Возможности

Сакура глубоко вздохнула, стоя перед дверью. Она прекрасно понимала, что принесет эта ночь, и, честно говоря, мысль об этом наполняла ее предвкушением, волнением и тревогой. Саммит наконец-то завершился. Теперь Сакура может расслабиться. По крайней мере, она на это надеялась до сегодняшнего утра, когда Тобирама Сенджу, один из самых влиятельных бизнесменов Конохи, не только пригласил ее в свой номер в отеле, но и дал ей запасной ключ-карту. Мысль о близости с Тобирамой вызывала у Сакуры бурю эмоций. С одной стороны, ей хотелось сказать «нет»: близость с мужчиной намного старше ее была бы неуместна, но с другой стороны... Ты – взрослый человек, ты свободна и можешь делать все, что захочешь! И еще, ЭТО ЖЕ ТОБИРАМА! Просто действую, девочка! В этом она была похожа на Ино. Вот что значит дурное влияние лучшей подруги. Но что, если я неправильно все поняла? Может ли его заинтересовать такая, как я … Дзинь-дзинь! Сакура повернулась и достала телефон, чтобы узнать, кто ей звонит. Входящий вызов – ИНО «СВИНКА» ЯМАНАКА. Легка на помине. Надо ответить. Бесполезно игнорировать подругу, она будет доставать ее, пока не добьется своего. – Привет, Ино, как дела? – Не спрашивай меня «как дела». Ты прекрасно знаешь, почему я звоню! Расскажи мне побольше об этом парне Тобираме, с которым ты встречаешься. Мне нужны подробности. Розоволосая уже пожалела, что рассказала Ино о свидании с Тобирамой. Она вздохнула: – Что тут сказать? Он – второй Хокаге, у него свой бизнес… – Да– да– да, меня это не волнует. А что насчет его внешности? Он – горячий мужчина? Сакура взяла паузу на раздумья. Его пепельные торчащие волосы, в которые ей всегда хотелось запустить руку, красные полосы на щеках и подбородке. Его телосложение. Он, наверное, провел полжизни в тренажерном зале. И его глаза, красный и напряженный, как будто у него есть планы на тебя, например, поставить тебя на колени и... – Да, я думаю, что да. – Ух ты, посмотри-ка, какая ты честная и смелая! Хорошо, это на самом деле обнадежило. – Да, я думаю, пришло время забить на «сама знаешь кого». – Молодец! Ты получишь член Хокаге! Сакура нервно хихикнула, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто их не услышал. – Есть на это надежда. – О, верно. Он же Хокаге. Он, наверное, старый, да? Сколько ему лет? – Я думаю, ему около 37. Если она правильно помнила, между ними была 10-летняя разница. – О да, звучит как будто он — дильф. (прим.перевод. dilf – англ.аббревиатура в переводе «папочка, с которым я бы хотела переспать» (Dad I’d Like to Fuck)). Она снова хихикнула и повернулась лицом к двери. – Ну, он определенно… дильф. Слова вырвались прежде, чем она смогла себя остановить. Перед ней дверь номера Тобирамы была открыта. Мужчина прислонился к дверному косяку, скрестив руки и ноги. Дерьмо! Должно быть, он меня услышал! О боже, почему он так стоит? Еще показывает мышцы рук! Ух! Клянусь, он специально их так выгибает! Сакура сглотнула, стараясь не показывать перед мужчиной ни застенчивости, ни слабости. Вместо этого она изящно изогнула бедро и оперлась о него рукой. – Ох! Я так тебе завидую! Обещай мне, что расскажешь мне все! Что он тебе говорил, что он с тобой делал, сколько раз, а главное, размер его члена! Тобирама многозначительно приподнял бровь. Голос Ино отчетливо был слышен. Мужчина заметил, как покраснели щеки розоволосой, ее глаза быстро скользнули ниже его пояса, и снова посмотрели на его лицо. Он глубоко вздохнул, чтобы сохранять спокойствие. — Хорошо, — раздраженно ответила Сакура сквозь зубы. – Длина! Толщина! Изгиб! Форма! Цвет! Все! Ты меня слышишь? Господи Иисусе, женщина! Замолчи! Тобирама почесал затылок и отошел в сторону, чтобы впустить бедную девушку и не смущать ее еще больше. Сакура сжала губы, но кивнула ему в знак благодарности. Он закрыл за ней дверь и вернулся в номер. До него донеслось ее хихиканье. Ему понравился ее смех. Это было довольно мило. – Ну, вообще-то я сейчас в его номере, и чтобы ты знала, он тебя слышал. Тишина никогда не была такой громкой. – Серьезно? Сакура кивнула: — Угу, в любом случае, мне пора. У меня свидание с горячим альбиносом. Увидимся, — она закончила разговор и вздохнула. Он снова скрестил руки на груди и поднял бровь, глядя на нее: – Альбиносом? – У тебя белые волосы и красные глаза. Кстати, мне нравится, что ты ничего не сказал о «горячем» комментарии. – Я в курсе своей внешности, Харуно, — сказал он с кривой