1930s

Было около девяти часов вечера, когда Дадзай зашёл в торговое здание в центре Токио и спустился в подвал по скрипящей деревянной лестнице, оказавшись теперь в книжном магазине. Он давно не бывал здесь, и как только появились деньги, решил зайти и посмотреть, не привезли ли ещё чего-нибудь интересного. Однако на полках стояли всё те же книги Акутагавы, уже приобретённые им раньше, ничего нового Осаму там не увидел. Он принялся расхаживать между полок и брал в руки то одно, то другое. В магазине тихо и пусто, почти никого нет, всего несколько человек. Эта успокаивающая тишина заставляла голову Осаму лучше работать, приводя какие-то мысли и версии, что же он хочет купить и прочитать. Наконец, на глаза Дадзаю попался томик Кикути, который он радостно взял в руки, собираясь приобрести и обязательно прочитать вечером один рассказ из него. Теперь нужно посмотреть книги русских писателей, определённо, там найдётся что-то, что сможет заинтересовать Осаму. Возле полки с русскими авторами стоял высокий мужчина лет сорока, который увлечённо что-то искал, читая имена на корешках книг. Дадзай тихонько пристроился рядом с ним и тут же увидел книгу Чехова. Удивившись своей удаче в этот день, Осаму потянулся к книге и дотронулся до корешка, тут же почувствовав чьё-то прикосновение к своей ладони и резко отдёрнувшись от неожиданности. — Извините! — Это Вы извините… Возьмите, Вы, всё же, были первым. Мужчина протянул книгу Дадзаю, и он, взглянув в лицо этому человеку, узнал в нём кого-то очень знакомого. — Спасибо… Мы с Вами раньше не встречались?.. Дадзай неуверенно принял книгу из его рук, всё глядя ему в глаза. — Маловероятно. Я Вас не помню. — Но я определённо где-то Вас видел… Вы не какой-то известный человек? Ваше фото где-то печатали? — Я простой учитель английского. Вполне возможно, я преподавал у Вас. — Хорошо… Извините… Осаму смущённо опустил взгляд в пол, не понимая, что с ним происходит. Что-то его в этом мужчине восхищало. Он необычайно красив. Может, это? Осаму мысленно старался успокоить себя: это простой мужчина и простое прикосновение. Но всё-таки, Дадзаю безумно хотелось вновь взглянуть на этого красавца с ясными глазами. Его вернул в реальность чей-то оклик, заставив поднять голову. — Акутагава-сан! Мужчина обернулся. К нему подбежал, судя по счастливо-взволнованному взгляду, поклонник. Он держал в руке небольшой листок бумаги. Точно! Это Акутагава Рюноскэ-сенсей! Как можно было его не узнать! Осаму оторопевше смотрел на своего «случайного собеседника». — Можно автограф? Я очень люблю Ваши работы! — Сейчас, секунду… Акутагава без всякого энтузиазма потянулся к карману своей белой рубашки, из которого достал ручку. Он написал какое-то пожелание на листке и оставил оттиск своей именной печати. — Спасибо большое! Всего Вам хорошего! Поклонник удалился, с улыбкой смотря на автограф, а Акутагава, почувствовав на себе взгляд Осаму, обернулся к нему. — Я Вас в Вашей книге и видел, Акутагава-сенсей!.. Рюноскэ сначала нахмурился. Он не любил, когда его зовут сенсеем. Однако такой взгляд он видел впервые в жизни. Этот молодой парень смотрел даже более, чем просто восхищённо. Хмурость вмиг сменилась на лёгкую полу-улыбку. — Вот Вы меня и узнали. Что-ж… Ладно, пускай. Акутагава прошёл дальше, к французским авторам, и только открыл одну из книг, как вновь заметил рядом с собой этого рыжего парня. Рюноскэ не понимал, почему его не раздражает, что тот за ним ходит. Почему в этом мальчишке вообще нет чего-либо, хоть сколько-то раздражающего