Жилая квартира
31 августа 2024 г., 11:51
Невозможно описать сколько мыслей одновременно роилось в голове лейтенанта, в момент, когда над его головой нависла смерть. Мысли о когда-то покинутом доме, родителях, ужасном отчиме, девушке, которую Волков любил до безумия и потерял ещё не осознав свои чувства. Ясное небо, что закрывалось медленно качающимися кронами деревьев, ползущие на первый взгляд облака, яркие лучи солнца, пробивающиеся местами по мокрой, покрытой мхом земле. Чувство лёгкости наполняло всё тело, глаза неторопливо моргали, с каждой минутой оставаясь закрытыми всё дольше и дольше и ничего больше не болело, в голове Волкова крутилась лишь одна мысль – как бы ему сейчас хотелось жить.
Для лейтенанта прошла вечность. На деле же всего пара минут. Приподняв голову, он оглядел свои конечности. Они оказались, на удивление, на месте. Правая рука, недавно совсем отсутствующая, сейчас уже спокойно поднялась с помощью нервного импульса и немой команды, отправленной мозгом. По очереди сомкнув все пальцы и убедившись что это на самом деле его рука, Волков обратил внимание на ногу с той же стороны, которая пару минут назад вовсе не отличалась от руки. Ощупав обеими руками свою, можно сказать, новую ногу, лейтенант забеспокоился. Он абсолютно не ощущал ни руку, ни ногу, сколько бы не пытался, сколько бы не колол их тонкими ветками, найденными на земле. Ничего. Будто это были вовсе не его рука с ногой. Что беспокоило лейтенанта ещё сильнее, так это то, что он все еще не утратил возможность осязать с помощью руки и ноги, трогая что-то, он понимал что это, осознавал и чувствовал текстуру предмета, вроде бы, даже не чувствуя само касание. Решив не загружать свою и так изрядно измученную голову, он с осторожностью встал на вновь приобретенную ногу и побрёл к выходу из леса.
Пришлось бродить долго, даже слишком. Что удивительно, усталости Волков не чувствовал вовсе, что после многих часов ходьбы по пересеченной местности казалось не менее аномальным и странным чем отросшая нога с рукой. Однако скинув всё на адреналин, лейтенант продолжил искать тропу обратно. В голове неожиданно возникла мысль о том, что наверное не стоит возвращаться в отдел, ведь из него Волков выбегал как ошпаренный: с адскими криками, выбив дверь, которую, он был уверен, вычтут из его зарплаты. К вечеру, что можно было сказать по заходящему солнцу, лейтенант всё же вышел к дороге. Это было внешнее кольцо, даже вроде бы знакомое место, которое Волков проезжал уже не раз. Вот только он его не вспомнил, виды, дороги, автомобили проносящиеся мимо него, ничего из этого он не помнил вовсе. В голове был лишь адрес, постоянно крутящийся на кончике языка.
Чудом нашедший дорогу в метро, уже под ночным, сверкающим блеклыми звездами небом, Волков ехал в пустых вагонах метро, с оборванной штаниной, в голубой рубашке без рукава, погон, в одежде уже совсем не напоминающей полицейскую. Он скорее походил на обычного бездомного, что каждый день засыпают в метро, откуда после их приходится выгонять работникам. Выходя на нужной станции, немного опешив и чуть не забыв в какую сторону ему нужно идти, Волков всё-таки сумел выйти из метро, поднявшись по длинному эскалатору на поверхность. Проходя через турникеты, лейтенант заметил тучного работника метрополитена, который громко храпел, сидя на небольшом стульчике в своей будке. Что-то в груди Волкова сжалось, изо рта непроизвольно потекли слюни, а зрачки начали расширяться. Скинув всё на давно уже выветрившийся адреналин, лейтенант потряс головой и продолжил идти к выходу.
Шлепая по лужам, оставшимся от прошедшего за время поездки в метро ливня, разглядывая таблички с цифрами на домах, Волков дошёл до нужного. Дверь в подъезд благо была открыта. Поднявшись на нужный этаж высокого здания на лифте, лейтенант вскинул руку к двери и дернул за ручку несколько раз – предательская дверь не открылась. Благо Волков быстро вспомнил о ключах, которые всю дорогу звенели у него в кармане. Поворот ключа… Дверь не открылась, точнее ключ даже не попытался её открыть. В голове Виктора пронеслись знакомые картины: его металлическая дверь, скрипучие петли. Однако они совсем не сходились с реальностью. Дверь была вовсе не той, петли даже не виднелись. Послышался звук открывающейся щеколды, пять поворотов и дверь открылась, чуть не ударив лейтенанта. В небольшом ступоре, взору Виктора предстала девушка с золотистыми волосами, тонкими чертами лица и будто задающими вопрос глазами, смотрящими прямо на незваного гостя.
— Слушайте, я тоже верующая, но я не буду покупать вашу литературу о Христе, вере и так далее… — начала девушка с заметно раздраженным видом, и возможно, дёргающимся глазом.
— Я живу здесь… — перебил её Виктор.
— Ха-ха, я вас услышала, вы что-то новое видимо придумали? — с явной яростью в голосе проговорила она сквозь зубы.
