Их песня

      Августин сохранил рассудок, но ему все ещё приходится привыкать к своей силе. Нарочито медленно и легко касаться своего человека, чтобы случайно не навредить ему. Анри напряжен, ему хочется довериться Августину, он видит, как тот старается ради него. Но длинные острые когти и зубы порой так близко, что наводят неосознанный ужас. А ещё иногда Августин просчитывается. Неловкое движение или инстинктивно сжимающиеся челюсти ранят Анри. Августин поклялся себе, что будет защищать его, не позволит кому-либо причинить ему боль. Но теперь шрамы на теле дорогого человека оставляет он сам. Зов и жажда крови, что не запихнуть поглубже и не заглушить мыслями, прорывается наружу.       Анри вскрикивает так, как делал это всегда. Но сдавленный сиплый стон, которым окончился внезапный крик, заставляет Августина почувствовать одновременно самые противоречивые эмоции. Нутро гуля почуяло смерть, разгоняя по венам кровавую эйфорию, а человеческий разум ужаснулся, видя, как быстро разрастается пятно свежей крови. "Слишком много. Ещё. Ещё? Добить. Насладиться до капли. Зажать рану? Спасти? Но как?" – с каждой обрывистой мыслью, проносящейся в голове Августина, Анри истекает жизнью.       У Августина нет времени думать. Он бросается прочь. Сеть подземных ходов, римские тоннели, наполненные потусторонними вибрациями, источник. Вот она, та самая фляга, с которой всё началось, лежит на том самом месте, где ещё не до конца впиталась в землю кровь Августина-человека.       Он не помнит, как добрался обратно. Он думал только об Анри и о фляге, которую прижимал к груди. Похолодевших губ коснулось горячее дыхание, а затем по ним заструилась "живительная" жидкость. Вода ли, яд ли? Не важно, ведь она спасёт. Анри вздрогнет и откроет глаза. Оглянется по сторонам, будто удивлен, что всё ещё в бункере.       Дежа вю, да, Анри? Или ты думаешь, что то был сон или вновь играет с памятью старая рана? Нет... Ты быстро все понял, нащупав рядом с собой флягу, на горлышке которой едва различимо светились последние капли "эликсира бессмертия". Так называли его те, кто тысячелетия назад возвел на этом месте Храм Тьмы.       Августин ясно понимает – следующие семь дней будут тяжелыми, но... интересными? Посмотреть со стороны, как это происходит. И помочь. Анри не один, Августин всегда будет рядом. Теперь и навсегда.       Два голоса будут выть во тьме, наводя ужас на любого, кто сможет их услышать.

Их песня, одна на двоих.