усмешкой, – просто радуйся, что я не упоминаю ничего о другом, что она тебе говорила. В этот момент ее щеки, наверное, были того же цвета, что и волосы. Она не смогла удержаться и закрыла лицо руками: – Да, мне очень жаль. Она может быть очень… – Честной? Мужчина обошел ее, наблюдая, как она кивает. – Я хотела сказать прямолинейной, но, можно и так. Она не могла решить, что было более открытым, когда дело касалось Ино: ее разум или ее ноги, но это напоминало Сакуре, что не нужно относиться к жизни слишком серьезно. Кстати об этом, Сакура оглянулась за Сенджу и заметила его стол и журнальный столик, заваленный бумагами, открытый ноутбук, открытый планшет… — Только не говори мне, что ты все еще работаешь? Тобирама оглянулся на беспорядок: – Чем больше я сделаю сейчас, тем меньше мне придется сделать потом. Сакура положила руки в бедра и подняла бровь, глядя на него: – Позже всегда найдется чем заняться, даже если ты все сделаешь сейчас. Держу пари, что ты все равно найдешь, над чем поработать, верно? Похоже что с своем глазу бревна не замечают. – Я называю это двойной проверкой. – Я называю это одержимостью, а теперь отложи все рабочие дела и успокойся, трудоголик. Ты обещал мне хорошо провести время. Она сделала паузу, закрыла глаза и мысленно отругала себя. О боже, она сказала это так… – Ты права. Я все уберу и принесу тебе выпить, как и обещал. К счастью, Тобирама пропустил ее тон мимо ушей. Вечер обещал быть интересным. – Все в порядке. После двух недель интенсивной работы, трудно избавиться от привычного мышления. Он усмехнулся: – Да, думаю, что так и есть. Хотя сегодня утром у тебя, похоже, с этим не было проблем. Сакура не смогла сдержаться, опустила голову и отвела взгляд. Оказывается, даже такого масштабного, важного и загруженного Саммита Каге было не достаточно, чтобы отвлечься от дерьмовой бури в ее личной жизни. Тобирама, кажется, заметил перемену в ее настроении. Он переложил все документы, ноутбук и планшет на журнальный столик и подошел к мини-бару. – Харуно. Он щелкнул пальцами, чтобы привлечь ее внимание. Она подняла глаза и увидела, как он манит ее двумя пальцами, его глаза полуприкрыты. Ааа! Почему он выглядит таким сексуальным? Розоволосая усмирила бабочек в животе и тоже подошла к мини-бару. — Что я могу предложить вам сегодня вечером, мисс? Сакура не могла удержаться от улыбки, глядя на его игру. — Что у тебя есть? — Все, что ты захочешь. — А что если у тебя нет того, что я хочу? Тобирама мгновение смотрел на нее, а затем не отводя взгляда, наклонился над стойкой, опираясь на вытянутые руки. — Тогда я либо сделаю сам, либо позвоню, чтобы принесли в мой номер. Она засмеялась, но затем ей в голову пришла идея. — Как насчет соревнования кто кого перепьет? Мужчина на мгновение посмотрел на нее, а затем фыркнул: — Тебе следует быть очень осторожной, Харуно. В отличие от моего брата, я долго не пьянею. — Правда? — Я пил с ним и братьями Учиха много лет, и все всегда заканчивалось одинаково. Мой брат и Мадара выпивают, мне приходится к ним присоединиться, один из них отрубается, в основном старший брат, и к концу ночи мы все пьяные в хлам. Сакура хихикнула. Он наклонил к ней голову. – Извини, но я не могу себе представить, чтобы ты был пьяным в хлам. Хотела бы я на тебя посмотреть. – Легко. Я более агрессивен. – Тогда давай попробуем. Она взяла бутылку водки и налила три рюмки. Затем взяла одну из рюмок. – Ты выпиваешь две вместо моей одной. Она выпила стопку и швырнула ее на стол, открыла бутылку и налила еще. – Это вызов или повод напоить меня? – Да, — она выпила еще одну, — тебе лучше поторопиться, я уже выпила две рюмки, а это значит, что ты отстаешь на четыре. Он поднял бровь, глядя на нее. Ее щеки уже покраснели. Что бы она не задумала, она не отступит. Он посмотрел на четыре рюмки перед собой и снова на нее. Не отводя взгляда, он взял рюмку и без колебаний выпил одну, вторую, третью и четвертую. Он облизнул нижнюю губу от остатков водки, не сводя с нее глаз. – Я уже проходил это с Мадарой, шесть против его четырех. Не относись ко мне легкомысленно. Она улыбнулась и взяла свою рюмку. — Тогда и тебе лучше не недооценивать меня, Сенджу. В таком случае я тоже выпью четыре. Все, что сможешь сделать ты, смогу сделать и я. — Осторожно, ты такая наивная, — сказал он, наблюдая, как она выпила еще две рюмки. Теперь они были равны. – Ну, может быть, мне стоит пойти к Мадаре и предложить выпить ему. Это заставило его