По битому стеклу (Дохлый турист этого великолепного мира)

Сон был наполнен чужими воспоминаниями. Сначала Нокс окунулся в волну радости от свадьбы; затем его ошарашило отчаянием от безвыходности — он видел на своих руках мёртвую маленькую девочку, которая бы не пережила осень, потому что её подкосила мучительная болезнь; после этого пронеслись мутным потоком годы, в которые появилось двое сыновей; а затем ещё одна осень и ещё одна мёртвая дочь, которую выбрали убить, чтобы еды хватило на всех — год выдался неурожайный. Любовь к своим детям, ненависть к себе, проклятья, мольбы за души умерших. А потом пожар. Огонь, плавящий кожу, слипающиеся лёгкие, вытекающие глаза. И мысль. «Я не заслужила это». Нокс сел на полу палатки, тяжело дыша и отчаянно держась за горло, которое перетянули невидимой верёвкой. Он тут же обернулся на Чейза, который лежал рядом, отвернувшись и сопя лицом в стену — его вряд ли можно было вообще хоть чем-то разбудить, но каждый раз, просыпаясь от кошмаров, парень проверял, не доставляет ли опекуну беспокойства. Кошмары прекратились, в принципе, давно, но вот мы здесь, в дерьме, на новой дистанции по попыткам не съехать кукухой. Выбравшись из палатки, которая несмотря на утреннюю прохладу казалась душной, Нокс наткнулся на пару мерцающих в предрассветном зареве глаз. Двалин сидел на земле, смотря прямо на него и даже не моргал. — Кошмары? Нокс дёрнулся. С Двалином было всё ещё немного неловко говорить о чём-то таком, тем более без Чейза. — …вроде того, — уклончиво ответил он. — Думаешь, как ужасно кого-то убить? Ведь у них была семья, ремесло, мечты и стремления, а затем пришёл ты и всё это окончилось в пучине страданий, беспросветных мук и мрака безнадёжности? — Охуеть, мало того, что я убийца, так я ещё и жестокий убийца. Ну спасибо. — Просто перестань об этом беспокоиться. Я видел много случаев, когда пощада приводила к катастрофе. — Тебе легко говорить. Тебе хренова туча лет, а я просто шкет, который умеет только бегать и охотиться немного. — Между нами действительно такая большая разница? Нокс вздохнул. Разница, да? В принципе, наверное, Двалин был в чём-то прав. В конце концов, Нокс компенсировал нехватку опыта огромным временным разрывом между развитием его мира и этого — сотни книг, фильмов и параграфов в учебнике истории действительно в каком-то плане делали его таким же, как и старого дракона тут. И всё же, он не переживал бесчисленные смерти и катастрофы на себе. Но какой из этих факторов перевешивает? — …не знаю. Я не думаю, что смогу когда-нибудь тебя понять, — вздохнул он. — Между обычным человеком и драконом разница очевидна, но между путешественником по мирам и драконом? Я не знаю. Мы с тобой просто разные виды, полагаю. — Нет, в смысле, ты правда причисляешь меня к обычным взрослым? Мы с тобой настолько разные? Нокс посмотрел на Двалина, который очевидно хотел услышать «нет», но тут вспомнил, как Двалин как-то не стал его поддерживать в попытках доказать собственную нормальность, и загадочно промолчал. — …я полагаю, ты не намерен вселять в меня хоть какую-то надежду, — вздохнул дракон. — Что ж. Твой дядя действительно лучше меня в плане раздачи советов. — Мне казалось, ты уже достаточно знаешь Чейза, чтобы иметь представление о его советах. — В любом случае, он всегда знает, что тебе сказать. — Ну, я бы не сказал. Чейз понятия не имеет, что делать. Мне его даже немного жаль. Повисло молчание. Нокс стоял, смотря куда-то в сторону и как будто над чем-то серьёзно думая, хотя на самом деле он выжидал время, чтобы удачно смотаться по каким-нибудь выдуманным делам в лес. — Я завёл разговор в крайне неловкое русло, прошу прощения, — социальная неадаптированность Двалина почему-то сработала в его пользу. — Ты как-то слишком вежлив этим утром, — если социальная неадаптированность Двалина была простой и в чём-то обаятельной, то социальная неадаптированность Нокса несла его в ад. — Что-то случилось? Двалин промолчал. Он уставился куда-то в сторону палатки и тяжело