dance like crazy

26 октября 2023 года

      Минхо знал, какой сегодня день. День рождения Джисона. Интересно, он все еще любит большие бисквитные торты и праздничные колпаки? Он помнил, как младший был рад его подарку, помнил его крепкие объятия и счастливую улыбку до ушей. Тогда он был ребенком, для которого этот день был особенным, обязательно отмеченным красным маркером в календаре. Сейчас же он видел, что Джисону все равно. Больше не было в глазах этой сверкающей радужки и томительного ожидания от долгожданных подарков. Хан сидит за партой, подпирает щеку рукой и сосредоточенно пишет в тетради, иногда прикусывая губу. Недавно к нему заходил Хенджин, пытался позвать прогуляться по корпусу университета, но тот отказался, и Хван ушел, перед этим показушно обидившись. Минхо не понимал, зачем следит за ним. Ну, как следит, просто наблюдает, ведь, судя по всему, Хенджин не был в курсе того, что у Джисона день рождения. Да и вся команда не была в курсе, каждый занимался своими делами. Банчан, сгорбившись, что-то сочинял на планшете, Феликс и Чанбин сидели в углу, шептались и хихикали негромко, Чонин залипал в телефоне, а Сынмина вообще на горизонте не было видно, скорее всего, вышел из кабинета.       Осталась последняя пара до репетиции парней, на которой 3Racha должны были наконец-то показать песню, под которую они будут выступать. Джисон выглядел уставшим, Чан и Чанбин предложили ему пойти всем вместе в студию и поработать над новыми песнями, но он отказался, решив подремать на парте. Минхо больше не мог смотреть на это зрелище, в его сознании засело ужасное чувство несправедливости, мол, он единственный знает, но даже не в силах подойти и поздравить, не говоря уже о том, чтобы что-то дарить. Ли посмотрел на свои наручные часы, прикинул, сколько осталось времени до начала следующей пары, и пулей выбежал из здания университета. Он не понимал, зачем он это делает. Рядом с их университетом находилась кофейня, в которой продавалась вкусная выпечка и кофе. Назойливая сотрудница несколько раз подошла к Минхо и предупредила, что свободных столиков нет, на что он ответил, что просто заберет свой заказ с собой. Его внимание сразу привлеки бенто-торт и чизкейк, но выбрал он все же второй. Минхо знал, что Джисон любит сладкое, но в последнее время стал замечать, как Хенджин угощает его чизкейками почти каждый день. Интересно, насколько они близки? Судя по их танцу, довольно сильно… Стоп, почему он об этом думает?       Ли быстро оплатил заказ и положил небольшую коробку в красивый крафтовый пакет, купленный в той же кофейне. Минхо был в прекрасном настроении, что совсем не подходило под суровую октябрьскую погоду, но он не чувствовал холода. В душе стало отчего-то тепло, а в голове крутились сотни мыслей и желаний что-нибудь сделать. Старший не хотел думать о том, что Джисон может разозлиться, размазать этот никчемный чизкейк по его лицу, наорать и в который раз указать, чтобы он больше не подходил к нему. Почему в который раз? Минхо весь последний месяц пытался подойти и поговорить, он очень хотел, чтобы Джисон з̶н̶а̶л̶ ̶п̶р̶а̶в̶д̶у̶ перестал его избегать. Пускай не ради себя, но ради команды им нужно было постараться сделать вид, что все в порядке. Он очень хотел быть выслушанным. По всей видимости, младший сменил номер телефона, потому что все его сообщения так и остались непрочитанными, а на звонках нон-стопом твердили одно и тоже: «Абонент не отвечает или временно не доступен».       Минхо заходит в аудиторию, сперва он думает, что ошибся дверью, но он четко видит младшего, лежащего на парте, и двоих одногруппников, занимающихся своими делами. Словно вся вселенная дает ему знак подойти и попытаться снова заговорить, какое совпадение. Он встает позади парты Джисона, набирается смелости, но в голове всплывает одна несостыковка. Хан спит и будить его себе дороже. Минхо подходит ближе и впервые за долгое время видит младшего так близко, ресницы которого резко начали подрагивать. Испугавшись и не придумав ничего оригинального, Ли быстро ставит пакет на парту и ретируется к своей, перед этим больно ударившись об несколько косяков. Джисон открывает глаза и видит перед собой пакет, состояние полудрема его быстро покидает, когда он видит записку, прикрепленную к ручке пакета.       «С днем рождения, Джисон»       Младший сразу понимает, в чем дело, ему даже не пришлось составлять список подозреваемых, все и так было до боли очевидно. Но интерес в итоге преодолевает накатившую злобу, он заглядывает в пакет и взрывается окончательно. Хан, словно ошпаренный, подскакивает с места и в следующую секунду оказывается рядом с партой Минхо, грубо кидая пакет в лицо напротив, который старательно делал вид, что читает. Не успев никак среагировать, старший принимает удар, но тут же пугается, видя озлобленного Джисона.       — Ты идиот что ли? — Джисон, хоть и был зол, но на удивление хорошо держал дистанцию. Минхо прячет все свои учебники и тетради, чтобы ненароком по голове не получить. — Мне твои поздравления нахуй не сдались, отъебись от меня.       — Сонни, прекрати, — он хотел успокоить, но только сильнее разозлил его.       — Что ты хочешь от меня? Тебе мало что ли всех испорченных вещей? — Минхо пытается встать, но его тут же отталкивают обратно на стул, он словно котенок, загнанный в угол дворовой собакой.       — Я хочу поговорить, — единственное, чего действительно хотел Ли. Просто поговорить.       — Поговорить? Какой же ты урод, — Джисон прыскает со смеху и скрещивает руки на груди. — Хорошо, говори, я тебя слушаю. У тебя есть две минуты.       Минхо оглядывается по сторонам, студенты не обращали на них никакого внимания, скорее всего, были в наушниках, но ему все равно было неспокойно.       — Ну? Ты вроде хотел поговорить, а не помолчать. — Джисон нервно теребит бинты на руках под длинным худи.       — Наедине, Джисон. Прошу тебя. — В глазах Ли мелькает капля надежды, Джисон насмехается, и упирается руками в парту, приближаясь ближе к лицу напротив.       — Бедненький, неприятно, да? Просить и умолять. — Джисон словно выжигает глаза Минхо, и оба не могут отвести взгляда. — Я тоже просил, но у меня и двух минут не было. Минхо, ты отвратительный, даже сейчас не можешь сказать то, что хочешь. Только ты не можешь или не хочешь понять одного: мне плевать на все твои слова.       Они продолжают смотреть друг на друга, но Минхо не в силах что-либо ответить. Только Ли собирается действовать, хочет взять Джисона за руку и утащить в любой свободный кабинет, как младший быстро поднимается и уходит, напоследок со всей силы пиная ни в чем не повинный пакет с чизкейком. Коробка переворачивается, десерт размазывается и окончательно теряет свою привлекательную форму. Можно сказать, что это победа, пускай с неприятным осадком в груди и чувством собственной ничтожности, но они наконец заговорили, это лучше, чем совсем ничего. В кармане вибрирует смартфон, Минхо достает его и смотрит на всплывшее напоминание, которое каждый день заставляет его вспоминать об этом.       14:00 — «Выпить таблетки».       Минхо игнорирует сообщение, что-то в нем меняется за доли секунд. Кажется, до него только сейчас стало доходить вся серьезность слов Джисона. И какой тогда теперь смысл стараться дальше? Это решение обязательно приведет к фатальной ошибке.       ***       — Это… поздравление с днем рождения. — Шумная атмосфера тут же сменяется на гробовое молчание, все по цепочке переводят взгляд сначала на Джисона, затем на Хенджина, который был удивлен не меньше всей команды.       «Твою мать…» — последнее, о чем успевает подумать младший, он подбегает к Хенджину, вырывает телефон и также быстро покидает зал, оставляя присутствующих наедине со своими мыслями.       