кровь закипеть, алкоголь провоцировал его мысли. Он налил четыре рюмки, одну отдал Сакуре, а другую забрал себе. Прежде чем она успела поднести рюмку к губам, Тобирама скрестил свою руку с ее рукой. – Сегодня я отказываюсь делить тебя с кем-либо. Он выпил рюмку, а Сакура застыла ошеломленная. Она быстро выпила свою рюмку и разомкнула их руки. Час спустя… Через полчаса они перестали пить крепкий алкоголь, но продолжали выпивать. Это развязало им языки, но все же они себя контролировали. – Кстати, мне нужно еще раз поблагодарить тебя за тот случай в начале недели. Когда ты защитил меня от Данзо Шимуры. – Да брось, он с тобой так разговаривал, что меня это взбесило. Нельзя ни с кем так разговаривать, и не важно работают они с вами, на вас или нет. Я отвел его в сторону и сказал, что если я когда-нибудь еще раз услышу, что он разговаривает с кем-то подобным образом, особенно с тобой, то он пожалеет, что родился на этот свет. – Ух ты. Она уже видела раньше агрессивную сторону Тобирамы. Но теперь он защищал ее, и она не могла не найти это милым и даже слегка возбуждающим. Она сделала еще глоток и снова заметила красные оттенки на кончиках его ушей. — Знаешь, я обнаружила в тебе кое-что очень интересное, Тобирама. Тобирама поставил свою рюмку и скрестил руки на груди. — Хм? И что же? Она закусила нижнюю губу, пытаясь сдержать веселье. – Когда ты краснеешь, то краснеют не щеки, а кончики твоих ушей. Мужчина посмотрел на нее в шоке, как будто она открыла тайну, которую он надеялся унести в могилу. Это было правдой. Его губы сжались в тонкую линию. – И твой румянец более заметен благодаря твоим пепельным волосам и бледной коже, поэтому это так очевидно. Тобирама отвел взгляд и застонал: – Заткнись! Тебе нравится смеяться надо мной, да? Сакура покачала головой и махнула ему рукой: – Нет! Я не смеюсь над тобой. Я на самом деле думаю, что это очень мило. – М-мило?! – Ой, посмотрите на него, думаю, твои щеки все-таки краснеют. – ЗАМОЛЧИ! Он потянулся за рюмкой и допил остатки алкоголя. — Оууууу, да ладно, Тобирама, тебе нужно расслабиться. Как насчет массажа? Тобирама чуть не поперхнулся и снова посмотрел на нее: – Чего? Она ни за что бы не смогла даже предложить это ему в трезвом виде. Жидкая смелость, делай свое дело! Назад пути нет! — Я серьезно, я училась делать массаж, так что у меня не плохо получается. И ты даже не будешь моим первым. Раньше я делала массаж Изуне и Мадаре. Мысль о том, что розоволосая касалась других мужчин, не говоря уже о братьях Учиха, заставила кровь мужчины вскипеть, он так сжал свой стакан, что чуть не разбил его. — Ты серьезно? Сакура, не подозревая о ревности Тобирамы, кивнула и продолжила: — Да, когда-то я работала в больнице и помогала Изуне восстановиться после аварии на мотоцикле.. Сенджу это помнил. Это была очень серьезная авария. Даже он был обеспокоен за жизнь Учихи. Молодой Учиха несколько месяцев пролежал в больнице, но чудом выжил. Теперь он не замолкает о том, как встретился со смертью и вышел победителем. — Мне приходилось массировать его ноги во время реабилитации, для поддержания кровообращения. Конечно, Изуна флиртовал с ней, когда она делала ему массаж, и она не могла не флиртовать в ответ. Это было безобидно, но она ни в коем случае не говорила об этом Тобираме. Однако, судя по его глазам, он был чем-то недоволен. — А Мадара? — Представь себе, в каком он был стрессе из-за того, что брат попал в больницу. И еще работа навалилась. Я предложила ему массаж только для того, чтобы облегчить напряжение в плечах, когда однажды заметила, что он работает у постели Изуны. — Ясно, — проворчал Тобирама. Он не мог ее винить, это в ее природе — помогать другим. Сакура заметила его кислое настроение, ей это даже показалось милым, но она знала, как помочь ему расслабиться. Сакура взяла рюмку мужчины и поставила ее вместе со своим стаканом на журнальный столик, а затем медленно отодвинула стол от дивана. — Повернись, я начну с твоих плеч. Тобирама на мгновение посмотрел на нее. Было ясно, что она не собирается отступать. Он глубоко вздохнул в знак своего поражения и повернулся к ней спиной. — Ну ладно. Мне нужно снять рубашку? Сакура на мгновение посмотрела на него, в ее мозгу будто произошло короткое замыкание. — Как ты хочешь меня? У тебя на коленях! Надо мной! Подо мной! Во всех возможных позициях! Ох, черт, я такая же плохая, как Ино! — Э-э, как насчет того, чтобы расстегнуть несколько пуговиц, чтобы