Fragments

Праздник в честь победы над Бражником назначен на середину июля. Планируется мощная развлекательная программа: концерт Джагедда Стоуна, который пообещал исполнить любимые песни Ледибаг; новый аттракцион "Акума", где каждый желающий сможет покататься на бабочках и пройти весь аллегорический путь от акуматизации до очищения; сладкая ярмарка, аквагрим и многое, много другое. Только вот сама Ледибаг не слишком хочет идти. Праздновать победу над Бражником кажется ей не совсем правильным: брошь мотылька утеряна - и кто знает, куда именно она пропала? Быть может, совсем скоро им на голову свалится ещё один суперзлодей, жаждущий своей справедливости?.. Да и чистой её победу не назовёшь. Ведь, так или иначе, Бражник сумел загадать своё желание. Всё вроде бы хорошо, но одному лишь богу известно, насколько сильно изменило это ход будущей истории. И всё-таки идти надо. Даже если Ледибаг не верит в свою полную победу, людям нужна передышка. Нужен праздник. Хоть какая-то иллюзия спокойствия после целого года беспрестанных нападений акум. - Ты же придёшь? - с нажимом спрашивает Ледибаг своего напарника, протягивая ему цветастую листовку. Ей совсем не хочется быть на этом празднике единственной супергероиней. Алья, Нино и другие её сотоварищи отказались приходить туда в трансформации: мол, их вклад в общее дело был не таким большим и им будет намного приятнее поздравить Ледибаг в своём гражданском облике. - Не знаю, - протягивает Нуар, с сомнением разглядывая листовку. - Я даже и в битве-то не участвовал. - Мы уже это обсуждали, Кот, - строго парирует Ледибаг и куксится. - Пожалуйста. Не оставляй меня там одну. "Снова", - добавляет про себя Адриан, хоть и понимает: миледи не имела в виду ничего плохого. Но воображение само дописывает концовку фразы, и он улыбается, чуть-чуть через силу. - Ну, если ты так ставишь вопрос, то, конечно, без вопросов - я приду. *** В назначенный день весь Париж стоит на ушах. Площадь перед Эйфелевой башней похожа на огромный, плоский муравейник - так много людей пришло поучаствовать в празднике по случаю победы над Бражником. Ледибаг смотрит на всё это столпотворение с внутренним содроганием: отчего-то ей кажется, что ей этот день не принесёт никакого удовольствия. Даже с крыши она видит горящие, пожирающие всё глаза вездесущих репортёров, которые, она уверена, не оставят её в покое. - Держи. Кот, как всегда, бесшумно приземляется рядом с сидящей на краю миледи, но та даже не вздрагивает - привыкла. И ждала. Ледибаг поворачивается и принимает из рук напарника расписной имбирный пряник в виде сердечка. Внутри него красуются простенькие рисунки божьей коровки и чёрного кота, и в любой другой день Маринетт бы, наверно, рассердилась: все эти намёки на их с Котом романтические отношения всегда действовали ей на нервы. Но сегодня она позволяет себе не думать об этом. В конце концов, она ведь действительно любит его. А он её. Конечно, уже не так по-особенному, как когда-то, но всё же. - Спасибо, - она с виноватой улыбкой возвращает пряник напарнику: самой ей просто некуда его положить. - Но сейчас не могу. Тошнит. - Э-эй, - Нуар прячет пряник за пояс и шутливо толкает её в плечо. - Расслабься. Это твой день. - Наш, - поправляет его Ледибаг, и Нуар решает не спорить. Она снова смотрит на небольшой сладкий подарок и удивляется: - А ты уже был там? Её взгляд косит вниз, на кишащую людьми площадь. - Ага. В гражданском. - И как там... настроения? - Ну... - он деланно задумывается, возводя очи горе. - Всё как обычно. Одна половина жаждет тебя исцеловать, а вторая ещё и съесть. Ледибаг по-детски хнычет и сжимает в руках коленки. Её взгляд блуждает по