Песчаные замки

      В последние мгновения жизни перед глазами мелькают размытые кадры. Есть что-то одновременно ироничное и закономерное в том, что это самые запоминающиеся моменты. К счастью, лишь радостные, сохранившиеся в сердце чем-то сокровенным и важным, и затухающий взгляд улавливает нечёткие контуры. Свадьба сестры, рождение племянников, их первые слова, первые шаги и первые успехи… Орлеандо вспоминает лишь тех, кто были дороги ему, но едва ли видит самого себя.       Кадр сменяется кадром, и в последние мгновения сердце наполняется горькой радостью. Он снова слышит нежные переливы песни и видит мягкую улыбку. Лазурные глаза смотрят на него со спокойной мудростью, а прохладные ладони касаются с нежностью, усмиряя бушующее в груди пламя. Единственная встреча кажется такой далёкой, словно была во сне, а не наяву, и умирающему князю вовсе не хочется просыпаться от него.       Эта связь сильнее и прочнее любых привязанностей. Любовь, обречённая на одиночество, и Орлеандо давно смирился с этим. Но когда непересекающиеся дороги встретились в единственной точке… иррациональная надежда занозой засела где-то очень глубоко внутри. Ведь счастье их всё равно невозможно, они не могут быть вместе друг с другом, и даже единственная встреча была кратка и пролетела, словно мгновение сна — не более того.       И тем не менее перед смертью Орлеандо вспоминает её. Именно нежный лик далёкой недосягаемой женщины заполняет собой память, вытесняя все остальные образы, и душа, чувствующая ослабление оков тела, стремится и рвётся к ней в последнем желании близости. Хотя бы сейчас… ощутить утраченную в тысячелетиях гармонию, соединиться воедино и обрести целостность. Ведь разве они не заслужили этого?..       Губы дрожат в слабой улыбке, прежде чем взгляд окончательно гаснет. Последний вздох срывается ввысь, растворяясь в сыром воздухе верхних пещер. А перед глазами навсегда застывает возлюбленный лик, и Орлеандо надеется, что хотя бы теперь он всё же сможет разделить с Сумиэс вечность.