Фото на память - 2

Глава 7 Иногда я думаю, что дурак всё-таки я, а не Серый. После выпуска из школы он прошёл какие-то курсы по айти за три месяца и сейчас работает айтишником в двух компаниях, в одной из них удалённо. Через полгода работы купил себе машину и не жалуется на растущие в геометрической прогрессии цены в магазинах. В то время как я пошёл в колледж на филолога и сейчас вынужден сидеть на последней паре по физре, чтобы получить по ней автомат, ведь Серый и моя мама договорились с физруком, что раз у меня такие проблемы с сердцем, то я не занимаюсь, но за присутствие получаю оценки. При этом едва свожу концы с концами, имея мизерную степуху и гроши с подработки фотографом. Зимой вообще заказы редкость, потому что снимки нужны на фоне красивой зимы, а световой день короткий и я в это время на учебе. Какой-то сюр, почему так? И вот мой крутой мачо на своей машине уже ждёт вместе со мной окончания этой дурацкой пары. Я жду в зале, а он ждёт на парковке. Потом мы поедем в пиццерию, потому что у Серого какие-то новости и он хочет мне рассказать их там и заодно вкусно покормить. Надеюсь это не что-то плохое, что мне нужно будет заедать чем-то вкусным, а что-то хорошее, что мы отметим. Наконец, спасительный звонок с пары. Физрук при мне ставит мне 4 за норматив по отжиманиям и мы дружно расходимся. В людных местах мы только друзья со школы, поэтому на парковке я сажусь в машину, даю Серому «пять» и пристёгиваюсь, пока он отъезжает. А в соседнем квартале он меня целует в висок и берет за руку, глядя на дорогу. — Как дела? — Отлично. Сдал вот норматив по физре на 4. — Да? — улыбается. — И за что именно? — За якобы 15 отжиманий в минуту, — пожимаю плечами, — хотя я вообще-то и побольше мог бы, если б он допустил показать. — Конечно, мог бы. Все 20. — Эй, — хмуро смотрю на его счастливое лицо и сам невольно улыбаюсь. — А у тебя как дела? — Скоро всё узнаешь. Я забронировал столик в небольшом отдельном зале. Там было всего 6 столов в сумме… — Ну и хорошо, меньше народа будет рядом глазеть на двух парней за одним столом. — Ммм… я забронировал все 6, так что мы в этом зале будем одни, — продолжает смотреть на дорогу, тиская мои пальцы, как антистресс. Я молчу. Молчу. Просто молчу. Да какого черта? — Можно я брошу учебу? Буду у тебя на побегушках, а ты мне карманные? Серый смеётся и паркуется у пиццерии. — Образование важно, малыш, — снова целует мою руку и отпускает, выходя из машины. А как только он открывает мне дверь, выхожу и продолжаю бубнить: — У тебя вон только сертификат о курсах, а ты бед не знаешь. — Мне повезло с работой, Дим, — усмехается и мы идём в здание. — Ну вот и пристрой меня к себе, неужели много прошу? Нас встречает девушка администратор, Серый называет свою фамилию, та по журналу понимает, кто перед ней такой, и конечно же у неё блестят глазки. Серый не прям красавчик, но внешностью не обделён, да ещё и очевидно при бабках. С некрасивым мелким нищим другом в компании. Я бы тоже ему глазки строил. Но все равно бесит, сучка. Она проводила нас в зал и выдала меню. Мы сели друг напротив друга. Во всяком случае пока. — Я лучше возьму тебя позже на «зарплату жены», что скажешь? — улыбнулся Серый, глядя в меню. — Что это? — «Зарплата жены»? — Да. — Ты делаешь всякие дела по дому, например… готовка, уборка, стирка. Всё такое. Мы занимаемся сексом, — даже не краснеет, паразит. — А я тебе за это плачу. Любой труд должен быть оплачен, слышал такое? — Да, но… о браке у меня как-то… другое мнение что ли… — Какое? Что это итак обязанности жены? — Ну да… разве нет? — Мне совесть не позволит заставить любимого человека готовить нам, стирать нам обоим вещи и следить за нашей квартирой после его работы, а я чтоб как в гостях на всём готовом был после своей работы. Я хочу видеть счастливую, довольную жену, а не заёбаную жизнью. Поэтому я лучше сам побольше поработаю, чтоб платить жене за ее работу по дому и, по ее желанию, за постель, а она пусть кайфует, ведь тогда она сможет сделать так, чтоб и я кайфовал, когда домой