Ружье на гвозде, что никогда не выстрелит.

Он шевелится. Шевелится и умело врёт себе, врёт зрителю, врёт другу. По непонятной причине он в очередной раз нашёл в себе силы чтобы подняться, собрать всё в ноги и выпрямиться после сотни ударов. Старые раны уже давным давно зажили, но жгучая боль никогда не покидала его. Было достаточно провести по месту, куда было нанесено ножевое, чтобы по всему тела проехалась волна ощущений, вызывая мурашки и скрежет в зубах. Больно, но этого всё равно недостаточно. С тех самых пор, как он попытался убить одну из своих личностей прошло уже почти около года, но.. - был ли результат? Он поменял причёску, изменил свой стиль, пересобрал своё общение, но так и не исправил своих главных ошибок. Данное себе обещание меняться словно коснулось его поверх всего и улетучивалось с каждым днём, потухая внутри тёмной и гадкой души. Накрутить себя - в этом он мастер, но взять всю силу воли для изменений - не его конёк. Изменив свой внешний вид он принял первую таблетку плацебо, изменив своё общение - вторую, а третью ему заменило время. Многое ли изменилось? Не думаю. Сколько не меняй обёртку - всё равно вернёшься к тому, что содержимое внутри не меняется. Его лицемерие, запутанная ложь, тщеславие и паранойя давали прогресс, пускай он и научился скрывать данный факт от себя. А что потерпело изменение в реальности? Он стал смелее, восстановил в себе силы, чтобы пытаться цвести вновь, но вместо этого сделал только хуже другим. Все, о ком он с приятными воспоминаниями провёл тот в день в квартире отвернулись от него. Каждый - по разному. С кем-то отношения упали окончательно, пропала любая доверительная нить, которая раньше казалась такой крепкой. С кем-то отношения перевернулись на 180, превратившись в прямую противоположность того, что было раньше, а кто-то так и не вернулся в его жизнь. Это ли то, чего он хотел..? - далеко не так. Все данные обещания к развитию привели к его незначительному и субъективному личностному росту ценой потери близких людей вокруг. Ресурс, которым он больше всего дорожил был раздроблен в труху, а после развеян по ветру, но он не хотел сдаваться.

*********

Его ошибки тянулись тёмным шлейфом с давних времён словно хвост, постоянно повторяя движения за хозяином. "Что пошло не так?" - первый вопрос, на который хотелось бы услышать ответ. Легче всего было бы сказать, что с самого начала всё было неправильно и пошло под откос, но это - выбор трусов, которые бояться залезать дальше первого ограничивающего барьера. Чтобы пройти дальше внутрь - нужно было окончательно не любить, а значит и не жалеть себя. Хотелось слышать ответы, а не стать жертвой собственного сочувствия, пришло время нырять ещё глубже. А может всё-таки стоило остаться на черте старта..? - вопрос был отброшен моментально, с минимальными раздумиями. Самопознание через разрушение был столь излюбленным и проверенным приёмом, что изменять своим традициям казалось чем-то, сродним с преступлением. Ничего не заменяет чувство опустошения и порядка после успешного сеанса вкапывания себя в землю, а повреждения от попутного саморазрушения впервой кажутся чем-то максимально приятным и нежным. Огромная вмятина превращается в самую мягкую ладонь на коже, передающая тебе всё своё добро в несколько касаний. Обещать - не значит выполнять, а не выполнять обещание равносильно тому, чтобы врать. Несдержанные обещания с прошлого раза - откровенная ложь в своё же лицо. В тот момент они смогли сыграть роль успокоительного, потушить душевный огонь, не дав ему перекинуться с ментального состояния на материальный. Что из этого вышло в будущем? Полное отсутствие прогресса. Он как врал, так и врёт и будет врать себе, остальным. Но что же вынуждает его идти на столь отвратительные вещи? Страх - вторая проблема, которая так и не решилась за столько времени. Он, как самый трусливый котёнок или щенок до сих пор предпочитаешь прыгать в глубокую ямку, когда дело начинает пахнуть чем-то опасным. Зона комфорта словно сократилась вдвое, потеряв былые масштабы, а любая попытка увеличить размер была задавлена его подсознанием на начальном этапе. Он боится говорить людям, что думает на самом деле, боится отказывать, когда полон этого желания, молчит, когда был бы должен закричать. Инстинктивный страх, на уровне близкому к рептильному мозгу всегда вставлял ком в горло, не давая даже издать звука, зато он никогда не смог ограничивать бумагу, в том числе и виртуальную. Здесь можно быть честным, по крайней мере, с самим собой. Лицемерие - третья проблема, вытекающая из двух первых. Обещать, но не выполнять своих обещаний из-за какого-то там страха. Обманывать людей ради собственной выгоды, поддержания своей зоны комфорта, менять маски ради спокойствия, сглаживания углов. Это - поступок того, кто обещал себе прогрессировать, а не остановиться в регрессе? Очевидно, что нет. О каких вершинах идёт речь, если за всё это время он даже не попытался прыгнуть? Единоличие - следующая проблема. Это не любовь к себе, скорее подсознательное желание сохранить свою вялую и гнилую плоть, не допустить себе вреда, нередко пользуясь другими. Огромные кандалы на ногах, которые не дают открываться миру и тянуться к солнцу, в конце - концов - к людям. Этот список можно было бы продолжать бесконечно, погружаясь с каждой минутой всё глубже и глубже в тёмную, густую и плотную как нефть воду. Именно таковой ему чувствовалась темнота на вкус, но каждый сеанс должен иметь свой конец.

