключить между ними договорной брак. Ему было плохо от этого, поэтому он решил игнорировать этот вопрос, ведь очевидно она не относилась к нему плохо.. По каким-бы то не было причинам. Его это устраивало. Она оказалась действительно умной девушкой и.. сильной ведьмой. Он раз за разом наблюдал, как у нее выходят одни из самых мерзких чар и сглазов, которые она читала “просто для развлечения” и невольно задумывался о том, чтобы стараться не переходить ей дорогу. Тем не менее он никогда не отказывался от того, чтобы одарить её довольным и польщенным взглядом, когда они оба с тихим безмолвным удовольствием наблюдали за тем, как Лестрейндж вздрагивает от очередного колющего удара её палочкой. . Это было мирно. И отдаленно от остальной жизни в Хогвартсе. Озлобленная шайка чистокровных фанатиков, бывшая свита Короля, во главе с самим Пьюси, который стал кем-то вроде второсортного чтива, которое смотрители в приюте всегда брали с собой в туалет на улице и просиживали там часами, продолжали травлю магглорожденных. Ту девчонку, в которую попали проклятием и оттаскали за волосы, травили особенно сильно. Том наблюдал, как она выбегает из общей женской ванной в одной мантии с волосами, которые клочками выпадали из ее головы - очевидно ей подменили шампунь. Другого маглорожденного выселили из комнаты в гостиную и он ночевал там уже несколько дней.. Никто не вмешивался. Не считали нужным. Том сцеплял зубы и терпел, как и все остальные, потому что он все еще не мог признать себя волшебником.. Его магия не слушает его так как должно. Что он должен делать? К тому же он почти ни с кем не знаком! Они всего лишь ходят с ним на одни и те же уроки. Ничего более.. К нему старшеклассники относились чуть снисходительнее за счет того, что он уж сильно полюбился педагогам и вообще приносил неплохие баллы факультету. Он знал, что это не будет спасать его вечно. Поэтому когда вечером, возвращаясь из библиотеки, он наткнулся на Бывших Королей, он замер. Коридоры в подземельям мрачные и холодные, стены иногда покрыты слоем влаги. И из-за ухмылок, которыми эти люди поделились Том не мог не почувствовать ужас в части затылка. Он один, первокурсник, недо-сквиб, против двух шестикурсников и одного третьекурсника, которые наверняка были из темных семей и знали много темных скверн.. Том отказывался сделать шаг назад, но не сдержал дрожь, когда самый высокий ублюдок сделал к нему медленный шаг. Ухмылки на их лицах только выросли, очевидно довольные плохо скрываемым страхом. -Знаешь, Томми-бой, мы слышали что ты натравил против нашего друга Певерелла.. - Проговорил слишком спокойным и визгливым тоном самый младший из угроз. Том сглотнул, мотнув головой. Он ничего не делал. Он просто защищался и Певерелл уж точно ничего не делал. Он просто смотрел. -Ну-ну, зачем же ты нам врешь, маленький грязнокровка.. - Пропел другой парень, Том смутно припоминает его лицо среди тех, кто мучил первогодок в тот чертов день. Дыхание срывается, когда он замечает в руках двух из этих ребят палочки. Палочки которые работают. Он поджимает губы, щурясь и отводя взгляд на свою руку буквально на секунду. Его магия. Пожалуйста. Она всегда работала. Она есть у него. Просто пожалуйста. Он не может быть.. Он сглатывает, ощущая как на его пальцах колется знакомая энергия, практически сверкая в воздухе. Когда один из ублюдков замахивается, Том действует инстинктивно и просто вскидывает руку себе на защиту, отбрасывая старшеклассника в воздух на несколько метров назад. По виску протекает чертов холодный пот и Том ощущает новый порыв дрожи, когда оставшиеся фанатики удивленно уставились на своего друга. Он думает - сейчас . И развернувшись на пятках бежит, бежит как можно быстрее, так как он мог только бегать в этих чертовых мантиях. Так как он не бегал с пяти лет, когда его магия казалось помогала ему в детском приюте. Он слышит, как его окликают “Риддл!” и “Грязнокровка, ты заплатишь за это!” и перебирает ногами еще сильнее. Он заворачивает за угол, чувствуя как в груди колотится сердце, когда он пробегает мимо других первогодок слизерина - чистокровных. Они открывают ему дорогу и черт возьми, он так их ненавидит в этот момент. Он продолжает бежать, когда замечает профессора Слизнорта в конце коридора и практически выдыхает, раскрывая рот, чтобы закричать .. Но его хватают за шиворот, втягивая за шиворот