Младший выходит на улицу, поджигает сигарету и подносит фильтр к губам, попутно слыша несколько коротких гудков, после которых вызов успешно принимается.       — Алло? Джисон-и? — раздается на другом конце запыхавшийся голос женщины, Хан сжимает губами сигарету и угукает в ответ. — Почему не отвечал?       — Простите, Тетушка, был занят, — младший потирает свободной рукой уставшие глаза, боковым зрением замечая в окне зала макушки Сынмина, Чанбина и Феликса, которые втихую стараются наблюдать за ним. Какое забавное зрелище.       — Как же так, не повезло праздновать свое день рождения на учебе, — женщина громко вздыхает. — В любом случае поздравляю тебя! Мой любимый мальчик, всегда оставайся светлым, замечательным и радостным человеком, ты заслуживаешь быть счастливым, несмотря на все испытания, которые принесла тебе жизнь. Мама не звонила?       Джисон замолкает. Пепел от сигареты падает на асфальт, пока морозный ветер ударяет в застывшее лицо.       — Нет, мы не общаемся. — Младший делает долгую затяжку и запрокидывает голову, он замечает, как тучи собрались на когда-то светлом небе. Не хватает депрессивной музыки на фон. Паршивая атмосфера.       — Ох, ну почему, я думала вы уже погово…       — Тетушка.       — Ладно-ладно, прости меня, ты же знаешь, что я не со зла спрашиваю. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив. — Повисло молчание. Джисон уже хотел было попрощаться и поблагодарить за поздравления, как женщина продолжила. — Ты заедешь ко мне сегодня? Я хочу передать тебе подарок, заодно заберешь немного еды домой.       — Навряд ли, я сейчас с командой, и мы до вечера будем заняты. Могу приехать завтра после пар. — На самом деле Хан соскучился по тете, по ее нежной улыбке и крепким объятиям, она всегда служила ему примером и была тем самым ярким маяком в густом непроглядном тумане, благодаря которой он и обрел новый смысл.       — Так приезжайте все вместе, хоть познакомлюсь с твоими новыми друзьями, а то все на словах, да на словах.       — Но… будет уже поздно, не хочу нарушать ваш покой перед рабочим днем, а они ребята шумные. — Джисон повторно смотрит в окно и наблюдает, как один за другим студенты быстро наклоняются и прячутся. Уголки губ слегка приподнимаются от этих любопытных идиотов.       — Джисон-и, что за отмазки, а? Ты же знаешь, что я ради любимого и единственного племянника на все готова. — Младший представил выражение лица своей тети в данный момент и уже не скрывал своей счастливой лыбы. — Ничего не знаю, зови всех друзей, и после вашей… как ее там… репетиции, приезжайте ко мне. Ужас, уже силком тебя надо заставлять приехать к любимой тете, что за непослушный ребенок!       Джисон не сдерживается и начинает смеяться во весь голос, он всегда удивлялся гостеприимности своей тети, но чтобы настолько.       — Хорошо-хорошо, не переживайте, мы будем.       Женщина не стала дальше тянуть разговор и сразу же попрощалась, перед этим попросив написать ей, когда они будут выезжать. Хан опустил руку и уставился на свою обувь. Это было странно, еще утром он совсем не планировал отмечать, даже пытался скрыть от всех, но все изменилось за какие-то жалкие десять минут. Наверное, теперь ему нужно как-то объясниться? Не зайдет же он и не скажет: «Тетя пригласила нас к ней домой отмечать мое день рождения, круто?» В глубине души Джисон не хотел звать команду, но не потому, что они для него до сих пор чужие люди, совсем нет. Его тетя очень добрая и общительная женщина, которая ненароком может ляпнуть лишнего, а он бы не очень хотел, чтобы вечер был испорчен воспоминаниями о его прошлом или, что еще хуже, неуместными вопросами о его здоровье и состоянии. Вторая причина — это Минхо. На этом уже можно закончить. Тетя не знала, что они встречались, но знала, что Ли был близким другом Джисона. Меньше всего ему хотелось, чтобы команда узнала о том, что они бывшие «друзья», тогда вопросов будет еще больше, ведь младший старательно игнорирует Минхо и делает вид, что тот ему безразличен и вообще он выскочка какая-то, можно было и получше хореографа найти. А старший то не дурак, с радостью согласится поехать на ужин, вон как за ним бегает и поговорить хочет.       