Joker's Thread

Тэхён продолжал сидеть на полу и пытался вернуть на место все шестерёнки в голове, которые в один момент упали в район сердца и уже намеревались укатиться в пятки. Мозг совсем перестал работать, когда мужчина направил руку на него. В его пальце не было ничего необычного, чтобы могло убить за пару секунд сразу троих человек. Какая же сильная сверхспособность и совсем незаметная для глаза. — Постой, — между направленным в лоб пальцем и Тэхёном возник широкий меч. — Ты что, забыл, для чего тебе нужен был муж? Разве данная ситуация не в твою пользу, Джокер? Парень с фиолетовыми волосами ниже плеч засунул меч в ножны. Он продолжал пялиться на черноволосого и периодически поглядывать на Кима. Тот, тоже не уступая ему, смотрел прямо в глаза. Та ослепительная, хоть и ненастоящая, улыбка, с которой он появился в этом зале, уже давно пропала. Раздражение и злость, искрящееся в глазах, — вот его настоящее лицо. — Ты прав, Диаманте, — Джокер вернул свой взгляд на янтарные глаза парня. — Выбирай, либо поедешь с нами и станешь моим мужем, как и должно было быть по договору, либо присоединишься к своей лживой семье. Ким сглотнул вязкую слюну и посмотрел на трупы, лежавшие около дорогого, но уже достаточно старого кресла. Умереть вместе с людьми, которые им пренебрегали и даже за человека не считали или пойти с неизвестным и очень сильным мужчиной, которому, скорее всего, будет так же плевать на него, но зато Тэхён сможет побывать в новом месте, увидеть наконец-то то, что скрывалось за тем густым лесом, видневшимся из окна его комнаты. Он встал на ватных ногах, пытаясь говорить чётко: — Я-я стану твои мужем, — голос всё равно предательски дрогнул вначале. Джокер спас его. Спас от гнёта младшего брата, мачехи и отца. Он хотел забрать его из высокой башни, в которой тот просидел несколько лет, и Тэхён позволит ему это сделать. Ким уже рад, что этот черноволосый и голубоглазый мужчина совсем не такой, каким парень его представлял. Он фигуристый и высокий, даже костюм не мешал увидеть накачанные руки и грудь. Да, его взгляд холоднее льда. Да, Джокер жесток и беспощаден. Но он оставался его спасителем, и Тэхёну совсем не больно от смерти этих чужих ему людей. Как только их тела упали замертво — большая часть воспоминаний о них просто стёрлась, будто они и не существовали вовсе. Никакой грусти или сожаления. Только небольшой испуг и щепотка радости от понимания, что всё закончилось. И теперь его ждала новая жизнь вдали от этого места. Принц. Тэхён ждал его очень и очень долго, и, наконец-то, он пришёл за ним. Мужчина шёл впереди, а парня силком выводили из особняка его подчинённые, хотя в этом не было необходимости. Он бы спокойно шёл сам, просто ноги до сих пор его не слушались, и Ким шёл очень медленно, спотыкаясь на ровном месте. По пути им попалось ещё несколько горничных, в том числе Джион, и повар, выбежавший в главный зал на странные крики сверху. Ким видел только изящно взмахнувшую вверх руку в белой перчатке и как все попадали на пол, хватаясь за горло. Горничная в последний раз взглянула на Тэхёна, и её глаза потемнели, так и замерев в удивлении, — душа покинула тело. Порезы были как от лезвия ножа, которым быстро мазнули сразу по всем. Если он скажет, что не боялся до чёртиков этого тёмного принца и что прямо сейчас он чуть не высвободил наружу утреннюю кашу — солжёт. А Джокер ложь не терпит — это он наглядно уяснил. С ним что-то не так. Точно. Потому что хоть он и опасался Джокера, но внутри по всему телу проходилась волна трепета. «Неужели он взаправду станет моим мужем?» — повторялась одна и та же мысль, когда Тэхён мельком поглядывал на его ровную осанку и развевающийся при быстрой ходьбе пиджак. Словно в романе, где девушку похитил глава одной из самых сильных группировок города, как заложницу, а потом, со временем, понял, что влюбился в неё. От воспоминаний о той книге прошла новая волна трепета и уши Тэхёна залились краской. Там было очень много постельных сцен… Дверь распахнулась, и прямо перед входом стояла позолоченная карета, запряжённая двумя белыми лошадьми. Парень не успел и рта раскрыть от того, как красиво сочетались цвета белого и золотого, да и вообще, он так давно видел вживую настоящих лошадей, как его уже усадили внутрь, и Ким сразу же отодвинулся ближе к углу, потому что следом за ним, напротив, но с другого угла, сел Джокер. Они быстро тронулись с места и всё дальше и дальше удалялись от вмиг затихшего места. Тэхён смотрел в стеклянную дверцу и просто не мог поверить — он теперь точно свободен, и это не сон. Будто даже дышалось по-другому, как-то легче, не так, как в родительском доме. Нет. У него больше не было такого пространства, больше не было тех, кто всей душой ненавидел Кима и пытался всячески забыть о его существовании. Тэхён не мог поверить, что прямо сейчас, в данную минуту, он ни от кого не зависел и действительно свободен. Эмоциональная волна накрыла с головой. Чувство радости и тревоги, счастья и растерянности, надежды и ужаса переполнили разом так сильно и внезапно, что несколько дорожек слёз начали катиться по щекам. Парень пытался быстро вытереть солёную воду и не плакать навзрыд, хотя очень хотелось кричать во всё горло. Знал, что его холодному спутнику такое не понравится, поэтому он свернулся и лишь вздрагивал с каждым тихим всхлипом.