твоя рубашка не была такой… тесной? Сакура закрыла глаза от смущения. Дело не в том, что его рубашка была тесной, но она дала понять, что рассматривала его. В ее защиту можно сказать, что трудно было этого не делать — его одежда едва скрывала его крепкие мышцы на руках и плечах. Сакура наблюдала, как Сенджу повернулся к ней спиной и расстегнул несколько пуговиц. Он опустил воротник рубашки, теперь она видела его затылок и мышцы, соединяющие его шею и плечи. Успокойся, девочка, ты справишься! Она потянулась за бутылкой водки и незаметно, быстро глотнула, потом стала разминать пальцы. — Если ты почувствуешь дискомфорт, боль или что-то еще, пожалуйста, скажи мне. — Хорошо, — Тобирама кивнул, его глаза широко раскрылись, когда он почувствовал руки девушки на своих плечах, поверх рубашки. Он надеялся, что его уши больше не краснеют. Его рубашка была единственным, что разделяло их кожу. — Расслабься. — Х-хорошо. — Ух ты, это было убедительно, — поддразнила она его, но ее хихиканье прекратилось, когда он повернул к ней голову. — Тихо ты. Если тебе интересно, это мой первый массаж. Я не привык, чтобы люди прикасались ко мне, — он повернулся к ней спиной, скрывая покрасневшие щеки, но уши выдали его, Сакура сдержала смех из-за его застенчивости. Застенчивый Тобирама был очень милым. — Правда? Тогда мне нужно выложиться по полной, сэр. Она начала сильно нажимать пальцами на плечи мужчины и принялась за работу. — П-постарайся. Не хотел бы оставить тебе плохой отзыв. Он пытался разрядить обстановку. Судя по смеху девушки позади, это, похоже, сработало. Тобирама не мог не закрыть глаза, чувствуя, как большие пальцы Сакуры давят на напряжение в его плечах. Он не смог сдержать первый стон, когда она поймала узел. Во второй раз он был тише. Несмотря на хрупкую внешность, Сакура на самом деле была довольно сильной, но казалось, что она все еще сдерживается. — Извини, у тебя здесь большое напряжение. Ее пальцы двигались круговыми движениями, заставляя мужчину еще больше выпрямить спину и повернуть голову в сторону. Его дыхание стало глубоким, плечи приподнялись, а мышцы задвигались. Сакура не могла не почувствовать возбуждение от того, что именно она заставила его стонать. Ей хотелось услышать больше, она хотела, чтобы он заставил стонать её. Она закусила губу. — Это, должно быть, от работы, — он откинул голову назад, — напряжение накапливается с годами. С его уст снова вырвался стон. Если бы он только знал, что это делает с бедной девушкой позади него. Боже, его глубокий голос делает его стоны такими страстными. К этому моменту его воротник отодвинулся еще дальше, открывая большую часть спины. Сколько пуговиц он расстегнул? Чем больше она смотрела на его шею, тем больше ей хотелось покрыть ее поцелуями. С такой бледной кожей, как у него, любой засос, который она оставит после себя, будет выделяться. Она уже представила, как Хаширама и Мадара дразнят его по этому поводу. Она хотела проверить почву. Она убрала руки с его плеч и положила их обратно, только на этот раз прямо на его кожу. Его кожа была такой мягкой, но твердой и горячей. — Ну как? — Хорошо, — он снова застонал, когда она достигла его лопаток. Рубашка уже соскользнула с плеч. Теперь Тобирама догадался, как много шума он производит, и он забеспокоился о том, что ей было неловко: — Прости меня, я просто к этому не привык. — Оууу, не волнуйся, — Тобирама застыл, почувствовав ее губы на своей шее, — это твой первый раз, поэтому я стараюсь быть нежной. Губы снова нежно чмокнули его кожу, послав толчок по всему телу. Удовольствие пробежало по его позвоночнику, заставляя его согнуть лопатки. Знает ли она, к чему это приведет? Он услышал ее хихиканье: — Ой, кончики твоих ушей снова покраснели. Тобирама нахмурился: — Я… ну, это… это всего лишь… Как только он хотел подняться, его остановили ее руки. Она положила руки ему на плечи и удержала его на месте. Он чувствовал, как Сакура стала еще ближе. Он слегка повернул голову, и только сейчас вспомнил о зеркале на столе напротив. Он мог бы и не смотреть туда, но это зрелище вызвало волну удовольствия прямо в его паху. Прямо за ним стояла Сакура, держась за его плечи, одна её нога на полу, а другой опирается о диван. Ее лицо было очень близко к его уху, он мог чувствовать ее горячее дыхание на коже ушей и шеи. Их взгляды встретились сквозь отражение. — Как я уже сказала, — прошептала она, легонько поцеловав кончик его уха. — Я