прихожу. — Возьми меня замуж? — протягиваю ему правую руку, оттопырив безымянный палец. Серый посмеялся и коротко поцеловал этот палец, после сев ровно. — Обязательно, как только на ноги встанем и прооперируем тебя. Я убрал руку обратно на меню, недовольно промычав, а Серый лишь снова тихо посмеялся в ответ. Подлец. Когда нам принесли заказ, Серый взял свой кофе и поднял стакан немного над столом. — Ну а теперь давай выпьем за то, из-за чего у меня с обеда отличное настроение. — Так, — слегка ударяю своим бокалом с колой о его кофе, чокаясь, — и что это? — Ты же знаешь, что я работаю на две фирмы. Сегодня я уволился из одной. — А… почему…? В чем плюсы? — Потому что в другой мне передают весь айти отдел под руководство, буду теперь главой айти отдела, — смотрит на меня, ожидая реакции. — Это больше зарплата, а ещё я смогу работать из дома постоянно. — То есть это ты, получается, должен быть на зарплате жены? Серый снова посмеялся и сделал пару глотков кофе. Отставил стаканчик и взял кусок пиццы. — Ты как будто не рад, малыш. — Да я как-то… просто… не знаю, не очень в этом понимаю, — пожимаю плечами. — Нет, но если ты понимаешь, что тебе так будет удобнее и лучше работать, то я только рад за тебя, кис. Серый жевать перестал, услышав это, вылетевшее у меня на автомате, «кис». А я поджал губы, наверняка краснея, как рак, до самых ушей. Серый чуть кивнул, жуя. — Говори такое почаще, мне понравилось. — Дурак… — как же смущает… — В общем… спасибо, маленький. Я тоже рад. У меня давно есть желание каждый день забирать тебя с учёбы, а с новой должностью я легко смогу это делать. Тем более, что в деньгах мы не потеряем, а только больше заработаем, особенно со временем. — Странно ты говоришь… — Что именно? — Мы не потеряем, заработаем… это же ты, твои деньги. Я к ним отношения не имею. Мне даже неловко слышать это «мы». — Разве ты не имеешь к ним отношение? А кто поддерживал меня, уговаривал еще хотя бы месяцок не увольняться из этой адской конторы, потерпеть? Кто говорит мне всякий раз, когда у меня подгорает жопа от коллег, «они все пидорасы, один ты умничка»? Да я только благодаря твоей поддержке и уговорам эту должность и получил. Они ещё сами не знают, как они тебе должны, — снова жует пиццу и активно кивает. Вроде и приятно это слышать, что-то типа признания «я вижу твою поддержку и благодарен за неё» и всё такое… но как-то стыдно. Словно это не то, чем мне стоит гордиться. Обычное дело, когда человек тебе важен. Разве нет? — Это отличная новость, — киваю задумчиво. — Главное, чтоб без подводных камней. — Я все досконально изучил, вроде ничего такого нет. Так что начну теперь копить на нашу поездку в Швецию. — Почему Швецию? — Или Швейцарию? Где там официально можно однополые браки заключать? — снова улыбается. — Нравится тебе меня смущать, перестань… Серый довольный продолжил есть пиццу. А я не понимаю. Вроде бы и рад за него, искренне. Вон какой счастливый. Но какое-то гадкое предчувствие у меня. Хотя психологи пишут, что это «предчувствие» может быть банальным проявлением тревоги перед неизвестным, меняющимся будущим. А вообще тревога у меня постоянна из-за ожидания звонка из клиники. Я о ней уже даже говорить с Серым перестал, мне кажется это слишком глупо. Не могу справиться со своей тревогой, так с чем тогда могу? Может, попробовать не статьи по психологии почитать, а самому на сеанс сходить…? Странно я себя чувствую в последнее время. В голове каша какая-то и будто сам себе не доверяю. Правильно ли я думаю? Правильно ли, что повелся на уговоры Серого согласиться на осеннюю квоту, или надо было отстоять себя и своё право на то, чтоб быть услышанным. Чтоб со мной считались. Но вроде Серый и посчитался, мы просто нашли компромисс — операция не весной, а через полгода, чтоб у меня было время настроиться. Не знаю. К тому же в последнее время я даже от некоторых заказов на фотосъёмку начал отказываться, потому что нет желания, рвения. Не горит душа от этого, как раньше. Все как-то… настопиздело что ли. Или я на ровном месте загоняюсь?