Скарлетт Уокер, Цикл «Наследница» I

      Девочка аккуратно встала с кровати, желая выйти как можно тише, чтобы случайно не разбудить соседок. К счастью, здесь не скрипели ни двери, ни половицы, а потому Скарлетт, привыкшая передвигаться по старым и дряхлым доскам, без проблем выбралась из комнаты и направилась в ванную.       Большенство детей ещё спали, — первый курс уж точно, — и Афанасия быстро зашла в старинно обустроенную комнату и закрыла дверь. Замочек слегка щёлкнул, нарушая установившуюся тишину.       Ещё несколько секунд девочка стояла на месте, а затем бесшумно выдохнула и подошла к зеркалу, внимательно разглядывая своё лицо. Оно слегка опухло, глаза покраснели, даже бледно-белая кожа приобрела розоватый оттенок, который Скарлетт не замечала на себе долгие годы.       Она печально нахмурилась и поджала губы. Афанасия знала, что сама виновата. Не стоило строить высоких ожиданий и тогда не было бы так больно. Скарлетт не плакала уже несколько лет, а точнее, с того дня, как выпустила магию наружу, перестав её сдерживать.       Афанасия до сих пор помнит тот вечер — когда мальчишки зарубили её змею, а она в отместку оставила шрамы, которые не заживут никогда, точно так же как и след от потери в её сердце. Огонь напал на этих детей так, будто они были мышкой в зубах змеи. И каждый из этих ужасных, отвратительных идиотов остался с обожённой кистью, которая не восстановилась до сих пор. И каждое животное, к которому они проявляли хоть толику положительных эмоций, сгорало заживо. Скарлетт было не жалко. Ей было плевать.       Тогда к ней приходил следователь, желающий докопаться до правды, но ничего не произошло.       Обычные люди всегда подчинялись её желаниям.       Вечером того дня на чердаке её вырвало в ведро, а весь оставшийся вечер она пролежала на кровати, тихо рыдая в подушку. Когда тупая боль от потери и отвращение от собственного поступка прошли, она до скрипа сжала зубы. Тогда её глаза впервые начало жечь и она пообещала себе — Афанасия отомстит всем.       Девочка тряхнула головой, прогоняя воспоминания. Тогда она поклялась, что больше не будет слабой, что больше не будет плакать и терпеть. Сегодня она впервые нарушила эту клятву.       Скарлетт включила воду и плеснула её себе в лицо, зло растирая по щекам. Она посмотрела на себя в зеркало.       Жалкая, растрёпанныя и заплаканная девчушка — вот кто был перед ней. Афанасия набрала воду в ладони и плеснула её в зеркало, наблюдая, как отражение искажается, а на стекле оседают капли.       Девочка отвернулась, глубоко вдохнула, и взяла полотенце, находящиеся около умывальника. Вытерев зеркало, она села на мягкий ковёр, скрестив ноги и выпрямив спину.       Медитация — лучший способ вернуть себя в норму и успокоится. Сейчас чуть больше шести утра, у Скарлетт есть время на это. Она медленно выдохнула, а затем сделала глубокий вдох. Надо успокоится. Сегодня первый учебный день и она хотела стать лучшей.       Клятву, данную вчера, она себе нарушить не позволит.

