Полюби мою душу

Он меня не помнит, НЕ ПОМНИТ! Как такое возможно!? Почему это произошло? Я ничего не могу понять! Мой мозг лихорадочно ищет какие-то ответы, но там ничего нет. Мысли словно испарились и сейчас единственное, что крутится в моей голове, это его вопрос "а ты кто такой?". Я не могу нормально стоять на ногах, мне совершенно нечем дышать. Я ожидал чего угодно, но не этого. Я думал, он очнется и будет злиться или скажет, что просто не желает меня видеть из-за того, что произошло, или же надеялся, что он выслушает меня и простит, но это! Это словно неожиданный удар под дых. Я смотрю на его лицо, а нахожусь, словно не тут, а далеко, за тысячу миль отсюда, пытаясь прийти в норму и заставить свой мозг снова соображать. Человек, который с легкостью смог изменить меня, показать мне то, что я могу быть лучше, который уже начал отвечать мне взаимностью вдруг забыл меня! Как такое можно принять и вообще осознать! Я его так люблю, впервые в жизни я так влюбился и что теперь? ЧТО ТЕПЕРЬ? Я даже не знаю, есть ли шанс на то, чтобы мы снова были вместе. Какая гарантия в том, что он вспомнит меня или полюбит заново? Теперь мне хочется, чтобы все это оказалось сном. Чтобы я проснулся в своей кровати или не своей, не важно, лишь бы проснулся и понял, что этого не было. Ничего этого не было. Что я по-прежнему встречаюсь с сучкой Лин и не знаю о существовании Фрэнка. Не встреть я его, было бы куда проще жить, не чувствуя всего этого. Всей этой боли, которая переполняет меня изнутри и рвется наружу. Меня кто-то трогает за плечо и что-то говорит, а я, не отрываясь, смотрю в лицо Фрэнка и ничего не слышу. Я словно под водой и не могу разобрать ни единого слова человека, который пытается привести меня в чувство. Фрэнк смотрит на меня своими прекрасными глазами и не понимает, почему я так расстроился. Ну еще бы! Он даже не знает кто я, что между нами было, как мы познакомились, как он изливал мне свою душу, а я в свое время рассказывал ему о своей жизни. Не все, половину я скрыл, но я ведь тоже делился с ним воспоминаниями. Где сейчас все это? ГДЕ? Тот фургон так треснул его, что вышиб всю память? Или же он помнит все, кроме меня? Я не могу думать обо всем этом. Это как один большой кошмар! Я хочу проснуться, ХОЧУ ПРОСНУТЬСЯ, но у меня не получается выйти из этого страшного сна, который мучает меня. Я словно опустошен и не чувствую ничего, кроме ужасной горечи и боли, переполняющей изнутри. Я хочу избавиться от этого чувства, но как это сделать? Как мне пережить это? Что теперь будет со мной, с ним, с нами? Глаза начинает застилать прозрачная пелена из слез и меня наконец-то выдергивает в реальность голос доктора. - Джерард! Джерард, ты слышишь меня? Это доктор Коллинз! Ответь мне. Джерард, - я, задерживая свой взгляд на лице Фрэнка, на его удивленных, непонимающих глазах, и медленно поворачиваю голову к доктору, еле сдерживая себя, чтобы не разреветься от всех этих чувств, которые, словно вихрь, разносятся по моему организму, не давая покоя. Доктор смотрит на меня немного обеспокоенно. Да, я, наверное, либо ушел в себя на неопределенное время, либо была вероятность, что я и правда вырублюсь прямо тут, и меня придется откачивать, суя под нос ватку с нашатырем. Он всматривается в мое лицо и пытается понять, в порядке ли я. Очевидно с медицинской точки зрения сейчас со мной уже все хорошо, я ведь наконец-то отозвался на его призывы, но с физиологической и психологической точки, я совершенно не в порядке. Я НЕ В ПОРЯДКЕ! Не в порядке. В полном не порядке... Доктор уже более спокойно смотрит на мое лицо и отпускает. Он подходит к Фрэнку и уже хочет то ли поговорить с ним, то ли проверить, все ли в порядке, но я поворачиваюсь и впиваюсь в него взглядом. - Он меня не помнит... - с отчаянием в голосе произношу я, и они оба смотрят на меня. Доктор с некоторым сожалением и пониманием во взгляде, ведь ему определенно уже не в первый раз приходится сталкиваться с таким явлением, а Фрэнк все еще сосредоточенно, оценивающе и нахмурившись, разглядывает меня, видимо пытаясь вспомнить хоть что-нибудь, связанное со мной. - Давай выйдем, Джерард, - сказал он и подошел к двери, ведущей из палаты. Я мельком еще раз посмотрел на Фрэнка и поплелся за ним, еле передвигая ноги, потому что сейчас такое чувство, будто они развалятся. Распадутся на куски. Словно они состоят из ваты и не в состоянии удержать на себе все мое тело. Я вышел в коридор и закрыл за собой дверь. Я смотрю на доктора и тихо повторяю. - Он не помнит меня, не помнит... - я никогда не ощущал такую пустоту внутри. Это чувство