Преданный

      Холодный ветер бился в окна, врываясь в щели старых окон мелкими снежинками. Стекло дребезжало под натиском непогоды. Тонкая белая шаль на несколько мгновений покрывала землю чистотой, но тут же таяла, вмешиваясь в грязь.       Драко с тяжелым вздохом вытянул затекшие ноги на тумбу. От удара тяжелых ботинок в воздух поднялась мелкая пыль и закружилась над одинокой свечой. Покрытые недельной щетиной щеки неприятно кололо, но даже подумать об этом не было времени.       Стояло темное холодное утро после очередной долгой бессонной ночи, проведенной на складе инвентаря возле поля для Квиддича.       — …Это не обсуждается. Я и не ожидала легкой игры. Осмелившийся выступить против меня должен быть либо безумцем, либо гением. А возможно, и тем и другим одновременно, — стальной голос мадам Божны, ворвавшейся ночью на склад в форме бестелесного свечения, резал воздух. Драко стоял по стойке смирно, внимая каждому слову. — Приберись за собой и возвращайся на Плац, есть работа для твоего личного состава.       — Разрешите хотя бы оставить людей в замке, — кратко запросил Драко.       — Это либо старик, либо школьник. Пары патрулирующих Авроров хватит с лихвой. Направлю их с официальным письмом, благо, у меня есть все основания после инцидента.       Выдав ещё несколько указаний, светящийся контур Старейшины испарился, оставив после себя потяжелевший воздух. Остаток ночи Драко провел за разбором бумаг, перехваченных писем, украденных улик, отчетов о проведенных неоднократных обысках замка и личных записей.       За последние десять дней Драко ни на шаг не приблизился к ответу. Ни следов, ни оставленных отпечатков, не было ничего, что хотя бы намекнуло на верное направление поисков. Личные вещи и комнаты всех, хотя бы мгновение мелькнувших в коридоре в тот вечер, были тщательно обследованы, но и это не дало результата. Казалось, это была погоня за бестелесным призраком.       Слабое осеннее солнце наконец пробило плотные тучи, собравшиеся у горизонта, и осветило желтым потоком помещение склада. Драко задул свечу и, откинувшись на спинку старого кресла, прикрыл глаза.       По велению магии, склад зашевелился и ожил. Сами собой пергаменты собирались в стопки, которые затем уменьшались и ныряли в небольшой портфель. Часть документов разрывались на мелкие кусочки и вспыхивали короткими огоньками. Поверх освободившихся столов раскладывались школьные учебники, чертежи и проектные листы.       Провалившись в полудрему, последний, о ком подумал Драко, был на удивление удачно пропавший из его жизни Поттер. Гарри настолько плотно его игнорировал, что вовсе перестал появляться на складе. Ветхий полуразрушенный кирпич на отшибе Хогвартса за десять дней превратился в закрытый заклинаниями штаб расследования. Драко тут и ел, и спал, изредка выходя в замок, чтобы отметиться, и выезжая в Лондон для дополнительных допросов. В один из таких выездов в коридорах Нового Министерства ему не посчастливилось таки наткнуться на Гарри, но тот лишь одарил его неизменно презрительным взглядом и прошагал мимо.       Вздрогнув от сквозняка, Драко открыл глаза. Удалось ли поспать, или это было беспокойное забвение, он не знал. Солнце поднялось к зениту, и унылый пейзаж за окном приобрел хоть какие-то краски. Старый склад уже покоился, сияя чрезмерной чистотой и благоухая лишь школьными знаниями.       Драко многое бы отдал, хоть и не осталось у него ничего, чтобы время замедлилось. Чтобы сидеть, спрятанным в тени древнего замка, и работать над школьным проектом в тиши библиотечной пыли.       Глубокий вдох. Хруст затекшей шеи. И Драко против воли поднялся, оглядел пустыми глазами убранный склад. Его стол, как и Поттеровский, замерли так, будто за ними только что сидели прилежные выпускники Хогвартса и в поте лица трудились над учебой.       Пропущенный завтрак, и до этого ужин, давали о себе знать. Ноги тяжело ступали по вязкой грязи, в которой утопала тропинка до замка. Небо стало тяжелым, серым, острые редкие снежинки резали кожу на щеках. Мимолетная мысль о горячей чашке кофе за несколько секунд превратилась в совершенно абсурдное желание.       Это потому, что кофе у него вполне недурный. И вовсе не потому, что я, как могу, оттягиваю отъезд!       Драко свернул от главного входа и направился к витиеватой лестнице, скрытой между валунов.       К тому же, у этого недоразвитого хранятся личные дела всех студентов. Вдруг его копии подробнее архивных? Такое ведь может быть? И свежих сплетен не помешает послушать. В интересах дела, разумеется.       Да, Главнокомандующей так и объяснишь свое опоздание. Посмотрим, кто после этого будет зваться недоразвитым.       Через семь с половиной минут Драко уже стоял у высокой дубовой двери. На настойчивый многократный стук никто не ответил, и Драко толкнул дверь. На удивление, та покорно щелкнула замком и отворилась.       В лицо хлынул жар сандала, огромного камина, многочисленных свечей и благовоний. После слякотной серости и не менее угрюмых коридоров, глаза буквально заболели от обилия красок и мерцающих огней.       Щурясь, Драко прошел в круглую просторную комнату, служившую в башне гостиной, кабинетом и приемной одновременно. В центре у витражного окна, среди шелков и ковров восседала Пэнси Паркинсон. Она заняла его рабочее кресло и мирно читала учебник Травологии.       — Своего жилья нет? — манерно протянул Драко, оглядываясь.       — Есть, — коротко ответила Пэнси.       Журнальный стол у дивана ломился под тяжестью кофейных чашек, на золотых каемках которых виднелись следы помады. На полу возле стола лежала небрежно скинутая женская мантия, а рядом с ней остроносые туфли. Драко медленно подошел, продолжая искать глазами владельца башни.       — Ждешь, что буду оправдываться? — спросила Пэнси, не поднимая от книги взгляд.       — Нет, делай что хочешь.       Драко без интереса обошел стол, задумчиво посмотрел в окно, будто случайно приблизился к одному из стеллажей и как бы от скуки взял первую попавшуюся книгу.       — Где Забини? — легкими пальцами меняя одну рукопись на другую, спросил Драко.       — Без понятия, — ответила Пэнси и что-то переписала себе из учебника в тетрадь. — Ушел ещё утром.       Драко опустил глаза к книге. Удача. Он выхватил одно из личных дел. Вновь быстрый взгляд на стеллаж. Рядом была полка с табличкой «В», а в руках личное дело некоего Филиппа Вайли с четвертого курса.       …отец Альберт Вайли подозревался в связях с Пожирателями Смерти, проходил допросы по делу…       …Семья Вайли обладала значительным состоянием, полученным благодаря незаконной торговле магическими артефактами и зельями. В данный момент банковское хранилище опустело более чем на семьдесят процентов…       Драко не моргая перелистнул страницу, мелко исписанную всевозможными фактами о бедняге Филиппе.       …Выдающиеся успехи в Зельеварении и Трансфигурации… В будущей политической карьере не заинтересован.       Не без усилий удерживая лицо от эмоций, Драко взглянул в сторону полки с буквой «М». Поразительная дотошность студенческих дел настораживала. Но Блейз работал под началом МакГонагалл, значит, это был ее указ?       Драко кожей почувствовал на себе чужой взгляд и оторвался от чтения. Обрамленные темнотой глаза Паркинсон выглядывали над учебником и не моргая следили за ним.       — Как дела? — растягивая каждую гласную вдруг спросила Пэнси. Позади нее порыв ветра бросил в окно ворох мелких льдинок, но жар витража от этого стал только сильнее.       Драко вернул Вайли на полку к остальным и смерил однокурсницу взглядом.       — Как всегда лучше всех, к чему вопрос?       Пэнси не успела ответить. Входная дверь отворилась, на мгновение по ногам потянуло холодом, затем легкие прожгло глубоким тяжелым сандалом. Следом за запахом появился его хозяин.       Ни на секунду не удивившись посторонним в его жилище, Блейз Забини прошагал мимо Драко с кипой бумаг.       — Дорогая, — устало выдохнул он, и бумаги с грохотом рухнули на дубовый стол. — Будь добра, съеби в закат…       — Ой! — Пэнси тут же подскочила. — Присаживайся, милый. Сделать кофе?       — Двойной, — сухо ответил Блейз и нетерпеливо вытянул в сторону Драко ладонь, шевеля окольцованными пальцами. — Список!       — Я не за материалами, — ответил Драко.       — Нет? А зачем? — Блейз расплылся в улыбке. От усталости в его глазах не осталось ни намека.       Показалось, цепкий взгляд хитрых глаз прыгнул с Драко на стеллаж, у которого тот был только что, и обратно.       Я стал слишком мнительным, и не там, где надо.       — Поболтать о том, о сем… — спокойно ответил Драко, без интереса посматривая вокруг.       Пэнси тем временем сварила кофе, наполнив гостиную запахом бесконечного утра. Но не успела она донести напиток до Блейза, Драко бесцеремонно перехватил чашку с блюдцем и как ни в чем не бывало уселся на диванчик рядом с рабочим столом.       — Мм, недурно, благодарю! — протянул Драко, сделав первый глоток.       Сквозь ароматную дымку, исходящую от чашки, Драко успел заметить вспыхнувший праведным гневом взгляд Пэнси, а затем многозначительно округлившиеся глаза Блейза в немой мольбе и с каким-то ещё неведомым подтекстом. Пэнси, сопротивляясь мгновение, скривила лицо в презрительном отвращении, затем все же сдалась, вернулась к столику и занялась ещё одним кофе.       Решив, что позже разберется с тем, что увидел, Драко расслабленно закинул ногу на ногу, и наклонился в сторону Блейза, всем телом показывая готовность к диалогу.       — И о чем же ты пришел разговаривать? — невинно моргая, вернулся Блейз. — Про заросшие Бубонтюбером восточные теплицы? Про пятикурсников, подделывающих пропуска в Хогсмид для малышей? — затем он наклонился вперед, изменившись в лице. — Или про то, что я уже вторую неделю завален идиотской подготовкой курса по…       — «Основам послевоенного Магического единства», — проговорил про себя Драко, уже заранее зная ответ.       — Основам послевоенного, мать его, Магического единства? — Блейз устало взвыл в потолок.       — Думаю, больше о последнем… — завуалированно протянул Драко, косясь в сторону открыто подслушивающей Пэнси.       — Ой, брось! — Пэнс закатила глаза, не глядя поддерживая под золотистой туркой маленький огонек. — Ты действительно думал, был хоть какой-то шанс, чтобы я не узнала о твоем триумфальном возвращении в список главных плохишей школы?       Все, что успел Драко, это передразнить Пэнси, попивая краденый, и от этого ещё более вкусный, кофе. Блейз говорил, а ему надо было слушать.       — Ну что могу сказать, — скинутый темно-изумрудный пиджак полетел в сторону на пол, и Блейз, морщась, похрустел спиной. — Из-за свалившейся бумажной волокиты, я сплю по два часа в день и каждое мгновение проклинаю тебя за это!       — Но я тут не при чем, — возразил Драко.       — В этом и проблема! Какого черта это был не ты?! — почти натурально всхлипнул Блейз, ставя перед собой первую треть от принесенной стопки пергаментов. — Ах, скучаю по временам, когда я просто оформлял бумажки и выдавал архивные книги…       Актер погорелого театра. Не тебя ли звали в Испанские магические архивы после школы? Сам же в Хогвартс поперся…       Пэнси с тихим звоном поставила перед недоделанным старостой кофе, и с собственной кружкой приземлилась рядом с Драко на диван.       — Что ж, мне сказать особо нечего, новостей никаких, — распелся Блейз, купаясь во всеобщем внимании. — Единственное, слышал сегодня, с палочки твоей так и не удалось снять магический след. Ты её хорошо почистил, прежде чем «случайно» оставить в коридоре. Оно и логично… Так что кроме сотни укладывающих волосы заклинаний из неё ничего толкового не вытянули.       — Не собираюсь это комментировать, — без эмоций ответил Драко.       — Это точно был не ты? — не унимался Блейз. — Это бы сильно облегчило мне жизнь!       — Мне нужно ещё раз повторить или бесполезно? — выдохнул Драко, обращаясь уже к Пэнси.       — Бесполезно, — ответила она. — Я вот слышала в туалете, Арчи с пятого вызвали на допрос в Лондон. Он не числится в команде болельщиков, но в тот вечер был с ними в коридоре, — Пэнси вытянула ноги на журнальный столик рядом с чашкой Драко. Он тут же накинул на них свой пиджак. — Его родители в жутком гневе. Он, конечно, тот ещё отброс, но чтобы сделать такое…       — Это не он, — коротко выдохнул Драко, и тут же добавил, опережая загоревшийся надеждой взгляд Блейза: — И не я!       — Проклятье, — выругался Блейз, ныряя обратно в кипу бумаг. — Может все же?..       — Я не пойду под суд, чтобы освободить тебя от твоей же работы, даже не проси!       — Да что ж такое! Поттер тоже не согласился!       — Поттер? — отреагировал Драко чересчур быстро. — Ты его видел? Когда? Сегодня?       — Нет… День, два назад или в конце той недели, я уже запутался, — сквозь неугомонную зевоту выдавил Блейз. — Ошивался у МагГонагалл, там и повидались.       — Я думал, его нет в замке, — хмуро ответил Драко, пытаясь успеть за собственными мыслями.       — Что такое? — темные глаза Блейза сверкнули интересом. — Твой спаситель тебя избегает?       Но Драко его уже не слушал. Вглядываясь в оставшиеся кофейные всполохи на дне чашки, он обдумывал одну из страннейших мыслей за последние дни. Что если Поттер так легко поверил в его невиновность только потому, что он сам напрямую связан с произошедшим?       Зачем это ему?       Перемолотое кофейное зерно на дне фарфора тем временем успокоилось, сползло со стенок и завернулось змеиным узором вокруг порхающей птицы. Драко вздрогнул, осознав рисунок, резким движением ложки смешал гущу в однородную кашу и отставил чашку.       Еще не хватало мне на кофейной гуще гадать!       — …И сколько берут местные prostituées? — донесся до его разума тягучий голос Блейза.       — А тебе зачем? — ответила ему Пэнси.       — Знать, сколько с тебя брать в следующий раз, ma chérie, — улыбнулся во все зубы Блейз. Их разговор явно свернул в очередное неведомое Драко русло. — Жилье рядом с таким красавцем не бесплатное.       — Мне понадобится кредит в Гринготтсе…       — Ого, планируются частые транзакции?       — Салазар, помоги, меня сейчас стошнит! — воскликнул Драко, манерно прикрывая рот. — С каких пор вы встречаетесь?!       — Я с ним?! — Пэнси позеленела лицом, не скрывая отвращения. — Да кто будет встречаться с таким шлюханом?       — Кто бы говорил, — парировал Блейз и обратился уже к Драко. — Но если ты не против ménage à trois, то мы встречаемся, правда, родная?       — Умри, демон.