***

      Афанасия поднялась с пола и вышла из ванной, направившись в комнату. Там её встретила Мелисента, усердно пытающаяся заправить кровать, Пэнси, которая сидела перед зеркалом и Дафна, помогающая подруге заплестись. Они все повернули головы в её сторону, но тут же вернулись к своим делам. Скарлетт же подошла к своей кровати и привычным движением заправила её, — это действие она довела до афтоматизма, — на что словила недовольный взгляд Мелисенты. Избалованные детишки.       Скарлетт еле слышно фыркнула и достала из чемодана чистое приютское платье. Ткань была жёсткой и неприятной, но это были единственные вещи, которые она могла одевать под мантию. Накинув мантию так, чтобы она скрывала одежду настолько, насколько могла, девочка, взглянув на часы, которые показывали пол восьмого, поспешила в гостиную, прихватив с собой палочку, листок с расписанием и учебник по заклинаниям.       В комнате собрались уже почти все, а потому их головы резко повернулись в сторону вошедшей. Малфой уже привычно задрал нос к потолку, стараясь выглядеть важно, но это лишь делало его глупым.       Скралетт отошла ближе к стене и обвела взглядом гостиную, где собрались не только первокурсники, но и другие дети. Многие сидели за столами — кто-то читал, некоторые болтали, а ещё двое играли в шахматы. Фигуры двигались сами, зрелищно разбивая противников на каменные осколки и Скарлетт так засмотрелась на это, что не заметила, как пролетело десять минут, за которые её соседки успели прийти.       Как только профессор Снейп вошёл в гостиную, болтовня стихла, все повернули головы к нему, готовясь ловить каждое слово. Этого мужчину уважали.       — Первокурсники, — начал он каким-то слегка злобным тоном. — Я ваш декан, Северус Снейп, профессор зельеварения. К сожалению, вчера я не смог присутствовать по... — его глаза соскользнули на Афанасию. — Личным причинам.       Дети дружно закивали, даже не думая прерывать или осуждать его. Скарлетт сощурилась, снова уловив во взгляде этих пустых тёмных глаз страх.       — Поздравляю вас всех с поступлением на Слизерин. Факультет, обладающий невероятной историей, сотнями традиций и неисчислимым количеством загадок. Я не потерплю бессмысленной вражды и мелочных нападок. Всё здесь будет решаться цивилизованно и с помощью диалогов. В противном случае, вам лучше никогда не попадаться мне на глаза, — он снова прошёлся взглядом по всем. — Это ясно? — Снейп сделал выразительную паузу. — То, что я не снимаю баллы со своего факультета — правда. Но это вовсе не значит, что вы останетесь безнаказанными. Попадётесь — и подумайте, так ли плохо снятие баллов.       Афанасия нахмурилась. Она была уверена, каждое слово этого человека выверенно и взвешенно им как минимум десять раз. «Если попадётесь»? Он им так намекал на то, чтобы они делали что хотели, но не попадались?       — Я, как ваш декан, и впрошлом такой же студент Слизерина, как и вы, предвижу то, что к вы можете столкнуться с предвзятым отношением ваших однокурсников, профессоров и даже директора. Недоверие, неприязнь это то, что преследует детей Слизерина из поколения в поколение. О да, они будут опасаться нынешних вас и тех, кем вы можете стать в будущем, — Снейп говорил это с абсолютным безразличием, а остальные слушали так, будто уже знали об этом, более того, словно им уже надоело слышать подобные речи. — Но это не значит, что вы хуже, чем другие. Старосты уже должны были раздать вам расписание уроков, вы ознакомились с ним? — спросил он ледяным тоном. Не дожидаясь ответа Профессор продолжил. — Вашим первым занятием будут заклинания, где, я надеюсь, вы выложитесь по полной. Каждый урок длится час, перемена занимает двадцать минут, на обед и завтрак выделяется ещё по часу. Каждый день у вас будет по четыре урока — три перед обедом и один после. С третьего курса колличество уроков увеличится в зависимости от того, сколько дополнительных предметов вы выберете.       Несмотря на неприятную личность профессора, он Скарлетт нравился. Говорил чётко и по делу, да так хорошо, что Афанасия была готова брать перо и пергамент и записывать каждое его слово. Хорошо бы ещё, чтобы Снейп к ней нормально относился. Хотя, что-то подсказывало ей, что этому не бывать. Почему?       — В ночь со среды на четверг у вас будет проходить урок Астрономии, в четверг первый урок будет отменён, а подъём сдвинется на час, чтобы дать вам возможность поспать. Я настоятельно рекомендую ей воспользоваться. Мои занятия будут проходить по пятницам, первые два урока. Я надеюсь на ваше благоразумие и трудолюбие. Зарабатывайте баллы и уважение, не портите свою репутацию и репутацию факультета. Всё ясно? — он обвёл глазами присутствующих.       Почти каждый стушевался под его взором, разве что Малфой выглядел более менее сносно. Даже Скарлетт почувствовала себя неуютно и отвела взгляд.       Профессор взмахнул своей мантией и вышел. Как только дверь за ним закрылась, Малфой поднял головы выше и гордо заявил.       — Профессор Снейп — мой крёстный!       После этого Скарлетт уже не слушала. Старосты позвали их за собой, напомнив, что в первые несколько дней они будут водить их в большой зал, и толпа первокурсников стала подниматься из подземелий по абсолютно небезопасным лестницам, которые Афанасия успела проклясть четыре раза за весь их путь.       Они пришли ровно к восьми часам. Столы уже были накрыты, но детей почти не было. Больше всего сидело за столом Когтеврана, среди них Скарлетт заметила и Алексию, которая болтала с сокурсницей, неторопливо поглащая завтрак.       На этот раз Малфой отсел как можно дальше от неё, а вместе с ним и все остальные. Скарлетт на это лишь тяжко вздохнула, в очередной раз убеждаясь в том, что здесь ей явно не рады. Взяв тост и джем, она спокойно уплетала его, запивая чаем и наслаждаясь вкусом еды. Стараясь съесть как можно больше, Афанасия переключила своё внимание и стала оглядывать зал, попутно жуя завтрак. Не найдя ничего примечательного, девочка перевела взгляд на зажатое в руках расписание.