Конечно, был вариант обмануть тетю и сказать, что ребята не согласились приехать, но даже он бы не поверил в такую откровенную ложь. Да и не обманывает он больше свою тетю, не заслужила она такого обращения после того, как спасла Джисона. Все равно придется звать всех, тут уже никак не выкрутишься. Поскорее бы этот день закончился.       Младший заходит обратно в зал, и все присутствующие смотрят на него. Опять это неловкое молчание, ну неужто снова ему начинать говорить первым?       — Джисон, все нормально, — внезапно начал Чонин, улыбаясь ласково, что немного успокоило его. — Это твое право, отмечать или не отмечать, ты не обижайся на нас, мы обязательно подарим тебе что-нибудь завтра! И неважно, хочешь ты этого или нет, нельзя оставаться без подарка в такой день!       Хан осмотрел всех ребят и усмехнулся себе под нос, все-таки они понимающие, ему очень повезло с коллективом.       — Ладно, я все равно не придумал, что вам говорить, поэтому… Короче, да, у меня день рождения, и моя тетя приглашает вас на ужин, если вы не согласитесь, я пойм… — Минхо округляет глаза и заметно напрягается. В чем же подвох?       — Ты серьезно думаешь, что я откажусь от вкусной еды? — Чанбин крепче прижимает к себе сидяющего рядом Фелиса. — И эта синеволосая макушка тоже за!       — Прекращай уже! — Феликс локтем пихнул в ребра своего парня, но не отстранился. Хан не мог не смотреть на них без чувства теплоты в груди, Чанбин хоть неугомонный и шумным, но все равно любимый Феликсом. Наверное, это самое важное для них. Любить и быть любимыми.       — Я тоже за, — начал Хенджин. — У моего лучшего друга день рождения, мало того, что я был не в курсе, так он еще и думает, что я откажусь от приглашения.       Хенджин дует губу и отворачивается, на что Хан кивает и хихикает.       — Я планировал поработать над новыми треками, но раз у нас появились планы, то пусть весь мир и музыкальная индустрия подождет. — Чан, смотря на Джисона вверх тормашками, подмигивает и переворачивается со спины на бок. Следом также соглашаются Сынмин и Чонин. В итоге остался один Минхо, который подозрительно долго тянул с ответом, из-за чего все ребята вытаращились на него.       — Минхо, ты как? — Начал Хенджин и посмотрел на Ли с какой-то интересной ухмылкой. Старший хмурит брови и случайно сталкивается с равнодушным взглядом Джисона, оказывается, он все это время смотрел на него. Какой ответ он хочет получить? Если бы Хан хотел, чтобы Минхо не пошел, он бы точно придумал какой-нибудь хитроумный план в стиле «в лодке всего 8 мест, Минхо, тебе придется остаться на суше». Но сейчас он дает право выбора, даже молчит, что сильно напрягает.       — Ну-у, — продолжает тянуть Ли, на что Джисон выгибает бровь. — Да?       Прозвучало слишком неуверенно, но этого было достаточно, чтобы все присутствующие, кроме Ли, Хвана и Хана, завопили от радости. Джисон вздыхает и закатывает глаза, не сказать, что он ожидал другого ответа, но надежды были. Вдруг раздается громкое «чшшшш», и все разом замолкают, Чан встает с пола и оказывается в центре зала.       — Я все понимаю, но не забывайте, пожалуйста, что у нас конкурс. Нам нельзя тратить время впустую, поэтому давайте как следует потренируемся перед отъездом. — Чан оглядывает всех присутствующих, и ребята соглашаются, в миг перестроившись с праздничной атмосферы на серьезную. — Минхо, твоя демоверсия хореографии подходит под нашу готовую песню? Мы можем начинать учить расстановки?       — Да, думаю, моя хореография идеально подойдет нам. — Минхо подходит к рюкзаку и достает планшет. — Я заснял что-то вроде фанкама для каждого, пришлю их чуть позже в нашу беседу, а пока разберемся насчет расстановок и нашего центра.       