вздохнул, слегка коснувшись горла, после чего наконец ответил. — Если так подумать, я безответственный родитель. Нокс подавился воздухом. — Нихуя себе?! — выдал он ошарашенно, откашливаясь. — Как минимум, я однажды пытался тебя убить, причём преднамеренно, хоть мы и не были тогда знакомы, — с серьёзным выражением лица начал рассуждать дракон. — Более того, в отличие от Чейза я чертовски плох в разговорах по душам. И ещё я позволяю тебе есть эту болотную жижу, потому как… — Чувак, я сирота, стой, остановись, — спешно перебил его парень. — Какие родители, ты с дуба рухнул? — …мы с Чейзом твои родители, нет? — настороженно уточнил мужчина. — Люди с бòльшим, чем твой возрастом и обязанностью не дать тебе умереть. Конечно же я не говорю о кровном родстве, я осведомлён, что люди могут иметь приёмных или названых родственников. Нокс смотрел в лес, пытаясь переварить услышанное и выдать ответ без потока сплошных матов и с сохранением логической связи между членами предложения. — Я… Э… Ну… Нет… Ты, мы, он, короче… Без матов получилось. Над логическими связями ещё надо было поработать. Парень посмотрел на Двалина, но тот сидел с каменным выражением лица без малейшего намёка на юмор. — …я взрослый, — Нокс попытался сформулировать хоть что-то. — Мне семнадцать. Ты… Мне не нужны родители. Всё окей. Ты не должен отвечать за меня или что-то такое. — Насколько я знаю, людям даже в сорок нужны родители. Тебе, ребёнку без знаний о мире и какой-то особой силы, они нужны тем более. — Я… — парень потёр переносицу. — Ты со мной неделю назад грибы жрал, нет? Те подозрительные, зелёные. — Я всё ещё пытаюсь разобраться в том, как быть родителем, — Двалин отвёл глаза в сторону. — Мои успехи малы, однако они, полагаю, есть. — Что… Ладно, нет, я что-то из этого, конечно, могу понять, но какого хрена? — Драконам свойственно охранять то, что им принадлежит. Просто рассматривай это как проявление моих инстинктов. — Ты вообще не понимаешь, как это странно, да? — Я понимаю. Просто я слишком стар, чтобы меня волновали странности, мальчик из другого мира. В любом случае, не хочешь прогуляться со мной и набрать воду для завтрака? *** Когда Чейз всё же переборол желание весь день проваляться, ничего не делая, он продрал глаза и осмотрелся. Нокса рядом не было, так что, судя по всему, он как обычно ночью встал и куда-то ушёл. Когда опекун впервые проснулся от плача подростка, который во сне истерически всхлипывал, он конкретно зассал и после всю ночь лежал, ожидая, пока мелкий вернётся с ночной прогулки. Какое-то время спустя Нокс стал плакать реже, а потом вовсе перестал. Ну или Чейз просто перестал просыпаться. Мужчина старался верить в первое. Гадая, с каким дерьмом столкнётся в этот раз, он вышел наружу, с удивлением обнаруживая, что потеряшка о чём-то увлечённо болтает с Ящерицей. Что ж, одним беспокойством меньше. — Теплеет, — зевнул он, подходя к костру, на котором уже что-то готовилось. — Почему меня не разбудили? — Двалин хотел попробовать сам что-то сготовить, — пожал плечами Нокс. — Кстати, неплохо вышло. Чейз посмотрел на Двалина. Тот сидел в полнейшем тильте, смотря куда-то в землю с отставленной миской еды. Ничего не понимая, мужчина взял посуду и хлебнул что-то похожее на суп. — …и правда неплохо. Поздравляю, хвостатый, ты не такой бесполезный, — наливая себе порцию, отметил он. — Я никчёмен. И нет никого, кто мог бы меня упрекнуть, ведь вокруг люди с проклятыми языками, не чувствующими вкусов, — пробормотал дракон. Чейз и Нокс переглянулись, и парень пожал плечами. *** Прошла ещё неделя в пути, прежде чем, добираясь попутными повозками от деревни к деревне, они заметили на горизонте огромное дерево, которое ночью сверкало жёлтыми огнями. Ещё неделя — и они наконец до него добрались. Всё это время Нокс понемногу вёл заметки, незамысловато зарисовывая всякие вещи, и его блокнот заполнялся разными монстрами (которых в основном иллюстрировал Двалин, у которого это на удивление получалось великолепно), историями и местными