«7.40 - подъём 8.00-9.00 - завтрак 9.00-10.00 - 1 урок 10.20-11.20 - 2 урок 11.40-12.40 - 3 урок 13.00-14.00 - обед 14.00-14.40 - перерыв 14.40-15.40 - 4 урок 18.00-19.00 - ужин 22.00 - отбой»

      В среду с 22.00-00.00 была астрономия и, в связи с этим, подъём смешался на час, а вместо первого урока был завтрак.       У выхода из зала её поймала Алексия внимательно осмотрев. И всё же, Скарлетт видела разочарование, даже некую неприязнь в её глазах. Из-за Слизерина?       — Привет, Скарлетт... Ты как? С тобой всё в порядке?       Увидев искренние беспокойство в её глазах, Афанасия замялась.       — Да... Да, конечно... — Алексия выдохнула.       — Мне жаль что так вышло.       Афанасия прервала её.       — Не стоит. Я подозревала, что с моим характером попаду на Слизерин.       Алексия замолчала, ошарашенно глядя на девочку. В её глазах промелькнуло что-то нехорошее, будто ей не нравилось то, что Скарлетт сказала.       — Не говори так! — яростно воскликнула она. — Ты... Не понимаешь... — она глубоко вдохнула, успокаиваясь. — Ладно, всё хорошо. Тебе пора на урок, — Алексия развернулась и пошла обратно в зал.       Скарлетт задумчиво посмотрела ей в след и направилась прочь, сжимая в руках книгу. Что же Афансия не понимала?       Она свернула в очередной коридор и остановилась. В голову пришло осознание, что она совершенно не знает, где расположен кабинет заклинаний. Скарлетт оглянулась и пошла обратно. Заметив перед собой человека, она подбежала к нему.       — Извините! — мужчина повернулся и в нём она узнала преподавателя с тюрабаном на голове. — Подскажите пожалуйста, где кабинет заклинаний?       — В-вам стоит-т пройти в б-большой зал и п-подождать профес-сора Флит-твика, — сказал он, заикаясь.       Получив объяснение того, как пройти в большой зал, Скарлетт поблагодарила его и быстрым шагом направилась в указанном направлении.       — Её магия сильна... — до неё донёсся голос откуда-то сзади и Афанасия обернулась. Но там стоял лишь профессор, задумчиво глядевший ей в след.       Но голос точно был не его... Скарлетт отругала себя и поспешила в зал, не желая опаздывать на первый урок.