***

      С трудом вырвавшись из треклятой башни и завершив все дела, Драко направлялся к выходу из замка. В узкие окна коридоров ныряли последние лучи заходящего солнца. Лицо Драко, хоть еще и не скрытое маской, уже было лицом Капитана. Спокойный, ничего не выражающий взгляд и выверенная походка. Трость покоилась в руке, не беря на себя вес - пронизывающая боль усилием воли пряталась далеко в глубинах подсознания.       В голове быстро составлялся план грядущей миссии, список смертников машинным почерком выводился на воображаемом пергаменте. После записи 61-ого, Драко против воли подумал о 616-ом.       … В голову и в жизнь в последнее время лезут одни идиоты.       У большого зала пришлось резко остановиться. Сквозь дымку усталости Драко увидел среди задержавшихся после ужина студентов одиноко сидящую Гермиону.       — Добрый вечер, профессор Грейнджер, — произнес он с холодной вежливостью, подойдя к столу.       Гермиона на мгновение подняла глаза и коротко ответила:       — Добрый.       — Первокурсники опять залили ваш стол розовыми слизнями? — с натянутой ухмылкой протянул Драко, пытаясь поймать баланс между «занозой в заднице Драко Малфоем» и той интонацией, при которой ему скажут все, что нужно.       — Тут больше воздуха.       Ответы были короткими, но быстрыми. Вероятно, одиночество в замке с сотней студентов и десятками учителей, было вещью обыденной. Драко легко перекинул ноги через скамью и сел напротив.       — Где ваш боевой товарищ?       Гермиона показательно вздохнула и закрыла книгу.       — Их двое, интересует кто-то конкретный?       — До вашего жениха мне дела нет, не переживайте.       — Если бы у тебя было к нему дело, переживать стоило бы за тебя, — без эмоций ответила Гермиона. — Гарри работает. Так же, как и ты, вероятно.       — Почему вы так решили?       — Периодически пропадаешь из замка.       — Вы заметили?       — Не я. Гарри следит за тобой, Малфой, ты ведь знаешь? — взгляд Гермионы стал тёмным. Она облокотилась на стол и подалась вперёд. — Не дай ему убедиться в своих опасениях насчет тебя. Ибо я буду стоять в первом ряду на твоей казни.

***

      Душевые Секретного взвода не отличались особой эстетикой и чистотой. Полуживые моргающие светильники, треснувшая, вытертая плитка на полу и стенах и огромный мусорный бак для одежды на утилизацию. В проклятом месте не выживало ничто. Тяжесть темной магии, ежедневно приносимой сюда, была столь велика, что стены прогибались, лопаясь в углах, расползались глубокими трещинами по полу, пытаясь сбежать.       В низкой длинной комнате стоял непроглядный пар и резкий запах лечебных зелий. Номера смывали с себя демоническую скверну после тяжелой миссии. Потоки черной воды с зеленоватыми разводами текли в сток по центру, вспучиваясь и пузырясь.       Гарри сбросил в бак одежду, ботинки, в корзину рядом сложил волшебную палочку и сцепленное с крепежей оружие. Синеватый дым вспыхнул под обеими крышками и запечатал внутри отравленную магию.       Ледяная вода сковала разгоряченное тело. Гарри закрыл глаза. Целительные зелья жгли кожу. В голове стоял ровный медитативный звон. Ни мыслей, ни чувств. Редкое и невыносимо короткое мгновение, когда Гарри оставался пустой телесной оболочкой, когда его ничего не беспокоило.       — Он полный псих, — сквозь шум воды донесся голос из соседней кабинки. — Сколько раз мамаша роняла его в детстве?       — Ты видел?… — сквозь задавленный смех, согласился второй голос. — Выслужиться хочет или что? Какой у него номер?       Гарри медленно открыл глаза. Перед лицом трещина в серой плитке с хрустом проползла дальше, покосив смеситель.       — Да Новичок это был, ты слепой что ли?       — И че он забыл в нашем отряде? — прополоскав горло и щедро сплюнув, возмутился второй. — Он же на крупные зачистки ходит.       — И туда тоже, везде лезет. То нет его неделями, то не избавишься…       Номера, ютившиеся в одной кабинке, одновременно повернулись. Рука с вздутыми от напряжения венами появилась из-за перегородки, крепкие пальцы обхватили торец. Затем появилась голова.       — Уважаемые, — процедил Гарри сквозь зубы. — Позвольте запросить хотя бы блять в душевых захлопнуть свои ебальники?!       Номера окинули голого Гарри презрительным взглядом, затем переглянулись, выключили воду и ушли.       — Нервный какой…       — А я говорил…       Тишина вновь поползла в черепную коробку. Гарри потянулся к крану, намереваясь выкрутить его так, чтобы на лицо посыпались льдинки, но резко повернулся. За спиной никого не оказалось.       — Социализация дается с трудом, красавчик? — раздался мелодичный голос позади.       Сирена стоял уже в его, черт возьми, кабинке, занял собой все место и выбирал с полки оставшиеся зелья. Алые волны волос, постепенно намокая, тяжелели и липли к белоснежной спине и груди.       Гарри разочарованно выдохнул и сдернул с крючка полотенце.       — Ой, да брось, все еще дуешься из-за поцелуя?       Заставляя мозг не слушать зачарованный голос, Гарри зашагал к выходу. Запотевший светильник у двери моргнул. И перед Гарри вновь метнулся красный всполох.       — Мужчины и женщины жизни отдают ради моих даров, невежда, — Сирена показательно состроил лицо. — А тебе достался бесплатно.       Гарри опустил глаза вниз, до сих пор с трудом веря что такой нежной красотой может обладать мужчина. Сирена же вильнул бедрами, не скрываясь демонстрируя себя полностью.       Да, это определенно мужик.       Гарри так же без эмоций обратно поднял взгляд и молча вышел.       Радоваться ли, что голые мужчины его все же не привлекают, или печалиться, что пришлось это проверять, Гарри не знал. Но зато теперь знал точно, его одержимость Капитаном остается простой одержимостью без извращенных примесей. Под ребрами полыхал азарт, восхищение и уважение. Пожар заставлял Гарри вставать раньше, тренироваться дольше и биться яростнее.       Глухой гудок прокатился по плацу и вылился в коридор, сотрясая стены. Сигнал о новой миссии поднял всех на ноги, и очередь за формой и оружием увеличилась в разы. Гарри удачно оказался рядом и занял место так, чтобы точно успеть в собиравшийся отряд. Внезапный толчок в плечо заставил его обернуться.       — Брат, пусти меня вперед, прошу, — с невероятным држелюбием улыбался хиленький, но покрытый шрамами с ног до головы, номер. — Мне 24 года осталось, а миссия жирная сейчас будет.       — С чего тебе такая щедрость? — без энтузиазма спросил Гарри.       — У Новичка есть свобода. Новичку не надо отрабатывать, а мне надо, — продолжил улыбаться номер. — В долгу не останусь!       — Черт с тобой, иди.       Ублажив ещё нескольких сладкими речами, номер змейкой продвинулся вперед в очереди. Спустя чуть дольше положенного Гарри получил новую форму, ботинки и очищенную от темной магии палочку. Затем встретился на плаце с командой.        Ангел и Цыган стояли у стены с тренировочными мишенями и лениво потягивались.       — Был же вызов, где отряд? — хмуро спросил Гарри, откидывая со лба мокрые волосы.       — Ай, расслабься, братик, — пропел Цыган. — Портал только схлопнулся.       — Ой, жалко-то как, — подавив зевоту, добавила Ангел.       — Нас дожидает вечерок тишком и, быть может, такая же ночь, ну, красота! — Цыган закинул руку на плечо хрупкой девочке. Та манерно ее тут же сбросила. И оба едва ли не пританцовывая направились в сторону столовой. — Занять местечко? — бросил Цыган уже в дверях.       Гарри мотнул головой. Отдых был непозволительной и нежеланной роскошью. Его и без того слишком редко выдергивали из Хогвартса.       За короткие недели службы Гарри не отдыхал, почти не спал, не тратил время на еду. Пропихивался в каждую возможную миссию, старался пропитаться болью и чужой кровью насквозь. Чтобы внутри больше не было места. Ни для чего.       Не зная, куда себя девать, Гарри рухнул на тренировочные маты, раскинув ноги в стороны. Полупустой плац пах бетонной пылью и скукой. На ринге плясали больше в брачном танце, чем в драке пара Неразлучников, один из которых обращался то огромным хищником, то атаковал с потолка птицей. От мучительного безделья Гарри стал метать кинжалы в мишени на противоположной стороне, вырисовывая из пробитых дырок узоры.       И зачем только пустил того задохлика. Идиот…       — … Малым отрядом. Выступим после заката. Оповести номера.       В открытые ангарные двери вдруг зашел Капитан.       — Сделаю, — ответил следовавший за ним Пес. — Еще?       Гарри выпрямился и обратился в слух. На всякий случай принял более достойную позу, и молился, чтобы никто не обратил внимание на написанное воткнутыми кинжалами короткое неприличное слово на мишенях. Но делегация проплыла мимо, не удостоив его даже беглым взглядом. За плащом Капитана плелось тяжелое, явно ощущаемое истощение.       Пес остановился рядом, внимая каждому слову. Ему были выданы краткие указания по организации очередной миссии, на которую Гарри уже даже не надеялся попасть. Мало кто из номеров знал, куда Капитан с избранными выходят, что делают. А кто знал, предпочитал молчать.       Гарри наивно размечтался, что смог запомниться. Что его увидели. Что там, в покосившемся домике на краю мира его увидели. По-настоящему.       — …Мне обязательно нужны 13-ый, 58-ой и 134-ый.       — 58 смерть, — Пес мотнул головой. — Сегодня.       Трудно читаемая эмоция на лице Капитана исчезла так же быстро, как появилась. Гарри от скуки не скрываясь пялился, рассевшись на тренировочных матах.       — Найди замену, — безучастно приказал Капитан. — На свое усмотрение.       — 616-ый.       Пес сказал это тихо, но Гарри услышал. Он в ту же секунду подскочил с места. Сердце бешено забилось где-то ближе к гортани, передавливая воздух. Без принудительной магии он замер по стойке смирно и встретился с такими же удивленными глазами Капитана.       Мгновение Капитан, видимо, еще надеялся, что вот-вот появится какой-нибудь другой 616-ый. Но чудо не произошло.       — Усмотрение, — объяснил Пес свой выбор, героически выдержав тяжелый, убийственный взгляд.       Капитан тяжело вздохнул, перевел глаза с Пса на Гарри и обратно.       — Пусть так. Любая ошибка будет спрашиваться с тебя.       Гарри был уверен, ноги сами зашагали вперёд. И вот он уже оказался рядом с разговаривающими. Капитан, вероятно собиравшийся высказать ещё пару ласковых подчинённому, замолчал, повернулся и смерил Гарри сначала быстрым затем внимательным изучающим взглядом.       — Что за вид?       Гарри физически ощутил проведённую Капитаном полосу от его мокрых, в спешке зачесанных назад волос до серой футболки, за ворот которой все ещё скатывались капли после душа.       — Вернулся с миссии, Капитан, — ответил Гарри, неконтролируемо растягиваясь в улыбке.       — Да? Жаль.       На сборы дали всего несколько минут. Гарри натягивал форму на ещё мокрое тело, едва успевая одеться. Капитан вел отряд к людям, оружия велено было брать минимум, и только скрытное. Большинство креплений на предплечьях и ногах так и остались пустыми.       