легендами, выдуманными им самим сказками, нотами каких-то мелодий, которые Нокс приловчился перебирать за скучнейшие дни его жизни, короткими заметками обо всём, что он видел в еженощных кошмарах. Каждый раз люди в них были разными, но каждый день парень просыпался в холодном поту и фантомной болью по всему телу. Но это было не так важно. Делать в пути было нехрен. Откровенно нехрен. Единственным развлечением были монстры и драки с ними, в которые парня не пускали и которые оканчивались обычно за несколько секунд с лёгкой руки Двалина, который одним взглядом отправлял в полёт всё, что было ниже него. Всё остальное отлетало от первого удара, что также не особо развеивало скуку. Наконец добравшись до дерева, Нокс был рад этому больше, чем чему-либо другому в своей жизни. Стоило повозке въехать на стоянку, как парень выскочил из неё на ходу и стал оглядываться, радуясь тому простому факту, что вокруг были люди, запахи еды, зажжённые в сумерках фонари и прочие прелести. С широкой реки, которая протекала совсем рядом, несло прохладным свежим ветром; вокруг сновали грузчики с коробками, лошади, торговцы и путешественники с фотоаппаратами. Тут и там были палатки с едой, а вверх уходило огромное дерево, на котором на подпорках был построен сам отель, о котором Чейз рассказывал. Дядя, который вылез следом за племянником, тоже оглядывался, но в его глазах не было того удивление, которое было у парня. — Одно из самых знаменитых мест Ли Юэ, — констатировал он спокойно. — Мы здесь отдохнём пару дней, а потом поедем дальше. Что думаешь? — Я в восторге, — честно признался парень. — Я чувствую себя так же, как когда мы с мастером Дилюком сидели у выхода из подземелья и смотрели на долину ветров. — Вау, и когда же это было? Нокс задумался на пару секунд, после чего вздохнул. — Не пизди. Ты мне тоже про свой глаз бога не рассказывал. — Ладно, один-один. Но вообще, я думал, ты помнишь. И нет, стоп, претензия вообще в другом! В этот момент чья-то рука с силой опустилась на плечо Чейза, от чего тот вздрогнул, но Двалин тут же заговорил, позволив дяде с облегчением выдохнуть. — Жрать пошли сначала, — мрачно потребовал он. — Тебе вот настолько не нравится моя жрачка? — уточнил дядя. — Да, она просто отвратительна. Хочу куриный шашлык и рагу. — Пиздец. Хорошо, Нокс, твои пожелания? — Пива. — А вот хуй тебе, а не пиво, мы идём жрать рагу. *** После того, как местная кухня убила троих людей, непривыкших к тонне острейших специй, они поднялись на вершину дерева, где им предстояла регистрация. Нокс с Двалином остались позади, пока дядя взялся оформить их проживание на ближайшие дни, однако вскоре их подозвали непонятно зачем. Улыбчивая девушка за стойкой регистрации улыбнулась Ноксу с каким-то сочувствием и обратилась к взрослым: — Вы родители девочки? — Только я, — тут же заявил Чейз. — Да, родители, — одновременно с ним кивнул Двалин. — Я сирота, — посмотрев на опекунов, вздохнул Нокс. — Это — мой дядя, а это — друг семьи. Но да, они мне как родители, — добавил он, чувствуя, что ситуации явно нужно объяснение. — Вот как, — понимающе кивнула девушка и посмотрела на остальных двоих, которые взглядами убивали друг друга. — И… дружная у вас семья? — Очень, — кивнул парень. Оставив Чейза и Двалина разбираться с заселением, он отправился на смотровую площадку, по которой они до этого шли, и подошёл к перилам, распластавшись на них с усталостью. Жизнь… странная штука. Он видел уже четыре жизни — одну с матерью, одну с Максом, одну с Чейзом в Мондштадте и одну в пути. Ко всему он всегда привыкал быстро, так что теперь со смутной радостью смотрел на мир с высоты птичьего полёта. Перила скрипели под ним, сам он чувствовал сонный прохладный ветер в волосах и просто смотрел, как за тёмными горами сверкает медленно появляющаяся луна, а в сотнях метров под ним веселятся люди. Мир кажется таким простым и маленьким. Удивительно. Перила подозрительно заскрипели. В смысле, подозрительнее, чем до этого — до этого был уровень «дверь в подсобку», а