опустошенности и безысходности рвет душу. Ее словно режут ножами, и после этого она уже никогда не станет прежней. Она уже никогда полностью не исцелится, и эти раны останутся там навечно. - Джерард, ты должен понять, что такое случается. Его сбил огромный бус и, возможно, это сотрясение мозга, пусть оно и не сильное, но оно задело часть его мозга, которая отвечает за некоторые воспоминания. - Вы говорите это так спокойно, будто это нормально! Будто ничего не произошло и сейчас все в порядке! - стал повышать голос я, проведя рукой по волосам и сжимая губы, зажмурившись и сдерживая накатившие слезы. - Вы врач! Вы должны были заботиться о нем и не допустить подобного! - со злостью прошипел я и уставился на доктора. Он продолжает спокойно стоять. Очевидно, он уже привык к тому, что такое случается, и люди выплескивают свою боль и негативные эмоции на нем, во всем виня его. Это неправильно винить этого человека в том, что произошло, но зная то, что он врач Фрэнка и не предотвратил этого исхода другого просто не остается, как продолжать винить его. - Джерард, я не предполагал, что такое будет! Ты думаешь, если я доктор, то гений, который не имеет право на ошибку? Я тоже человек, тоже устаю. Я ощущаю огромную ответственность и чувствую боль за каждого пациента, которого лечу. Я не знаю этих людей, но мне ужасно больно зная, что я не смог исправить чего-то или не сумел кого-то спасти. Быть врачом не так уж просто, парень, - сказал доктор Коллинз, стараясь сохранять спокойствие, но я понимаю, что сейчас он чувствует себя не намного лучше меня. Он допустил ошибку и будет винить в этом себя. За каждого пациента, которого он не сумел вылечить или спасти он чувствует вину, которая будет преследовать его всю жизнь, не давая покоя. Я раньше не задумывался об этих вещах, но сейчас все хорошо понимаю. Винить во всем этого человека нельзя. Он не виноват. Он такой же человек, как я, и если мне нужен козел отпущения, то это явно не доктор. Он пытался спасти Фрэнка и он сделал это, не столь важно даже, что это случилось с таким страшным побочным эффектом, но хорошая новость заключается в том, что он вообще жив. Он не умер и может жить дальше. Единственный человек, которого нужно во всем винить - Линдси. Вот кто виновен в этом. Вот из-за кого произошла эта беда. Это она должна чувствовать вину за то, что сделала, а не доктор Коллинз, который просто пытается помочь все исправить. Она должна раскаиваться и сожалеть о случившемся, и о своем поведении, но этого не будет. Она не тот человек, который будет это делать. Она самое настоящее порождение тьмы и больше ничего. Она кусок дерьма, который нужно соскрести с ботинка. Она, как плесень, которую необходимо убрать, иначе все покроется ей. Она человек, который должен заплатить за все это. И она заплатит! Она за все заплатит! - Неужели нельзя что-то сделать!? Возможно вообще, что память вернется к нему? - Есть множество случаев, когда пациентам удавалось вспомнить то, что они забыли. Им просто нужно помочь. - Я хочу ему помочь. Как это сделать? - Водить его по тем местам, где вы проводили время вместе. Рассказывать, что вы делали и иногда даже делать это снова. Что-то внутри щелкает и память начинает восстанавливаться. Постепенно возвращаясь некоторыми обрывками, больше похожими на сон, но в конечном итоге мозаика должна сложиться воедино. Бывают случаи, когда этого не происходит, но я не думаю, что у Фрэнка именно такой случай. Как я уже сказал, сотрясение было легким, а значит есть все шансы на то, чтобы восстановить ему память, - сказал доктор и прошел мимо меня к двери палаты. Слышать такое очень приятно. Это как луч надежды, как радостное известие, от которого становится немного легче на душе, разбавляя тяжелый осадок в груди. От этого становится немного лучше, но боль по-прежнему заставляет чувствовать себя ужасно. Доктор взялся за ручку двери и повернулся ко мне. - Не отчаивайся, парень, ты еще можешь помочь своему другу. Я сейчас побуду с ним. Мне нужно проверить его, поговорить с ним, а ты можешь пока идти и придешь завтра, - сказал он и скрылся за дверями, которые отделяют меня от Фрэнка. Невыносимо стоять тут и знать, что он не помнит меня, не думает обо мне, не скучает и даже не злится на меня. Ничего, что он вообще может испытывать ко мне, нет. Просто нет. Во мне начинает зарождаться злость, ярость, ненависть и все это я должен выплеснуть на одного единственного человека - Линдси. Я пошел по коридору, доставая из кармана мобильник. Мне несколько раз звонили парни и даже Майки, а я не слышал. Я так спал, что не чувствовал