***

Ким был уверен, что дорога займёт немного времени, но нет. Они очень долго ехали до его нового дома. Почти сутки, если быть точнее. Проехали тот самый тёмный страшный лес, который на деле был не таким уж и длинным, как казалось Тэхёну. Всматриваясь вглубь, он заметил оленёнка со своей мамой и уже хотел взвизгнуть, но вспомнил, кто сидел неподалёку. Зайцы, волки, лоси и кабаны сопровождали их всю поездку, и только завидев их, парень восхищённо ахал, что не оставалось без внимания. Проехали несколько небольших деревень. В таких местах Ким уже без единого стеснения крутил головой в разные стороны, чтобы ничего не упустить: вот мальчики били палками по луже и громко смеялись, уворачиваясь от летящих в разные стороны брызг; вот огромный бородатый мужчина, поставив полено на пень и приметив середину, замахнулся топором и лёгким движением разделил дерево на две равные части; вот бабули-сплетницы, сидя на лавочке, обсуждали, не принц ли ехал в такой дорогой карете, и Тэхён с улыбкой легонько кивнул им. И вправду — принц. Ким, как можно незаметнее, взглянул на своего будущего супруга, который, подперев рукой подбородок, совершенно безэмоционально и отстранённо смотрел на происходившее вокруг. Но даже так выглядел просто потрясающе. Как он это делал? Почему, просто посмотрев на его расслабленный вид, сердце Тэхёна начинало биться как ненормальное? Чёрные, как уголь, волосы и голубые, как лютики, которые росли когда-то в родительском саду, глаза. Ах, а какие изящные ноги! Такие длинные, прямые, с тонкой щиколоткой и слегка накачанные, что было видно даже через плотные костюмные брюки. Конечно же, его долгий и изучающий взгляд, хоть и исподтишка, не остался без внимания. — Что? — не переставая смотреть вдаль и даже не шелохнувшись, спросил мужчина. Ким тут же смущённо опустил голову вниз. Сказать в своё оправдание нечего, он просто засмотрелся, но такое он вслух не произнесёт. Раз его заметили и дали добро на любой вопрос, то, не долго перебирая скопившиеся, он задал самый банальный и одновременно удивительный: — Как вас зовут? Это и правда странно — не знать имя своего будущего мужа, с которым знаком уже столько времени. — Чон Чонгук, — так же отстранённо. — Могу я обращаться на «ты»? — воодушевлённо посмотрел на него Тэхён. Его немного смущало «выкать», ведь большую часть жизни его окружали одни и те же люди, и он совсем не задумывался об этой причуде этикета. — Делай что хочешь, — хмыкнул Чонгук и сильнее отвернулся к окну. — Спасибо, — слабо выдохнув от облегчения. Чон Чонгук. Даже имя и фамилия под стать ему — благородные и одновременно мощные, как у полководца. И это был единственный диалог за всю их долгую поездку. Ким пытался не отрывать глаз от травы за стеклом, потому что прямо чувствовал прожигающий взгляд Чона на своём теле. Но через какое-то время, наконец-то переборов себя, он снова, как можно незаметнее, покосился в сторону и увидел, что Чонгук заснул, скрестив руки на груди. Только теперь Тэхён смог реально расслабиться, но в любом случае долго разглядывать его не стоило — вдруг резко проснётся и будет ещё более неловко. Расстегнув верхнюю пуговицу белой рубашки, которая была слишком неудобной, тихо выдохнул, вновь вернувшись к разглядыванию уже потемневшей опушки. Лес, лес и снова лес. Вдруг они резко выехали из лесного круговорота туда, где огромное поле, уходившее вдаль будто лёгкой волной, встречало их, словно показывая Тэхёну, что не только строями деревьев славилась эта местность. Полянка одуванчиков напомнила о его детстве и о маме. «Жёлтый венок красиво бы смотрелся на чёрной голове Чонгука», — мечтательно произнёс в мыслях Ким, поставив локоть на небольшой бортик около окна и положив на руку подбородок. Парень знал, что он откажется надевать его на голову, но пофантазировать же можно, как они, взяв с собой небольшой кусочек ткани с бутербродами и различными фруктами, наблюдали бы за размеренным движением тучек и угадывали бы, на что они похожи. Чон говорил бы, что видит лошадь, а Тэхён бы кричал, что нет — это определённо собака! Такое представление его немного рассмешило, и он легонько хихикнул и улыбнулся ночному небу без единого облака. Смотреть на звёзды он любил с самого детства, а здесь их было будто в сто раз больше, чем из окна его прошлой спальни. Так, под убаюкивающую тряску кареты, Тэхён провалился в сон.