площади, усыпанной крохотными людьми - и ей кажется, их не меньше миллиона. - Может, сказать, что я заболела?.. - Конечно, можно так и сделать, - спокойно соглашается Нуар, протягивает напарнице руку и уверенно поднимает её на ноги. - Но ты сама понимаешь, что нужна им. К тому же... я буду рядом. Как и обещал. Ледибаг даёт себе ещё минуту на то, чтобы успокоиться, и снимает с пояса йо-йо. Они приземляются на специальную сцену, разукрашенною под цвет волшебных талисманов Ледибаг и Кота Нуара, и толпа вокруг сначала замолкает, а потом взрывается бодрыми аплодисментам, криками, свистом. Ледибаг несмело машет рукой, в то время как Нуар без устали раздаёт поклонницами воздушные поцелуи. На сцену выпрыгивает забавный пухленький ведущий в белом костюме. - А вот они! Наши герои! - говорит он в микрофон, и динамики жужжат от громкости его голос. - Давайте поприветствуем тех, кто так долго и, попрошу заметить, успешно защищал Париж от нападений Бражника. Ледибаг! И! Кот Нуар! И снова - взрыв аплодисментов. Оглушительная музыка, от которой у Ледибаг закладывает уши. Ведущий продолжает чествовать героев, но разобрать слова она уже не может, поэтому просто натягивает на лицо улыбку и механически двигает рукой вправо-влево, стараясь выглядеть естественно. Она пытается разглядеть в толпе кого-то из своих знакомых, но людей слишком много: взгляд расплывается, а голова кружится от жары и тысячи глаз, устремлённых на неё. У Нуара получается лучше. Он выглядит абсолютно расслабленным, словно давно привык к таким проявлениям внимания. Кто-то из фанаток бросает ему алую розу, он ловит её и склоняется в шутливом поклоне, не замечая, как дёргается улыбка Ледибаг. Вдруг ведущий указывает рукой на красную дорожку, и Ледибаг догадывается, что он приглашает их пройти вниз, прямо в лапы своих поклонников. Рука Нуара ложится ей на плечо - и, пожалуй, только это заставляет её сделать шаг вперёд. Они спускаются с помоста, и люди набрасываются на них со всех сторон, перегибаясь через натянутую ленту: кто-то просит дать автограф, кто-то жарко жмёт Ледибаг руку, кто-то пытается обнять, но Нуар строго пресекает это попытку, заметив, как напрягается его Леди. Не обходится и без репортёров: расталкивая простых зевак, они добираются до народных любимцев и закидывают их вопросами. Ледибаг пытается не отмахиваться от них: понимает, что ответы на их вопросы помогут людям окончательно успокоиться. Прийти в себя после долгой войны с Бражником. Экзекуция длится целых сорок минут, и на последнем вопросе репортёра голос Маринетт срывается на хрип. - Мадемуазель Ледибаг. Мсье Кот Нуар, - на красную дорожку выходит высокая женщина в строгом, тёмно-синем костюме. - Меня зовут Лилиан Абре, я представитель администрации Парижа. Пожалуйста, идёмте за мной. Маринетт давно замечала, что люди, близкие к власти, и особенно те, у кого есть талант к управлению, обладают особенной аурой и особенными суперсилами, которых не добьёшься какими-то там магическими талисманами. Её тон - властный, холодный - заставляет людей поумерить свой пыл. Её глаза, подобно снайперской винтовке, отстреливают каждого, кто пытается задержать героев на пути к их неизвестной пока что цели. В радиусе трёх метров от женщины становится тише, спокойнее, и Ледибаг чувствует себя рядом с ней, как в защищённом пузыре. Ещё метров двадцать по ковровой дорожке - и в нос ударяет сладкий цветочный аромат, который Маринетт пока не может определить. Лилиан Абре останавливается и поворачивается к героям лицом. - К сожалению, мы не можем пока наградить вас как полагается. Пока не закончатся выборы и у нас нет постоянного мэра, у нас нет возможности пользоваться городским