Гарри недовольно оглянулся. В полной уверенности, что к людям наоборот нужно взять в два раза больше оружия, он на всякий случай всё же заткнул за пояс два зачарованных ножа и прикрыл их широкой курткой.       Собравшиеся у портала номера окинули Гарри с таким презрением, что стало сразу понятно – ни о какой командной работе и речи быть не могло. Присутствующих Гарри знал лишь на словах: Клык, коренастый мужчина с огромными кулаками, Тень, его женщина с магическими способностями под стать имени, и Молчун, здоровенный увалень с глуповатым взглядом, казавшийся и правду немым от рождения. Все трое были явно не рады замене в их команде. Вскоре к ним присоединился Пес.       Капитан появился ровно в назначенное время. Его парадная форма - строгий мантийный костюм со сверкающим министерским знаком - явно не предназначалась для боя. Без единой команды отряд мгновенно выстроился в шеренгу. Капитан молча прошел вдоль строя, направляясь к уже открывающемуся порталу. На мгновение его взгляд скользнул по Гарри - быстрый, оценивающий, но тут же отведенный в сторону.       Портал вспыхнул ядовито-зелеными искрами, и сразу же на плац обрушился шквал солёного воздуха. Едва отряд перешагнул каменную кладку, всех их чуть не сбило с ног ледяным, пропитанным морем воздухом.        Оказались они на скалистом утёсе - судя по угрюмым серо-зелёным пейзажам, где-то в Шотландии. Над всем этим царил старый особняк, мрачно высившийся на краю обрыва. Внизу бушевало море, вздымая волны, которые замерзали прямо в воздухе, превращаясь в ледяную крошку. Ветер гнал лед, царапая щеки и путая волосы.        Отряд пошел по крутому склону к особняку. Капитан одернул свой официальный костюм, убедившись, что блестящая «М» не скрылась за подолами пальто. Номера, включая Гарри, выглядели нарочито невзрачно — в серой униформе, сливающейся с пейзажем, как обычные сопровождающие из канцелярии.       Гарри не отрываясь смотрел на Капитана, мысленно подбирая слова. Нужно было что-то сказать, но что? Благодарность? Извинения?       Внезапно Капитан, который, оказалось, уже давно наблюдал за ним, резко прервал молчание:       — Скоро запнёшься о собственные ноги, — его голос вернул Гарри к действительности. — И тогда я окончательно усомнюсь в наличии у тебя мозгов.       — Виноват!       Капитан убедился, что номера методично обследуют периметр, устанавливая магические защиты. В этот короткий момент, пока никто не мог услышать, он резко схватил Гарри за рукав и прошипел:       — Хотя бы попробуй не сиять как идиот. И прекрати ходить за мной хвостом, — Капитан шагнул ближе и понизил громкость. — Если рассчитываешь на какое-то особенное отношение после того…       — Барьер создан, Капитан!       Тень выросла рядом, появившись из сумрака. Капитан не договорил, и Гарри не смог ответить, что особенное отношение – это как раз последнее, что ему было нужно.       Организованно разлившись по утесу, небольшой отряд так же бесшумно и быстро соединился вновь. На ступени широкой террасы поднялись клином во главе с Капитаном. Скрытые резными черными ставнями окна со всех сторон следили за их приближением.       Из-под жёсткой руки раздались три медленных удара в дубовую дверь. Через выдержанную, мучительно долгую паузу в проеме появился сухой длинноволосый мужчина. Серое изнурённое солёным ветром лицо затемняли суровые глаза. Несмотря на простую одежду держался он аристократично непринуждённо с нескрываемой надменностью.       — Добрый вечер, мистер Блэкмор, — начал Капитан таким тоном, словно отработал офисную семидневку и пришёл в десятый подсчету дом за сегодня. — Инспекция Чистоты Магического Пространства. Мы отправляли вам письмо о нашем визите, извините за опоздание.       — Я не получаю письма, — грубым хриплым голосом ответил хозяин дома и дёрнул ручку двери на себя, но Капитан схватил полотно.       Швы на чёрной перчатке заскрипели от применения силы. Гарри коснулся древка палочки в кармане.       — В любом случае, мы уже здесь, — без интереса ответил Капитан. — Проверка не займет много времени. Мы заходим.       Не давая времени на раздумья, он уже подался вперёд, но Блэкмор не сдвинулся с места.       — Я так не думаю.       С удивлением Гарри подметил, Блэкмор смотрел только на Капитана, совершенно не удостаивая внимания номера, игравшие роль сотрудников Инспекции. Впервые Гарри смог в полной мере оценить маскирующего магию браслетов. Блэкмор их физически не воспринимал, не видел и не замечал, как не замечают лица проходящих мимо официантов, сидящих рядом людей на вокзале или пассажиров переполненного лифта, которых не сможешь вспомнить уже через несколько мгновений.       Гарри незаметно перевёл взгляд на огромного Молчуна, пыхтевшего по другую сторону крыльца, затем на Пса, хмуро закрывающего спину Капитана, и внутренне усмехнулся. Был бы Блэкмор столь уверен в себе, если бы смог реально оценить внешность посетивших его гостей?       — Мистер Блэкмор, у меня есть спецразрешение, — настаивал Капитан, медленно повышая голос. — Если не будет отчёта по вашему особняку к концу этого вечера, жандармерия пришлёт сюда Авроров, и разговор будет вестись уже не о простой проверке.       Все больше хмурясь, хозяин дома мельком бросил взгляд на номера. Видимо, уверившись, что кучка офисных работников с нудным начальником не представляет угрозы, отошел в сторону, освобождая проход.       — Вы только тратите свое время, — презрительно выплюнул Блэкмор и зажег движением руки свечи в широком холле. Редкие огни подсветили тёмный интерьер, стены которого ломились от антиквариата и морских трофеев.       — Я более чем в этом уверен. Но таковы правила, прошу прощения, — услужливо кланяясь, Капитан незаметным жестом пропустил вперёд номера. — Мы постараемся как можно быстрее освободить ваш дом.       Гарри прошел в гостиную последним. Он видел много волшебных домов, но этот удивил его. И не множеством засушенных непонятных существ в стеклянных витринах, не бесконечным количеством амулетов и магических предметов, расставленных буквально на каждой доступной поверхности. И даже не жильцами, как один сухими и длинными, мало чем отличающимися от засушенных экспонатов в их же витринах.       Что-то гнетущее висело в самом воздухе, вибрировало в стенах. Сама тьма поднялась из морских глубин и впиталась в каждую тень, в каждый угол. Сыро, темно и душно.       За обеденным столом в мрачной столовой замерли жена и сын Блэкмора. Одним взглядом он пригвоздил их к месту, без слов приказав не встревать. Худая сероволосая женщина и подросток провожали гостей хмурым неморгающим взглядом.       — Мистер Блэкмор, позвольте…       Гарри едва не засмеялся. Несуразно огромный Молчун в строгой офисной форме, с трудом умещаясь под низкими потолками, протягивал хозяину дома папку и перо. На его лице ловили блики от свечей маленькие очки-половинки.       — … Нужно заполнить некоторые бумаги, ваши подписи нужны здесь и вот здесь, а также…       Блэкмор, обратив наконец на того осознанное внимание, одарил его пренебрежительным взглядом и грубым движением дернул на себя папку.       Гарри наблюдал эту комедийную сцену через коридор, как вдруг появившийся рядом Капитан дёрнул его за плечо и вытянул к лестнице.       — Не зевай и займись делом. Шотландцы не славятся терпением. Будь начеку, — коротко сказал он и скрылся в темноте ступеней, ведущих в подвал.       Займись делом. Конечно. Знать бы ещё, каким.       Под тихий гул голосов из гостиной, Гарри поднялся и медленно поплёлся по коридору второго этажа, всматриваясь в каждый магический и немагический предмет. Все, что выше четвёртого уровня по международной классификации темных артефактов, подлежало изъятию и уничтожению. Только вот вряд ли мистер Блэкмор устроил себе домашний музей, где аккуратно выставил всю имеющуюся запрещенку на полочках.        Остановившись у очередной кубообразной витрины, Гарри склонился к уродливому скрючившемуся существу внутри нее. Безобразное высохшее веко создания вдруг шевельнулось, моргнуло, и впалый зрачок уставился в ответ. Подавив рвотный позыв, Гарри постучал по стеклу палочкой. Сканирующая магия отозвалась слабым еле ощутимым свечением.       — Можешь расслабиться, уродец, — хмыкнул Гарри, похлопывая по тумбе. — Ты не тянешь и на первый уровень…       — С дороги, Новичок! — в спину прилетела ладонь. — Не путайся под ногами!       Клык быстро прошагал мимо, на ходу сканируя стены и потолок. Внезапно он остановился и вернулся к Гарри, тот от его толчка едва не сбил с тумбы стеклянный куб.       Буквально мгновение осмотрев стену рядом с тумбой, Клык коснулся её палочкой. Мелкие красные искры пробежались по старым обоям, выявляя очертания скрытой двери.       Тут была дверь?!       Гарри перевёл возмущенный взгляд на засушенный экспонат, и был уверен, тот с издёвкой оскалился ему в ответ, расписывая его в полном непрофессионализме.       Клык же с равнодушием, будто это была не первая обнаруженная им скрытая дверь в доме, даже не заходя внутрь комнаты, отправил в темноту сияющую магическую сферу. Та в несколько мгновений облетела периметр, то ярче, то тусклее вспыхивая по углам, и вернулась к хозяину.       — Ничего, — коротко сообщил Клык и таким же быстрым шагом скрылся в запутанных коридорах.       Словно пытаясь добить и без того подбитую гордость Гарри, на этаж поднялся Пёс. Он не колдовал, его кольца и руки не светились магией, он лишь медленно и шумно тянул носом воздух, хмуро из-под кустистых бровей всматриваясь в пустые стены.       — Есть нечто. [Смрад] в доме есть, — хрипел он сам себе перемежая ломаный английский и незнакомый Гарри язык. — [Зловонная тьма].       Определенно есть. Четыре первоклассные ищейки и слепой, глухой, лишенный всякого обоняния бесполезный идиот.       В очередной раз убедившись в своей бесполезности, Гарри оставил поиски профессионалам, и занялся тем, что мог делать безукоризненно хорошо: наблюдением и быстрым реагированием.       Разговоры, доносившиеся с первого этажа, остановились все громче. Шотландец Блэкмор, как и обещал Капитан, начал быстро терять терпение, но Молчуну пока удавалось его сдерживать. Вскоре к ним присоединился Капитан, и тональность диалога тут же снизилась, стремясь к вежливо формальной.       Убедившись, что ситуация под контролем, Гарри вернулся на верхние этажи, и, увидев Пса, последовал за ним. Обойдя несколько спален, тот вывел их в небольшую библиотеку, двери в которую сами бесшумно разъехались в стороны, приглашая внутрь.       Редкие подсвечники вспыхнули, освещая пространство между стеллажами. Не успел Гарри осмотреться, как в дверях появились Тьма и Клык, каждый ведомый своим скрытым чувством. Все переглянулись, без слов удостоверившись в своей правоте.       Что бы они не искали, оно было тут.       Дальше все происходило по отточенной схеме. Тьма погрузила стены в бесшумный кокон, скрывая звуки и вибрации. Клык разделил библиотеку на сектора, и все трое принялись прочесывать дюйм за дюймом.       Гарри, стараясь хотя бы не мешать, отошел к широкому резному окну. С него открывался вид на террасу, на которой отряд стоял полчаса назад, крыльцо и живописно-жуткий скалистый обрыв. Рядом был миниатюрный стол с открытой рукописью.       