Вся команда собирается в круг и внимательно слушает Минхо. Он открывает фотографию белого листа, на которой расположены имена участников и расстановки каждого. Старший снова убегает к рюкзаку, чтобы принести богом забытый стилус, возвращается и указывает им на центр.       — Хенджин будет центром. — Слышится разочарованных вздох, но Минхо не обращает на него внимания. — Думаю, не стоит объяснять причину этого решения, но заранее извиняюсь перед теми, кто хотел стать им. У вас все еще впереди, не стоит переживать. Так вот, Хенджин посередине, рядом с ним будет Сынмин и Феликс, на задней линии стою я, Чанбин и Джисон, в передней линии сидят Чонин и Чан. Встаньте в эти позиции.       Команда приступила к изучению хореографии, и никто не заметил, как быстро пролетело время. Уставшие, но довольные, они решили закончить тренировку. Половина расстановок запомнилась довольно легко, трудную часть решили оставить на завтра. Минхо дал задание каждому выучить хореографию и повторить изученное. Но одного танца мало, ребятам также нужны были костюмы. Никто не разбирался в этом, но поручить это дело решили Феликсу и Чонину, которые даже на тренировки приходят нарядные как на показ мод.       Благо, в раздевалках была душевая кабинка, что позволила ребятам освежиться и не идти в гости вонючими и потными. Когда все высушились и собрались, команда снова уселась на пол, решая кто и как поедет.       — Я за рулем, поэтому могу взять троих, а остальные тогда на такси? — Хенджин собрал волосы в небольшой хвост, замечая, как Хан уставился на него. — Что такое?       — Не думал покраситься в блонд? — внезапно сказал Джисон, на что Хенджин замер в недоумении.       — К чему это вообще? — Джисон запустил руку в волосы Хенджина и принялся анализировать что-то в голове.       — Мне кажется, тебе пойдет! У меня всегда была мечта покраситься, но как-то времени и желания уже нет. Тем более такие патлы отрастил, попробуй сменить имидж, почему бы и нет? — Только Хенджин стал покрываться мурашками от мимолетных прикосновений, как Джисон почти сразу же убирает руку и возвращается к их разговору. Это было необычно, но почему-то приятно. Хенджин обязательно задумается насчет покраски.       Решили в итоге следующее: Хенджин, Джисон, Чонин и Минхо едут вместе, а Чанбин, Феликс, Сынмин и Банчан на такси. Только непонятно каким боком Минхо оказался в машине Хенджина, за него все решил Чонин, который очень хотел прокатиться на машине Хвана. Хан достает телефон и набирает сообщение своей тете, ребята покидают зал и закрывают его на ключ. К вечеру на улице уже настоящий мороз, четверка, которая едет на такси, решает дождаться машины в теплых стенах университета, пока другая четверка быстрыми шагами оказывается в машине Хвана, продолжая трястись от холода.       Едут долго, потому что тетя жила практически за городом, но в обычном жилом доме. В машине царила спокойная атмосфера, ребята изредка о чем-то переговаривались и подпевали радио, но в основном просто молчали, наблюдая за красочными улицами Сеула. Джисон, сидящий на переднем сидении, прикрывает глаза и проваливается в состояние полудрема. Минхо сидел позади него, он увидел в зеркале сопящего Хана, и в его голове вспыхнуло желание. Старший приблизился к сидению и уткнулся в него подбородком, находясь в нескольких сантиметрах от лица Джисона. Эти пухлые щеки и слегка приоткрытые губы, Минхо считал внешность Джисона произведением искусства. Пускай тот и комплексовал по поводу щек, говорил, что он как белка, Ли всегда видел в них очарование. Сколько раз он целовал и гладил их, болезненные воспоминания сами собой всплывали в искалеченном мозге, и единственной панацеей сейчас служил лишь Джисон. Рука Минхо тяжело и долго поднимается, будто он вел борьбу внутри себя, но тело двигалось само по себе. Просто прикоснется, не более. Если бы ему сказали, что он умрет от этого прикосновения, то он без раздумий бы отдал свою никчемную жизнь ради этого.       