***

      Заклинания проходили совместно с Когтевраном. Класс представлял собой вытянутый прямоугольный кабинет, столов было шесть, по три у каждой длинной стены. Они были сильно вытянуты и стояли друг за другом. Большинство Слизеринцев демонстративно отсело подальше от всех, сгрудившийсь в углу класса, но Скарлетт, наученная горьким опытом общения с этими самолюбивыми аристократами, села рядом с девочкой с другого факультета. Та приветствовала её довольно холодно, но её взгляд был больше заинтересованным.       Профессор Флитвик — маленький карлик, который был совсем чуть-чуть выше Скарлетт, — имел свой собственный стол, расположенный у стены, находящейся напротив входа. Он стоял на стопке из книг, чтобы ученики видели его из-за высокой кафедры.       До начала урока было ещё несколько минут и её соседка, не выдержав, заговорила.       — Почему ты села сюда? И почему тебя не любят Слизеринцы? — у этой девочки либо напрочь отсутствовало чувство такта, либо любопытство было сильнее.       Либо просто Афанасия долго не обращалась с людьми.       Скарлетт постаралась приветливо улыбнуться, но этого сделать не получилось, а потому её лицо украсила вежливая и слегка отсранённая улыбка.       — Я маглорождённая, — ответила она.       Девочка удивлённо и как-то сочувственно посмотрела на неё, но их разговор был прерван Флитвиком.       — Дорогие ученики! — начал он. — Урок начат, а потому прошу вас прекратить разговоры и переместить своё внимание на меня, — в его тоне не было злобы, Флитвик открыто улыбался каждому ученику. — Хочу сказать, что наши уроки будут состоять из двух частей — теории и практики, но, поскольку этот урок первый, на нём я расскажу вам о такой дисциплине, как «заклинания»! — он вывел палочкой это слово в воздухе.       — Поскольку некоторые из вас познакомились с магией совсем недавно, я начну с самого простого. В волшебном мире существует множество разных заклинаний. Быстовые и боевые, сложные и простые, зрелищные и почти незаметные. Их разнообразие поражает и вы в школе познакомитесь далеко не со всеми. Я могу с уверенностью заявить, что со всеми не знаком ни один волшебник мира! В каждой стране, каждом направлении есть свои заклятия. Достаньте свои волшебные палочки, ребята!       Скарлетт выудила из кармана мантии свою палочку и положила её на стол.       — С помощью этой, казалось бы, обычной вещички, вы сможете творить чудеса. Для того, чтобы сотворить заклинания, вам понадобится вывести палочкой определённую фигуру и произнести заклинание и из кончика вашей палочки вылетит заклятие. Этому вас и буду учить я! — торжественно заключил он.       — А теперь, я научу вас правильно держать палочки и паралельно буду рассказывать вам о магии, — он прошёл к одному из учеников. — Знали ли вы, что на территории древней Византии спрятаны невероятные знания? То государство славилось огромным количеством дворцовых интриг, — голос Флитвика стал почти зловещим. — И маги не были исключением. Сколько там сокрыто заклинаний, действия которых проявляются не сразу, а постепенно. Словно яд! — профессор воскликнул, будто раскзывал страшилку.       — Они тёмные, конечно. И многие из них давно утеряны. Кстати насчёт ядов. Часто маги пользовались не заклинаниями, а зельями. Это, конечно, не в моей компетенции, профессор зельеварения у вас есть, но боюсь, он не соизволит рассказать об этом... — Флитвик прокашлялся.       — В основном такой метод использовался в Испании, Франции и Италии. Там он был особенно популярен, как среди магглов, так и среди волшебников. Стоит сказать, что маги действовали более изощрённо. Ох, а Египет! Невероятное государство. Среди магглов славиться пирамидами с мумиями. Часто люди сочиняют про них страшилки. Среди магов же, славиться невероятными ловушками и, чего уж греха таить, ожившими мертвецами. Поговаривают, что заклинание для создания инферналов, — это ожившие мертвецы, — пошло именно от туда. Но это не подтвержденно. Маги не рискуют соваться в пирамиды. Зато мумии, которые охраняют эти строения, вполне реальны. Заклинания для их создания тоже утеряны и, скорее всего, этот секрет храниться именно в пирамидах.       