Перебрасываясь короткими «чисто» и «ничего», трое номеров тем временем обошли библиотеку по периметру и методично приближались к центру.       Гарри одолела скука. На мгновение он подумал, что на плацу в компании людоеда и сумасшедшей зазнайки было бы куда веселее, чем в этом просоленном насквозь особняке.       Найдя только пару запрещенных фолиантов и амулетов, с трудом дотягивающих до четвертого класса опасности, все собрались рядом со скучающим Гарри.       — Что-то здесь не так… — Клык щурился, вслушивался в тяжелый воздух.       — Думал, ты профи, — съязвил Гарри. — Не так уж я и мешался тебе под ногами!..       Усмехнувшись, Гарри подался назад и оперся бедром на стол. В следующую секунду раздался треск старого дерева. Повалившись, Гарри утянул за собой все вместе со скатертью. Сам стол накренился и рухнул на витражное окно.       Сработала ловушка.       Номера сорвались с мест. Болезненно яркая вспышка. Из витража со свистом вылетели широкие лезвия. Один пролетел мимо глаз Гарри, задев переносицу, он кубарем отлетел в сторону.       Когда все затихло, и пыль опала, Гарри медленно поднялся. Пес и Тень, стоявшие дальше, появились невредимые. Клык же с липким чавкающим звуком резким движением вытянул из собственного бока огромное треугольное лезвие. Металл звякнул об потертый мраморный пол и обратился черной дымкой. К покачнувшемуся Клыку тут же подлетела Тень.       — Что ты творишь?! — взревела она, бегло осматривая кровоточащую одежду мужчины и его безжизненно повисшее плечо. — Зачем ты вообще за нами увязался?!       — Сука… — хрипел Клык. — Руки бы тебе поотрывать, блять… Есть настойка?       — Нет, я налегке.       — Ты не полезнее этого конченного!       Яростно оттолкнув Тень, Клык повернулся к нетронутому взрывом окну.       — Что за хуйню надо обкладывать такой защитой? — аккуратно, благодаря только чистой ярости превозмогая боль, он подошел к витражу и протянул к нему уцелевшую руку. Его пальцы замерли в дюйме от стекла. И в следующее мгновение его лицо искривилось. — Сам не лучше вас. Идиот! Вы все слепые ничтожества!       С этими словами он стал наносить удар за ударом по окну. Сперва стекло не поддавалось, кулак вяз в неизвестной магии, но совсем скоро пошли маленькие трещины. Из трещин сыпалась пыль и щепа. Затем, видимо, поняв догадку, подошел Пес.       — Пришли - окна нет. Все ставни. Маленькие, — сказал он, касаясь витража. От массивных колец по стеклу пошла рябь.       Окна действительно не было видно с крыльца. Ни одного. Тем более такого ажурного. Гарри с героическим мужеством принял очередное поражение, проиграв чертовой визуальной иллюзии.       Под натиском неудержимой ярости Клыка магия лопнула мелкой стеклянной крошкой, и номерам явился узкий проход в тёмную ритуальную комнату. В конце неё, мерцая слабым алым светом, разливалась тьмой гладкая стеклянная сфера на постаменте.       — Ну, здравствуй, — сплевывая кровь, рявкнул Клык.       Он уверенно шагнул внутрь пробитого отверстия и вынес сферу, обернув её подолом плаща. Все, включая Гарри, неосознанно отшатнулись. Густая тяжелая аура вязала лёгкие.       — Держись от меня подальше, недоумок, — прохрипел Клык, проходя мимо Гарри. — И лучше бы тебе помереть здесь и на плац не возвращаться.       Гарри уже открыл рот для колкого ответа, когда снизу донеслись громкие голоса. Он явственно различил голос Капитана. Что-то шло не так. Бесшумно и стремительно он оказался в гостиной, остальные номера следом. Капитан и Молчун стояли посреди столовой, а перед ними – хозяин особняка, сжав кулаки, с явной агрессией наступая на них.       Пёс, Тень и Гарри полукругом встали за спиной Капитана, сохраняя дистанцию, но готовые действовать по первому сигналу. Последним на этаж спустился Клык, сразу громко окликнув:       — Капитан! — он метнул тёмный шар в воздух.       Капитан ловко поймал находку одной рукой, медленно поднёс к глазам, изучающе повертел на пальцах, затем устремил холодный взгляд на Блэкмора.       — Если я не ошибаюсь, — произнёс он с опасной мягкостью, — подобные артефакты были запрещены и уничтожены ещё в первую волну чисток.       После этих слов жена и сын Блэкмора молча поднялись со своих мест. Номера за спиной Капитана тут же сделали шаг вперед, готовые реагировать.       — Инспектор, это просто недоразумение! — Блэкмор резко вскинул ладони в умиротворяющем жесте. — Сфера нужна была мне исключительно для...       — Не интересуюсь оправданиями, — холодно оборвал его Капитан, тщательно заворачивая артефакт в защитную ткань. — Отвечай четко: где достал? Украл? Приобрёл? Назови предыдущего владельца.       — Нет-нет, я всего лишь нашел его в пыльном магазинчике на Кривом Утесе, стоил то всего полтора галеона, — быстро заговорил Блэкмор. — Просто хотел изучить…       — В каком именно? Адрес.       — Не думаю, что он ещё открыт. Министерские проверки сильно сократили бизнес там, многие закрылись…       Капитан откинул подол плаща. И в лицо Блэкмора уставилась возведенная волшебная палочка.       — Последний шанс. Откуда Палантир?       — Капитан! — вдруг крикнула Тень, бросаясь вперед.       Но было уже поздно. Жена Блэкмора уже неслась на Капитана, в сжатом кулаке ее руки пылало алое заклинание. Капитан лишь успел повернуть голову, в этот же миг у его виска со свистом пронесся чей-то кинжал.       Лезвие с глухим стуком вонзилось в стену, намертво пригвоздив рукав женщины. Треск, алая магия взорвалась прямо у нее в руке, опалив кожу. Она дернулась в попытке высвободиться, ткань платья разорвалась.       Этого мгновения хватило Блэкмору. Его пальцы сжали амулет – сработала защитная магия, и комната мгновенно наполнилась едким серым туманом. Все бросились врассыпную, выплевывая заклинания.       Гарри на секунду замер, и тут кто-то крепко вцепился в воротник. Его резко дернули в сторону, протащив несколько шагов сквозь непроглядную пелену, и буквально швырнули на пол за массивный дубовый шкаф. Над головой с оглушительным ревом пролетел взрыв чужого заклинания, на миг окрасив туман лиловым отсветом.       Сознание мутилось от магического тумана, затылок пульсировал. Пытаясь сморгнуть пелену, Гарри ухватился за деревянный ящик и повернулся.       — Я вроде велел не брать с собой оружие.       Суровый гортанный голос Капитана раздался над ухом. Он звучал тихо, почти шепотом, но Гарри вздрогнул.       — Это ваш способ сказать спасибо? — Гарри повернулся, встретился глазами с чужими. — Хороший бросок, скажите?       — Великолепный, — оскалился Капитан и ещё ниже прижал Гарри за плечо, скрывая обоих за остатками полуразрушенного шкафа. — Торчащий из стены кинжал с серийным номером плаца особенно понравится настоящим судебным представителям, которые сюда придут после нас. Объяснишься сам перед ними или сразу сдашься правосудию?       Плотная завеса магического тумана начала спадать. Сквозь липкие клочки дыма стали проглядываться очертания предметов и доноситься звуки шагов, все отчетливее виднелись магические взрывы.       — Отчитаете меня потом, Капитан, если будет за что, — Гарри растянулся в самоуверенной улыбке. — Думаете, я не смогу его забрать?       Остаточная дымка не рассеивалась. Едкая солёная взвесь разъедала глаза. Туман путал зрение. Очертания стен плыли и искажались, то расползались, то сужались, грозясь сдавить по бокам.       — Как часто ваши обыски проходят без происшествий? — сбрасывая куртку, спросил Гарри.       Капитан прошелся многозначительным взглядом по спрятанным до этого клинкам на незаметных крепежах и сухо ответил:       — Девять из десяти раз…       — Хороший показатель.       — … Заканчиваются месивом, — закончил он. — Что, надеялся на легкую прогулку? Устал?       Гарри оскалился во все зубы.       — Ни в коем случае.       Вооружившись, Капитан, а следом за ним и Гарри медленно прокрались по коридору к гостиной. Перед тем как ринуться в бой, Гарри на секунду задержался. Он чуть наклонил голову, всматриваясь в редеющую дымку, и обыденно уточнил:       — Что мне делать с хозяином, когда поймаю?       — Если поймаешь, — Капитан сделал акцент на первом слове, — постарайся не убить. Он нужен для разговора. Остальные члены семьи на твое усмотрение.       Завязалась короткая, но яростная схватка. Пятерым офисным работникам в таком тумане было бы не под силу даже двигаться, но для пятерых опаснейших преступников магического мира даже связанными это не стало бы помехой.       Гарри ловко уклонялся от атак миссис Блэкмор, устремляясь за главной целью. Женщину тут же перехватил Клык, вынырнув из разрушенного дверного проема. Тень растворялась в тумане, появляясь то здесь, то там, направляла беглецов к центру. Пес тем временем контролировал периметр и поддерживал магический барьер.       Блэкмора Гарри настиг на лестнице. Позволив противнику сократить дистанцию, он резко нанес серию ударов: сначала прямой в челюсть, затем локтем в грудь. Блэкмор, пошатнувшись, ответил взрывной волной, заставив Гарри отлететь к перилам.       Не теряя темпа, Гарри оттолкнулся от балясин и бросился вниз, отправив вперед магические сферы. Блэкмор кувырком скатился по ступеням, но мгновенно вскочил, швырнув в ответ облако ослепляющих искр.       — Инседио Максима!       Огненный вихрь рванул в лицо. Гарри едва успел пригнуться, пламя опалило волосы. В тот же миг он выхватил одну из выбитых деревянных балясин и метнул ее - обломок пронзил плечо Блэкмора и сбил того с ног.       Гарри усмехнулся, отправляя последнее заклинание. Упавшее тело вмиг сжалось под натиском крепких пут.       Когда последний антимагический браслет щелкнул на запястьях пленников, иллюзорный туман мгновенно рассеялся. Отряд наконец смог перевести дух и осмотреться.       Из полумрака коридора материализовалась Тень, следом вышел Пёс, вытирая кровь с рассечённой брови. Молчун вынес сохраненный в целостности Палантир. В гостиной Клык сидел верхом на миссис Блэкмор, прижимая ту к полу коленом. Её лицо было нещадно разбито. Клык не слишком церемонился, словно все его раны были именно её виной.       Гарри стоял непоколебимо, одной рукой держал Блэкмора за волосы, другой - вжимал возвращённый кинжал в его шею. Сверху спустился Капитан, волоча за собой скрученного дьявольскими силками подростка.       Капитан осмотрелся. Гарри поймал на себе короткий, но явно довольный взгляд. Затем одним резким движением он швырнул брыкающегося подростка в сторону Тени.       — Утихомирь, но без вольностей, — бросил он коротко.       Капитан подошел к Гарри и навис над хозяином особняка с разочарованным и показательно уставшим выдохом.       — Вы совершили невероятную глупость, мистер Блэкмор.       — Ты не инспектор!.. — прохрипел тот, беспомощно дергаясь в крепком захвате. — Кто вы, черт возьми, такие?!       — Мой запрос остался неизменным, — с нажимом сказал Капитан. — Откуда в вашем доме Палантир? Украли из Хранилища? Кто-то вам его дал? Купили на черном аукционе?       Пленник напрягся. Гарри почувствовал, как дрожат его плечи.       — Был ли это «Молчаливый Торг»? «Полуночный Ковчег»? Или, может, «Аукцион Слепого Колдуна»? — методично перебирал Капитан названия подпольных площадок.       Блэкмор фыркнул, но смешок звучал нервно:       — Чушь полная! Там разве что куклы Вуду да подделки продают...       Капитан резким пинком в колени пошатнул Блэкмора, тот налетел на приставленное к горлу лезвие. Быстрая улыбка на его лице вновь сменилась страхом.       — Все остальные площадки я лично уничтожил.       Блэкмор скривился в усмешке.       — Если назову... он меня найдет и прикончит.       Капитан склонился ближе к его лицу и холодно сообщил:       — Если не назовешь – прикончу я.       Гарри, ведомый невербальным приказом, сжал пленника, усиливая на его горле хватку. По позвоночнику била дрожь. Каждое слово Капитана летело сквозь Блэкмора, выбивая воздух из его собственных легких. Гарри ощущал себя на месте пленника. Там, на коленях на холодном полу в тени всесокрушающей силы.       — В любом случае твоя судьба решена, — продолжил Капитан. — Но у тебя есть шанс помочь семье...       — …Нет!       — …Без признания, у вас будет коллективная ответственность за…       — ГРАЙМХАРТ, ТВОЮ МАТЬ! — не выдержав, выпалил Блэкмор. — «Навий Посол»!       Гарри увидел, как Капитан изменился в лице. Сын и миссис Блэкмор, до этого пытавшиеся сопротивляться, тут же обмякли, потеряв надежду. Раздался ядовитый и удивленный смех Клыка.       — Быть не может, — тон голоса Капитана стал низким, холодным. — Но ты не настолько безумен, чтобы лгать его фамилией.       — Он более живучий, чем ты думал, да? — серые зубы хищно оскалились в последний раз, затем глаза Блэкмора потеряли блеск.       Капитан думал буквально мгновение, Гарри неотрывно следил за его взглядом.       — Когда следующий аукцион? — спросил Капитан. В его лице читалось отстраненное холодное планирование.       — Я и так сказал тебе больше, чем нужно.       Капитан перевел взгляд, возвращаясь из далеких мыслей в настоящее. Его голос зазвучал с ледяной обыденностью:       — Ты предпочтёшь ждать его или погибнуть от моей руки?       — Убивай.       Женский вопль разорвал воздух. Гарри машинально сжал пальцы на горле пленника, наблюдая, как Капитан подносит палочку к его рёбрам. Точный удар прямо в сердце.       — Морс Ультима.       Яркая вспышка. Горячая волна прошла сквозь тело Блэкмора. Гарри застыл, хватая ртом воздух. Тело в руках дернулось, затем обмякло безвольной куклой.       Широко распахнутыми глазами Гарри смотрел на Капитана, задыхался от взорвавшихся в груди чувств. Поймав ответный взгляд, который, казалось, длился вечность, Гарри наконец заставил собственные пальцы разжаться. Труп глухо рухнул на бок.       Сын замер, уставившись на отца. Жена Блэкмора билась в истерике под тяжелым коленом Клыка. Капитан подошел к ней и опустился на колено.       Раздался яростный рев на незнакомом языке. Поток криков и проклятий перемежался с рыданиями. Миссис Блэкмор дергалась, рвалась на Капитана, но тот, не шелохнувшись, дал ярости выплеснуться, ждал. Когда она чуть стихла, а голос ее охрип от плача, он сказал:       — Палантиры запрещены Новым Министерством. Вы знали законы.       — Будь ты проклят! — ее крик сорвался на хрип. — Будь проклята твоя семья! Желаю им смерти в адской агонии! Каждому!..       — У вас будет три дня, — прервал ее Капитан, поднимаясь. — Найдите адвоката, уничтожьте артефакты выше второго класса. В отчете я отмечу только Палантир.       Игнорируя проклятья, Капитан вышел из поместья и открыл портал. Номера последовали за ним. Яркий зеленый свет на мгновение ослепил глаза. И нос вновь высушила бетонная пыль.       Отряд молча вышел на ночной темный плац. Портал за их спинами захлопнулся с тихим шумом, рассыпав несколько искр. Они упали на бетон, слабо подсветив сапоги.       Гарри шел на автомате. Не видел, как, куда. Онемевшие пальцы не чувствовали крепежей, когда он их отстегивал.       В глазах стояло одно: опущенные ресницы Капитана, стальной взгляд и смертельная вспышка, прошедшая в паре дюймов от собственного сердца.       — Оружие, кто брал, на чистку. Артефакты в сундук, — голос Капитана звучал сквозь вату в ушах и был пугающе спокойным. — С Палантиром особенно аккуратно.       Я сошел с ума? Он же убил человека за кусок магического стекла.       Гарри сложил ремни и кинжалы на стол и медленно перевел взгляд на Капитана.       Пугающий, завораживающий. Совершенный.       Капитан безучастно смотрел на стол, который постепенно заполнялся оружием и артефактами. Последним там оказался аккуратно замотанный Палантир. Пес выставил его в центре и отдал строевую команду:       — Смирно!       Настойчивым сканирующим взглядом Капитан прошелся по номерам. Затем удовлетворенно кивнул и магией свернул артефакты в небольшой сундук, тот тут же повис в воздухе, укутанный белесыми чарами.       — До утра свободны. Вольно, — заключил Капитан. — Пес, за мной.       Пес подошел, взял сундук, в его лапищах тот казался не больше шкатулки, и пошел к выходу. Гарри, очнувшись, тут же ринулся следом.       Мне нужно ещё.       Но путь к выходу преградила Тень, выросшая из ниоткуда.       — Новичок, тебе бы задержаться, — холодно сказала она.       — Я так не думаю, — ответил Гарри, собираясь её оттолкнуть, но голос из-за спины заставил его обернуться.       — Это не предложение.       Чувствуя, как злость зависимого, оставшегося без дозы, медленно, но неотвратимо туманит разум, Гарри медленно выдохнул сквозь зубы. Явно не забывший обиду Клык показательно разминал шею, придерживая кровоточащий бок. Позади него неприступной горой стоял Молчун.       — Рассчитываешь на извинения? — усмехнулся Гарри, расправляя чуть забитые после стремительного столкновения плечи. Капитана ему уже было не догнать…       — За поступки надо отвечать, — надвигался на него Клык. — А за ошибки - расплачиваться.       … Но кровь хорошо кипит и оживляет тело и другим способом. Гарри прошел взглядом по окружившим его номерам и лениво, широко оскалился.       — Зубы из стен выскребать будешь, — взревел Клык, отпинывая в сторону металлический стол.       Гарри достиг точки невозврата:       — Твои?       Юмор оценён не был. С проступившей на лбу жилой, Клык кинулся вперед. Явно помня, что стало с каменной стеной после его кулаков, Гарри поднырнул под удар. Завязалась драка.       То и дело теряя зрение от ослепляющей его Тени и змеей стараясь обходить неповоротливую, но разрушительную гору в виде Молчуна, Гарри в первые в минуты даже удавалось наносить ответные удары всем троим. Но перевес в силе был огромен, даже несмотря на всю его ловкость и опыт.       Гарри стал отставать. В один из моментов ослепленный и израненный, он пропустил удар Молчуна. Сила едва не вывернула его колени в обратную сторону. Ноги подкосились.       — Держи его! — раздался короткий приказ сбоку.       На плечах возникла хватка огромных рук. Тьма вокруг стала густой, буквально осязаемой. Она оказалась совсем рядом. Гарри почувствовал, как его мешком толкнули на колени. Падая, он смог ухватить гибкое тело Тьмы и резко перебросить через себя. Раздался хруст, сдавленная ругань. Он попытался вырваться, но его удерживали и за волосы подняли лицом к потолку.       — Грязь под ногами не запоминают, но тебя я запомню, Новичок, — Гарри слышал, Клык нависал над ним. И он слышал хрип и свист пробитых легких и выломанных ребер вместе с короткими рваными вдохами, которые тот старался давить. — В научение другим таким же самоуверенным.       — Как почётно, — закашлялся Гарри, чувствуя извращенное удовлетворение. Рот заполнился собственной кровью.       Картинка перед глазами на мгновение прояснилась от тьмы, являя мутные очертания. Гарри увидел две фигуры, нависшие над ним, третий, судя по пожару в предплечьях, держал сзади. Он уже был на полу, но номера явно намеревались вбить его под бетон.       С трудом сморгнув алую пелену, сделал последнюю попытку увернуться от стремительно приближающегося кулака. Безуспешно.       Последнее о чем он подумал: забавный проигрыш.       Затем тело обрушилось вниз с такой силой, что казалось сломаются все существующие кости и вывернется каждый сустав. Гарри распахнул глаза, пытаясь поймать ртом воздух, и с удивлением обнаружил, что номера так же как и он неведомой силой были размазаны по полу рядом с ним.       — До. Утра. Свободны.       Низкий голос с неизменно режущим ухо акцентом опасно завибрировал на окнах. Гарри, пересилив прижимную силу, повернул голову. В воротах на плац стоял Пес. С его рук из колец струились в пол потоки тяжелой магии. Даже его кожа светилась могильно зелёным светом, поступая сквозь чёрные затертые татуировки.       Когда оставались мгновения до того, чтобы потерять сознание от недостатка кислорода, Пес шевельнул пальцами. В следующую секунду все лежащие на полу судорожно и с хрипом жадно втянули воздух. Пёс не щадя грубыми сапогами распинал их в стороны.       Посмотрев на Клыка, упавшего без сознания в луже собственной крови, на Тень и Молчуна, пытающихся подняться, и на Новичка, подтягивающего к себе явно вывернутые конечности, Пес глухо захрипел, сжимая в руках стопку пергаментов, с которыми пришёл.       — Беспорядок запрет, — прорычал Пес достаточно тихо, но каждый звук вибрацией отразился в черепной коробке. Оценив ситуацию, он выдал короткие указания: — Новичок брать Тень, Молчун - Клыка. Госпиталь. Сейчас.       Перебитые в неистовой драке тела зашевелились, трое из четырёх номеров, шатаясь, с трудом поднялись на ноги. В следующее мгновение их уже осталось двое: Молчун свалился замертво и затих. Гарри едва не последовал за ним.       Глухо и по-звериному прорычав вновь, Пес тряхнул Гарри за грудки, прочно установил его на земле и всучил в руки бумаги.       — Кабинет Капитан, — рявкнул он коротко. — Знаешь?       Гарри вытаращился и резво закивал, не веря ушам. Разошедшееся сердце разлило новую горячую кровь по телу, приводя в чувства новой порцией адреналина.       Если такова плата, я готов разбиваться в мясо каждый день!       — Пошел, — рявкнул Пёс, подпинывая его к выходу.       Вылетая с плаца, Гарри успел увидеть, как Пес, тут же потеряв к нему интерес, развернулся, одной рукой за ворот дёрнул вверх огромного Молчуна, а другой закинул на плечо Клыка. Тень, с трудом переставляя ноги, поплелась за ними следом.       Главное не напугать его, вести себя спокойно и непринуждённо.       Такими мыслями Гарри настраивал себя на недоступный профессионализм, пулей летя по слабо освещенному коридору.       По обе стороны бесконечной вереницей тянулись двери, пороги и ручки которых были покрыты многолетней пылью. Мерцающие абажуры у потолка то и дело гасли, затем вспыхивали, освещая очередной поворот, а за ним нескончаемо длинные стены.       Обложив себя из прошлого всеми известными ругательствами за плохое запоминание маршрута, Гарри резко врос в землю, едва не пробежав мимо единственной свободной от пыли двери.       Спокойно! Все выглядит вполне естественно, я просто принёс документы.       Псу знать не обязательно, что я здесь задержусь.       А Капитану не нужно знать моих причин.

