Полюби мою душу

Я пытаюсь высвободиться из его цепкой хватки, освободиться, чтобы убежать подальше, но он крепко вцепился в меня руками и с силой вжимает в стену. Я когда-то любил этого человека! Даже не верится! Конечно, не стоит сравнивать, он тогда был другим, это очевидно. Что с ним стало? На кого он стал похож? Он убийца и, к тому же, кажется, превращается в маньяка, а я, по-видимому, его первая жертва. И сейчас я должен стоять тут, прижатый к стене, в полной безысходности и надеяться только на то, что это прекратится гораздо быстрее, чем кажется. Он целует меня так, словно не целовал никого целую вечность. Он готов разодрать мои губы в кровь и не важно, как сильно, лишь бы продолжать делать это и получать удовольствие. Только мне от этого мало удовольствия. Я целый месяц пытался прийти в норму, пытался все вспомнить, наладить с ним отношения и понять каково это было, любить его и чувствовать особенные чувства, но я не виноват, что у меня не получилось. Я не смог ни вспомнить, ни полюбить его заново. И что сейчас я ощущаю? А ничего. Еще недавно внутри была боль, сожаление, обида за то, что ничего не получилось так, как я хотел, неопределенные чувства по поводу всего, в том числе и Джерарда, страх, а сейчас. Сейчас только пустота и больше ничего. Ни боли, ни горечи, ни страха, ничего. Я словно перестал чувствовать и ощущать все вокруг только от того, что пережил подобное. Потому что потерял память и человек, которого я когда-то любил, оказался убийцей. Что еще он от меня скрывал? Может быть есть что-то еще, что мне нужно было знать, а он предпочел не говорить? Теперь я больше ничего не желаю знать. Я просто хочу оказаться подальше от этого места и от него. Не видеть его, не ощущать его прикосновений и поцелуев, которые ничего не вызывают во мне. Я хочу провалиться на месте, лишь бы он не мог больше трогать мое тело своими руками и не запихивать в рот свой язык. В данный момент я сломлен и опустошен тем же самым человеком, который пытался меня спасти. Если когда-то я был живее всех живых рядом с ним, то сейчас я мертвый, не живой вовсе. Он прервал поцелуй и, схватив одной рукой за волосы, поднял мою голову вверх, покрывая шею поцелуями. Я словно не чувствую этого, словно вовсе не тут, а где-то далеко отсюда, в своих мыслях. Бесполезно вырываться и что-либо делать. Он знает, что я уйду после этого и уже ничего не будет, а это значит, что он получит то, чего желал на протяжении нескольких месяцев и то, что я против, учитываться не будет. Он просто сделает это, я знаю и чертовски в этом уверен поскольку то, как он на меня смотрел и как блестят его глаза, говорит о многом. Как все обернулось... Я не ожидал такого поворота событий, у меня даже в мыслях такого не было. Порой жизнь преподносит нам сюрпризы и иногда что-то происходит помимо нашего желания. Я вскрикнул и вцепился руками в его спину от неожиданности. Он укусил меня за шею и за мочку уха довольно сильно, и это немного привело меня в чувство, заставляя вернуться к реальности. Почему я просто стою и не сопротивляюсь? Я ведь не хочу, чтобы все так получилось, но продолжаю стоять словно говоря ему "давай, делай все, что хочешь, я не против". Его прерывистое и частое дыхание наполняет комнату, причмокивания, когда он целует мою шею, и удары сердца в моей груди отдаются эхом в голове. Пора прекратить это безумие раз и навсегда. Мне всего лишь нужно вырваться из его хватки и добраться до пистолета, чтобы чувствовать себя в безопасности. Если эта штука окажется в моих руках, он ничего не сможет сделать, и я смогу спокойно уйти. Мне страшно от одной мысли, что я снова буду держать это холодное, пробирающее до самых костей, оружие в руках, но оно вроде как спасательный жилет при кораблекрушении. Пистолет даст мне защиту. От Джерарда? Я собираюсь защищаться от Джерарда? До чего мы дошли, Боже! Я набрал в грудь побольше воздуха, зажмурился на несколько секунд и со всей силы врезал ему коленом в живот. Он простонал от боли, и я почувствовал, как его хватка слабеет и он отпускает мои волосы. Отлично, я сделал это, я смог! Я толкнул его в сторону, и он упал на пол, немного скрутившись от боли и держась рукой за живот, продолжая тихо постанывать. Наверно, я ему нехило врезал. Чего я медлю? Я свободен! Я дернулся с места прямо к кровати, уже вытянул руку вперед, чтобы схватить пистолет, но меня схватили за ногу и потянули назад. Я не удержал равновесие и грохнулся на пол рядом с кроватью. Этот сукин сын гораздо быстрее, чем я ожидал. Он