Оставшаяся часть урока прошла не менее продуктивно, чем начало. Флитвик ходил по аудитории и помогал ученикам, поправляя то, как они держат палочку. Он рассказывал о своём уроке и о других странах, заклинаниях, тёмных и светлых, обычных и таких, о которых даже представить сложно было, всё больше завлекая Скарлетт, которая уже прикипела к этому уроку.       — Я поделюсь с вами секретом, — начал он заговорчищеским шёпотом под конец урока. — Магию можно творить тремя вариантами — обычным, невербальным и беспалочковым. В школе мы будем изучать только первый вариант и немного второй, но даже им не всем дано овладеть. Домашнее задание вам — к следующему уроку выяснить, что же такое невербальная и беспалочковая магия и рассказать их плюсы и минусы. Этому посвящен целый раздел в книге под названием «Заклинания» том первый. Можете взять её в библиотеке. Урок закончен!       Воодушевлённые дети встали со своих мест и стали собирать вещи. Этот урок не понравился разве что нескольким аристократам, которые ныли о том, что итак всё знают и не давали поправлять себя профессору. Хотя, стоит отметить, что слушали они также увлечённо, как жаловались.       Скарлетт подошла к Флитвику.       — Профессор...?       — А? Да, мисс Уокер. Что-то случилось? — карлик обернулся и посмотрел на неё. Кажется, он готовился к следующему уроку.       Афанасию привёл в этот кабинет именно он и этот человек показался ей очень хорошим. Он участливо распрашивал её о том, как Скарлетт живётся на Слизерине и поддержал, пусть она и не рассказывала ничего.       — Подскажите, пожалуйста, а... Где находится библиотека?       — Она на четвёртом этаже. Советую вам первым делом попросить правила пользования книгами у Мадам Пинс, она может слишком ревностно за ними следить, — профессор весело подмигнул ей и продолжил готовится к уроку.       Скарлетт поспешила как можно скорее выйти из кабинета и направилась вслед за компанией Слизеринцев, стараясь запомнить местоположение гостиной. Чем раньше она это сделает, тем быстрее Афанасия сможет выходить когда пожелает, потому что сейчас она ходила вместе с этими детишками. Они, правда, просто игнорировали её.       Ну и прекрасно. Не нападают — и хорошо. Афанасия подозревала, что на них так подействовала речь их декана. Но больше она надеялась на то, что им действительно плевать. По крайне мере первые месяцы можно будет быть спокойной... До тех пор, пока они не выучат заклинания, которые помогут им оставаться безнаканными. Но Скарлетт надеялась, что к тому времени и сама выучит заклятия, которые помогут ей отбиться.       Захватив учебник, она побежала в теплицы — следующим уроком шла сдвоенная травологии. ***       С травологии Скарлетт вышла воодущевлённая и огорчённая одновременно. С одной стороны — профессор Стебль была очень хорошей, рассказывала интересно, да и первый из двух уроков посвятила тому, что вещала о разных растениях в разных странах, о том, как их использовать, где искать, что они могут... Вот вторая часть Скарлетт откровенно не понравилась. Копаться в земле её не прельщало от слова совсем.       К тому же так стоял невыносимый шум — это был урок с Гриффиндорцами, среди которых была Гермиона, явно игнорирующая существование Скарлетт, но при этом постоянно лезущая вперёд. Афанасия, из-за собственной исключительной вежливости, всегда была очень спокойна, на все вопросы отвечала только когда спросят и руку держала так, как учили в магловском школе. И в приюте. А значит так, чтобы никто не заметил.       И всё было бы прекрасно — перед уроком она повторила тему, которую они должны проходить и на все вопросы бы отвечала исправно, — да вот только Гермиона, кажется, поставила перед собой ту же цель, что и Скарлетт, но при этом слишком активно пыталась отвечать, что откровенно бесило. А значит, чтобы стать лучшей здесь, придёться усиленно капаться в земле. Так ещё и делая вид, что ей это нравится!       