***

       — Не узнал сынка отец… Семье Малфой пришел конец!..        Зловонный голос хрипел из черной пасти. Дементор склонялся все ниже к лицу, Драко вжался спиной в стену. Отступать некуда. Волшебная палочка рассыпалась в пыль и осталась сухим налетом на мокрых пальцах.        Раздавленный весом потерь и ошибок, абсолютно один в целом мире он отчаянно хватал ртом воздух, пытаясь сделать хотя бы последний глоток. Но трещина, разверзшаяся под ребрами, была столь глубокой и до краев набитой пустотой, что даже воздуху там не хватало места.       — Посмотрите! — чужой голос, подхваченный эхом, ударил его со всех сторон. — Это же последний Малфой!        — Какая растрата… — подхватил другой, скользкий и шипящий.        — Жалкое подобие человека, как и его папаша!..        Оглушительный, звериный стук ворвался в сознание, разрывая призрачные голоса. Драко резко дернулся, подняв голову со стола. Взгляд, затуманенный сном, впился в дверь кабинета. Та с грохотом распахнулась, и в проеме застыл 616-ый.        Одежда его, руки, шея — все утопало в темной, почти черной крови. Его глаза, широко раскрытые, неестественно яркие, на мгновение сверкнули последней искрой жизни. И тело рухнуло вперед, тяжело и безжизненно, с глухим стуком ударившись о пол.        — …простить! Капитан?…        Сердце колотилось так бешено, что не хватало воздуха. Сквозь боль в висках и пелену в глазах Драко заставил себя моргнуть. Кошмар отступил, вернулась резкая ясность. И он увидел: 616-ый стоит на пороге, живой и застывший в немом шоке.        Драко с усилием сглотнул. Пересохшее горло скрипнуло, отдаваясь внутри едкой резью. Окаменевшие пальцы разжались, и палочка, с глухим стуком покатившись по столу, замерла, наткнувшись на холодную кружку. Реальность обрушилась на Драко всей своей невыносимой тяжестью.        Он медленно поднял взгляд, и лицо его застыло, став гладким и пустым. Капитан Секретного взвода бесстрастно выпрямился в своем рабочем кресле и поднял вопросительный взгляд на подчиненного.        — Я не вовремя? — аккуратно спросил Гарри, внутри силясь высечь навеки в памяти загнанно дышавшего Капитана.        — Пошёл вон, — рявкнул Капитан, с болезненным выражением лица потирая виски. — Забудь дорогу в этот кабинет.        — Не могу, мне тут понравилось, — уголок губ Гарри дрогнул в легкой пробующей улыбке. — Теплый прием первого раза оставил неизгладимое впечатление.        Капитан не ответил, но и не взорвался. Хорошо. Гарри шагнул ближе, сокращая дистанцию.        Воздух в кабинете был густым и насыщенным, пропахшим кедром и старой бумагой. На стене неизменно и величественно висел огромный портрет Старейшины. Повсюду громоздились стопки документов. Гарри к своему удивлению разглядел за спиной Капитана две массивные дубовые двери, уходившие куда-то вглубь.        Из едва дышащего камина один за другим вылетали бумажные самолётики. Они плавно планировали в воздухе, чтобы бесшумно приземлиться в одну из многочисленных папок. Капитан, не отрываясь от своих мыслей, краем глаза отслеживал их путь, изредка перекладывая очередное донесение в нужную, как ему видится, стопку.        — Чего тебе? — наконец спросил Капитан.        Капитан все ещё смаргивая сонную пыль поднялся, ослабил ворот рубашки и занялся кофе на кофейном столике. Гарри отметил про себя едва уловимое изменение в его поведении. Капитан несколько раз с предельной настойчивостью отметил неважность произошедшего между ними. Но что-то, на один процент, не больше, в нём всё же сдвинулось. В том, как он двигался сейчас, сквозила чуть более размягчённая, чуть менее капитанская собранность.        — Я принёс… ээ… документы, — ответил Гарри, посматривая на то, что находилось у него в руках. На мгновение подумал, что надо было хоть заглянуть туда, а не в беспамятстве нестись в кабинет. — У Пса появилось… неотложное дело.        Капитан повернул голову и окинул его с головы до ног холодным взглядом.        — Это дело как-то связано с тем, как ты выглядишь?       — Может быть да, может быть и нет, — невинно моргая, ответил Гарри. — Я не интересовался.        В этот момент в кабинет впорхнул новый бумажный самолетик, на крыле которого алел значок госпиталя — стилизованный красный крест.        Взгляд Капитана скользнул по отметине, затем медленно поднялся на Гарри. Ни слова не говоря, он взял самолетик и ровным движением переложил его в другую, чуть более аккуратную стопку бумаг.        — Плевать. Оставь на столе и уходи.        Вероятно, Капитан имел в виду небольшой столик у дивана, но Гарри уже уверенно шагал к его рабочему столу. Он водрузил бумаги на полированную поверхность и замер с видом гордого щенка, только что усвоившего новую команду.       Выглядел Гарри, конечно, откровенно плохо: в изорванной одежде, в засохшей крови, лицо в ссадинах. Он болезненно контрастировал с безупречным Капитаном в белоснежной рубашке, на котором не было ни единой царапины. Казалось, тот и не покидал кабинета, пока другие сражались.        Капитан замер над кофейником, откуда доносилось черное бульканье.        — Что-то ещё? — его голос прозвучал ровно, без ожидания ответа.        Гарри замер, уставившись в спину Капитана. Секунда растягивалась, наполняясь звуком собственного дыхания. Ему нужно было что-то сказать. Что-то, что позволило бы задержаться здесь, в этом кедровом воздухе, подольше.        Мысли метались, натыкаясь на одну и ту же стену: уйти значило снова на плац, к бессмысленным тренировкам и пустым зачисткам, в то время как здесь, в нескольких шагах, билось сердце настоящей войны. Но под практичным расчетом клокотало нечто иное, темное и жадное. То, что всколыхнулось в нем в поместье Блэкморов, когда он смотрел, как Капитан отнял очередную жизнь.        Это не было чистым ужасом. Или чистым восхищением. Больше похоже на удар током, который выжег все привычные чувства и оставил лишь сырую, дрожащую нервную ткань. Воспоминание вонзилось под ребра горячим лезвием: легкость движений Капитана, абсолютная точность, с которой он отнял жизнь, и странная, пронзительная ясность в его глазах. В тот миг что-то в Гарри сломалось и пересобралось заново, сшитое теперь не только слепым обожанием, но и этим первобытным, всепоглощающим трепетом.        Его тело до сих пор помнило эту гремучую смесь. Шок, выворачивающий нутро, и восторг, от которого перехватывало дух. Мелкая дрожь сотрясала тело, гоняя кипящую кровь. Она стучала в висках, вливала жизнь в онемевшие конечности. Ему нужно было больше. Больше этого леденящего дна в темных глазах, больше этой абсолютной, нечеловеческой уверенности, в которой хотелось раствориться.        Капитан смотрел на него с неожиданным, неизвестно откуда взявшимся терпением, выдерживая эту тягучую, неловкую паузу. Гарри, с трудом пересилив ком в горле, уже собрался нарушить молчание, но в этот миг из его разбитого носа хлынула струйка крови, а затем ещё одна. Алая жидкость закапала на полированную столешницу, угрожая только прилетевшим документам.        — Чёрт бы тебя побрал! Мои бумаги! — Резким движением Капитан схватил его за плечо и кинул на диван. — Сидеть! Не двигаться!        Зелёная кожаная обивка жалобно скрипнула под его весом. Гарри замер. Капитан пересек кабинет, рывком выдвинул ящик тяжёлого комода и извлёк оттуда рулон бинтов и несколько флаконов с мутными зельями.        — Только посмей, Мерлин... — прошипел он, следя, как алые капли просачиваются сквозь прижатые пальцы Гарри и капают на диван. — Убери это. Сейчас же. И у виска тоже.        Гарри, с трудом выдавив скомканное «спасибо», принялся возиться с флаконами. Пальцы плохо слушались, скользя по стеклу. Капитан бросил ему на колени маленькое зеркальце. В его потрескавшейся поверхности отражалось вымазанное красным избитое перекошенное лицо.        Тем временем Капитан уже вернулся к столу, отсекая себя от происходящего стеной официальных бумаг. Лишь напряжённая линия его плеч выдавала раздражение.        Гарри изо всех сил старался не пролить зелье, но трясущиеся пальцы подводили снова и снова. После стычки на плацу всё тело гудело и выказывало признаки готовности развалиться на части. Левая нога, вывихнутая в колене, не сгибалась, и он сидел в нелепой, неестественной позе, вытянув её перед собой. Каждый раз, когда он склонялся над маленьким зеркальцем, пытаясь обработать раны, из-за стола доносился тихий, раздражённый выдох.        — Мне пришел отчёт из госпиталя. Трое из отряда на лежачих койках, — вдруг произнёс Капитан.        Гарри с удвоенным усердием попытался удержать скользкий флакон, но пальцы предательски задрожали сильнее под тяжестью прямого, неотрывного взгляда.        — Я с таким трудом подбирал этих людей, а ты их поломал…        Усталая рука Гарри дрогнула. Бутылёк выскользнул, и зелье выплеснулось на штаны. Жидкость тут же зашипела, поднявшись в воздух мерцающей дымкой.        Резко скрипнули ножки стула. И через мгновение Гарри уже вжимался в спинку дивана.        — Дай сюда, — прозвучало над ним. Голос был низким и обезличенным. — Ты хоть представляешь, сколько это зелье стоит? Руки вниз. Голову выше. Быстро.        Гарри подчинился, затаив дыхание. Капитан обмакнул бинт в зелье и провёл им по скуле, затем по лбу, отодвигая прядь волос, слипшихся от запёкшейся крови. Гарри морщился от едва ощутимой боли, внимая каждому его движению. Лишь сейчас, в мерцании множества свечей и от невероятной близости, он разглядел: зрачки Капитана под полуопущенными ресницами отливали кровавым алым. Это были не отблески свечей на воспалённых от недосыпа глазах. Алой была сама радужная оболочка. Гарри потерялся в этом огне.        Капитан не моргал, его цепкий взгляд и точные пальцы продолжали обрабатывать раны с выверенной эффективностью.        — Закрой глаза, ослепнешь, — резко бросил тот, и Гарри вновь повиновался.        Гарри сомкнул веки, и прохлада зелья разлилась по коже. В темноте ощущения обострились до мучительной чуткости. Каждое неожиданное прикосновение заставляло его позорно вздрагивать. Гарри хмурился, обратившись в слух.        Голос прозвучал чуть сбоку, разрезая тишину:        — 13-ый не смирился с новым напарником?        Гарри не ответил.        — Они избили тебя?        На лице Гарри расползлась улыбка.        — Нет. Я упал.        — Ясно, — ответил Капитан.        Голос не выражал ни капли интереса. Гарри приоткрыл глаза, подсматривая сквозь ресницы. Лицо Капитана оставалось ледяной маской, но в чуть сведённых бровях угадывалось новое напряжение. Заметив взгляд, Капитан мгновенно стёр и эту тень эмоции, вернув чертам бесстрастное равновесие.        Он снова окунул бинт в зелье и с точным нажимом прижал к рассечённому подбородку Гарри.        — Купи очки, раз под ноги смотреть не научился.        — Я подумаю над этим, Капитан, — лицо Гарри исказилось от пронзительной боли. — Вот же чёрт!...        — Что?        — Непередаваемые ощущения... — Гарри скривился, пока зелье шипело на ране, стягивая кожу. Сквозь боль он неотрывно следил за мимикой Капитана, пытаясь расшевелить его, вытянуть больше эмоций, ещё хотя бы каплю. — Не могу разобрать, больно мне или приятно…       Лицо Капитана исказилось в театральной гримасе отвращения.        — Передам Клыку, чтобы в следующий раз целился тебе в зубы.        Гарри поймал его взгляд, прикованный к своему рту. Улыбка против воли растянулась ещё шире, превращаясь в оскал.        На мгновение их взгляды встретились. Тёмно-бордовая радужка Капитана вспыхнула раздражённым огнём. Он задержал взгляд на долю секунды дольше допустимого, затем отклонился к журнальному столику за крышкой от колбы с зельем. В мерцании свечей на его виске чётко проступил свежий порез, тянувшийся от уха к виску.        — У вас рана! — несдержанно выпалил Гарри. — Как так?        — Это же ты бросался клинками, — ровно констатировал Капитан. — Разумеется, остался след.       — Что? Нет, не от меня! Я помню каждый бросок!        Гарри дёрнулся вперёд, едва не столкнувшись с рукой Капитана, которая протягивала ему свежий бинт. Он не мог его задеть, Гарри знал это. Он уверен в своей меткости, помнил траекторию каждого клинка с точностью до четверти дюйма. Даже в самые дикие и напряженные схватки он не промахивался. Никогда. Это отточенное до автоматизма мастерство, и просто не могло случиться, чтобы он отклонился настолько, чтобы задеть Капитана.        — Ладно, ловкач, не нервничай так, — Капитан усмехнулся, с любопытством разглядывая непривычную реакцию на его лице. — Выговора не будет. На этот раз. Тем более, кинжал ты вернул.        — Нет, подождите. Этого не может быть, — Гарри несло. Не веря глазам, он резко поднялся, повернул голову Капитана к свету и уставился на тонкую линию пореза. И увидел: траектория идеально совпадала с траекторией его броска. — Не может быть...        Как такое возможно? Усталость? Действие зачарованной дымки Блэкмора?        Гарри пялился на рассеченный висок, словно от этого его промах исчезнет.        — Что-то ещё хочешь сказать?        Взгляд Гарри скользнул от раны вниз, к подбородку Капитана, который удерживали его собственные пальцы, затем резко взметнулся на пылающие яростью глаза под изогнутыми бровями.       — Прошу прощения! Извините! — Гарри вскинул руки вверх. — И за царапину тоже, не знаю, как это вышло...        Капитан выпрямился, на мгновение окинув его оценивающим взглядом сверху вниз, и поставил флакон на стол.        — Руки обработаешь сам. Или всё-таки очки выписать?        — Нет... я справлюсь.        Поток извинений лился сам собой, пока Капитан не оборвал его жестом:        — Хватит. Это не стоит обсуждения.        — Но я не промахиваюсь. Никогда не промахивался, — Гарри говорил с абсолютной серьёзностью, затем, собравшись, добавил: — Буду усерднее тренироваться. Прошу простить.        Помолчав, Капитан, видя его неподдельную озабоченность, наконец произнёс:        — Тренируйся, но не переусердствуй. Вероятно, я оступился и сам налетел на клинок.        Гарри кивнул. Процесс лечения пошел медленнее, когда Капитан оставил его один на один с зельями и кривыми дрожащими руками. Но как ни старался он растягивать обработку, предатель Клык избил его недостаточно серьезно — раны, требовавшие внимания, закончились. Гарри поднял глаза: Капитан внимательно вчитывался в устрашающего вида папку, но, конечно, тут же его заметил.       — Закончил? Убирайся, — не отвлекаясь, скомандовал Капитан.        — А вы… остаётесь? Не планируете отдыхать?        — Сегодня? Нет.        — Но…        Гарри прервал приглушенный звон, донесшийся откуда-то снизу. Капитан отреагировал мгновенно — его пальцы сомкнулись на зеркале, в котором недавно отражалось лицо Гарри. Тот успел заметить в стекле странную проекцию: знакомый коридор с рядом дверей, где приближалась чья-то тёмная фигура.        В два движения Капитан выправил ворот рубашки, накинул мантию. Стук в дверь прозвучал ровно через секунду. Гарри, скрытый массивным дубовым полотном, не видел лица вошедшего, лишь услышал короткое представление — незнакомое имя, ничего ему не говорившее.       — Подождите, — Капитан резко закрыл дверь перед гостем, повернулся к Гарри. — Сидеть. Ни звука, — приказал он беззвучным движением губ.        Быстрыми шагами он пересек кабинет, скрылся за одной из дверей и вернулся с сундуком, куда номера складывали находки с миссии. С притворной неспешностью он распахнул дверь, вышел в коридор и притворил её за собой. Гарри склонил голову и замер, по-звериному вслушиваясь в тихий разговор.        — Это всё? — донёсся презрительный мужской голос. — Твои отбросы не слишком старались.        — Блэкморы провели тщательную зачистку, но кое-что уцелело, — последовал ответ Капитана, и Гарри услышал щелчок замков, шорох ткани. — Амулет бесполезен, его на чистку и утилизацию. Палантир — прямиком к Главнокомандующей.        Амулет и Палантир?        Гарри нахмурился. Он видел, как Пёс извлёк из карманов не меньше десятка артефактов. Остальные номера не отставали по количеству находок. Гарри нахмурился и бесшумно поднялся.        — Шутишь? Настоящий Палантир?        — Без сомнений. Проверил лично. Во время допроса Блэкмор...        Гарри медленно двинулся вдоль стены к той самой двери, из которой вышел Капитан. Еще издали стало понятно, что его там ждало. Конечности наливались свинцом, а в лёгких заканчивался воздух. Заглянув внутрь, Гарри увидел тесное помещение, доверху набитое тёмными фолиантами и проклятыми реликвиями. Полки ломились под осколками разбитых пробирок и обломками неизвестных механизмов.        Дверь с тихим скрипом подалась под его напором. Серебряные руны на стенах вспыхнули ледяным свечением. Волна магии прокатилась по комнате, достигла его ступней и так же внезапно отхлынула.        Воздух здесь был густым и тяжёлым, пропитанным энергией высвобожденных и уничтоженных заклинаний. На столе аккуратно лежали артефакты с последней миссии. Гарри узнал некоторые, которые Пёс извлёк из потайного хранилища у него на глазах.        Осознав увиденное, Гарри попятился к выходу, но за спиной раздался чёткий щелчок замка. Он даже не успел повернуться, когда в затылок прозвучало:        — Кажется, я приказал оставаться на месте. — В голосе Капитана слышалась скорее усталость, чем гнев.        Гарри резко обернулся, и упёрся спиной в угол шкафа. Отступать было некуда. Гарри поднял уверенный, полный готовности взгляд.        — Что вы сделаете с артефактами, которые забыли передать?        — Уничтожу, — спокойно ответил Капитан, оставаясь в дверном проеме. Формулировка вопроса его явно позабавила. — Целям Главнокомандующей эти безделушки не помогут. А Блэкморам навредят.        — Самостоятельно?! Почему?!        — Предлагаешь задекларировать все шестьдесят три штуки и отправить Блэкморов в Азкабан за тягу к извращенному коллекционированию? Они ими не пользовались, с законом проблем не было ещё со времен Первой Магической, — Капитан на мгновение замолк, изучая его. — Перед кем я оправдываюсь? Это же ты у нас гуманист-идеалист, разве нет? Или жизни достойны только персоны ближнего круга?        С этими словами он спокойно развернулся и направился вглубь комнаты к магическому котлу, под которым вспыхнул зеленоватый огонь. Гарри стоял в оцепенении, не зная, как реагировать.        — А Палантир и Амулет будут задекларированы?        — Это решит Мадам Божна. Напоминаю, ты собирался уходить, — голос Капитана прозвучал бессильно и буднично.        — Нет, постойте!.. — Гарри потерялся. — Вы мне просто так это рассказали? Это незаконно. Я же теперь должен доложить об этом, так в уставе написано!        Капитан слегка приподнял брови. С пугающе безразличным взглядом он подошел ближе и опасно навис сверху припавшего к шкафу Гарри.        — Предлагаешь мне бояться тебя? — он усмехнулся. — Я просто убью тебя. И сделаю это быстрее, чем ты придумаешь, как с ней связаться.        Гарри замер. Если бы не спасительный угол мебели, его колени бы согнулись, с позором роняя ослабевшее тело на пол. Один согласный кивок головой – все, что он смог из себя извлечь.        Когда Капитан чуть отошел, и кислород наконец вытеснил свинцовый, пропитанный табаком и кофе воздух, Гарри решил, что сегодня он в очередной раз бессмертный.        — Разрешите тогда помочь! — выпалил он.        — Исключено, — отрезал Капитан, буквально выпихивая его к входной двери.        — Сколько ночей вы не спали? На ногах еле держитесь!..        — Уж получше тебя. Не забывайся, 616-ый. — Дверь была все ближе, Гарри упёрся пятками в пол. Капитан продолжал: — Тем более ты абсолютно бесполезен. Если только вдруг каким-то чудесным образом, помимо тех сотни пунктов из твоего блестящего резюме, ты не являешься специалистом по уничтожению тёмных артефактов.        Гарри конечно промолчал, но его искривившееся лицо все само сказало без слов.        — Нет!.. — протянул Капитан с холодной усмешкой. — Ну не может быть…        — Ну, я не специалист, конечно, но кое-что в этом понимаю. Приходилось, так сказать, уничтожать пару-тройку... — Гарри замямлил, беспомощно хватаясь за внезапно затекшую шею.        Но вновь, как тогда с Патронусом, Капитан не разразился похвалами. Вместо этого его взгляд, медленный и тяжёлый, наполненный откровенным пренебрежением, скользнул по Гарри с головы до ног.       — Да кто ты, чёрт возьми, такой?!        — Простите... Просто ваш «отброс», который хочет помочь.        — Всё-таки подслушивал, — Капитан усмехнулся, коротко и беззвучно. — Что, крепкое словечко задело?        Он показательно взглянул на часы, распахнул перед Гарри входную дверь. Тот покачал головой, упрямо упираясь взглядом в пол. Капитан молча захлопнул дверь. Щёлкнули замки, зашипела магия защитных заклятий, наглухо отсекая кабинет от внешнего мира.        — Теперь действительно сиди смирно, — Капитан завел Гарри в комнату с артефактами. — Я не хочу твои кишки по стенам собирать. Возьму необходимое и вернусь.       — Я понял.        В темных глазах не мелькнуло ни капли доверия.        — Серьезно. — закивал Гарри, опускаясь на небольшой табурет у входа, и ещё более убедительно добавил: — Буду сидеть. Сделаю, как скажете.       Капитан задержался на нем взглядом и без эмоций сказал:        — Тогда подними руки.        Гарри медленно поднял, пытаясь уловить правила неожиданной игры.        — Заведи за голову. Сомкни пальцы.        Гарри сделал и это, затем поднял послушный взгляд.       На мгновение комната наполнилась странным молчанием.        — Сиди так, — кратко подтвердил Капитан, проведя глазами линию от расставленных колен Гарри к его заведенным рукам. — Что-то я уже жалею об этом всем…        Капитан вышел, оставив Гарри одного.        Несколько минут он сидел с самоотверженной честностью, не шевелясь и почти не дыша. Его взгляд, ограниченный вынужденной позой, упирался в открытую дверь и участок стены, испещренный защитными рунами. Как бы ни подмывало оглядеть комнату, он не двигался, словно сторожевой пёс без поводка, уставившись в дверь в ожидании хозяина.        Наконец скрипнули половицы, и в комнату вошел Капитан, держа в руках железный ящик с зельями и несколько древних фолиантов. Не удостоив ожидающего взглядом, он прошел вглубь помещения.        Цепляя боковым зрением лишь силуэты, Гарри видел, как тот раскладывал принесенное на одном из столов, что-то переставлял, открывал нужные книги, добавлял жара огню под котлом. Гарри чувствовал, как на него время от времени падал короткий изучающий взгляд, и терпеливо ждал следующей команды. От напряжения по виску к шее скатилась капля пота, скрываясь за воротником. В плечах и поднятых руках начинала бить мелкая дрожь.        Повернув голову, Гарри поймал взгляд Капитана, надеясь, что тот наконец скомандует «вольно». Но Капитан делал вид, что вовсе не замечает его присутствия. Силы начали сдавать. Тёмная аура артефактов высасывала энергию, а избитое тело отчаянно протестовало против этой извращённой игры. Мысленно сдаваясь, он уже собирался молить об освобождении, но Капитан вдруг опередил его:        — Опускай, — раздалась тихая команда. — Вот же упертый.        — Спасибо, — Гарри облегченно выдохнул, радуясь хотя бы видимости собственной победы.        Разминая затекшую шею, Гарри наконец развернулся к Капитану. И в ту же секунду в него полетел увесистый том, едва не сбив с табурета.        «Мракология: исследование и нейтрализация проклятых объектов»        — Садись, — скомандовал Капитан. Железные ножки стула проскрежетали по полу, отодвигаясь по мановению его руки. — Главы двенадцатая, тринадцатая и четырнадцатая. «Классификация артефактов». Изучи и разложи найденное по типам.        Гарри скривился, но подчинился, устроившись за столом.        «Глава 12. Классификация артефактов по типу воздействия»        Он снова поморщился, машинально потянувшись к переносице, намереваясь поправить несуществующие очки, но вовремя одёрнул руку.        Что я здесь делаю?       Медленно подняв взгляд, полный сомнений, он уставился на Капитана. Силуэт широкой спины, очерченный зелёным пламенем и едким дымом из котла, заворожил его. Гарри видел, как напряглись мышцы на плечах Капитана, когда тот завязывал за спиной ремни кожаного защитного фартука. Видел, как его длинные пальцы сначала закатали рукава рубашки, а затем скрылись за темными перчатками.        Спасаясь от собственных странных и пугающих мыслей, Гарри погрузился в чтение.        «Поглощающие, одержимые, искажающие и агрессивные»        Ладно, всего четыре категории. Это не так сложно.        С превозмоганием боли во всех конечностях и тяжелым, буквально ощущаемым скрипом, дело пошло. Поначалу движения были скованными, но вскоре пальцы обрели уверенность, а взгляд остроту. Дело пошло быстрее. Капитан, до этого неотступно стоявший за спиной, отошёл к котлу. Тень его больше не нависала над столом, не следила за каждым движением.        Гарри продолжал работать, превозмогая себя. Даже неактивированные, артефакты постоянно пытались влиять на его сознание. Одни нашептывали ему тьму прямо в черепную коробку, другие пытались взять контроль над телом, швыряя из стороны в стороны утомленные руки.        Вопросы, до этого тихо копошившиеся на задворках сознания, теперь настойчиво требовали ответов. Зачем вообще понадобился этот Секретный взвод, если существуют официальные Авроры? И почему в их составе оказалось подразделение по конфискации тёмных артефактов, когда для этого есть Отдел Тайн с их Ликвидаторами?       Но самый тревожный вопрос висел в воздухе, обжигая своей очевидностью: зачем Старейшине Божне понадобился личный Секретный отряд? И почему конфискованные тёмные артефакты отправляются прямиком к ней, минуя все официальные инстанции?        Гарри стиснул зубы, с усилием отводя взгляд и возвращая пальцы к нужному предмету. Это была изматывающая ежесекундная борьба.       С каждым отсортированным артефактом усталость накатывала сильнее, и Гарри мысленно проклинал Блэкморов, явно сошедших с ума среди своих проклятых коллекций.        Внезапно за спиной раздалось приглушённое:       — Дрянь! Замолкни!        Гарри резко обернулся как раз в тот момент, когда Капитан швырнул в котёл нечто извивающееся. Пламя вспыхнуло ядовито-фиолетовым, и на секунду комнату заполнил тяжелый гул, оборвавшийся так же внезапно, как и начался.        Капитан, словно осознав, что выругался вслух, повернул голову. Их взгляды встретились.       — Что? — раздражённо бросил он.       — Ничего, простите.        Взгляд Гарри потемнел. Пальцы сжались на очередном амулете. Гнев, тяжёлый и горький, подобрался к горлу. Въевшееся измождение на лице Капитана теперь стало пугающе очевидным.        Сколько ночей он провёл здесь в одиночестве?        