На своем месте.

POV Лана.

      Плутая в темных переулках, я судорожно искала Ванессу.       Несмотря на то, что у Хоуп был слишком длинный язык, который работал быстрее, чем серое вещество в ее черепной коробке, она была неплохим человеком.       Не могу сказать с точностью, почему Ванесса, повзрослев, стала такой истеричной. Еще с детства я запомнила ее как закрытого и тихого ребенка. Она мало с кем общалась, старалась держаться в стороне.       В университете она тоже не отличалась особой болтливостью. Конечно, друзей у нее тогда прибавилось, но она всегда выступала в роли слушателя, а не рассказчика.       Видимо так на нее повлияла работа в клубе. По себе знаю, насколько трудно бывает работать с людьми. А если ты еще обслуживаешь бухих людей в клубе… кто знает, какой контингент тебе подвернется.       Я не знаю, сколько переулков я оббежала, пока искала Хоуп. Меня уже начинало злить, что я не могла ее найти.       Остановившись в одном из переулков, я стала прислушиваться к звукам. Слева послышалась какая-то возня. Медленно, я двинулась в ту сторону, как вдруг раздался приглушенный женский крик.       Я сразу же направилась на звук. Завернув в нужное место, я застыла.       Двое ублюдков держали Хоуп за руки и за ноги, старательно закрывая ей рот, а третий срывал с нее одежду.       Тот, что срывал с нее одежду, был высоким блондином плотного телосложения.       Двое, что держали ее, видимо были близнецами. Одинаковые морды, мышиного цвета волосы, среднего роста, слегка полноватого телосложения.       Мои глаза налились кровью. В такие моменты меня можно было сравнить с быком на родео, перед мордой которого тореадор машет красной тряпкой.       Не передать словами, как я ненавидела, когда похотливые отморозки насиловали женщин или детей. Это ощущение вседозволенности и безнаказанности со стороны этих выродков, пробуждали во мне дикую, неконтролируемую ярость.       Прохрустев тремя пальцами правой руки, я двинулась к ним.       Услышав шаги, эти твари остановились и уставились на меня.       Стянув плащ с капюшоном, я произнесла:       — На кой черт вам эта тощая девка? Пусть пойдет погуляет, а мы с вами тут развлечемся.       Я одарила их улыбкой, больше похожей на звериный оскал. Только вот эти полоумные даже понятия не имели, что я хочу с ними сделать.       Дружно загоготав, самый высокий из них сказал:       — Отпустите девку, тут к нам такой десерт пришел. Грех не попробовать.       Двое сразу же отпустили Ванессу и отпихнули ее в сторону.       Судорожно застегивая рубашку, она подбежала ко мне.       — Пошла отсюда, — ледяным тоном сказала я.       — Ты хоть понимаешь, что они с тобой сделают? — плача, шептала Ванесса.       Ее трясло как осиновый лист, глаза были красные и опухшие от слез. Она пребывала в шоковом состоянии.       Должна сказать, что в своем мире ко мне ни раз обращались родители девушек, которых насиловали подобные отморозки. Они со слезами на глазах просили меня наказать мразей, чтобы они страдали и мучались.       Не всех устраивало, что виновников просто сажали в тюрьму. Тем более, спустя несколько лет, эти отбросы выходили обратно на свободу. А если они вели себя хорошо, то получали право на выход досрочно.       Жаль, что у нас не кастрируют таких выблядков. По статистике многие преступники, совершившие изнасилование и отбывшие срок, после выхода повторяли тоже самое.       Сколько судеб они сломали, скольким женщинам они травмировали психику. У многих пострадавших после изнасилования, появляется боязнь мужчин и развивается паранойя.       Не буду скрывать, что мне доставляло удовольствие наказывать этих животных. Их крики были самым лучшим звуком для моих ушей.       — Я сказала: пошла вон, не мешай мне развлекаться! — прикрикнув на нее, я оттолкнула ее в сторону.       Брюнетка попятилась назад, а потом развернулась и побежала прочь.       Посмотрев на тех троих, я бодро произнесла:       — Вот и остались мы одни. Настало время для развлечений.