Но хуже было не это, — уж с Гермионой она как-нибудь разберётся. Хуже была перепалка некого Рона Уизли, — рыжеволосого невоспитанного мальчишки, — и Драко Малфоя, за которого Афанасия ни в коем случае не болела. А вся эта сцена из-за уже известного ей после ужина Гарри Поттера, который не лез и правильно делал.       Мешали они всем, бросаясь совершенно необоснованными обвинениями, — и необоснованными они были с обеих сторон. «Предатель крови» и «Отпрыск пожирателей смерти»? Кто такие вообще пожиратели смерти? И что значит предатели крови? Уизли же, вроде, чистокровный?       В итоге весь урок Скарлетт и ещё три ученика, по несчастливому стечению обстоятельств оказавшиеся между этими двумя балбесами, были вынужденны слушать оскорбления:       «Пришёл в обносках братьев?», «А палочка тебе от кого досталась?» — от Малфоя. И «Побежишь жаловаться папочке?», «Верная собачка Того Кого-нельзя-называть!» — от Уизли. И чем больше они говорили, тем больше вопросов возникало в голове Афанасии.       Хорошо, что их потом остановила профессор. Вот только продлилась тишина недолго. И всё это продолжилось, только на пониженных тонах. Скарлетт даже успела осознать, что гимн школы, который пели в начале, не так плох. Как говориться, всё познаётся в сравнении.       А воодушевлённой Афанасия вышла потому что теперь у неё появилась новая цель — библиотека, в которую она намеревалась пойти сразу после обеда. А поскольку получать знания хотелось куда больше, чем набивать желудок едой, девочка, вместо того, чтобы направиться в большой зал, свернула в сторону лестниц.       И, как оказалось позже, правильно сделала. Потому что до библиотеки добираться пришлось почти час.       Во-первых — лестницы двигались в разных направлениях, постоянно перемещались, так ещё и ступеньки вытворяли какие-то несусветные шутки. Во время которых, кстати, можно было и серьёзно пострадать — но это только по предположениям Афанасии. Проверять лично не хотелось.       Во-вторых — когда она наконец добралась до четвёртого этажа, то ещё несколько минут бегала в поисках этой самой библиотеки. Бегала — это, конечно, сильно сказано. Носиться по такому замку ей не позволяло суровое приютское воспитание и непонятно откуда взявшийся аристократизм. Ну и слова директора о завхоза Филче тоже сыграли свою роль.       В-третьих — почему-то привязавшийся к ней полтергейст Пивз всячески пытался её отвлечь, напакостить, испугать или сбить с пути. Зачем ему это надо — не понятно. Точно так же как и то, как избавиться от назойливого призрака, умеющего хватать предметы. Отвязаться от Пивза, слава богу, удалось. Кровавый барон спугнул его лишь одним своим видом. Скарлетт приведение поблагодарила, спаситель соизволил показать первокурснице направление, в котором находилась библиотека, и они разошлись.       В итоге на пороге библиотеки девочка оказалась уже тогда, когда обед закончился и у неё было всего сорок минут на то, чтобы осмотреть её. Афанасия первым делом пригладила волосы и, помня о наставлении профессора Флитвика, направилась прямиком к стойке, за которой сидела строгая женщина, чем-то напоминавшая Макгонагалл.       — Здравствуйте, Миссис... — Скарлетт вежливо улыбнулась. — Могу я попросить у вас правила пользования библиотекой? Боюсь, я совсем не знаю, как вести себя в подобных местах. Да и не хотелось бы случайно испортить столь ценный хранитель всевозможных знаний, как книги.       Кажется, её речь произвела на женщину нужное впечатление, потому что лицо её смягчилось, а на губы легла улыбка.       — Зовите меня Мадам Пинс, юная Мисс...? — библиотекарша достала из одного из ящичков стола пергамент и протянула его Скарлетт.       — Уокер, Мадам.       — Да, Мисс Уокер, — женщина постучала ногтем о список. — Вот правила. Можете взять себе, а после ознакомления вернуть.       — Благодарю, Мадам, — Скарлетт отвесила неглубокий поклон и аккуратно взяла пергамент, стараясь не помять его. — Подскажите, а где здесь самое тихое место?       Афанасия направилась в ту сторону, куда ей указала Мадам Пинс, то и дело оглядываясь по сторонам. Вид библиотеки завораживал. Скарлетт в жизни не видела столько книг, сколько здесь. Размеры магазина в косом переулке казались просто смехотворными по сравнению с этим.       