теперь стал «сейчас сломается». Нокс тут же отпрянул, чувствуя опасность, и осмотрелся: рядом с ним на перила облокотился странный четырнадцатилетний пацан в огромной, зараза, шляпе и чёрной одежде со всякими металлическими побрякушками. Шляпа на нём смотрелась до безумия неестественно, она делала мальчишку похожим на гриб, что добавляло его кисло-злой роже какой-то странный оттенок. Незнакомец неодобрительно что-то пробормотал, после чего полностью опёрся на перила. Раздался хруст. Нокс среагировал моментально: стоило удивившемуся парню начать падать, как его тут же схватили и потянули к относительно безопасному полу. Нокс не смог сам устоять на ногах, пытаясь тянуть на удивление лёгкого чужака, так что грохнулся на доски, тут же почувствовав, как спасённый упал на него. Последний тут же вскочил, зло отряхиваясь, и смерил спасателя уничижительным взглядом, так что парень, не понявший, в чём он виноват, тут же рванул на низком старте прочь. Вот блять, было всё хорошо, а теперь он следующие дни будет параноидально осматриваться и избегать эту чёртову шляпу. А может, Нокс его самоубийству помешал? А если это кто-то важный? А если он летать умеет? Господи, вот так и спасай людей. …хотя, это было в любом случае лучше благодарностей, которых хватало в Мондштадте. Ладно, если так подумать, то лучше уж быть ненавидимым, чем получать благодарности. На стойке регистрации Чейза не оказалось, так что уже порядком уставший Нокс обратился к девушке за стойкой, которая вполне себе дружелюбно помахала рукой. — Ваши папы пошли в вашу комнату, — объяснила она, заметив в глазах парня растерянность. — О… Спасибо, — выдохнул парень. — И ещё… Немного подумав, стоит уточнить, что у него не два отца, или спросить, что за подозрительный человек в шляпе, Нокс выбрал второе. Если кто-то считает Чейза геем, это проблема Чейза. Если кто-то считает Двалина геем… Это, в принципе, проблема этих людей. Земля пуховиком, как говорится. — …у вас тут какие-то странные личности завелись, — прошептал парень. С лица девушки сползла улыбка; она вздохнула и покачала головой. — У нас… Не самые лучшие времена, — объяснила она, и тут же осмотрелась, после чего наклонилась к парню и заговорчески прошептала: — Никому не расскажете? — Я нем, как могила, — решительно кивнул парень. — У нас тут завелись призраки, — совершенно серьёзно сообщила хостес. — Злые призраки? — с искренним интересом уточнил Нокс. — Ага, злющая зараза. Держитесь от смотровой площадки подальше — там уже несколько раз перила ломались. Мы их меняем, а они через неделю как сто лет стояли, ужас… Вот мы и вызвали… Нокс не понял слово, но мысленно окрестил шляпника экзорцистом. — Я верю, что всё будет хорошо, — кивнул он. — Держитесь. Девушка нервно хохотнула, а затем улыбнулась с усталостью. — Держимся. — Кстати, а какая у нас комната? — Сто пятая. Хорошего вам дня. Не забудьте прийти на завтрак. — Спасибо. Удачи вам. — Ага. И вам. Нокс махнул хостес рукой на прощание и поспешил по коридору, уставленному дверьми. Несколько минут блужданий, два «блять, я потерялся», три поворота в тупик, и он наконец стоял у приоткрытой двери с заветными цифрами «105». Войдя внутрь, он увидел распластавшегося на двуспальной кровати Двалина и Чейза, застёгивавшего пуговицы на более приличной рубашке по сравнению с той, в которой он путешествовал до этого. Стоило Ноксу появиться на пороге, как дядя раздражённо кивнул на дракона. — Скажи ему, чтобы даже не рассчитывал спать с тобой, — пробурчал он. — Ну ладно, — Нокс пожал плечами и прошёл в комнату. Она была не особо большой, но вполне уютной — на стенах была пара картин, из мебели круглый стол, постели, сундук для вещей, на полу ковёр. У одной из стен под большим гобеленом расположился предмет спора с парой тумбочек по обе стороны. В принципе, убранство было неплохо оформлено, даже роскошно, учитывая средневековье в этом мире. Парень прошёл к стоявшей в углу одноместной кровати и упал в неё лицом, не чувствуя силы чтобы жить эту жизнь. — Нет-нет-нет, я