Хан сразу же чувствует неладное, его ухо и щеку обжигает горячее дыхание. Минхо ведь знал, что будить Джисона себе дороже, в следующую секунду младший опускает рычаг и сидение с глухим звуком ударяется о лицо Ли, на что тот тихо ойкает. Хенджин, старательно следящий за дорогой, и Чонин, увлеченно рассматривающий улицы, никак не реагируют. Старший потирает ладонью место удара и встречается с взглядом Джисона, который смотрел на него через зеркало. В нем так и читалось: «Хочешь еще получить? Я устрою». Минхо грустно вздыхает и плюхается обратно на спину, также разрывая их зрительный контакт. Его удивляла его смелость, но объяснению ей он так и не нашел.       Доехали без дальнейших происшествий, Джисон осматривается и не видит ни ребят, ни машины. Он достает смартфон и набирает сообщение.       20:46, j.one: вы где?       20:47, lixie: по навигатору показывает еще пять минут, скоро будем       20:47, binnielovelixie: я такой голодный т.т       20:47, hwanghyunjin: это что за ник такой XD       20:47, binnielovelixie: не завидуй и на твоей улице будет праздник       20:47, lixie: господи, какой позор…       — Мне нравится, как Чанбин вытворяет какую-нибудь дичь, а Феликс из-за него краснеет, — сказал Хенджин, и Чонин с Ханом синхронно рассмеялись.       — Несмотря ни на что, они любят друг друга, завидую им. — Чонин потягивается на месте, на что Хван пожимает плечами.       — Пойду покурю, пока они не приехали. — Джисон хлопает себя по карманам и открывает дверцу, тут же ощущая ледяной ветер.       — Удачи, мы запомним тебя как храброго бойца. — Хенджин поднимает кулак вверх, на что Джисон показывает ему язык и хлопает дверью, отходя на несколько шагов от машины.       Пальцы предательски дрожат, пока Джисон старается поднести огонь к сигарете, он вдыхает дым и убирает зажигалку в карман, оставляя свободную руку там же. Ничего не предвещало беды, как вдруг где-то сверху раздался гневный женский крик.       — Джисон, ах ты паршивец, так и не бросил курить! — Тетя стояла на балконе укутавшись в плед, ее взгляд метал молнии, Джисон запрокинул голову и улыбнулся.       — И вам привет, тетушка! — Джисон демонстративно сделал затяжку и пустил дым, махая свободной рукой.       — Почему не заходите, простудишься ведь!       — Ждем остальных, пять минут, и мы у вас, не переживайте! — Джисон опускает голову и встречается взглядом с ребятами, которые высунули макушки на громкий голос.       Спустя две минуты подъехала машина с оставшейся четверкой, и вся команда направилась в дом. Хан настойчиво звонит в звонок, дверь открывается, и в него, обнимая, сразу же врезается небольшого роста женщина.       — Джисон-и, мальчик мой, как я рада тебя видеть. — Тетя сильнее сжимает Хана, на что тот слегка кашляет, но обнимает в ответ. — Ой, я совсем забыла, что ты не один.       Женщина не сразу, но отлипает и оглядывает всех присутствующих с улыбкой на лице.       — Привет всем, меня зовут Даын, рада знакомству! — Ребята один за другим кланяются и приветствуют, Минхо старается спрятаться за широкими плечами Чанбина, но тетя его замечает.       — Минхо-я, ты тоже тут? Не знала, что вы в одной команде, вот так встреча! — Женщина подзывает парня к себе, и Минхо нехотя подходит, тетя также тепло обнимает его. — Вот так вымахал и массу набрал, настоящий мужчина!       — Вы знакомы? — интересуется Хенджин, на что Хан покрывается мурашками и заметно пугается.       — Конечно, Джисон и Минхо со школы дружат. — Хенджин странно косится на Хана, но тот старается делать вид, что ничего в этом особенного нет. Кажется, сегодня в голове Хенджина появится первый кусочек пазла. — Ну все, хватит на пороге стоять, проходите уже.       