***

— Приехали, — громко произнёс Чонгук. Тэхён медленно просыпался и, вяло моргая сонными глазами, пытался понять, где он и почему левая рука так сильно затекла. Оглянувшись по сторонам, он увидел мужчину, который всё так же смотрел в окно, сложив руки на груди и закинув ногу на ногу. Не только он привлёк внимание, но и пышный, в сравнении с его бывшим домом, сад. Деревья и кусты абсолютно разных видов аккуратно подстрижены, два фонтана по обе стороны, куча скамеек для отдыха, большие шестиугольные серые плитки, заменяющие дорожки, а то, что его удивило больше всего — множество кормушек на ножках в виде домиков. Если Тэхён всё-таки попал в Рай, то ему здесь определённо нравилось. — Ого-о… — негромко, но протянул Тэхён, не удержавшись от такой картины маслом, которой он и вообразить не смог бы. Они остановились, и дверь тотчас открыл дворецкий. Чонгук без промедления вышел из кареты, а Тэхён, делая то же самое, дёрнулся, когда к нему протянулась рука в белоснежной перчатке. Дворецкий подал ему руку, чтобы помочь спуститься. Ким аж оцепенел на секунду, он никогда не попадал в такие ситуации, но подумав, что высота и правда большая для его роста, положил края пальцев в чужую ладонь. — Спасибо, — тихо произнёс Тэхён, и дворецкий, всё это время смотревший в землю, лишь ниже поклонился, и ничего ему не ответил. — Сколько ещё мне тебя ждать? — холодным тоном произнёс Чонгук, уже поднявшийся по лестнице и смотревший надменно сверху вниз. Его лицо могло выдать какую-то другую эмоцию, кроме фальшивой улыбки и высокомерного прищура? Тэхёну показалось, что нет. Во всяком случае, он пока не видел. Засуетившись, Тэхён быстро поднялся наверх, пока служанки открывали им массивную входную дверь, и Ким от увиденного сделал шаг назад. Громадное помещение, где посередине возвышалась искусная парадная лестница, расходящаяся на две стороны, с широкой красной дорожкой прямо до их ног. Но первым его поразило далеко не это. Вдоль полотна с обеих сторон в таком же низком поклоне, как и дворецкий, стояло просто огромное количество прислуги: несколько десятков горничных, повара и их помощники по кухне, даже тройка садовников. Тэхён, не ожидавший увидеть столько людей, хоть особняк с виду и правда огромный, сильно растерялся и даже испугался на секунду, окаменев на месте. — Добро пожаловать домой, господин, — хором произнесли все так громко, что заложило уши. Чонгук тут же быстрым шагом направился к лестнице. Немного подбежав, из-за небольшого оцепенения вначале, Тэхён шёл прямо следом, посматривая на людей. Его очень удивило то, что среди них не было молодых: весь персонал был взрослым. Обычно на должность горничных брали молоденьких девушек, которые могли вынести долгую физическую нагрузку, быстро справляться со своими задачами, «летая» из одной комнаты в другую, но здесь, казалось, действовали какие-то свои строгие правила, потому что, хоть они уже и были на втором этаже, весь персонал всё ещё стоял ровным строем, склонившись на девяносто градусов. Это нагоняло тревогу и беспокойство. Вообще всё, на что падал взгляд Тэхёна, выглядело пугающе. Скорее всего, конечно, он себя накручивал: убийство родственников, долгая поездка с молчаливым пассажиром, новый дом. Да он до сих пор не мог поверить, что за пару дней произошло столько, сколько с ним за всю жизнь не происходило, даже если взять только два события. Но эти странной формы статуи, вазы