— Нет, вы всё неправильно поняли. Я тут живу, в плане, жил, видимо, меня зовут Виктор, Виктор Волков, вот моё… Где же она… — ощупывая себя по всем карманам, Волков судорожно искал своё служебное удостоверение.
— Я дико извиняюсь, молодой человек, эту квартиру я снимаю уже пол года, и тут однозначно не было никаких Волковых, или как вы сказали — немного поумерив пыл, но всё ещё недовольно выдала девушка.
Немая картина «Дурак и молния»: раздраженная девушка и ведущий себя с ней как дурак Волков. С ним происходило такое постоянно, только он видел красивую девушку — сразу начинал вести себя как идиот. В который раз ощупывая все карманы, пытаясь найти удостоверение, которого там точно не было, лейтенант опустил руки к земле.
— Видимо в кителе забыл… — нервно, со смущением и явным румянцем на промёрзшем лице сказал Волков.
— Такое чувство что мы с вами где-то виделись, вы точно не маньяк? — вполне серьёзно на первый взгляд спросила девушка.
— Если мы с вами ещё разговариваем, думаю нет — попытался съязвить Волков.
— Ну ладно, заходите. Хоть чаем угощу вас — неожиданно для лейтенанта, сама девушка пригласила его в квартиру.
Немного потупив у порога, жестом подозванный Волков вошёл в некогда свою квартиру, обои, старые шкафы и тумбы в коридоре, ничего из этого не осталось, все было совсем другим. С трудом, но Волков в это поверил, учитывая то, что он видел ещё недавно. Сейчас он мог поверить во что угодно.
— Вижу вы очень легкомысленно относитесь к жизни — не пытаясь оскорбить, выдал Виктор не подумав.
— Думаете? А какая разница если мы всё равно все умрем, да и сомневаюсь что человек в рваной, милицейской форме — маньяк. Это ведь не так? — резко обернувшись, смотря в глаза и немного их прищурив, девушка задала риторический вопрос Волкову.
— Говорите, какой чай у вас самый вкусный? — с натянутой улыбкой, немного неловко спросил у девушки Волков.
Не ответив ничего, девушка лишь хмыкнула и направилась на кухню, ведя за собой Виктора, хоть это ему и не было нужно. Усадив его за стол, девушка подала прозрачную кружку с чёрным, приятно пахнущим чаем и живот Волкова предательски заурчал.
— Вы голодны? Немного конечно, да и холодное уже, но могу разогреть вам рагу — приятным спокойным голосом, в котором чувствовалась тепло и нежность, спросила у Виктора девушка.
— Хах, а вы случайно котят на улице никогда не подбирали? — всё так же неловко, почесывая затылок, обратился Виктор к девушке.
За окном сново начало капать, маленькая форточка старых деревянных окон начала бить по ставням, постоянно то закрываясь, то открываясь. Холодный воздух пронизывал до самых костей маленькое тело девушки. Только сейчас Виктор увидел во что та была одета: тонкая, облегающая ночнушка , но все еще достаточно свободная, чтобы не казаться слишком вульгарной, и такая манящая для любого смотрящего.
— Куда это ты смотришь? — с ехидной кошачьей улыбкой отпила чай девушка.
— Какая-то вы подозрительная. Может это вы маньячка? — прищурив глаза, обратился Виктор к девушке.
Девушка рассмеялась, но ничего не ответила. Ненадолго выйдя, через минуту вернулась обратно. Резким движением вскинула левую руку из-за спины над головой, держа в правой чашку чая, блеснула чем-то в руке и вонзила острый, широкий нож формы боуи в разделочную доску на столе.
— А что, похожа? От прошлого хозяина остался — всё с той же ехидной улыбкой сказала девушка.
— Ага, я знаю. К слову, как вас зовут? — достав нож из доски и крутя его в руках, наконец поинтересовался Волков.
Когда Виктор услышал имя девушки, что-то щёлкнуло в его голове, что-то очень знакомое, звенящее в ушах и вертящееся на кончике языка. Что-то, что всю жизнь не давало Волкову спать, что было причиной его вечных разочарований и счастья. В небе засверкала молния, освещая всё небо, а через секунду послышался оглушительный раскат грома, от которого девушка невольно вскрикнула.
— Ну и погода — произнесла она, закрывая форточку.
— Так вот, ты меня вообще слушаешь? Анна меня зовут, приятно познакомиться — с искренней, всё такой же яркой и нежной улыбкой девушка протянула руку Волкову…
Капли дождя ощущались холодными прикосновениями пальцев по коже, нежно постукивая по рубашке оставляли мокрые отпечатки на сухой ткани. Ветер вздымал волосы на голове, развевая небольшие локоны. И только луна сопровождала своим тусклым светом всё, что было под её взором. Как же так вышло? Виктор стоял в луже крови, а рядом с ним лежало два тела, в правой руке торчал нож, который как казалось, Волков даже не чувствовал. Обычные бродяги, охотившиеся за деньгами и другими ценностями, у того, как те подумали, такого же как и они. Грубым движением Виктор вытащил из руки нож – обычный раскладной ножик времён СССР, который должен был лежать в музее, лежал на земле, в то время как дыра в руке Волкова почти сразу же затянулась.
— Чем же я стал… — нервно усмехаясь задал в пустоту вопрос Виктор.
