Chapter 13: Vetus Cicatrices Futurae Corda | Старые шрамы, будущие сердца
11 октября 2023 г., 11:51
Примечания:
Old Scars Future Hearts : All Time Low
Похороны были простыми, но в то же время элегантными. Маркус Флинт был бы благодарен. Драко отступил назад, когда Блейз крепко обнял Пэнси, которая смотрела на то, что осталось от её жениха. Простая чёрная надгробная плита с его именем, выгравированным блочными буквами, предшествовала его дате рождения, маленькому тире, затем дате смерти. Капли дождя скатывались по гладкому камню, как слезы, прежде чем их нарушила дрожащая рука Пэнси.
Слова Ингрэма верны, Министерство отдало тело Маркуса через неделю после того, как она пришла к нему поговорить. Ещё через неделю Пэнси собрала всех вместе для личной похоронной церемонии. Будучи заключёнными, его родители не могли присутствовать, но ей удалось отыскать его двоюродных братьев из Ирландии и Норвегии. Пэнси сказала, что было бы неправильно не пригласить на похороны никого из семьи, даже если многие его друзья пришли. Драко было приятно наблюдать, как Гермиона обнимает Пэнси, когда она наконец позволила себе заплакать. Он даже был благодарен Гарри за помощь в управлении ситуацией, когда несколько репортёров попытались проникнуть на службу. Хотя ему пришлось удерживать Катрин от Криви, чтобы она не убила ребёнка.
Но теперь служба закончилась, и все гости ушли, а Пэнси всё ещё здесь. Её длинные чёрные одежды с подходящими перчатками и вуалью контрастировали с яркими цветами вокруг. Это тронуло тонкие нити, которые держали его сердце вместе. Тихие шаги за спиной заставили его отвести глаза от двух своих старых друзей и увидеть приближающуюся Асторию.
— Я думал, что ты поедешь домой с Дафной? — прошептал Драко, переводя взгляд обратно на Пэнси, которая теперь прижалась к груди Блейза.
— Она с Самуэлем, во мне не было необходимости, — ответила Астория, обнимая его предплечье.
Не задумываясь, он вытащил руку из её хватки. Боковым зрением Драко увидел, как она сощурила глаза, и начал закатывать рукава, чтобы скрыть сие движение. Прежде чем они смогли сказать что-нибудь ещё, к ним присоединились Пэнси и Блейз.
— Думаю, нам всем нужно выпить, — сказал Забини, продолжая обнимать девушку.
— Не могу не согласиться, — кивнул Драко, сжимая руку Пэнси.
«Вежливая свинья» — это уютный паб на окраине маггловской деревни Барнтон, неподалёку от поместья Флинт. Здесь представлен удивительно обширный выбор пива и столь же многочисленное разнообразие крепких напитков. Ассортимент блюд был ограничен, но немногие посетители, расположившиеся за столиками внутри, казались вполне довольными. Поскольку дождь временно прекратился, небольшая группа решила устроиться на свежем воздухе за одним из круглых железных столов. Драко взял подходящий железный стул с другого стола и присоединился к ним. Когда Пэнси открыла дверь и Астория вошла внутрь, чтобы сделать заказ, из помещения доносилась тихая музыка.
— Ты видел утреннюю газету? — спросил Блейз.
— Нет, я обычно стараюсь их избегать.
— Я так и подумал, — вытащив газету, Блейз раскрыл её на странице ‘Общество’.
— Я заметил это после того, как Пэнси закончила жаловаться на некролог Флинта. Нельзя её винить, там всего два абзаца и ни одной фотографии.
— Теперь ты всегда носишь их с собой? — сухо спросил Драко, откинувшись на спинку стула.
Не обращая внимания на замечание Драко, Блейз начал читать вслух. Это была ещё одна яркая статья Дэниса Криви, в которой он подробно рассказывал о том, что Драко продолжает появляться в Волшебном Лондоне. По мнению журналиста, Малфой должен был стать следующим Тёмным Лордом. Он утверждал, что доказательств этому накопилось множество, поскольку он несколько раз видел Драко в районе Ноктюрн-аллеи, где тот встречался с несколькими бывшими однокурсниками. Хотя ни один из них не был назван конкретно, Криви предположил, что Драко пытался собрать их для создания следующей волны Пожирателей Смерти. Пока Блейз читал, поднялся сильный ветер, заставивший его сложить газету таким образом, что Малфой был вынужден бесконечно смотреть на фотографию Гермионы и Себастьяна Ривза. У него заныло в груди, когда Себастьян наклонился, чтобы прошептать что-то Гермионе на ухо, после чего оба улыбнулись и помахали в камеру. Рука Себастьяна обвилась вокруг её талии, и Драко увидел, как губы мужчины снова прикоснулись к её уху. От неуверенной улыбки, которую Гермиона подарила ему после этого жеста, у Драко свело желудок, и воспоминания сами собой всплыли на поверхность его сознания.
В Салеме, штат Массачусетс, наступила осень. Драко плотнее прижал куртку к телу. Оглядевшись по сторонам, он понял, что деревья просто ждут своего часа, пока листья не начнут опадать, покрывая тротуар, ведущий к центру кампуса. Во внутреннем дворике, куда он и его однокурсники направлялись, в беспорядке стояли каменные столы и скамейки. До следующего занятия оставался ещё час, и он надеялся успеть сделать несколько заданий. Похоже, у его соседа по комнате были другие планы: когда они проходили мимо первой скамейки, он окликнул нескольких старшекурсников.