не буду спать с этим придурком, — тут же запротестовал дядя. — Пусть он, бля, идёт на эту хрень с отвратительным матрасом, а мы будем спать на нормальном. Вставай, надо ещё спихнуть Ящерицу с его гнезда. — Я продолжу настаивать на том, чтобы спать с Ноксом, потому что ты бывший военный. Кто знает, что тебя во сне чёрт дёрнет сделать? — недовольно заметил дракон. — Я вообще один спать хочу, — честно признался парень. — Не пизди тут, мы с ним долго вместе живём, и ни разу я никакой хуйни не натворил, — ответил Двалину дядя, после чего переключился на Нокса. — Я готов купить тебя чем угодно, чтобы мне не пришлось спать с ним. — …то есть ты готов купить мне тут любую еду и в любых количествах? — Я должен делать это по умолчанию, но ладно, в принципе, да. Но мы же недавно ели, нет? — Я всё время хочу есть. — Я за неограниченную еду тоже на всё согласен, — вдруг вызвался Ящер. — Вот и договорились, — фыркнул опекун. — Ладно, давайте на ужин сходим, а потом уже я возьму вам всё, что захотите. — А у нас типа… Много денег? — на всякий случай уточнил Нокс. — Полагаю, у спасителей Мондштадта их достаточно, — ответил Двалин. — Круто путешествовать с деньгами… — А как ты можешь путешествовать без этого? — Чейз пожал плечами. — Мой друг и бывший опекун, Макс, как-то брал меня с собой в поездку в другой город, — Нокс поморщился и уставился куда-то в окно, смотря на ночной пейзаж и чувствуя головную боль. — У него не было денег, но он очень старался сделать меня обычным ребёнком, который сможет вспомнить что-то хорошее о детстве. Так что да, я у него научился, как можно съездить куда-то с парой монет в кармане. Установилось молчание. Вот, блять, дёрнул чёрт тогда Нокса сбежать, ничего не объяснив, а теперь неловкая пауза повисает каждый раз, стоит ему заговорить о прошлом. Ёбаные последствия. — Я пойду, осмотрюсь, — коротко бросил он, поднимаясь с кровати, и быстро вышел из комнаты, пока Чейз ничего не успел сказать. *** У Нокса, возможно, был топографический кретинизм. Потеряться в пространстве, которое вроде имело самую простую структуру (этажи шли кругами, соединёнными лестничными пролётами по одной линии), было сродни таланту. Парень догулялся до того, что зашёл в какой-то тёмный коридор, спустился по какому-то тоннелю, который каждые десять метров становился всё менее обустроенным и в какой-то момент превратился просто в дыру, стены которой представляли из себя сросшиеся в узкий путь ветви. Спотыкаясь об то, что было полом, Нокс шёл и шёл, понимая, что ему пизда. Возможно, выбирать на каждом этаже наиболее таинственные незапертые двери было не лучшей идеей. Но что-то менять было поздно. В какой-то момент спереди потянуло прохладным воздухом, и Нокс, который уже полз на корячках, ускорился, чувствуя, как в добавок к пульсирующим вискам заболели и колени. Вывалившись на каменный пол, в который вростали выбиравшиеся из прохода корни, Нокс осмотрелся. Вокруг был склад, вероятно, очень старый, и, вероятно, заброшенный. Парень поднялся на ноги, всматриваясь в темноту, и щёлкнул пальцами, зажигая небольшой огонь на кончиках своих пальцев. Свет очертил контуры множества ящиков, и если из одних торчало оружие, то от других несло гнилью — там явно раньше была еда. Морщась, Нокс пошёл вперёд, однако его внезапно аккуратно схватили, зажав рот, и затащили за одну из груд ящиков. — Пожалуйста, не шумите, — прошептал неизвестный и, удостоверившись, что парень послушно успокоился, отпустил его. — Меня зовут Чжун Ли. Я консультант похоронного бюро Ваншэн. Здесь орудует Цзянши, поэтому постарайтесь не привлекать внимание, иначе мы умрём. Нокс моргнул несколько раз, пытаясь привыкнуть к темноте после недолгого воздействия света. — Что за Цзянши? — утерев рот, тихо спросил парень. — Мертвец. Оживший мертвец с печатью на лбу. Печать как у этой девочки. Мужчина, чей силуэт понемногу вырисовывался, указал на маленькую девочку, сидевшую неподалёку. Та только помахала рукой. — То есть она тоже мертвец? — Да, однако она