с какими-то подозрительно ненастоящими цветами, картины с дремучими лесами, массивные стены без декора, слабо освещаемые коридоры — всё вместе напоминало замок Дракулы. Через секунду Чонгук открыл двустворчатую дверь и зашёл внутрь. Первое, что бросилось в глаза, — это окно от потолка до пола на всю стену. Перед ним стоял искусно выстроганный с витиеватыми узорами деревянный стол, несколько диванов, смотревших друг на друга, с низким журнальным столиком, также несколько горшков с настоящими цветами — теперь уже точно. Но правая сторона привлекла внимание парня куда больше, чем даже сам Чонгук, который, усевшись и откинувшись на стуле-кресле, сложил руки в замок и непрерывно поглядывал на Кима. Маленькая библиотека — вот, от чего у Тэхёна искры в глазах засияли. Понятно, что тут все книги только для работы, но это могло означать и то, что где-то была и большая библиотека. Лютый восторг невозможно было скрыть — хотелось прямо сейчас сорваться с места и побежать искать её! — Сядь, — в приказном тоне. Тэхён и правда на мгновение забыл, где он и с кем. Покорно сев на кожаный диван, он тут же опустил голову вниз, теребя пальцы от волнения. — Пока я уставший после поездки, — протянул Чонгук, поправив белые длинные перчатки, сидя со слегка откинутой головой и задранным подбородком, — можешь задать вопросы, которые тебя интересуют. Ким Тэхён абсолютно ничего не знал о происходившем в мире за… когда там это всё началось? Пять лет назад вроде. Поэтому вопросов много. Но он не был уверен, что тот согласится ответить прямо на все, поэтому стоило задать самые интересные на данный момент и, возможно, такие же странные, как и заданные в карете. — Кто ты? — подняв голову, Тэхён уставился на своего собеседника, который вскинул брови на такой вопрос, но, задумавшись на мгновение, чётко произнёс: — Я Чон Чонгук — глава организации «Небесный Якша». Моя команда занимается скупкой и торговлей нелегального оружия на чёрном рынке. — У Тэхёна медленно приоткрылся рот от услышанного, но он тут же его закрыл. — Раньше мы торговали только на нашей земле, но несколько месяцев назад начали возить и за море, что увеличило доход в четыре раза. Вот только моему братцу совсем не нравится такой сбыт и то, кому именно он происходит, — цокнул Чонгук и, отведя взгляд голубых глаз вбок, тише продолжил: — Как мне надоело его нытьё, что тот, видите ли, перестанет прикрывать мою спину и сдаст с потрохами, если мы продолжим с ними сотрудничать. Блеф. Если правительство узнает о том, что вице-адмирал морского дозора помогал своему брату в отправке оружия через море и с огромной скидкой покупал сам же — расстреляют на месте. Чтобы меня запугать, нужно куда больше усилий, — ухмыльнулся. — Но в одном братец был прав. Бесспорно. Я выгляжу очень подозрительно для правительства в свои двадцать семь без намёка на жену, когда уже в девятнадцать у некоторых придурков насчитывается несколько детей и браков. Тэхён пытался переварить услышанное. Он задумывался, что Чон выглядел непростым человеком, даже его сверхспособность была сильной и скрытной, но что бы такое… От пристального взгляда стало не по себе, и он опять опустил голову на свои руки, но слушать стал только внимательнее, ведь сейчас начиналась речь о нём. — Именно поэтому Джун потребовал жениться на ком угодно как можно быстрее, ведь шептаться обо мне уже начали. Вот только есть огромное «но». Мне не нужно потомство, а выйдя замуж, девушка обязана будет родить, дабы не вызвать подозрения в мою сторону, что этот брак только для прикрытия. Да и женское общество требует постоянных выходов в свет со своей половинкой, что напрягает даже больше, поэтому выйти за парня было более чем уместно и выгодно в данной ситуации. — Тэхён сглотнул. — Мы перебрали несколько претендентов. Общество не порицает однополые браки, хоть и относится скептично. Нужен был тот, кто не будет болтать, тот, кто