куда-то . Он замирает буквально на секунду, а потом дергается в попытке побега, ударяя вовсе стороны. Он не дастся так просто! Он кусает неизвестного за руку, вырываясь, когда этот некто шипит, но его снова притягивают к уголку возле двери, сжимая руки по бокам. Том злобно рычит, пинаясь и извиваясь, как змея, когда по его ушам ударяет: - Тише! - Цокает знакомый голос, удерживая его болтающиеся конечности. Том оглядывается, сталкиваясь с яркими зелеными глазами и хмурится. - Какого черта, ты - И этот мальчишка просто перекрывает ему рот своей ладонью, раздраженно закатывая глаза. Том мычит недовольно, стараясь отодвинуться от прикосновения, а потом его сердце замирает, когда он слышит спешные шаги его преследователей. Старшеклассники пробежали мимо двери, громко матерясь и видимо всё-таки сталкиваясь со Слизнортом, который по голосу явно не заметил исчезнувшего с горизонта Тома. Том напрягается, когда старшеклассники продолжают стоять практически под дверью и молчит, ощущая как по его затылку стекает холодная капля пота, а ноги трясутся. Слизнорт приглашает своих любимцев в свой кабинет, выпить чаю и побеседовать о жалобах некоторых учителей. И они уходят.. Том чувствует, как с его рта медленно отнимают руку, когда он тяжело выдыхает, облокачиваясь всем весом на стену позади. Его голова стукается о каменную поверхность, а сумка нелепо сьезжает с плеча. Боже. Его легкие так горят, как давно он вообще нуждался в том, чтобы бегать ? К тому же так быстро. Он сглатывает, ощущая как по его сухому горлу прокатывается слюна и снова выдыхая тяжелый воздух. Обратив внимание на звук, он выпрямил голову и посмотрел на Певерелла. Тот вальяжно уселся на чем-то что должно было быть преподавательским столом, поджав одну ногу под себя и покачивая другой. Он был без привычной школьной мантии, в одной рубашке со сломанным галстуком и брюками. И разглядывал Тома, как интересную зверушку в зоопарке, прищурив глаза, которые будто светились в темноте заброшенного класса. -О чем это было? - Спросил Том, когда был уверен, что его горло не подведет его. Голос все еще был высохшим, как будто песка наелся, но он хотя бы мог себя слышать без гудения в ушах. Певерелл задумчиво промычал, покачивая одной ногой и обнимая другую. - Даже не знаю. А о чем ты хочешь, чтобы это было? Что? -Что? - Спрашивает он вслух, потому что его клинит. Потому что он устал. С тех пор как он сюда приехал, каждый день он пытался сожрать столько информации и узнавал столько фактов, которые только и делали что понижали его и отталкивали от того, чтобы быть.. Кем-то. Он не плакса и уж точно не собирается жаловаться, но почему это всегда он, серьезно? Получать ненависть за простое отличие от других всю жизнь? Всегда быть бельмом на глазу у других людей и не получать простого заботливого внимания, которое он так жаждал, как простой ребенок? А теперь, он еще и отличился тем, что его гребаная палочка, которая по словам всех источников, должна быть самой преданной тварью для волшебника, потому что она первая, не слушалась его! Его софакультетники ненавидят его или игнорируют его существование! Даже Дамблдор , этот старый стереотипный козел, жалеет его! А теперь он пережил погоню и его снова спас Певерелл? Наследник и самый высокий по иерархии за счет своей фамилии? Отличник? Прирожденный волшебник? Не от мира сего? Том слышал слишком много слов об этом мальчишке для пары недель учебы. Никто не знал, что с ним делать. Том тоже не знал. И он просто устал гоняться сегодня на перегонки со своим внутренним голосом, который всегда злится и говорит ему быть осторожнее. Сожрать свое дерьмо и быть гибче. Черт возьми! Это была гребаная суббота и он только что избежал расправы и возможно публичного унижения! У него есть разрешение быть прямолинейным! Певерелла кажется это веселит, потому что он фыркает со смехом и его глаза искрятся в приглушенном свете заброшенного класса. Он качает коленом и вздыхает, как будто думает о том что "ладно, я скажу тебе, но только потому что я такой" . Какой такой Том не знает и знать сейчас не хочет. Ему нужны только гребаные ответы, чтобы он мог пойти в свою комнату, спрятаться за занавесками и спать. Сегодня гребаная суббота , - думает он в который раз, ощущая как его ноги начинают гудеть после долгой пробежки. -На самом деле, я уже говорил, - пробормотал Певерелл, откидываясь