весьма безобидна. — А тот будет опасным? — Вы мыслите в верном направлении. Однако мы ещё в этом не уверены. Хозяйка бюро в данный момент выясняет, так ли это, или же наш враг также не представляет угрозу. До момента, пока не поступит её окончательное решение или пока мы сами не удостоверимся в одном из вариантов, мы не должны раскрывать своё присутствие, дабы не навлечь на себя беду. От манеры разговора консультанта несло чем-то Двалиновским, что было, безусловно, странно: два шизофреника на один постоялый двор — это слишком… Ладно, это было неуважительно по отношению к Двалину. — А с девочкой что? — ещё не сдался что-то понять парень. — Чи Чи — работница лекарственной лавки в Ли Юэ, обладающая крайне краткосрочной памятью. Она неким образом оказалась за чертой города без своих записей, которые помогли бы ей соориентироваться. Кроме того… Вы направлялись в Ли Юэ? — Ну да? — Могу я попросить вас об одолжении? Возьмите ребёнка с собой. Девочка крайне уязвима ввиду особенностей её памяти. — А почему сами не сопроводите? — Боюсь, хозяйка бюро не позволит ей спокойно добраться… Раздалось тихое скрежетание, и мужчина тут же замолчал, прижав палец к губам. Нечто активизировалось в другой части огромного склада, и сейчас тихо шаркало. Нокс посмотрел на прилично одетого мужчину без оружия, на ребёнка, снова на мужчину. Он тихо вздохнул и, смирившись, вытащил из ботинка глаз бога, который показал мужчине. Тот нерешительно замер — слава Фатуи, кажется, шла впереди их самих. И всё же парень приготовился жечь. Нападение было неожиданным — нечто врезалось в груду коробок, и люди, прятавшиеся за ней, бросились врассыпную — мужчина схватил девочку и отбежал на приличное расстояние, а Нокс отскочил, полоснув перед собой огнём. На секунду свет показал монстра — им оказался бледный труп с вытянутыми вперёд руками и талисманом на голове. Он быстрыми и короткими прыжками на негнущихся ногах попрыгал к парню, и тот выпустил огненный заряд перед собой. В одну секунду дышать стало нечем — гений, блять, использовать магию огня в помещении, где доступ к свежему воздуху отсутствует. Хватаясь за оставшийся кислород, Нокс выхватил кинжал и полоснул им по приближавшемуся монстру, однако промахнулся — нанёс удар раньше, чем противник оказался в радиусе поражения. Тот мгновенно вцепился в руку парня, и тот взревел от ненависти и раздражения. Однако в один момент всё ослепила яркая вспышка. По телу пробежал заряд тока. В этой молнии Нокс успел увидеть одно — парня в шляпе. Он влетел в голову зомби, и зубы, оставив длинные разодранные борозды в коже, скользнули по руке. Тварь улетела на землю, а раненый отпрянул, зажимая рану. Ещё пара вспышек молнии, и Нокс увидел, как талисман на мёртвом теле окончательно сгорел — видимо, его заряды были заблокированы дряхлыми руками, кожа на которых была больше углём, чем кожей. Парень в шляпе ещё пару раз пнул оцепеневший труп, после чего развернулся и, посмотрев на ахуевающего Нокса, прошипел: — Отныне мы квиты. К парню, который уже вышел за все рамки непонимания происходящего, подбежали девочка и мужчина, и ребёнок, дёрнув его за рукав, жестом попросила наклониться. Нокс послушался, и в тот же момент лёд сковал рану, причиняя невообразимую боль — однако она быстро утихла, он даже не успел зашипеть. Проверив и потрогав, Нокс убедился в том, что рана затянулась, хоть кожа и была не чувствительной от слова совсем. В это время незнакомец-шляпник мрачно улыбнулся мужчине. — Твои идеи не умирают, но умирают люди вокруг тебя, старый мудрец. Мне интересно, чем же окончится твой родительский путь. Трагедией, я полагаю. Чи Чи судя по всему тоже ничего не поняла из этих слов, и это внушало хоть какую-то веру в собственные когнитивные способности. Тем не менее, шляпник просто развернулся и быстрым шагом поспешил к тоннелю. Учитывая размеры шляпы, Нокс сомневался, что парень не просто телепортировался в это место. — Позвольте сопроводить вас, — спокойно произнёс мужчина, словно тех странных слов не было.