не будет донимать меня, и тот, кто с радостью продаст себя за баснословную сумму, — громко вздохнув и откинувшись на спинку стула. — Да, твой брат был идеальным кандидатом и достаточно умным, чтобы мастерски отыграть эту роль, но, кажется, судьба решила иначе. О тебе, как о старшем сыне, было мало известно, поэтому твоя кандидатура даже не рассматривалась. Но знаешь что? — Тэхён исподлобья посмотрел на него. — Таких божьих одуванчиков, как ты, я просто на дух не переношу, — сощурил глаза Чонгук, а Тэхён лишь обратно опустил взгляд янтарных глаз вниз. Угнетавшее чувство, что его жизнь станет хуже, чем была, стало со стремительной скоростью нарастать. — Не сомневаюсь, что окружение видело меня рядом с таким же сильным и независимым человеком, и когда они узрят такого барашка-ромашку, то, возможно, даже поменяют представление обо мне, и так скрыться от подозрений будет в разы легче. Так что ты, несмотря на мои предпочтения, даже ещё лучшая партия, чем Минхо, — хмыкнул Чонгук. Прикрытие — вот для чего Тэхён ему нужен был. Это огорчало в какой-то степени, ведь значило, что любви, которую так сильно жаждал Ким всю свою жизнь, от этого человека так просто не добиться. Но и также это значило то, что он здесь не для постельных утех, и вот это уже как гора с плеч. Ким слабо выдохнул. — Следующий. Не трать моё время. Тэхён судорожно стал перебирать всё, что увидел за день. — Почему, — запнулся он, корректно не сформулировав вопрос, — почему вся твоя прислуга такого неподходящего возраста? Обычно стараются выбирать на такие должности молодых и иногда даже несоверше… — Потому что они все наёмные убийцы, которые, в случае внезапного нападения, например, в момент моего отсутствия, смогут подавить его, даже не побеспокоив по таким пустякам меня. Главная их цель — чтобы с моей головы не упал ни один волосок. Хотя их помощь не очень-то и требуется. Только психопат нападёт на дом семьи Чон. И даже если у него получится это сделать, выйти отсюда он точно больше не сможет, — хмыкнул Чонгук. — Дальше. Тэхён не успевал переварить одну информацию, как на него накидывали ещё и ещё, вдобавок требуя не тянуть резину. — А-а-а… — он снова нервно перебирал вопросы, которые можно сейчас задать. Но ничего лучше этого в голову не пришло: — Я з-заметил, что у тебя есть сверхспособность. Можешь рассказать про неё? — Чонгук подозрительно вскинул левую бровь. — Просто у меня нет никаких сил, и мне очень интересно, какие они у других. — У тебя нет сверхспособности? Серьёзно, что ли? — глаза Чона распахнулись в неверии, а Ким сильно скомкал брюки на коленках и сжал плечи в стремлении исчезнуть из поля зрения. — Я думал, что такие простаки уже не рождаются. Что ж, кажется, судьба всё-таки посмеялась надо мной, — вяло протянул тот, и Тэхёну ужасно стало стыдно. — Моя способность — сверхтонкие, но прочные нити. Неожиданно бумага, лежавшая на журнальном столике, подлетела ввысь и приземлилась аккурат в руку Чонгука. Кажется, удивлённое и одновременно испуганное лицо Кима станет в порядке вещей. — Раньше, до прозвища «Джокер», я был известен, как «Каракурт». Прикрепление нитей к любым поверхностям; стрельба ими, как пулями; если скрепить нити между собой, можно сформировать кнут или, например, прочную верёвку; даже защитный купол. Ну и, конечно, тот факт, что они необычайно острые, можно опустить. — А почему «Джокер»? Это как-то связано с игральными картами? — Смотрю, ты осмелел, — усмехнулся мужчина. — Моего настоящего имени никто не знает в подпольных кругах, а если и знает, то точно не посмеет произнести когда-нибудь вслух, ведь тогда лишится языка. На заданиях я всегда в маске, скрывающей моё лицо, — именно поэтому мне дали прозвище «Джокер», ведь я могу быть абсолютно любым человеком, от мала до велика, да и мне оно понравилось, когда его услышал, — звучит просто роскошно, — приподняв уголки губ с некой