думаю, это мило. Очень нежно она укусила его, от чего у Тобирамы перехватило дыхание. Сакура улыбнулась, глядя на их отражение. Тобирама на мгновение закрыл глаза, но заставил себя открыть их, чтобы посмотреть на нее через зеркало. Его щеки были такими же красными, как и у нее, взгляды стали более напряженными. — С тобой очень сложно оставаться джентльменом, Сакура. Сакура усмехнулась: — Правда? Ты всегда джентльмен? — На публике — да. Однако наедине, — он не сводил с нее глаз сквозь отражение, — я совсем не такой. Он почувствовал, как ее пальцы на его плечах сжались. Ее дыхание теперь тоже стало тяжелым. — Правда? Она не сводила с него глаз, и он повернулся к ней лицом. Она посмотрела на него. Розоволосая мгновенно почувствовала, что становится мокрой, как только их взгляды встретились. — Я бы хотела увидеть твою «не джентельменскую» сторону. Их взгляды порхали: влево и вправо, глаза, волосы, щеки, нос, губы и обратно к глазам. Сакура смотрела, как у Тобирамы покачивается адамово яблоко, когда он сглатывает, словно проглатывая остатки своей гордости. — Ты уверена, что справишься с этим? — Я думаю, что главный вопрос: сможешь ли ты справиться со мной? Тобирама потянулся к ней, он коснулся ее подбородка большим и указательным пальцами. После нескольких секунд пристального взгляда он притянул ее лицо ближе к себе. Он наклонил шею назад, когда девушка еще больше наклонилась к нему и их губы встретились. Их губы соприкоснулись друг с другом и разъединились, снова и снова, медленно продлевая поцелуй каждый раз. Они разъединились в последний раз. Сенджу наблюдал за девушкой, когда она встала перед ним, облизывая губы с его вкусом, не сводя с него глаз. — Я еще не закончила твой массаж. Он уже хотел возразить, но остановился, почувствовав руки Сакуры на своих бедрах. Ее большие пальцы задели его ноги, заставив их слегка подпрыгнуть. Тобирама поправил позу, чтобы скрыть это, но розоволосая уже заметила натянутую ткань его брюк. Сакура посмотрела на него с озорной улыбкой и закусила губу: — Уже взволнован, да? Тобирама еще больше заволновался, но быстро понял, что притворяться бессмысленно, ничто не могло отвлечь их от того, к чему это вело. И, по общему признанию, они оба этого хотели. Он вздохнул, признавая поражение: — Обещай, что никому не скажешь… мои бедра очень чувствительны. Особенно там, где ближе к… — он смущенно отвел взгляд, — ну, ты поняла. Это был секрет, который Тобирама хотел унести в могилу. Это было еще более неловко в подростковом возрасте, когда он хуже себя контролировал. — Да неужели? Сакура медленно скользнула руками вверх по его бедрам и наблюдала, как мужчина пытается сдержать себя, его руки сжали подушки дивана, дыхание стало тяжелым. Она только сейчас заметила пуговицы на его рубашке. Он расстегнул их достаточно, чтобы обнажить грудь и живот. — Кажется становится жарко. Тобирама наблюдал, как розоволосая еще больше раздвинула ему ноги и опустилась перед ним на колени. Её щеки покраснели, когда она начала расстегивать его ремень. — Я хочу увидеть больше, если ты не против. — Сколько ты выпила? — Недостаточно, если ты подумал, что пользуешься мной, — скорее все наоборот, но неважно. Она расстегнула молнию на его брюках и остановилась, чтобы посмотреть на него, — но достаточно, чтобы дать мне смелость отсосать тебе. Это было все согласие, которое ему было нужно. — Хорошо, — он приподнялся, чтобы помочь ей стянуть с него брюки и нижнее белье. Сакура отпустила их и ахнула при виде него. Он был огромным. Очень розовая головка в форме гриба, из которой уже сочилась смазка и медленно стекала по его члену. Но затем внимание Сакуры привлекло кое-что еще. — Что это? Она пригнулась, чтобы лучше рассмотреть, не касаясь его. Это сводило мужчину с ума. — Что на этот раз? В отчаянии он наблюдал, как девушка улыбается, как будто она открыла еще один его секрет — красивое пятнышко прямо под головкой его члена. — Родинка, прямо здесь. Она осторожно коснулась пятна кончиком пальца. От этого прикосновения его член дернулся. Сакура могла поклясться, что он еще немного вырос. Тобирама терял терпение, ему надоело ждать. — Сакура, — она посмотрела на него, — я достаточно долго ждал, закончи массаж, чтобы я мог тебя трахнуть. Он наблюдал, как ее глаза на мгновение расширились, а затем чуть прикрылись, услышав его обещание. Она улыбнулась и выдохнула горячее дыхание на его кончик. — Я заставлю вас это сделать, сэр. Она опустилась