на руки и скидывая ногу со стола. Он встретился взглядом с Томом и его озорная улыбка вернулась: - Мне просто скучно. А рядом с тобой всегда происходит какое то веселье. -Веселье. - Сухо повторил Том, ощущая как по его коже протекает медленно остывающая ярость. Он скрепил зубы и вскинулся, дергая Певерелла своей магией за мантию и притягивая к себе. Ему было совсем не до удивления к такому контролю. Он просто был так зол . Певерелл даже не дернулся в его хватке, повисая и продолжая смотреть ему в глаза. - Я не гребаный клоун, Певерелл. -Ты не клоун, - фыркнул Певерелл, покачиваясь и протягивая руку, чтобы схватить Тома в ответ за край мантии и так же яростно притянуть его ближе, почти сталкивая их носами. -Ты самоуверенный мальчишка! Он прорычал. Том вспыхнул еще одним яростным потоком. Они оба не обращали внимания на то, как воздух в классе заискрился из-за столкновения их магии. Мел, лежащий на жердочке огромной доски лопнул, а люстра под потолком начала тревожно покачиваться. -А кто Ты? - Прошипел Том в ответ, сильнее вцепляясь в чужую рубашку и показывая клыки. - Просто еще один избалованный чистокровный сосунок с кучей денег на счету и такими же ублюдскими родителями, которые сделают все- -Я сирота, как и ты! - Прокричал Певерелл, отталкивая его и удивленно замирая. Том тоже замер. Их магия медленно осела тревожно толстым одеялом. Том выпрямился, не отводя взгляда от мальчика напротив. У того впервые на памяти Тома щеки порозовели и блеск из глаз пропал. Он шокировано смотрел в одну точку, сжимая и разжимая руки перед собой, как будто был удивлен таким эмоциональным взрывом. Собственно, Том бы это понял. Он сам удивлен тем, что каждый раз встречается с Певереллом и остается на грани своего эмоционального контроля.. -Ты.. От звука его голоса Певерелл кажется очнулся. Он дернулся, выпрямляясь и встречая его взгляд уже более трезвым видом. Глаза раздраженно сверкнули и он прошел мимо Тома, захлопнув дверь за собой. Том позволил себе тяжело выдохнуть и зарыться пальцами в сбитые волосы. Глаза жгло, но он отказывался плакать и поэтому высоко откинул голову, вцепляясь ногтями себе в ладонь и считая в голове математические уравнения. Почему-то, открытие такого факта о Певерелле ни капельки его не успокоило. Он чувствовал себя выбитым из своей колеи еще больше. Ему хотелось быть в приюте, спрятаться за своей магией, пробежать на задний двор, перелезть через небольшую дыру в заборе и спрятаться в небольшой ветошном сарае, на которое свалилось когда-то дерево. Болтать с гадюками и ужами и поднимать камни в воздух. Мечтать о том, как он поступит в университет и уедет из Англии. Хотелось спрятаться. Он не чувствовал, что в этом мире было место для него. И это душило его. ***** На следующий день, Том всё-таки попытался спрятаться. На том же поваленном дереве, позади Хогвартса. Он уселся на него, покрепче закутавшись в свою мантию и растянутый свитер, который ему достался из какого-то старого ящика в приюте. Он процентов на девяносто уверен, что пока он не оббил его своей магией, в этом свитере точно жила какая-то живность. Но пока он хоть немного греет, это ничего. В будущем он купит себе много шерстяных свитеров, мягких и теплых. Он выдохнул шарик пара и снова взмахнул палочкой по направлении обычной спички, стараясь превратить её в иголку. “ Процесс Трансфигурации заключается в поэтапном представлении превращения. Вы должны представить каждую секунду изменения, каждую деталь, изнутри и снаружи, провести одно составляющее в другое. ” Так говорится в его учебнике. Он сделал еще один вдох, закрывая глаза и взмахивая палочкой в сторону спички. Он представляет как спичка изнутри становится металлической, как деревянные покровы изменяются в сплошной состав. Как поверхность меняется на серебряную составляющую, мягко поблескивающую на предзимнем солнце. Как один край заостряется, а другой закругляется и превращается в явное ушко для нитей. Еще один взмах. Он открыл глаза и нахмурился, оскорбленно уставившись на по-прежнему деревянную спичку. Многие его одноклассники уже смогли хотя бы превратить эту чертову зубочистку в металлическую зубочистку. А у него оно даже цвет не меняет! Черт возьми! Он с силой вцепился в свою палочку, слушая ее скрип под сжатием пальцев и раздражаясь еще сильнее. Когда эмоции переполнили, Том вскинул руку в сторону, громко