Мысль о том, что Капитан годами молча несёт эту ношу, вызвала у Гарри почти физическую тошноту. Пытаясь разбавить тягостную паузу, он забегал глазами по комнате, но зацепиться взглядом было не за что. Размеренный треск очага и клокотание зелья в котле вышибали из головы все мысли.        Наконец, не выдержав напряжения, он отложил в сторону обугленные щипцы и неуверенно кашлянул.        — Капитан, миссия сегодня... в общем, прошла не так плохо. Так ведь? — он попытался поймать чужой взгляд, но тот не отрывался от бурлящего котла. — Я неплохо справился? Я имею в виду... я бы очень хотел и дальше быть в составе вашего личного отряда. На постоянной основе.        Капитан замер на секунду. Напряженные плечи его внезапно опустились, и послышался тихий, беззвучный смешок. Он повернулся, и Гарри встретился с его взглядом, ставшим ещё более пустым и ледяным, чем прежде.        — 616-ый, — голос звучал низко и ровно. — Если тебе нужна рекомендация или перевод, для этого есть официальные каналы. Нужно всего лишь отправить служебную записку. Необязательно для этого оставаться здесь до рассвета и изображать желание помочь.        Гарри замер, ещё не до конца осознавая последствия сказанного.        — Нет, Капитан, я не об этом! Я не поэтому остался, правда хотел помочь, я…        — …И ты уверен, что твой внешний вид сейчас – это иллюстрация к тому, что все прошло «не так плохо»?        Притворная лёгкость в чужом голосе застряла под рёбрами. Гарри не сводил взгляд с Капитана, безуспешно пытаясь уцепиться за тонкие ниточки призрачной связи и понимания. Но те оборвались и растворились в холодной бездне.        — Ну это, возможно, правда. Вид так себе, — с натянутой улыбкой ответил Гарри, пряча дрожащие пальцы за воротом футболки.        — Ещё вопросы?        — Если проблема только в этом, я это решу, — уверенно сказал Гарри. — Извинюсь перед Клыком, буду усерднее тренироваться, возьму…       — Довольно, — Капитан резко перебил его, отворачиваясь с таким видом, будто работа внезапно потребовала всей его концентрации. — Я устал. И мне всё понятно. Я подумаю насчет твоего запроса. А теперь займись делом.        Сжав челюсти, Гарри развернулся к столу. Строки в справочнике расплывались перед высохшими глазами, но он твёрдо решил оставаться на месте, даже если придётся рухнуть от истощения. Неизвестно откуда взявшееся чувство долга толкало его вперёд.        От сортировки артефактов он перешёл к их уничтожению. Фениксовая зола, слеза русалки, шерсть вервольфа, настойка мандрагоры — в небольшой лаборатории было всё, что могло потребоваться. А если чего-то не оказывалось на полках, Капитан ненадолго выходил и возвращался с нужным ингредиентом.        Он презирает тебя. Ты ни на что не годен.        — Эй, это я и без тебя вижу, — недовольно пробурчал себе под нос Гарри, смаргивая очередную попытку уснуть, рухнув на стол лицом.        Купол концентрации трескался. И в эти щели незаметно пробирались тёмные щупальцы проклятий.       Он скоро узнает тебя, узнает, кто ты!..       Гарри с напряжённым вниманием поддел инструментом крышку небольшого амулета, стремясь добраться до его магической сердцевины. Пальцы ныли от исходящего от артефакта тёмного излучения, но он был полностью сосредоточен на ювелирной работе.       Внезапно воздух разорвал оглушительный рёв, прозвучавший прямо у него за спиной:        ТЫ – ГАРРИ ПОТТЕР!        Гарри дёрнулся, будучи абсолютно уверенным, что это слышал не только Капитан, но и все в радиусе нескольких миль. Резко развернувшись, он влетел плечом в Капитана, который оказался прямо за ним. От столкновения тяжёлый стол качнулся. Проклятый кинжал, лежавший на краю, с грохотом упал и вонзился остриём в паркет.        Из рукояти вырвался серый дым, взметнувшийся к потолку густыми клубами. В его завихрениях корчились искажённые гримасой боли лики. Воздух разорвал оглушительный визг, от которого на полках лопнули стеклянные колбы, рассыпавшись тысячами осколков.       Гарри и Капитан инстинктивно согнулись пополам, вжимая ладони в уши, но пронзительный звук проникал прямо в кости, не теряя своей силы.        Капитан опомнился первым. Резким движением ноги он вышвырнул кинжал в сторону, оставив на полу лишь глубокую зазубренную царапину, и накрыл клинок стеклянным колпаком. Визг мгновенно прекратился.        — Соберись, с ума сошёл?! Убиться хочешь?! — его голос прозвучал резко и громко в наступившей тишине. — Что ты дергаешься?!        — Вы не слышали?.. Простите, Капитан, я…        — Замолчи, — сдавленно произнёс Капитан, сжимая виски пальцами. — Просто доделай то, что начал. Или убирайся. От тебя больше вреда, чем пользы.        — Прошу прощения. Остался только перстень, я всё сделаю.        Проклиная себя, Гарри вернулся к столу и схватил кольцо. Пальцы сомкнулись вокруг ледяного металла, и в тот же миг шипы впились в кожу, пуская по руке жгучую волну холода. Он попытался отдернуть руку, но не смог. Губы сами зашевелились, и ровный, чужой голос прозвучал в тишине:        — Зачем вы вообще тратите на это время? Существуют же ликвидаторы! К чему вся эта секретность? Что могут сделать уголовники, чего не сделают обученные авроры? Это неэффективно!        Тишина стала звенящей. Что-то упало на столешницу и с тихим стуком прокатилось. Гарри широко раскрыл глаза, безуспешно пытаясь вернуть себе контроль над телом. Капитан медленно повернулся.        — И Палантир прошёл мимо всех инстанций прямиком в карман к этой сумасшедшей блондинке! Даже я знаю, насколько опасен этот шар, ей он зачем? И сколько ещё таких «безделушек» вы ей переправили?        — …Что?       Гарри в ужасе попытался разжать кулак, но перстень не отпускал. Капитан сделал шаг вперёд, и тень от свечей легла на его лицо, делая его устрашающе демоническим.        — Повтори.        — Я не… — Гарри захлебнулся, но перстень жёг, вырывая слова наружу: — Да как она вообще стала Старейшиной? Вырезала всех конкурентов? И с чего вы так рьяно прислуживаете? Вы даже имя её произносите как… Черт, надеюсь, она хоть платит вам достойно за этот рабский труд!        Подойдя ближе, Капитан без эмоций спросил:        — Всё сказал?        Мгновенное движение, и его пальцы сдавили запястье Гарри, выкручивая сустав с болезненным хрустом. Ударом ребра ладони он заставил кулак разжаться. Перстень кроваво блеснул в свете лампы. Капитан перехватил его, не давая упасть, и намеренно надел. Стерпев стальные шипы не изменившись в лице, Капитан заговорил:        — Главнокомандующая мадам Божна из собственного кармана восстанавливала магический Аврорат после войны и неудач Министерства. Из пепла и хаоса, с пустым банком, без веры в завтрашний день, она построила стены, за которыми ты жил все эти годы. Твой комфорт — её работа. Твоя спокойная жизнь — её заслуга. И ты смеешь судить о цене, которую она за это заплатила и платит до сих пор?        Перстень начал дымиться, прожигая кожу до кости. Капитан продолжил, игнорируя боль:        — И нет, мне не платят ни галеона за мою работу тут. Она дала мне второй шанс, вытащила с того света, сохранила мою фамилию. Я не «обязан» ей жизнью. Я — доказательство её милосердия. И да, я отдам эту жизнь, чтобы окупить её веру. Без сомнений и без сожалений.        Внезапно он замолк. Перстень раскалился докрасна. Капитан с усилием провернул кисть, борясь с невидимой силой. Когда он снова заговорил, в голосе зазвучал хрип:        — И ты... ни на что не годный самонадеянный щенок, пришедший поиграть в солдатика. Ты — винтик в механизме, который даже не понимает, как работает машина. Твоя задача — крутиться, а не рассуждать. Высказывать мнение о Старейшине тебе позволительно ровно в той же мере, в какой щепке — судить о корабле, на котором плывёт.        Последние слова дались ему с явным усилием. Одним яростным движением Капитан сорвал перстень, оставив на пальце обугленный след. Исковерканный кусок металла с треснувшим пополам рубином упал на стол с глухим стуком.        — Перстень Истины. Класс опасности: четвертый. Поглощающий тип. Способ нейтрализации… — Капитан бросил искалеченный артефакт в бронзовый сосуд с синим пламенем, где тот завис на мгновение, сопротивляясь. — ...принудительное переполнение до коллапса.        В сосуде вспыхнуло ослепительное белое пламя. Тени на стенах вздрогнули и замерли в неестественных позах.        Капитан вытер ладонь о плащ, оставив на ткани тёмный след. Затем повернулся. Внезапная перемена в его лице была столь разительной, что Гарри инстинктивно отпрянул. В мерцании зеленого пламени его глаза казались абсолютно пустыми, а черты застыли в бесстрастной, ничего не выражающей маске.        — Согласно пятнадцатой статье законов Нового Министерства, — его голос прозвучал неестественно, нарочито официально, с показной чиновничьей важностью, — нарушение идеологических норм и подозрение в повстанческой деятельности влекут за собой немедленный арест на месте.        — Что?!..        — 616-ый. Идешь за мной.        Капитан выволок его из кабинета, протащил по коридорам к странной искривленной лестнице, затем к небольшой площадке. Лифт, проржавевший и скрипящий, унес их в каменное нутро земли. Сменялись пустые тоннели, освещённые лишь тусклым мерцанием магических шаров. Чем глубже они спускались, тем тяжелее становился воздух: густой, спёртый, с привкусом пыли и остывшего металла. Гарри уже задыхался, сердце колотилось где-то в горле, сжимая его изнутри.        Капитан остановился перед массивной железной дверью. Вместо замка — гладкая стальная плита. Он приложил ладонь к холодной поверхности. На мгновение черты его руки проступили кроваво-алым свечением, и дверь бесшумно отъехала в сторону.        — Заходи.        Резкий толчок в спину отправил Гарри в железный проём. Капитан шагнул следом, и дверь с глухим стуком захлопнулась, отсекая путь к отступлению.        Воздух в помещении был густым и тяжёлым. Невидимая волна тёмной магии ударила в Гарри, едва он пересёк порог. У него закружилась голова, мир поплыл перед глазами. Колени сами подогнулись, едва не выбив из-под него опору.        Всё вокруг пропиталось едким, осязаемым злом. Сама материя камня впитала в себя отчаяние и боль, источая их обратно в виде удушливого магического смога.        Не давая Гарри опомниться, Капитан дёрнул его за волосы, заставив запрокинуть голову. Перед глазами возникла гора — чудовищная, необъятная, не поддающаяся взгляду. Ни свалка, ни склад, а именно гора, слепленная из тел. Людей, животных, существ, которых он не мог опознать, обломков, пропитанных чёрной магией — всё это плавилось, сплавлялось в единую массу под невыносимой тяжестью проклятой энергии, теряя форму и индивидуальность. Не было видно ни её вершины, ни потолка помещения.        Гарри дёрнулся, его челюсть судорожно распахнулась для крика, который не мог вырваться. Но Капитан тут же с силой прижал ему рот ладонью, не позволяя отвернуться, не позволяя закрыть глаза, заставляя впитывать каждый ужасающий фрагмент этого места.        Буквально сбитый с ног, зажатый между ладонью Капитана и его холодным, неживым телом за спиной, Гарри дышал короткими, загнанными вздохами. Он пытался найти точку опоры, зацепиться в голове хотя бы за одну ясную мысль, но сознание выскальзывало.        — Вот она, моя работа. Посмотри на них. Их тела пропитаны чёрной магией настолько, что нельзя ни похоронить, ни уничтожить. — Голос Капитана звучал прямо в ухо, низкий, вбивающийся прямиком в череп. — Всё это заполняло улицы и дома твоих обожаемых людей. Сомневаюсь, что твои полторы извилины способны представить, какой магический потенциал требуется Главнокомандующей, чтобы просто удерживать эту тьму здесь. Не говоря уже о том, чтобы очистить от неё магический мир и обеспечить его защиту.       Капитан резко отпустил его, и Гарри рухнул на колени. Тусклый свет из коридора поглотил фигуру Капитана, оставив лишь высокий устрашающий силуэт, возвышающийся над ним.       Это ненормально. Я сошёл с ума?..       — Скажи мне, что ты видишь? — Голос Капитана продавил воздух, оставляя Гарри захлебываться в урагане новых, странных чувств, не давая возможности даже вдохнуть.       — Неугодные свидетели её бессилия? — сквозь сжатые зубы выдохнул Гарри, разрываясь от собственного бессилия в чужих руках. — Классика Нового и всех Министерств до этого: сначала создать проблему, потом молиться на её решение…       В лицо прилетел тяжелый кулак. В глазах на несколько мгновений потемнело, лишь пронизывающий холод пола под щекой вернул Гарри к реальности.       — Ответь мне правильно, — голос капитана обвил горло тёмным щупальцами. — Что ты видишь?       Гарри скалился, встречая чужой взгляд вспышкой ярости. Но сила, вжавшая его в пол, и ледяная пустота в глазах Капитана заставили отступить. Он не обмяк, а скорее... рухнул внутрь себя. Его голос прозвучал тихо, но отчётливо:       — Тяжелый труд Нового Магического Министерства. И жертвы Главнокомандующей по поддержанию порядка в магическом обществе и его защите.       Бросив короткий взгляд на тёмный коридор позади, Капитан удовлетворённо кивнул.       — Твоё невежество — единственное, что спасает тебя от последствий твоих же слов.       Капитан грубо оттолкнул его и, резко развернувшись, зашагал прочь. Гарри остался стоять перед зияющим провалом двери. За спиной нависала давящая тишина, нарушаемая лишь мерцающим светом, выхватывающим из мрака очертания груды тел.       Гарри медленно, почти против воли, обернулся и надолго замер. Тысячи стеклянных взглядов, навсегда застывших в немом ужасе, смотрели в ответ.