даже вибрации в телефоне. Я плюнул на это и не перезвонил никому из них. Я пролистал свои контакты и остановился на одном из них. Это моя прошлая жизнь, это то, куда я не хочу возвращаться, но мне кое-что нужно. Если Линдси не понимает простых слов ее нужно напугать немного. Может быть если она подумает, что я готов на все, лишь бы она отстала от меня, то так и произойдет. Я еще несколько секунд постоял, глядя на знакомый номер на экране, который я пытался забыть, но он словно отпечатался в памяти, и нажал на вызов. Я осторожно прижал телефон к уху и громкий гудок пронзил мой слух. Я сильнее сжал в руке телефон, спускаясь вниз в лифте на первый этаж. Снова гудок и трубку никто не берет. У меня вспотели ладони и я боюсь выронить телефон, поэтому еще сильнее прижимаю его к уху. Я уже трижды постучался в свое прошлое, и оно не открывает мне дверь. Может это знак, чтобы я остановился и не делал этого? Но, как только я решил сбросить, мне ответили. - Неужели это не сон? - услышал я знакомый голос на другом конце. Я всю жизнь буду помнить этот голос и вообще этого человека, ведь он был лучшим другом моего отца и именно ему я продал бизнес. Я попросил его оставить меня, исчезнуть из моей жизни. Он дал мне слово, но сказал, что он никогда не поменяет свой номер телефона и если мне нужна будет помощь, я просто должен буду позвонить и попросить ее. Он никогда мне в ней не откажет. - Привет, Гарри, - сказал я, как можно сильнее стараясь держать себя в руках и не волноваться. - Дорогой Джерард! Я уже не ждал, что ты когда-нибудь позвонишь. Чем обязан таким сюрпризом? - с радостью в голосе произнес он. Конечно же он узнал меня. Удивительно только, что он так радуется моему звонку. Такое чувство, что он действительно скучал. Смешно просто. - Ты все еще занимаешься всеми этими делами, да, Гарри? - с легким укором произнес я, и он усмехнулся в трубку. Я уже вышел на улицу и свежий ветерок ударил в лицо, растрепав волосы на голове. - Ты же хорошо меня знаешь, Джи. Я не смог бы жить по-другому, так же, как и твой отец. Светлая память ему. Жаль, что его сейчас нет рядом со мной, - Господи! Пусть лучше заткнется! Светлая память моему отцу не светит! За все, что он совершил, он заслуживает сейчас лежать под слоем земли в гробу и разлагаться. - Ты ведь не откажешь сыну твоего лучшего друга? - спросил я и он вздохнул, явно задумавшись над чем-то. - Мне казалось, ты завязал с делами, которые вел твой отец. - Так и есть. - Тогда что ты хочешь от меня? - Несколько хороших человек, которые смогут достать одну сучку и пистолет, - прошипел я сквозь зубы, идя по ночному городу. Все тело задрожало. Непонятно, то ли от ветра, который только что сорвался, то ли от злости и негодования. - Это весьма неожиданная просьба с твоей стороны, - тихо ответил он, и в трубке повисло молчание. Он не может мне отказать! - Гарри, я прошу тебя. Она сделала много плохого и я хочу ее проучить, - сказал я, стараясь сохранять самообладание и спокойствие, чтобы не начать орать в трубку. - Диктуй адрес, где можно ее найти и скажи адрес, куда доставить эту дрянь, как ты говоришь, - я облегченно вздохнул и, расслабившись, закрыл на мгновение глаза, мысленно благодаря Гарри за то, что не отказал мне. Я знаю, что я всегда был ему, как сын, и отчасти он рад, что снова может слышать мой голос. Я сказал ему, где можно отыскать Линдси и предупредил, что ее лучше вырубить, потому что так безопаснее. Мало ли что она может устроить своими ведьмовскими штучками. Затем я сказал адрес квартиры, где мы живем с Фрэнком. Гарри внимательно выслушал меня. - Джерард, дорогой, мои люди позаботятся обо всем и приведут ее к тебе сегодня. Я дам им пистолет для тебя. Считай, что это будет подарок от меня, - сказал он и сбросил. В трубке послышались гудки, и я спрятал телефон в карман. Я чувствую себя преступником. Человеком, который нанимает людей для грязной работы. Хотя я и есть преступник. И как бы я не пытался думать иначе, как бы ни пытался внушать себе, что это не так, я преступник. Самый настоящий. Вор и преступник. Всегда им был и, наверное, всегда им буду. Похоже, что этого не исправить. Это заложено в моем воспитании и генах. Настоящий Джерард именно такой и есть. И если Фрэнк не вспомнит меня, то я таким и останусь. Злым и беспощадным, готовым крушить все и всех на своем пути, так же, как это делали мои папаша и мамаша. Я стану таким, если Фрэнк не поправится. Я чувствую, что так все и будет. Чувствую. Поэтому он должен меня вспомнить, чтобы спасти от такой участи. Он должен вспомнить, иначе я погиб. Иначе я труп...