и поймала языком его смазку, стекающую по его длине. Сакура медленно провела языком от основания до кончика члена, не сводя с него глаз. Тобирама с изумлением наблюдал, как ее язык кружится вокруг его головки, чувствуя на себе ее горячее дыхание. Затем она поглотила его головку, застонав от ощущения его присутствия во рту. Она закрыла глаза. О нет, я же могу к этому пристраститься. — Чччччерт, — он откинул голову назад, ее рот был таким приятным. Таким горячим и влажным. Он застонал громче, когда почувствовал, как она просунула язык под его член и поглотила его еще больше. Без предупреждения Сакура почувствовала, как рука Тобирамы схватила ее за затылок, когда он глубже проник в ее рот. Она слышала, как он шипел и стонал. — Продолжай, у тебя так хорошо получается. Сакура попыталась отодвинуться назад, чтобы что-то сказать, но ее оттолкнули обратно. — Не разговаривай с набитым ртом, — он запустил пальцы в ее розовые локоны, призывая ее продолжать. Ей пришлось подчиниться, ее руки все еще лежали на его коленях, она покрыла его член слюной и сосала его, покачивая головой вверх и вниз. Тобирама поднял голову к потолку и закрыл глаза, чтобы насладиться удивительными ощущениями. Удовольствие стало еще больше, когда он почувствовал, как ее руки снова скользнули по его бедрам. Нежно касаясь их ногтями, она застонала, почувствовав, как его член дернулся у нее во рту. Она переместила одну руку, чтобы поиграть с его яйцами, но его хватка в ее волосах усилилась. — Верни руку туда, где она была. Кажется, ему понравился массаж бедер больше, чем она ожидала. Она еще раз сжала его яйца, и снова положила руку ему на бедро. Большими пальцами она провела круговые движения по внутренней стороне его бедер. Слезы наполнили ее глаза, она изо всех сил пыталась дышать через рот, вдыхая его мужской запах и ускоряясь. Сенджу снова посмотрел вниз, чтобы полюбоваться видом. Эротическим видом этой удивительной, умной, красивой женщины, стоящей на коленях, все еще в деловом костюме после конференции и сосущей его член. Она выглядела так... — О, да, вот так. Он чувствовал, как его яйца начали сжиматься. Сакура почувствовала, как его член дернулся сильнее. Она расслабила горло настолько, насколько могла, и застонала, когда взяла его как можно больше и сосала сильнее и быстрее. — Са-Саку-ах... Все, что Тобирама мог сделать, это открыть рот с беззвучным криком, когда его тело затрясло. Струя выстрелила ей в рот. Сакура быстро отступила, его хватка на ней полностью исчезла. Она вынула его изо рта и, держась за него, сглотнула. Потом она вернулась, чтобы почистить его. Все, что мог сделать Тобирама, это смотреть вниз, как Сакура слизывает остатки спермы. — Ты дал мне очень много спермы. Алкоголь все еще делал свое дело, развязывая ей язык. Сенджу лишь усмехнулся, улыбнувшись ей. — Кажется, я накопил больше, чем думал. Мои извинения, — он все еще переводил дыхание. Сакура покачала головой: — Не извиняйся. Я не против, к тому же у тебя приятный вкус. — Правда? Сакура закусила губу и кивнула: — Ну и как прошел ваш массаж, сэр? Кажется, теперь это стало извращением. — Очень хорошо, я обязательно приду еще раз. Однако, похоже, я не могу вам заплатить, — он наблюдал, как розоволосая хихикала над их ролевой игрой. — О боже, мы не можем этого допустить, — она положила руки на его колени и приподнялась, чтобы встать перед ним. Она начала расстегивать свою рубашку. — Думаю, вам придется найти другой способ заплатить мне. Она сняла рубашку, а за ней и юбку. — Есть идеи? Тобирама почувствовал, что у него открывается второе дыхание, он обхватил пальцами свой член и начал его медленно поглаживать, наблюдая, как розоволосая стягивает с себя колготки, трусики, затем расстегивает бюстгальтер и скидывает его на пол. Она стояла перед ним в куче одежды, полностью обнаженная, чтобы он мог рассмотреть ее. — Есть предложение, — она положил руки на бедра, — как насчет того, чтобы сдержать свое обещание и трахнуть меня. Эта женщина была ненасытна. Мужчина все еще приходил в себя после потрясающего оргазма. — Тебе придется дать мне минуту, чтобы перевести дух, — он уже отдышался некоторое время назад, но знал, что его метафора будет ей понятна. Сакура просто кивнула, наблюдая, как член в его руке медленно растет. Она улыбнулась этой идеи. Она могла сделать то, что хотела раньше. Сакура повернулась к журнальному столику и наклонилась, чтобы взять бутылку и выпить, стараясь обеспечить