Высокие своды, стеллажи, уходящие в потолок, резные столы и мягкие стулья и сотни, нет, тысячи книг. Некоторое были новыми, другие — совсем старыми, а третьи, казалось, развалятся прямо сейчас. Всё вокруг было пропитано книжным запахом. Так пахли знания.       Это место было прекрасным. Афанасия внимательно прочитала правила, попросила Мадам Пинс помочь ей найти нужную книгу и села читать «Новая История Мира Магии. 20 век.»       Стоило найти ответы на несколько насущных вопросов, которые мешали её пониманию волшебного мира. ***       — Мисс Уокер? — от вчитывания в книгу её отвлёк голос Мадам Пинс. — У вас разве не урок сейчас?       Скарлетт поспешно отвела взгляд от строк и посмотрела на часы. 14.40. Она безучастно глядела на стрелки ещё пару секунд, а потом подскочила, тут же спохватившись и аккуратно опустив книгу на стол.       — Простите! Мне нужно бежать! — Афанасия прикрыла глаза, сосредотачиваясь и продолжила, сильно понизив тон. — Прошу прощения за то, что создаю шум, Мадам. Я совершенно забыла о времени, зачитавшись. Могу я попросить вас убрать книгу на место вместо меня? К сожалению, я не догадалась взять учебник по Трансфигурации, а потому мне надо бежать в гостиную Слизерина. Боюсь, что сильно опоздаю...       Взгляд библиотекарши снова смягчился и она подошла к одной из полок, взяв от туда книгу и протянув Скарлетт.       — Это учебник по Трансфигурации, Мисс Уокер. Зайдите и отдайте мне его после урока. Поспешите.       Несмотря на строгость в голосе и грубоватый тон, Мадам Пинс действительно ей сильно помогла. И, пусть Афанасия и не любила принимать помощь, сейчас это было очень кстати.       — Спасибо, Мадам, — сдержанно поблагодарив и приняв учебник, Скарлетт выскачила из библиотеки и, не обращая внимание на манеры и опасные лестницы, направилась вниз.       Она уже опоздала. В первый день. На Трансфигурацию. К Макгонагалл.       Афанасия подавила мученический стон. Куда, как не к Макгонагалл? Зная профессора, Скарлетт понимала, что ничем хорошим это не закончится. И скорее всего ей снимут баллы. Она, конечно, уже заработала три штуки за сегодня, но вряд ли Слизеринцы будут обращать на это внимание. Они то уж точно не упустят повод понасмехаться над ней.       Выбросив эти мысли из головы, Афанасия, уже добежавшая до кабинета, остановилась, попыталась пригладить волосы и постучалась.       Дверь перед ней открылась и на неё тут же уставилось несколько пар глаз. Она уловила взгляд Малфоя, его дружков, Пенси, Дафны, мальчишки с растрёпанными волосами — Гарри Поттера, местной звезды, — и Гермионы. Но они её не волновали так сильно, как стогие голубые глаза Макгонагалл, которая, кажется, уже заметила её пропажу и только ждала, пока она войдёт.       Афанасия поспешила извинится.       — Прошу прощения за опоздание, Профессор! — она неглобоко поклонилась, лихорадочно придумывая оправдание. — Такого больше не повторится!       — Где вы были, мисс Уокер? — женщина сдвинула брови к переносице, нахмурившись и обвела её взглядом, отметив растрёпанность. — И вас не было на обеде.       Скарлетт замялась, а затем распрямилась и вздохнула. Нет смысла что-то пртдумывать — если и есть достойные оправдания, то одним из них является библиотека.       — Я ждала свободное время с самого утра, чтобы узнать больше об этом мире, мне ещё многое непонятно. Я не хотела есть, а потому, сразу после травологии направилась в библиотеку, Прифессор, — она поймала на себе удивлённые взгляды присутствующих, но успешно их проигнорировала. — К сожалению, я засиделась за книгой «История магического мира, двадцатый век» и не заметила, что начался столь важный урок, как Трансфигурация, пусть и очень его ждала, — приправив свою речь лестью, Скарлетт мило улыбнулась. — Вы можете спросить у мадам Пинс. Она была очень добра ко мне и дала библиотечный вариант учебника, ведь он остался у меня в гостинной.       Макгонагалл ещё несколько секунд строго сверлила её, а затем вздохнула.       — Ваша тяга к знаниям похвальна, мисс Уокер, — кивнула женщина. — Но я не могу пропустить такое грубое нарушение дисциплины. Изначально я хотела снять три балла, но, поскольку такая причина довольно... достойна, я уменьшу это колличество. Минус один балл Слизерину, юная леди, — со стороны некоторых Гриффиндорцев последовали ехидные смешки. — Садитесь на своё место.       — Благодарю, Профессор, — Скарлетт развернулась и села за одну из передних пустых парт.       Пропустила она, кажется, немного, а потому быстро влилась в рассказ, слушая о Трансфигурации. Превращение животного в предмет и предмет в животное! Интересно то, что для этого надо знать анатомию. Казалось бы — маггловская наука, а тут...       Эти пятьдесят минут прошли удивительно быстро, а потому девочка даже не успела вникнуть, как урок закончился. Она нахмурилась — с ней редко происходило что-то подобное, обычно переключать внимание было легко.       Связано ли это с опозданием? Или с тем, что в голове было слишком много мыслей? Инофрмации действительно было много.       Да, она узнала, кем является Дамблдор и что именно он сделал. Даже уважением неким к нему прониклась — старик победил двух Тёмных Лордов. Куда интереснее, правда, была формулировка «победил двух сильнейших волшебников», потому что Афанасия не слишком понимала смысл прозвища «Тёмный Лорд». Но звучало круто. Интересно, а Светлые Лорды бывают?       К тому же, как оказалось, Гарри Поттер, убил одного из этих Лордов ещё в младенчестве. Это парнишка такой особенный или Лорд был слабый? Второй вариант был странным, потому что тот Кого-Нельзя-Называть почти захватил власть в магическом британии и распрастранил своё влияние далеко за пределы этой страны. До его смерти говорили, что недалёк год, когда Тёмный Лорд захватит не только Британию, но и соседние страны. Странно только, что так быстра эта его империя развалилась посе смерти предводителя. Как зовут этого Лорда она так и не узнала. Но то, что даже в книгах не осмеливались писать его имя — показатель того, насколько его боялись. И боятся.       Вот только теперь появился новый, очень важный вопрос. Почему Дамблдор, — Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов, — смотрит на неё, маленькую девочку, с таким страхом?       Скарлетт нахмурилась. Единственный, кто так мог напугать Дамблдора, сейчас должен быть мёртв, его убил Гарри Поттер. Неужели она как-то связана с ним? Афанасия хмыкнула. Да быть не может. Более абсурдной мысли у неё в голове не возникало уже давно, если вообще возникало.       Она вздохнула и поднялась с месте, направившись в единственное спокойное место в замке и уже такое полюбившееся место — библиотеку. На этот раз, слава всем богам или кто тут вместо них в волшебном мире, девочка добралась до места назначения довольно быстро, а потому сейчас уже сидела за столиком в углу и читала книгу, которую не смогла дочитать в прошлый раз. А очень хотелось.       Остановилась Скарлетт как раз на том моменте, когда тот Кого-Нельзя-Называть пал, а Гарри Поттер внезапно пропал. Как известно — его куда-то забрал Дамблдор. Куда, правда, не понятно, но это её не сильно волнует. Куда больше Афанасию интересовало то, что проходило в мире последние десять лет.       Ну и то, что делать дальше, конечно. Ей надо было влится в коллектив — таковы правила. Змеи это или люди, чтобы выжить среди других, нужно с ними подружится. Или запугать. Второе пока было проблематично, но, как показывала практика приюта, действенно.       А для того, чтобы влится в коллектив, нужно быть сильной и умной, — змеи всегда подчинялись тем, кто лучше. И ещё надо знать то, о чём осведомлены все.       Слизерин — гиблое место, где находятся избалованные детишки, но это тот факультет, на котором ей придётся жить ещё семь лет. И если первый курс в качестве друзей совершенно точно отпадал, то остальные выглядели привлекательно. Надо всего лишь влится в высшее общество, узнать о великих людях, о предках этих детей, об истории, традициях и этикете. Стать аристократкой не только внешне, но и внутренне. Звучало не слишком сложно, Афанасия быстро училась.       Старшие то уж точно должны понимать, что происхождение — не приговор.