быстро сообразил, что я хочу сделать, поэтому, не смотря на то, что я ему врезал, стараясь не обращать внимания на боль, вцепился в мою ногу своими пальцами. - Пусти! - заорал я дергая ногой, чтобы он отцепился, но он даже не думает об этом. Я перевернулся на спину, пытаясь вырвать свою ногу из его цепкой ладони. - Отпусти, блять! Наверное, я знаю, почему он никогда не брал в рот спиртное. Это делает его неугомонным психом, которому все нипочем. Очевидно, он знал, поэтому не пил, но сейчас не смог удержаться. Это может быть только моя теория, но я так думаю. Ведь он всегда был адекватным человеком без алкоголя и если злился, то пытался держать все в себе, чтобы не задеть никого, а сейчас он, как зверь. Он зарычал и схватил мою вторую ногу, пригвоздив их к полу руками. Я, наверное, дергаюсь сейчас, как паралитик, пытаясь освободиться, но все тщетно. У него есть преимущества - он сильнее меня, выше и быстрее. Он подполз так быстро, что я даже не успел среагировать, и сел на мои ноги сверху. Я привстал и махнул рукой, стараясь заехать ему по лицу, но он перехватил ее, крепко сжав своими тонкими и длинными пальцами. В него словно демон вселился и управляет разумом говоря, чтобы он взял то, чего так страстно желает. Я попытался вырвать руку, а он лишь сильнее сжал ее и посмотрел мне в глаза. Черные глаза в которых пылает яркий огонь, затмивший разум. Что нужно было выпить, чтобы быть таким? Или что нужно было принять? Может, он не ограничился только алкоголем. Алкоголь, сигареты и, возможно, наркота. Наверное, падать ему уже некуда и поэтому решил изнасиловать человека, которого он якобы любит. - Остановись, пока не поздно, остановись... - прошептал я, он ослабил хватку и, не отрываясь, смотрит на меня. Может быть он все-таки успокоится? Ага, не тут-то было. Ехидная улыбочка и я получил в челюсть кулаком. Ох, черт. Я снова оказался на спине, схватившись руками за лицо. Господи, моя челюсть! Какая боль! Ммм... В глазах искры пляшут от удара такой силы... Надеюсь, все зубы остались на месте и боль пройдет быстро. Пока мой разум переключился на пульсирующую боль огромной силы на лице я не заметил, как Джерард ловко справился с ремнем и стянул с меня штаны. Ох, нет... Стараясь не обращать внимания на острую боль, которая импульсами отдается в голове и в глазах мигают пятнышки, я попытался подняться, но его рука толкнула меня в грудь и он примостился сверху схватив за руки, приматывая их моим же ремнем к ножке кровати. Зачем он так делает? Решил так наказать меня только за то, что я ничего не вспомнил и не дал ему желаемое? Почему он так поступает? Надеюсь, он понимает, что после этого я уеду отсюда, как можно дальше, и сделаю все, чтобы наши дороги не пересеклись. Плевать на учебу, плевать, лишь бы быть подальше от него. Я справлюсь и найду свое место в жизни, но самое сложное будет забыть эти моменты. Жаль, что нельзя поменять все местами. Чтобы я забыл это и вспомнил то, что не помню. Увы, так нельзя. Я до конца жизни буду помнить этот кошмар. Он наклонился к моему лицу, и я почувствовал на коже его теплое дыхание с запахом сигарет и спиртного. Сейчас придется терпеть боль, Фрэнк, придется. Я уже мысленно разговариваю и утешаю сам себя, замечательно. - Остановись... - прошептал я, и он задержал взгляд на моих глазах. - Я хочу, но уже не могу... - тихо сказал он и легко поцеловал меня в губы. Кажется, сейчас он сделает это, и мне никуда не убежать. Он еще туже затянул ремень, сдавливая запястья со всей силы на которую способен, и я зажмурился от боли. Он отпустил мои руки и спустился вниз. Я услышал, как он расстегнул ширинку на своих джинсах. Этому быть, этому быть, я ничего не могу сделать. Я уже в лапах у тигра и сколько бы не дергался, мне не спастись. Мне не убежать от этого... Я попал в ловушку с которой нет выхода. Я пытаюсь привести дыхание в норму, перенестись мыслями в другое место, но это сложно. Челюсть все еще болит от удара, а перед глазами мелькают еле заметные пятнышки. Слишком тихо и спокойно, слишком. Я открыл глаза, увидел лишь улыбку Джерарда, тюбик, лежащий рядом, его блестящие пальцы и приготовился. Слава богу у него хватило ума не делать этого в сухую, иначе это было бы в сто раз хуже, чем будет. Я закрыл глаза и почувствовал, как его пальцы стали проникать в меня. Холод обжог изнутри и я заерзал на полу от дискомфорта. Неприятно ощущать его пальцы в себе... Он прекратил это делать, и я замер. - Прошу, не делай этого. Не надо... Я не хочу... - чуть ли не захныкал я, но