Студенты один за другим заходят и разуваются, женщина ведет всех в гостинную, попутно показывая, где ванная и туалет. Собираются все уже дружно за столом, место посередине было отведено для именинника, или виновника всего торжества, или, еще проще, для Джисона.       — Чувствую себя подростком, не хватает только газировки и фастфуда. — Джисон косится на всех, но никого совсем не смущает такая атмосфера. Наоборот, все было до жути комфортным и домашним.       Тетя начала знакомство с каждым студентом и интересовалась всем подряд. Чонина она назвала милашкой и говорила ему чаще показывать свои очаровательные ямочки на щеках, Сынмина похвалила за татуировки и с нескрываемым интересом слушала историю о том, как он набил самую первую и чуть не поругался с родителями, Феликса назвала солнышком за его выразительные веснушки и медовый оттенок кожи. Ребята быстро нашли общий язык, и не было чувства неловкости, даже не ощущалась сильная разница в возрасте. Джисон был несказанно рад, команда произвела хорошее впечатление, и все были также в восторге от его тети.       — Тетушка, а где дядя? — пережевывая рис, поинтересовался Хан.       — Он сегодня в ночную смену работает, очень извинялся, но просил передать тебе подарок! — Женщина встала изо стола и убежала в соседнюю комнату, спустя несколько секунд вернулась уже с двумя небольшими пакетиками и вручила их своему племяннику.       — Джисон-и, хочу еще раз поздравить тебя с твоим днем рождения. Знай, что я всегда рядом, если тебе будет плохо или радостно, ты всегда можешь поделиться этим со мной, спасибо твоей маме, которая подарила нам такого замечательного и светлого ребенка, как ты! — Тетя с трудом сдерживала слезы, на что Джисон подошел и спрятал женщину за своей спиной, крепко и по-детски обнимая.       — Тетя, спасибо большое, я вас больше не подведу, — единственное, что смог ответь Джисон.       Ребята умилились и решили не смущать своими взглядами, стараясь перевести тему. Успокоившись, Джисон и Даын вернулись за стол, продолжая говорить о предстоящем конкурсе и планах на будущее. У младшего загудела голова, он предупредил Тетю и под шумок вышел на балкон, упираясь в перила перед собой. Хан закурил сигарету и стал наблюдать за ночным городом, не сразу заметив, как на балкон кто-то зашел следом и встал рядом.       Минхо также уставился на город, но что-то Джисону подсказывало, что пришел он не просто так. Даже просто находиться рядом было невыносимо тяжело, поэтому Хан отходит и садится на небольшой стульчик.       — Даже стоять со мной рядом не можешь, да? — Минхо резко запрыгивает на перила и садится на самый край, оказываясь спиной к городу, но лицом к Джисону. У младшего плохое предчувствие, он тушит наполовину сгоревшую сигарету о край табуретки и аккуратно кладет бычок на стол.       — Слезай, быстро. — Джисон старается делать невозмутимый вид, но на самом деле готов подорваться в любую секунду. Какая разница, кто они друг другу сейчас, когда речь идет о банальной безопасности.       — Да все нормально, стульев больше нет, я держусь. — Минхо стал покачиваться из стороны в сторону, на что Джисон еще сильнее нахмурился. — Твоя тетя совсем не изменилась.       — Боже, ты можешь просто заткнуться? — Голова готовилась взорваться в любую секунду, и Джисон искренне не понимал, что с ним происходит.       — Я не думал, что она узнает меня, теперь ребята будут спрашивать тебя, почему мы знакомы, но делали вид, что не знаем друг друга. — Минхо запрокинул голову и вдохнул полные легкие прохладного воздуха. — Сам будешь выкручиваться, я изначально этого не хотел.       — Все было бы хорошо, если бы тебя не было, — случайно вырывается, но Минхо это воспринимает слишком буквально.       — Да? Ну ладно, мне терять нечего.       — Чт… — Джисон не успевает ничего сказать, как Минхо разводит руки в стороны и туловищем наваливается назад. Младший с места подскакивает, пытаясь ухватиться за шиворот рубашки, но Ли отталкивает Джисона на пол, а сам как ни в чем не бывало поднимается и наваливается на него сверху. Он все это время держался ногами, поэтому при всем желании не упал бы. Какой же Джисон идиот.       — Бу-у-у-у, напугал? — Хан начинает брыкаться, но Минхо прижимает его руки к груди, спустя несколько секунд младший сдается, но не потому, что он не может дать ему отпор, а потому, что чертова головная боль била словно молотком.       — Ты идиот, ты ненормальный, психопат чертов! Отпусти меня! — Хан жмурит глаза, боль становится просто невыносимой. Минхо слазит с него и ложится рядом, приподнимает голову и обнимает, ласково перебирая волосы и слегка постукивая по набухшим венам на висках.       — Все нормально, я рядом, — Джисон успокаивается в лице и приводит дыхание в норму, голос Минхо отдается приятной вибрацией в ушах. — Знаешь, Сонни, я понял одну вещь.       Джисон из последних сил сжимает рубашку Минхо, но он продолжает.       — Я всегда буду в твоей жизни, мы связаны, но если ты так сильно ненавидишь меня, то просто сделай это. Ты должен убить меня.

21 ноября 2023 года

      — Я не понимаю, почему я? — Джисон хмурит брови и скрещивает руки на груди.       — Джисон, ты издеваешься? Минхо третью неделю не появляется в университете, не отвечает на звонки и сообщения, сходи к нему и поговори с ним. Я не могу вечно покрывать его перед преподавателями, еще у нас нет времени, мы тренируем танец без одного участника, тем более он наш хореограф! — Чан уже пыхтит от злости из-за безответственности Хана, которому плевать не только на Минхо, но и на всю команду.       — Я это прекрасно понимаю, но пускай Сынмин или Чанбин сходят, почему именно я? — Чан потирает глаза и складывает руки в замок.       — Джисон, вы друзья, вы знакомы с ним дольше, и ты знаешь, как найти к нему подход, я прошу тебя ради нас, ради команды. — Младший цокает и закатывает глаза, забирает куртку с вешалки и выходит из студии, громко хлопая дверью.       Он надеется, что Минхо поменял место жительства и ему придется вернуться с «радостной» новостью, что он его не нашел и что вообще он не его забота, чтобы бегать и искать по всему Сеулу. Джисон добирается до дома старшего на автобусе, несколько раз попробовав самому позвонить на его телефон.       Абонент выключен или находится вне зоны действия сети.       Господи, он просто обязан найти Минхо, чтобы навалять ему за то, что он смеет отбирать его драгоценное время, которое он мог бы потратить на написание новых треков. Джисон заходит в подъезд и поднимается на нужный этаж, становясь напротив той самой злополучной двери. Только он хочет нажать на дверной звонок, как рука останавливается. Стоп. Минхо три недели не появлялся в университете? Никому не сказав? Не отвечает на звонки и сообщения? Он..?       Хан опускает руку на дверную ручку, сглатывает накопившуюся слюну и дергает за нее. Дверь открывается. Дверь, мать его, открывается, и в нос тут же ударяет запах кошачьей мочи и чего-то протухшего или забродившего. Младший рефлекторно отскакивает и старается угомонить свои рвотные позывы. Но Джисона словно ледяной водой обливают, до него доходит то, что возможно произошло, и он без брезгливости забегает в квартиру. Его встречают три тощих кота, на вид очень грязных и сильно измученных. Парень бегает по комнатам, но останавливается возле единственной, которая была слегка прикрыта, и света в ней практически не было.       «Господи, Минхо, только попробуй, только попробуй».       Джисон надавливает на дверь, и она со скрипом открывается, он сразу же замечает лежащий силуэт на кровати.       «Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет».       Младший подбегает и видит его. Минхо лежит на спине, его глаза закрыты, лицо приобрело грязный и желтоватый оттенок, губы белые и потрескавшиеся, а туловище накрыто теплым одеялом.