гордостью, произнёс Чон. Почему-то сейчас обстановку можно было назвать более комфортной, чем минутами ранее. — А на какое число назначена свадьба? — уже с небольшим предвкушением спросил парень. — Её как таковой не будет. — Весь запал Тэхёна вмиг пропал. — Никто не должен знать, что твоей семьи уже и в помине нет — это вызовет много вопросов, на которые мне неохота отвечать, поэтому мы сыграем мини-свадьбу через пару дней в саду, где будут присутствовать: ты, я и мой брат. Честно, я бы вообще не занимался таким бредом, как «свадьба», но для Джуна нужно сделать вид, что мы супер-пупер влюблены друг в друга, и это ты предложил сыграть свадьбу в тихом одиночестве, всё ясно? — Ким, выйдя из оцепенения, быстро закивал. Чонгук осмотрел его с ног до головы. — Зря мы, конечно, не забрали с собой твои вещи. Выглядишь будто ребёнок, залезший в гардероб взрослых, — фыркнул Чон, смотря на объёмный фрак. — С тебя снимут мерки и перешьют некоторые мои старые вещи, которые мне малы. Конечно, было бы весело, если бы ты появился на нашей свадьбе в чём мать родила, но брату это точно не понравится, — тихо посмеялся Чонгук. — Да и мне бы такое не понравилось, — неловко сжимая предплечье, едва слышно произнёс Тэхён. — А кто тебя спрашивал? — вскинул бровь. — Послушай, сейчас ты находишься в моём доме и, в скором времени, станешь моим мужем, так что если я скажу тебе быть голым, ты исполнишь это без колебания, ещё и вприпрыжку, — Тэхён молча отвернулся. — Если ты думаешь, что я гей, как и ты… — Я не гей! — от услышанного он резко повернулся обратно, перебивая. — Мне плевать. Но если ты думаешь, что я буду заниматься с тобой сексом днями напролёт и мы будем обниматься и облизываться по всем углам, то закатай губу. Такого тошнотворного бреда никогда не произойдёт. Я лучше в борделе поваляюсь ночь, чем пересплю с тобой, — сморщив нос и нахмурив брови от отвращения. Каждое предложение, каждое слово этого человека вводило Тэхёна во всё больший шок. Его принц постепенно превращался в злодея, и он ничего с этим не мог сделать. То, что Чонгук говорил, задевало и так израненное сердце, но он хотя бы сейчас будет сильным и не проронит ни слезинки. Он уже плакал перед ним от радости свободы, но плакать от оскорбления Тэхён не собирался. Он сможет. Он вытерпит этот рой ядовитых слов и ничего не скажет в ответ, а потом, уже в своей комнате, даст волю чувствам. Но выглядело так, будто Чонгук от его молчания злился ещё сильнее. — Хватит. Мне уже плохо от твоего присутствия. Клаун! — Чон громко крикнул чьё-то имя, и в кабинет тут же зашёл мужчина, которому он подавал руку во время спуска с кареты, шатен в чёрном костюме, белых коротких перчатках, тут же сгибаясь в глубоком поклоне. — Отведи его в его комнату. — Да, господин, — мужчина протянул руку Тэхёну, и тот без колебания вложил свою: ему нужно многое обдумать и прийти к каким-то выводам, а в такой обстановке он этого точно не сделает, но перед уходом принято прощаться. — Увидимся, Чонгук, — ответа не последовало, тот уже перебирал какие-то бумажки и внимательно рассматривал их. Тихонько вздохнув, Тэхён вышел вместе с дворецким из кабинета. Когда дверь закрылась, Чонгук откинулся на стул и закрыл глаза. Это тепличное растение не привлекало его абсолютно ничем. Он был красив, спорить с этим фактом невозможно: бледная кожа, карамельные волосы и янтарные глаза, смотрящие прямо в душу, но то, как он себя преподносил, было до дрожи невыносимо — если бы Чон хотел покладистую псину, то просто завёл бы её. Будто он не сын влиятельной в какое-то время семьи, а нищий пастух, которого одели в дорогие одёжки и выдали за богатого папика. Тэхён — это кладезь черт характера, за которые Чонгук готов просто задушить: неуверенный, беспомощный, замкнутый и неспособный вообще постоять за себя. Будь его воля, то вернулся бы в прошлое и лучше бы забрал с собой настоящего Ким Минхо.