Тобираме хороший обзор. — Думаю, я знаю, как помочь. Такая милая, кругленькая попка, которую хочется сжать, шлепнуть и трахнуть. Она сделала один, два, три глотка красного вина и поставила бутылку. Затем повернулась и подошла к нему. Сенджу перестал гладить себя, а она наклонилась над ним, и оседлала его. Ее руки легли ему на плечи и скользнули к его бицепсам. Она просунула руки под рубашку, расстегнув ее еще больше. Ей потребовалось мгновение, чтобы почувствовать теплую, гладкую кожу на его груди, ключицах, плечах и шее. Он сделал то же самое с ней, касаясь ее красивых подтянутых ножек, широких бедер, пухлой груди – всего ее тела. Не говоря больше ни слова, Сакура склонилась над Тобирамой, положив одну руку на его плечо и ключицу, а другую ниже на грудь и живот, расстегивая последние пуговицы его рубашки. Она наклонилась к его губам и прошептала: — Поцелуй меня. И он ее поцеловал. Как только он почувствовал, что последняя пуговица расстегнулась, он обнял ее и прижал к себе. Он наклонился вперед, снял рубашку и швырнул ее куда-то в комнату, когда их губы сплелись. Их языки боролись, он чувствовал вкус вина у нее во рту. Схватил ее за волосы и углубил поцелуй, заставив ее застонать. Она прервала поцелуй и, не сводя с него глаз, протянула руку, несколько раз погладила его и прижала к своему входу, ее соки уже сочились по его члену. Подняв задницу, Сакура ввела его внутрь. Она вздохнула и застонала, когда он скользнул глубже в нее. Они оба тяжело вздохнули от этого ощущения. Они прижались лбами друг к другу, когда она, наконец, полностью села на него, и его член полностью заполнил ее. — Чччерт, — прошептала она, обхватывая его щеки и проводя по его красным линиям большими пальцами. Она чувствовала его руки на талии. — Ты такой большой… Она медленно приподнялась и улыбнулась ему. Их рты открылись в молчаливом благоговении. — Тебе это нравится. — Да, я… ах... черт, Тобирама. Услышав, как она произносит его имя, он хотел, чтобы она произносила его чаще. Это чувство и зрелище загипнотизировало его. Ее тело подпрыгивало на его члене. Ее стены сжимали его. Его руки опустились на ее задницу, он крепко сжал ее ягодицы, от чего Сакура заскулила, особенно когда он начал двигать ее со своей скоростью. Ее контроль постепенно переходил в его руки. — Ты же этого хотела? — Ах, черт! Да, да, просто так ...ммм. Тобирама опустил голову и их губы встретились. Стоны вырывались из ее рта, когда он увеличивал темп, потянув ее вниз, вонзаясь в нее. Он прервал поцелуй и повернул голову в сторону и Сакура воспользовалась шансом прижаться к его шее, сильно укусила и засосала его. Тобирама зашипел, чувствуя, как ее зубы царапают его кожу. — Ух, плохая девчонка. Его слова разожгли ее огонь. Он стиснул зубы, а она продолжала целовать его шею. Он схватил свой галстук и притянул ее, чтобы она оказалась лицом к нему. Она посмотрела на него на мгновение, прежде чем все потемнело. — Хм? Он остановился, затянул галстук на ее глазах и схватил ее за руки, прежде чем она потянулась к повязке. — Считай это наказанием за то, что дразнила меня, — он снова сильно вошел в нее. Она заскулила, что переросло в стон: — Хны, это подло. Она почувствовала как его лицо приблизилось к ней: — О, ты еще не видела настоящей подлости. Все, что Сакура могла сделать, это взвизгнуть, когда Сенджу положил руки ей под колени и встал, поднимая ее вместе с собой, отчего она выскользнула из него. Сакура заскулила от потери и пустоты. Она хотела обхватить его ногами за талию, но он ей не позволил. Его сила, то, как он держал ее на весу, возбуждало ее. — Ах, Тобирама, пожалуйста, трахни меня. Тобирама ухмыльнулся ее отчаянию. И сказал, медленно разворачивая их. — Говорят, когда теряешь одно из чувств, другие чувства обостряются. Давай проверим эту теорию? Все, что она могла сделать, это кивнуть: — Ок. Комната наполнилась ее криком, а затем протяжным стоном от удара руки Тобирамы по ее заднице. Тобирама улыбнулся ее ответу. — Ну и как? Такое ощущение, что ее чувства уже обострились. — Д-да, сэр. — Хорошая девочка, — его голос был глубоким и рокочущим. Он опустил ее на диван, прижав спиной к спинке. Дыхание Сакуры выровнялось, когда ее спина коснулась мягкой подушки дивана, но ее пульс снова ускорился, когда она почувствовала, как ее ноги отодвигаются назад. Она чувствовала, как большие руки Тобирамы обхватили ее изящные лодыжки, полностью контролируя ее положение, мужчина прижал ее