вскрикнув, и разнося ближайший к нему куст. В чем моя проблема! - Ты слишком много думаешь о себе. Риддл подскочил с бревна, тревожно поворачивая голову в сторону знакомого голоса. Певерелл выглядел взмыленным и осторожным. Том вскинул нос, пряча собственную палочку в рукаве и оглядывая мальчика напротив. На нем не было зимней мантии, как на Томе. Казалось, он наслаждается холодом или вовсе его не чувствует. Обычная водолазка с поднятыми рукавами до локтя, как будто его раздражало вмешательство в движения. Как будто ему жарко. Том поежился в мыслях от одного вида. Певерелл на мгновение сверкнул озорным взглядом, словно он мог прочитать его.. Том замер, раскрывая глаза. - Ты можешь.. - Нет, просто я могу читать людей. И их магию. - Певерелл выдохнул клубок пара и сложил руки на груди, облокотившись на ногу. Он снова перевел глаза на его палочку и поджал губы. - Красивая палочка. Почему-то это смутило его. Он неловко отвернул голову в сторону, сжимая палочку пальцами. - Красивая, но бесполезная. - Прошептал он, расстроенно спрятав глаза. Серьезно, Риддл? Мало того что произошло вчера и этот парень один из самых подозрительных и опасных в твоем окружении, и ты так просто решаешь показать ему свою слабость? Серьезно? Ты полный кретин! Певерелл казалось покачал головой. - Нет бесполезных палочек. Тома это разозлило. - Ну значит это не моя палочка! Она не слушает меня! Из-за нее я не могу.. - Он застыл, широко уставившись на слегка пораженного мальчишку напротив, тут же сцепляя зубы и отворачиваясь. - Почему я вообще говорю об этом с тобой? Что ты здесь делаешь? Певерелл поморщился от его рычания в голосе и покачал головой. Он подошёл к нему слишком быстро, хватая его за руку с палочкой и крепко сжимая. Том прошипел, потому что он ненавидел синяки на своей коже, и попытался отдернуть руку, но мальчишка сжал только крепче. - Ты волшебник с палочкой или без нее, Риддл! - Прорычал мальчишка, дергая его руку. - Не палочка делает тебя волшебником! Она твоя, палочка твоя, но она не будут слушаться тебя, пока ты не поймешь, что не она делают тебя тебя волшебником. Ни этот чертов мир, ни палочка, ни мантия с гербом факультета! Ты волшебник сам по себе! Вспомни, наконец, Том Риддл! Том удивленно уставился, чувствуя как его магия ярко вспыхнула, а палочка испустила сноп серебряных искр в его руке. Это правда, - подумал он. Он волшебный сам по себе, он таким родился. Это в его крови. Его магия это его часть. Она была с ним, когда в три года его заперли в темном шкафу. Когда дети из приюта избивали его. Когда вороны были единственными кто ответил на его зов о помощи. Когда свечи вспыхивали сами по себе, а двери от чердака и подвала, куда его пытались спрятать, отпирались только для него. Он не боялся темноты, потому что всегда рядом с ним была его магия. Его магия согревала его в холодные зимы в приюте, когда ему не доставалось одеяла. Она лечила его и помогала ему выжить, чтобы он стоял сейчас здесь. Он так зациклился на том моменте, когда Дамблдор поджег его шкаф. Когда один взрослый мог противостоять ему одной чертовой деревяшкой, что забыл о самом себе. Он зациклился на этом. Считал, что без палочки он не волшебник. Его просто не принимали бы всерьез. Он испугался. Так испугался, что его магия отказала ему. Он чувствовал её, чувствует даже сейчас, в каждом своем движении, в каждом вдохе и выдохе. Она всегда была рядом, она не отказывала ему в защите, в порывах ярости. Он просто не понимал её. . Её не отнимет у него ни приют, ни Дамблдор, ни его статус крови, ни то, как он поступает. Она всегда будет с ним. Она его. Он выдохнул огромный клубок пара, ощущая как что-то внутри него встало на свое место. Певерелл напротив казалось почувствовал изменение в воздухе, точно так же выдыхая. Магия. В воздухе вокруг Риддла вихрилась, искрила, пела свою темную песню. Зазывала, как сирены, и заставляла подчиняться. Авторитарная. Не желающая слушать оправданий. Прямая. Жестокая. Яркая. Бархатистая. Певерелл медленно отпустил его руку, встречаясь с ним взглядом и сверкая своими зелеными глазами. На чужих губах растянулась лукавая улыбка. - Ну наконец-то. - Прошептал Певерелл. Он протянул ему раскрытую ладонь. Том пожал её, ощущая как его горячая кожа соприкасается с холодной Певерелла. - Приятно наконец познакомиться с тобой, Том Риддл. - Пропел мальчишка.