Карамельная глазурь

— Пушистый чёрный хвост скользит прямо под носом, заставляя поморщиться — с трудом Какучо удерживает себя, чтобы не укусить. Мех приятный и до одури сладко пахнет, от этого запаха щекотно в носу и, кажется, забыть невозможно. «Чего застыл, лису не видел?» — смеётся хозяин хвоста, обнажая в улыбке клыки, что ничуть не уступают в остроте ножу. — Так близко лис в городе действительно редко можно встретить — чтобы прямо напротив, размахивал хвостом, сидя на барной стойке и ничего не стесняясь. Но Ран ведь любит внимание, любит, когда от него не могут оторвать глаз. Не важно даже, от восхищения или в попытках сдержать охотничьи инстинкты. — Какучо мальчик дрессированный, а потому не станет сразу же кидаться. От того можно снова взмахнуть хвостом, соскальзывая со стойки. В квартире Хайтани бьёт музыка, да так, что стекла дрожат, но Ран всё равно слышит звон бубенчика — и смеётся, закрывая дверь. Успел, пока с другой стороны тихо рычит младший. «Не поймал~» — В его комнате душно, темно и не так слышно музыку. А ещё просторно достаточно, чтобы прыгать из одного угла в другой, дразня Какучана своим хвостом. Ран ориентируется на звон, Какучо — на запах. Чудная играя в догонялки, где победителей нет, ведь проиграть хочет каждый. — «Твоему терпению позавидовал бы даже Муто» — Ран опирается на стол, когда с другой стороны замер щенок, пристально смотря и выжидая. Он бы уже давно снёс эту преграду к чертям, да только Ран быстрее смоется в другой угол, на какой-нибудь шкаф. «А твоей скорости — Изана» Уши Рана забавно вздрагивают и он удивлённо склоняет голову вбок. — Это... Весьма приятный комплимент. И неожиданный. — Поэтому Хайтани наклоняется ближе, почти перевалившись через стол, и хватает Какучо за ворот, притягивая к себе. Быстро кусает прямо в нос и тут же отпускает, отпрыгивая в сторону. Стол летит в стену, а Ран смеётся. «Не поймал~» — Щенок бесится и рычит, не в силах поймать этот мельтешащий прямо перед лицом хвост. От нехватки воздуха в комнате уже становится невыносимо и, кажется, Ран понимает это сам, замирая у окна. Тут-то его и ловят, прижимая спиной к холодному стеклу. «А теперь?» «Кусай» — Какучо смотрит ошалело. Вся эта игра ради чего? Простого укуса? Ран, да ты, черт возьми, настоящий извращенец! — Но игра не окончена вовсе, думает Хайтани, обвивая хвостом парня и заставляя задохнуться от обилия запахов в комнате. Парфюмы, сладости, цветы — так ещё и запах самого Рана бьет в нос похлеще плетки, и Какучо сомневается, что теперь способен потерять этого человека в толпе, даже если они будут стоять посреди перекрёстка Шибуи в час пик. — Ран открывает окно, чтобы наполнить жаркую комнату свежим воздухом и ветром, приносящим шум машин и жизнь города. Даже ночью их район не спит, так почему бы не поддержать это движение?