лодыжки к спинке дивана, полностью раздвинув ее ноги, чтобы он мог все видеть. Сакура застонала от этой непристойной позы. Тобирама облизнул губы при виде этого: — Никогда не знал, что ты такая гибкая, Харуно. Отведя лодыжки назад, она застонала и подняла задницу. Он не удержался, нагнулся и быстро поцеловал ее в губы, а затем занял свою позицию. — Ааа, пожалуйста, Тобирама, пожалуйста, трахни меня. Тобирама одарил ее злорадной улыбкой. Жаль, что она не могла этого увидеть. — К счастью для тебя, мое терпение кончилось. Пришло время сдержать свое слово и как следует оттрахать тебя. Сакура откинула голову назад, чувствуя, как к ней прижимается Тобирама всем своим весом. Она почувствовала, как мужчина сжал ее лодыжки сильнее. — Держи ноги вот так, или я свяжу тебя и оставлю одну, — его глубокий голос прогремел по ее телу. Сакура не осмелилась перечить, она слишком отчаянно хотела вернуть его в себя. Она кивнула: — Да, сэр. Сейчас она была рада, что у нее повязка на глазах, даже пьяная Сакура не думала, что сможет вынести вида своего отражения в такой позе. Она держала ноги за колени и старалась оставаться как можно более неподвижной. — Моя хорошая девочка. — Ммпф, — он знал, что это заводит ее. Она слышала, как Тобирама тяжело дышит, когда он снимает последнюю часть своей одежды, которая все еще висела у него на лодыжках. Он воспользовался моментом, чтобы полюбоваться ею. — Посмотри на себя, — он навис над ней, совместив свой член с ее блестящим отверстием, — так открыта и готова для меня. Он схватил заднюю часть ее бедер, позволяя ей отпустить и расслабить руки. — Подними руки над головой и держи их там, — он смотрел, как его член входит в нее. — О боже-АХ! Боже! — ее голос поднялся на октаву, когда он начал входить в нее. Он наклонился, чтобы поцеловать ее. Их поцелуи стали небрежными, когда он ускорил темп. Звук их шлепков по коже, ощущение ударов его яиц по ее заднице, Тобирама смотрел как он входит и выходит из нее своим членом. Они оба стали еще более возбуждены, чем раньше. — Ха! Ах! Да, прямо здесь! То- Тобирама! — она крепко схватилась за спинку дивана. Он никогда больше не сможет слышать свое имя так, как прежде. — Вот так …как ты меня засасывать, маленькая шалунья. — Я — вздох —….я думала, что я твоя хорошая девочка? Тобирама ухмыльнулся и усмехнулся, толкаясь в нее сильнее, заставляя ее стонать сильнее: — Да, ты моя хорошая девочка, — сильнее, — принимаешь меня так хорошо, — сильнее. Оба чувствовали, как оно нарастает. Тобирама, как ответственный человек, несмотря на то, что был пьян от алкоголя и секса, он не мог не спросить. Он отпустил одно бедро, обхватил ее щеку, поцеловал и удержал на месте. Нога, которую он отпустил, теперь лежала у него на плече. — Куда ты хочешь, чтобы я кончил? — Ммпф, — Сакура закусила губу на вопрос, — внутри меня. Пожалуйста! Ах! Заполни меня! Внезапно рука на ее щеке сдернула повязку с ее глаз, Тобирама страстно поцеловал ее, она не удержалась и снова закрыла глаза. Как только они расцепились, Сакура открыла глаза и увидела над собой задыхающегося Тобираму, трахающего ее, как животное. — Аааах...черт! Она повернула голову в сторону и затем заметила их отражение. Ее глаза расширились от нового открытия. — Ах ах! Тобирама! Тоби...ааа! Ее тело начало дрожать, когда ее пронзил оргазм. Она закричала, почувствовав, как Тобирама сильно вошел в нее, выстрелив в нее своим грузом, издавая громкий рев сквозь зубы. Сенджу отпустил ее и вышел. Он устроился рядом с ней на диване, притянул к себе и поцеловал в лоб. Обоим потребовалось время, чтобы отдышаться. Сакура открыла глаза, не осознавая, что они закрыты, и увидела, как Тобирама накрывает ее своей рубашкой. Это была самая близкая одежда, до которой он мог дотянуться, не потревожив ее. Она повернула голову, посмотрела на мужчину и улыбнулась его внимательности. Она наклонилась и поцеловала его. — Спасибо. Он поцеловал ее в ответ и улыбнулся. — Не надо благодарностей, — он снова поцеловал ее, на этот раз дольше. — Может, ляжем в постель? Она кивнула: — Хорошо. Они оба встали, и Тобирама подошел к кровати и раскрыл для них одеяло. Он обернулся, но заметил выражение лица Сакуры. У нее была такая широкая улыбка, как будто она только что узнала о нем еще один секрет. Тобирама заволновался: — Что такое? Сакура закусила губу, все еще улыбаясь. — У тебя… такая аппетитная попка. Лицо и уши Тобирамы покраснели на несколько оттенков. — Блин…ну тебя!