*********

Он вновь смотрит на своё отражение в зеркале, но на этот раз - всё изменилось. Он не сжимает зубы от боли, не воет от отчаяния, не пытается выразить всё с помощью физической силы, разбивая отражения и выпуская свежую кровь. Он просто смотрит в человека, отражённого внутри. Его взгляд уходит гораздо дальше, чем границы материального, куда-то внутрь его души. Вверх, вниз.. Ближе к центру и в глотку, в самые недра чего-то тёмного. Один вопрос. Почему от столь отвратительного чувствуется что-то столь родное? Ответ всегда был на поверхности. Никогда не было делений на личности, никто не мог никого убить, а желание поделить себя на две части - очередная попытка смягчить удар. Никто не искажал отражение так сильно, как его подсознание. Он - единое целое, а две личности - простая условность, чтобы все свои неудачи и плохие качества можно было умело отделить хирургическим скальпелем от всего хорошего. Как же жаль, что никакой остроты этого мира не хватит, чтобы разрезать свою личность напополам, а затем вытащить оттуда негатив. Наверное, мы бы уже давно были лучшими версиями себя, если бы были способны на такое? Как же прискорбно осознавать, что хорошее и плохое слиплись в одну кашу на молекулярном уровне.

*********

Отражение смотрело на него столь же пристально, как и он. Они видели абсолютно одинаковую картину перед своими глазами: Лживый, лицемерный, запуганный сам собой, столь осознанно злой и такой сложный, пускай и на деле его можно разобрать за два хода. Неоправданно нелепый, лишенный любых талантов, способный лишь делать вид. Интересно, когда в последний раз он делал что-то от души, не поддаваясь на чужое мнение? Слабохарактерный мудак - как самое лучшее заключение для характера, обведённого в окружность красным маркером. Вся доблесть, честь и высота чувств словно искусственная, недостойная того, чтобы вырываться наружу и бросаться в глаза людям как пыль. Из зеркала смотрела неприглядная внешность. Тёмный, столь неестественный цвет кожи для его города, который всегда был для него причиной лишний раз посчитать, что он проиграл в генетическую рулетку с треском. Оттенок его кожи - словно способ самой природы для того, чтобы оберегать остальных от контакта с ним. Своеобразный "красный флаг", говорящий о том, что он - не тот, кого хотелось бы видеть. Пускай он и изменил свою прическу - его волосы не стали выглядеть от этого лучше. Блеклый, столь непримечательный цвет и текстура волос. Словно покупка в секонд хенде - безликая, дешёвая и совершенно обыденная. В этом нет творчества, привлекательности. Интересно, почему никто и никогда не тянулся к ним, не пытался играться с ними, элементарно встрепать их? Ответ всегда был на поверхности. Тёмные и густые брови, которые всегда казались ему чрезмерными, неаккуратными, растущими буквально врозь друг от друга, даже не сохраняя форму. Сколько раз в его голову приходило желание сжечь их зажигалкой? Боюсь, на подсчёт уйдёт слишком много времени. Постоянно обкусанные губы встречали ещё немного ниже. Трещины, укусы и ужасная гармония с лицом, ничем не лучше и нос. Без уникальности, горбинок и ровных углов. Это не красота, это так.. - посредственность, словно наличие ради простого наличия. Но всё-таки маленькая удача нашла и его. Да-а.. Его крохотное счастье заключалось в глазах, в этих зелёных, с вкраплениями от карие в центре и голубой обводкой глазах. Всегда смотри в них - он чувствовал тоску. Наверное, он отобрал их у кого-то, кто их заслужил? Эти глаза всегда могли выпить его до дна, опустошить, заставляя сожалеть вновь и вновь. Но что-то же изменилось, правда..?

*********

Силы обкладывать себя всё сильнее и сильнее были на исходе. В окна пробился утренний, немного лазурный свет через щели в плотных шторах, впуская в квартиру надежду. Сегодня - не морозное февральское утро, сейчас его ждёт не чашка остывшего кофе на кухне, а единственным желанием не является выкурить сигарету. Изменился ли он? Всё-таки да, пускай этот сдвиг и был крайне незначительным и не ясным. Дорога ли эта в нужную сторону? Кому знать, но она точно продолжается и ждёт того, кто ступит по ней. Пускай медленно, не больно робко и с опасениями. Жизненный путь - не беговой марафон, где важна скорость и время. Жизнь была и есть нечто немного сложнее, чем марафон. Утренняя заря звала в путь, теплые и нежные весенние ароматы захватывали лёгкие, а слова гармонично подходили к своему концу. Сейчас не февраль, сейчас май, на улице не знойная вьюга, а приятный бриз, на кухне стоит не чёрное холодное кофе, а опустошенный стакан воды. Теперь в зеркале он видит себя. Ужасного, но всё-таки себя. Впереди долгий день, не менее долгая и сложная жизнь, но всё-таки один вопрос остался неотвеченным..

А о чём писать?