вместо ответа почувствовал, как в меня проникает нечто большее, чем пальцы. Я не знаю, как дышать. Я словно забыл, как это делать. С каждой секундой он продвигается глубже, тем самым вытесняя воздух из моих легких и уже нависая надо мной. Никогда не думал, что это так больно! Я промычал сквозь зубы, зажмурившись от боли и дискомфорта. Во мне словно опасное инородное тело, которое нужно вынуть немедленно, потому что оно убивает. Я уже не могу нормально соображать и мыслить. Мне кажется, что уже должно быть все, но он продолжает продвигаться дальше. Как глубоко он собирается войти! На всю свою длину? Какого хера у него такой большой! Я сейчас разорвусь на куски от пронизывающей мое тело боли! Через несколько секунд он остановился и это придало какое-то облегчение. Только вот моя мимолетная радость мгновенно испарилась, когда он стал медленно двигаться, возвращаясь назад и снова продвигаясь вперед, снова и снова заставляя боль разрывать мое тело на кусочки. В ушах стучит кровь, сердце готово вырваться наружу, перед глазами вспышками мигают черные и белые пятна от невероятной боли, которая разрывает меня изнутри. С каждым его толчком из меня уходит воздух и нечем дышать, с каждым его толчком от меня словно кусок отрывают, с каждым его толчком мое тело готово рассыпаться на множество частей, но, что еще хуже, в довесок ко всей боли по телу начинает струиться тепло, моя плоть начинает напрягаться, по венам бурлит адреналин и я начинаю ощущать нечто приятное. Это ужасно! Я не могу пошевелить руками, которые он сильно привязал к кровати. Ремень натер запястья и я не удивлюсь, если на них потом будет раздерта кожа и течь кровь. Один его резкий и неожиданный толчок отдается в моем теле такой невероятной волной боли, что я распахнул глаза и открыл рот, вдыхая побольше воздуха. Я смотрю в потолок и не ощущаю своего тела. Оно словно отключается. Он как будто задел во мне какой-то рычаг, отключающий эмоции. Может, у меня болевой шок? Тело парализовало и от этого толчка словно все чувства выключились. Сейчас я словно не ощущаю ни боли, ни удовольствия, ничего. Такое чувство, что я даже не понимаю, что вокруг меня. Я вижу только потолок, в который смотрю не моргая, распахнув рот, пока меня продолжает раздирать член Джерарда. Он наклоняется и целует меня в шею, продолжая делать интенсивные толчки, а я словно в прострации, ничего не чувствую и продолжаю пялиться в потолок. Мне кажется, словно это тело не принадлежит мне. Словно это происходит не со мной. Словно меня даже никто не трахает в зад, потому что я на некоторое время перестал ощущать совершенно все. Постепенно все начало возвращаться, только уже с удвоенной силой. Боль стала намного сильнее, а каждый толчок Джерарда похож на то, что мне в задницу запихивают огромное и толстое бревно. Возможно, я преувеличиваю, но больно, как будто так и есть. Я никогда не испытывал такой боли, никогда... Новый резкий толчок и я закричал. У меня глаза защипало, и непроизвольно по щеке скатилась слеза. Я слишком опустошен, чтобы плакать, но очевидно это просто от боли. Дыхание Джерарда стало более сдавленным и частым, а это может значить только одно. Скоро этот кошмар завершится. Все почти закончилось, еще немного потерпеть... Я никому такого не желаю, потому что боль невыносимая. С проблесками чего-то приятного, но от боли наслаждение не ощущается. Просто я заострил внимание на более острых чувствах. На боли, а не на удовольствии, которое тоже проскальзывает во мне вместе с толчками Джерарда. Но вместе с болью начинает расти и удовольствие. Значит уже близко. Еще немного и все завершится. Я не знаю, как буду чувствовать себя завтра. Наверное, будет ощущение, что меня пропустили через мясорубку или проехались катком. А может и то, и другое вместе. Не знаю, но более чем уверен, что после этого я буду чувствовать себя больше, чем просто ужасно. Когда пытаюсь отвлечься на что-то другое боль становится меньше, но каждый раз в эту комнату меня возвращает один резкий толчок, который убивает. - А-а-а-а!!! - заорал я и сжал свои руки в кулаки так, что ногти впились в кожу с невероятной силы, как бы отвлекая разум от основной боли на эту, весьма незначительную. Я чувствую, как пульсирует моя плоть, чувствую, как она напряжена, чувствую, как с новым толчком Джерарда мой член дрогнул и стал извергаться наружу белой, вязкой спермой, попадая на живот. Это немного отвлекло от невыносимой боли, заставляя разум сосредоточиться на этом приятном моменте и взвыть сразу от всего