бюджетом в полной мере, - Ледибаг переглядывается с напарником, вдруг осознавая, к чему клонит эта женщина. - Однако... Мы не могли оставить вас без подарка. Лилиан отходит в сторону и широким жестом указывает рукой направо. И тогда Маринетт наконец видит источник приятного, цветочного аромата. В стороне от площади раскинулась огромная круглая клумба, вся усыпанная красными и чёрными тюльпанами, напоминающая её пятнистое йо-йо. - Самые свежие. Классические алые и редкие чёрные. Только вчера вечером прибыли из Голландии, - гордо произносит Лилиан. - Прошу вас, подойдите поближе. Это не просто цветы. Каждый тюльпан был посажен сегодня утром кем-то из горожан. Каждый, кто хотел поблагодарить вас, оставил свой вклад в этом небольшом, но надеюсь, приятном презенте. Ледибаг наклоняется к клумбе и замечает внутри цветов маленькие белые бумажки, свёрнутые в крохотные рулончики. Одну за другой она разворачивает их, с теплотой читая коротенькие послания от всех, кого когда-то спасла. Многих имён она не помнит или не знает, но некоторые оказываются до боли знакомыми. "Ты крутая. Леди Вайфай" "Мы тебя любим. Сапотисы" "Никогда не взрослей, чувиха. Бабблер" "Поздравляю с победой, милейшая напарница. Кот Волкер" Ледибаг немного краснеет от мысли, что где-то здесь, среди этой толпы людей есть её "напарник-на-день". Она перебирает ещё около полсотни цветов, не решаясь пройти вглубь клумбы и помять цветы, и с разочарованием смотрит на Кота Нуара, на лице которого написана непонятная ей гордость. - Не могу найти ничего для тебя. Нечестно. Нуар тепло улыбается и пожимает плечами. - Всё честно. Ты - сердце нашего супергеройского коллектива. Ледибаг этот ответ категорически не устраивает. Она замечает справа от клумбы остатки цветов, посаженных в небольшие пластиковые горшочки, берёт один из них - чёрный, конечно, - и пишет своё собственное послание для Нуара. "Самому замуррчательному напарнику. Ледибаг". Маленькая записочка аккуратно укладывается внутрь тёмных лепестков. Ледибаг разрывает пальцами небольшую земляную лунку и сажает туда цветок. Затем стреляет в тюльпан глазами, и Нуар с довольной улыбкой приподнимает цветок, делает вид, что сильно удивляется, и достаёт оттуда своё послание. - Спасибо, моя Леди, - он целует белую бумажку. - На самом деле я тоже оставил тебе парочку посланий. Точнее, три. Правда, ты пока нашла только одно. В глазах Ледибаг загорается огонёк дерзкого любопытства. - И почему же три?.. Ответить Нуар не успевает. Как только Лилиан скрывается из вида, к супергероям начинает тянуться вереница журналистов, и Ледибаг нервно прикусывает губу. Она уже успела сегодня ответить минимум на сотню вопросов, и, честно говоря, устала от этих разговоров и шума. - Хочешь, сбежим отсюда? - Нуар заговорщически наклоняется к её уху. Ледибаг улыбается. Всё-таки здорово, что у неё есть человек, понимающий её с полувзгляда. С полувздоха. С полумысли. - Да. Кот уверенно берёт её за руку, расправляет шест на много метров вверх, и под недовольный ропот и вздохи репортёров они поднимаются высоко в небо, а оттуда - прыгают на ближайшее здание. Они не останавливаются. Ноги сами несут их по стандартному пути их еженедельного патруля, и Ледибаг закрывает глаза от наслаждения. Всё-таки большие компании - это не её стихия. Как и земля. Её стихия - это воздух. Она набирает в лёгкие побольше кислорода, пытаясь насытиться моментом: в последний месяц она выбиралась на такие прогулки совсем редко. Сказывалось отсутствие акум. И сейчас, пролетая над любимым парком и собором Нотр-Дам-Де-Пари, она понимает, как сильно ей не хватало таких вылазок. - Мы же продолжим патрулировать город, да? - Неужели