POV Леви

      С самого начала я считал посещение Подземного города — дерьмовой идеей.       Возвращаться в это гнилое место мне совсем не хотелось. Да и не думал я, что людям из другого мира стоит находиться там.       Впрочем, я не увидел на лице Ланы особого удивления или отвращения к этому месту. Зато ее друзья были неприятно удивлены.       Большее впечатление на тощую и оглоблю произвели бордели. Видимо в их мире это запрещено законом. Надо будет потом спросить у Росс.       Когда наша экскурсия по столь отдаленному месту подходила к концу, оглобля заметил, что пропала тощая.       Вот только этого дерьма мне не хватало.       Приказав Данте с Росс оставаться на месте, я направился на поиски пропавшей идиотки.       Я прошерстил несколько переулков, даже зашел в несколько борделей по пути, где мне настоятельно рекомендовали услуги «лучших» проституток.       Я нигде не мог найти эту дуру.       Хоть тощая и не была ценным солдатом, мне не хотелось отчитываться перед Эрвином за пропавшую девку. Да и в глаза Ланы я не смог бы спокойно смотреть. Несмотря на то, что тощая меня дико раздражала, я не желал ей зла.       Спустя полтора часа безрезультатных поисков, я вернулся на то место, где оставил Данте с Ланой.       И как же я был зол, когда ни его, ни ее я не увидел.       Конечно, на что я надеялся? Что они останутся ждать меня здесь? Да черт из два. Они свалили искать эту дуру.       А если и с ними что-то случится? А если Лану затащат в бордель? Я поежился от этой мысли.       Помимо собственных переживаний я стал представлять, как Эрвин будет трахать мои мозги в самых непристойных позах.       — Твою мать… — прошипел я.       Я только хотел направиться на поиски этих идиотов, как из угла вывернул оглобля. Он растерянно посмотрел на меня.       — Где Лана? — ледяным тоном спросил я.       — Направилась в другую сторону искать Ванессу, — ответил он.       — За мной, — отдал приказ я.       Направившись в сторону, куда пошла Росс, мы обыскивали каждый гребанный угол.       Спустя полчаса, когда мы заворачивали в новый переулок, на нас налетела тощая.       Видок у нее был еще тот: порванная, грязная одежда, спутавшиеся волосы, вся в слезах. Заглянув за ее спину, я никого не увидел.       Ледяной пот прошиб мое тело.       — Они пытались… пришла Лана… Они там… она осталась… — ревела тощая, неся несвязные слова.       — Успокоилась! По порядку, — приказал я ей.       Только вот она дальше продолжала что-то бормотать и плакать. Она была не в себе.       Ненавижу бить женщин, но у меня не было другого выхода. Я отвесил тощей несильную пощечину.       Она отшатнулась и приложила ладонь к месту удара.       — А теперь заново и по порядку, — твердо проговорил я.       — В одном переулке на меня напали трое. Зажали мне рот и потащили в неизвестном направлении. Двое меня держали, а другой начал раздевать… — она всхлипнула. — Потом внезапно появилась Лана. Она предложила поменять меня на себя… Я пыталась ее отговорить, но она прогнала меня… и… и я убежала… я оставила ее там! — она стала реветь еще сильнее.       Внутри меня все похолодело. Я не мог допустить, чтобы с Росс что-то случилось. Я не мог потерять ее.       — Веди нас.       Она быстро развернулась и направилась в нужную сторону.       — Как ты вообще к ним попала? — подал голос оглобля.       — Мне захотелось в туалет, — сквозь слезы отвечала тощая.       Ну конечно, из-за того, что одной идиотке захотелось поссать, сейчас где-то огребает Росс.       — Быстрее! — рявкнул я.       Она дернулась и ускорила шаг.       Минут через пятнадцать девка завернула за угол и громко вскрикнула.       Отодвинув ее в сторону, я взглянул на то, что так напугало девушку.       Перед моими глазами в разных углах лежали три трупа, все было в крови.       У одного было перерезано горло, у другого было изуродовано лицо. А вот третьему досталось больше всех: в его глотке находился отрезанный член вместе с яйцами. Подыхал он явно мучительно.       Меня передернуло. Я не ожидал, что Лана способна на такое.       — Это сделала Лана? — пребывая в шоке, спрашивал оглобля.       Тощая практически забилась в угол и принялась старательно топить Подземный город своими слезами.       И все бы ничего, только вот, Росс тут не было.