сразу. От наслаждения, которое тут совсем не в тему потому что меня насилуют, и одновременно от боли, которая пронзила меня с новым толчком Джерарда, после которого его теплое семя выстрелило в меня, заставляя мое дрожащее, мокрое, обливающееся холодным потом тело, содрогнуться. У меня такое чувство, что голова сейчас взорвется от всего, что сердце остановится, а тело рассыпется на части. Но ничего не происходит, ничего не взрывается и не останавливается, я просто неподвижно лежу, пытаясь прийти в норму. Мысли не хотят собраться в кучку и беспорядочно движутся в моей голове. Я лежу с закрытыми глазами, слушая его стоны, и не могу отойти от произошедшего. От боли, от шока, от всего... Я почувствовал, как он стал развязывать мои руки, только вот их самих я не ощущаю. У меня словно нет рук. У меня словно нет тела, есть только голова, которая еще не хочет нормально соображать. Он поднялся, и я открыл глаза. Пусть я еще не могу двигаться, но могу говорить. - Ты ублюдок... - прошептал я, пока он застегивает ширинку на своих штанах. - Сволочь... - зачем я посыпаю его ругательствами? Разве это что-то исправит? Он немного пошатнулся, посмотрев на меня. - Понравилось, м? - с горечью произнес я. - Какого это получить то, что ты хотел? - Не продолжай... - попросил он, а я горько усмехнулся. А что мне терять? Почему я должен молчать? Я не могу молчать после этого! - Как ты дошел до такого? А может, ты уже насиловал людей и это для тебя не ново? - Прекрати... - Чего ты меня останавливаешь? Я тебя задел? Почему же? Ты ведь маньяк-убийца. - Замолчи, - уже более твердо сказал он, подошел к кровати и взял пистолет в руки, подходя к шкафу, чтобы положить его обратно. Он остановился, задумавшись. - Ты правда любил или все было ложью? Игрой. Маньяки и убийцы, кажется, не способны на любовь. Или ты исключение? Его спина напряглась, и он молчит. Я все еще не ощущаю своего тела, его захватила боль, но вот мысли мои постепенно начинают приходить в норму. - А может, ты насилуешь только тех, кого любишь? - он промолчал, и я заметил, как он еще сильнее сжал пальцами пистолет. - Тебе это нравится? - меня определенно понесло, и я не могу остановиться, потому что просто не в состоянии молчать после такого издевательства над собой. - А сейчас понравилось? А повторить не желаешь? А что если... - я не успел договорить фразу. Я не думал, что смогу так его разозлить и это окажется еще трагичнее для меня, чем есть. - Заткнись, твою мать! - заорал он, развернулся и, даже не раздумывая, выставил пистолет вперед и нажал на курок. Грудь пронзило непередаваемой болью. Я ощутил, как кожу стала обжигать горячая жидкость. Кровь... Это моя кровь. Я застыл на месте, глядя ему в глаза со всей болью, которую сейчас испытываю. По телу пошла мелкая дрожь, руки затряслись, я стал хватать ртом воздух, обливаясь кровью. На этот раз из глаз хлынули слезы, которые стали стекать по щекам и падать на пол. Непередаваемая боль, которая распространяется от груди везде, но с каждой секундой становится меньше. Так же, как и крови, и минут жизни. Я задержал взгляд на его, уже испуганном, лице. Я больше не могу смотреть на него. Он выронил из рук пистолет и упал на колени рядом. Поздно одумался, уже слишком поздно... Обидно, что это последнее, что произошло со мной в жизни. Что я не успел завести семью, детей, и прожить замечательную жизнь. Сейчас все закончится, когда казалось, что все только начинается. Я читал, что перед смертью воспоминания мелькают перед глазами и это правда. Но самое ужасное в том, что я вижу перед глазами то, что так отчаянно пытался вспомнить весь этот месяц. Все, что между нами было, все, до единой мелочи, я вижу это, вижу! Я действительно любил его, любил... Я впервые увидел его, он обрел видимость, и я сразу же влюбился. Он целовал меня, а я делал это в ответ с полной взаимностью и любовью. У нас было все, было... Все промелькнуло перед глазами словно короткометражный фильм. Я закашлялся, почувствовав кровь во рту, и увидел его над собой. Он в отчаянии, но уже ничего не исправить. Он сам построил такой конец, сам и никто другой. Единственное, чему я действительно рад, так это тому, что боль ушла. Ее нет. Я чувствую легкость и умиротворение. Все расплывается перед глазами. Я пытаюсь дышать, но это бесполезно. Воздух уже не в силах меня спасти. Меня уже ничто не спасет. Прощай жестокий мир, я не буду по тебе скучать... Я тяжело выдохнул и чернота заволокла сознание, унося прочь из комнаты, из этого мира далеко и навсегда...