так укоренилась привычка? - смеётся Нуар, и в его глазах пляшут чертята. - Или вы так боитесь заскучать по моим котомбурам, миледи? Ледибаг закатывает глаза. - Конечно, - с ухмылкой произносит Нуар, потому что прекрасно знает ответ на свой вопрос. - Мы продолжим. Ещё три крыши, сквер, здание старого завода - и начинается любимая для обоих часть патруля. Напарники спускаются на землю и забегают в заброшенный туннель, которым перестали пользоваться из-за частой угрозы затопления. Внутри темно, сыро и немного страшно. Но Нуар обожает его. Ледибаг тоже - хоть и не признаётся. Она вкладывает свою руку в его ладонь и закрывает глаза. Смысла держать их открытыми нет: фонари здесь отключены за ненадобностью, до выхода пара километров, и увидеть что-то без кошачьего зрения просто невозможно. Под силу это одному лишь Коту Нуару. Но Ледибаг доверяет ему - слепо, во всех смыслах этого слова. Здесь она беззащитна. Для неё этот туннель - как американские горки. Как опасный аттракцион. В крови бурлит адреналин, ветер на нечеловеческой скорости бьёт в лицо, но она прекрасно знает, что в безопасности. Она наслаждается чувством безграничного доверия, которое - она уверена - доступно не каждому. Но вот туннель заканчивается, и Нуар нехотя отпускает руку миледи. Она открывает глаза и оглядывается: вокруг так мало людей. Так спокойно. Подумать только: больше никаких акум. Но надолго ли?.. От случайной мысли Ледибаг спотыкается о тротуар и падает на асфальт. Нуар останавливается. Помогает напарнице встать и, когда она хочет продолжить бег, удерживает её за руку. - Что тебя гложет, миледи? Ледибаг тяжело вздыхает. И почему она думала, что ей удастся утаить что-то от своего напарника? Тот всегда умел читать её эмоции намного лучше, чем она - его. - Просто задумалась о... будущем, - она позволяет увлечь себя под раскидистый дуб, и напарники прячутся под его пышной листвой от яркого солнца. - Я ведь так и не нашла талисман бабочки. Все вокруг так счастливы, а я... А я боюсь, что в любую секунду мир может снова рухнуть. Нуар берёт её руку в свои ладони и мягко сжимает её тонкие пальцы. - Никуда мир не рухнет. Одним Бражником меньше, одним больше. Фигня. Мы же непобедимая комяунда, - задиристо отвечает Нуар, вставая в позу кунг-фу. На лице Ледибаг появляется неуверенная улыбка, и он снова возвращает себе серьёзный вид. - Постарайся не волноваться о том, что не можешь изменить. Наслаждайся настоящим. Мысль дельная, вот только исполнить её в реальности не так-то просто. - Я постараюсь, Котёнок, - она с благодарностью кивает и замечает, как дрожит взгляд её напарника. Кажется, сегодня она была слишком занята своими переживаниями и не заметила странное волнение своего самого близкого друга. Впрочем, она готова исправиться. - Так... А что же гложет тебя? Теперь наступает её очередь перехватить его руки и мягко сжать их. Глаза Нуара на секунду увеличиваются, а руки твердеют от напряжения. - Скажи... - он немного мнётся, словно сомневается, имеет ли право задать вопрос, мучающий его уже больше месяца, - ты правда не знаешь, кто скрывался под маской Бражника? По внутренностям Ледибаг распространяется холод. Хранить эту тайну было трудно, и всё же она, выдав неправдоподобное объяснение о том, что не успела рассмотреть лицо Бражника перед его смертью, не говорила об этом никому. Даже Алье. Даже Адриану. Особенно Адриану. Но Кот Нуар... это другое дело. Её самый верный друг. Человек, с кем она может разделить любую тайну - кроме одной. Ледибаг поднимает на своего напарника грустный взгляд. Ей так хочется облегчить свою ношу, поделиться своим секретом хоть с кем-нибудь. - Только пообещай никому не говорить...