Рюноскэ? Он показал молодому человеку книгу, которую держал в руках. — Вы читали? — Да! Я поступал на факультет французской литературы. — Как думаете, на один вечер подходит? — Да-да! — Хорошо, благодарю Вас. К кассе они тоже отправились вместе. Осаму следовал за Акутагавой, как верный пёс. Они вышли на улицу, держа в руках каждый свои книги. — Молодой человек, как зовут-то Вас? — Дадзай Осаму! — Хорошее имя. — Правда? Вам нравится? — Да. Осаму прямо расцвёл. Акутагава-сенсей такой замечательный и добрый! Рюноскэ приложил руку к подбородку в своём обычном задумчивом жесте. — Пойдёмте, выпьем по чашечке кофе? Здесь есть одно хорошее кафе. — Конечно! Кафе и вправду было хорошее. Из граммофона играл джаз, столы были аккуратно накрыты красными скатертями. По углам — полукруглые кожаные диваны, которые занимали компании по нескольку человек. Рюноскэ подошёл к барной стойке, рассматривая сладости на витрине. — Какой кофе будете, Дадзай-сан? — Тот же, что и Вы! — Крепкий чёрный? — Именно его! — Хорошо. — И… Если сладкое что брать будете, мне то же самое возьмите, ладно?.. Рюноскэ мягко улыбнулся, смотря на Осаму. — То есть Вы хотите, чтобы я Вас угостил, верно, Дадзай-сан? — Получается, так… Через пару минут они ждали свой заказ, сидя за одним из столиков. — Вы знаете, сенсей, я ведь рассказы пишу! Акутагава выдохнул сигаретный дым и кивнул, заметив, как красив Осаму в этом жёлтом свете тусклых ламп. — Да? А о чём? Дадзай протянул ему несколько листов бумаги. — Вот… Прочитаете? Акутагаве было неудобно. Он ждёт оценки? Но Рюноскэ совсем не из тех, кто умеет оценивать чей-то труд. Он принялся читать работу, узнав в стилистике будущего декадента. Осаму взволнованно смотрел, как сенсей читает его работу, и, кажется, Рюноскэ был довольно увлечён, неторопливо знакомясь с произведением. Пока Осаму пытался представить его реакцию, им принесли кофе и два кусочка одного торта. Акутагава отвёл внимательный взгляд от рассказа. — Благодарю. Он тут же вернулся к чтению, не заметив, как официант ушёл. Через пару минут Акутагава отдал Дадзаю его труд. — Молодец. Старайся и становись ещё лучше. Осаму прямо засветился от похвалы сенсея. — Спасибо Вам большое! Акутагава докурил и оставив окурок в пепельнице, принялся за торт и кофе. У Осаму от волнения тряслись руки и он ел достаточно быстро, в то время как спокойные и размеренные движения Рюноскэ говорили о его задумчивости. Он начал разговор о литературе, за которым они и закончили свой «ужин». Акутагава попросил счёт и заметил, как Осаму судорожно роется в карманах в поисках денег. — Сколько с меня, сенсей? — Нисколько. Я сам оплачу. За него заплатят? Осаму опешил. — Но как же так?.. Если нужно, я Вам верну! — Вы что, Дадзай-сан? Не надо. — Хорошо, как скажете… Весь вечер они проговорили о книгах и шли вместе до самого дома Дадзая. — Акутагава-сенсей? — Что такое? — Встретимся завтра? — Хорошо. Возле театра в пять, ладно? — Да-да, как скажете. Когда Осаму скрылся за дверью своего дома, Акутагава направился к себе, чувствуя необычную лёгкость. Хорошенький, всё же, этот Осаму. Интересный и немного забавный. Рюноскэ задумчиво закурил. Воодушевлённый Осаму, придя в комнату, переоделся, оставил книги на столе и лёг в кровать, счастливый от встречи с Акутагавой. Ему казалось, что со своего состояния он мог написать девушку после свидания с любимым мужчиной. Осаму определённо был уверен, что влюблён. Теперь точно. Никаких сомнений. А что, если Рюноскэ полюбит его взаимно? С этими мечтами Осаму уснул.