Повернув голову, Драко заметил стоящую горой фигуру, пожимающую руки своим друзьям. Тёмные волосы мужчины свисали локонами по плечам, а глаза закрывали солнцезащитные очки. Из-под густой щетины на подбородке и щеках выбивалась самоуверенная ухмылка, от которой по позвоночнику Драко пробежал холодок.
***
Синяя мантия, в которую он был одет, подсказала Малфою, что он — помощник профессора, даже не прочитав строчку над правым нагрудным карманом. Когда мужчина представился, Драко стало ясно, что этот человек считает себя более важным, чем он есть на самом деле. Его широкие плечи создавали объёмную тень, которая падала на Драко, когда солнце вырывалось из тяжёлых облаков в тот день. — Себастьян Ривз, — сказал он, протягивая руку. — А вы? Однако не успели они пожать друг другу руки, как магия Драко выскочила из его пальцев и так сильно потрясла Себастьяна, что ему пришлось разжать ладонь. — Как… интригующе, — Себастьян медленно произнёс низким голосом, снимая тёмные очки.***
— Этот парень действительно настроен против тебя, — сказал Блейз, выведя друга из задумчивости. — Как и большинство людей, — пожал плечами Малфой. — Но не Гермиона, — Блейз поиграл бровями вверх-вниз с неприятной ухмылкой на лице. Драко закатил глаза, глядя на выходки своего друга. Блейз стал постоянным гостем в лаборатории с первого дня его работы. Всё ещё оставалось неясно, была ли Грейнджер больше раздражена или обрадована данным событием. А вот Катрин он по-прежнему не впечатлял. Работать рядом с Гермионой было естественно. Так было всегда, даже когда они только начали это делать на пятом курсе. Они могли заниматься делами в полной тишине, обмениваясь лишь взглядами, чтобы понять, что именно нужно другому. Постоянно оспаривали друг у друга разные мнения, бесконечно спорили, когда не могли договориться, и всё равно в итоге смеялись до боли в животе. В эти минуты казалось, что между ними ничего не изменилось. Как будто он никогда не уходил. Как будто он никогда не причинял ей боли. Как будто в этом мире были только они. А потом всё заканчивалось, и жизнь врывалась обратно, как тролль, пробивающий стену. — Брось это, — сказал Драко, качая головой и указывая на фотографию. Перевернув газету, Забини кинул всего лишь один взгляд и закатил глаза. — Эх, они не так уж хорошо смотрятся вместе. Есть какие-нибудь новости по делу Маркуса? — спросил он, откладывая чтиво в сторону. Тяжело вздохнув, он скрестил руки на груди и покачал головой, прежде чем поднять глаза на хмурое небо. — Ничего, — сказал Драко спустя мгновение. — Чёртово ничто. — Сместив вес, он облокотился на стол. — Мы изучаем это дело уже месяц, и у нас нет ничего больше, чем было при первом осмотре места преступления. Какой-то фиолетовый порошок, чёртовы отпечатки пальцев, орудие убийства, которое было найдено из разбитой бутылки в камине самого Флинта, нигде никакой грёбанной ДНК. Ничего, абсолютно ничего! — Его голос медленно начал повышаться по мере того, как он выражал своё разочарование. —…Нет абсолютно ничего, что могло бы навести нас на убийцу. Никаких, чёрта с два, зацепок! И что ещё хуже, если я не смогу помочь раскрыть это дело, меня не возьмут на полную ставку. Это значит, что у меня не будет доступа к раскрытым делам, то есть к делу моей матери, а значит, я не смогу найти и её убийцу. Это была непрерывная спираль, которая ежедневно проигрывалась в голове Драко. Блейз, конечно же, слышал это разглагольствование уже несколько раз. И каждый раз позволял ему кричать, ругаться, а иногда и швыряться предметами. Малфой не привык, чтобы его ставили в тупик, когда речь шла о делах. Пока он работал в МАКУСА, это было предметом его гордости. Аналитический склад ума обычно позволял ему легко находить ответы на вопросы, когда он разбирал места преступлений или фотографии. Судя по тому, как у Гермионы участились вспышки гнева во время их долгих дней работы в лаборатории, для неё это тоже было непривычно. Бесчисленные часы, многочисленные чары и длинный список зелий ничем не помогли им. Даже, казалось бы, бесконечный список маггловских порошков завёл их в тупик, когда они пытались выяснить назначение фиолетовой пыли. Нежная рука провела по его плечам, после чего Астория придвинула стул ближе к Драко. Наклонившись, она поцеловала его в щёку, задержавшись достаточно долго, чтобы её цветочный парфюм окутал его. Это чудесным образом ослабило узел, образовавшийся в его груди, хотя он и не мог объяснить, почему это произошло. К тому времени, когда Малфой смог оторвать взгляд от Астории, Пэнси злобно смотрела на них двоих, и он прочистил горло. Две женщины отлично играли друг с другом в собственную игру: никто за пределами их близкого круга не знал, что Пэнси ненавидит Асторию. Хотя было неясно, знает ли Гринграсс об этом и заботит её этот факт вообще. Это была хрупкая стратегия, в которую поколениями играли чистокровные женщины, и Драко чувствовал, что это нечто, выходящее за пределы мира волшебников. Он помнил, как его мать ненавидела эту игру, но, тем не менее, играла в неё хорошо. Раньше это не имело для него смысла, но теперь, когда он мог оглянуться назад и вспомнить, что она ему говорила, всё встало на свои места. — Женщины потеряли смысл чистоты. Они превратились в злобных стервятников, заботящихся только о деньгах и крови. — Зачем тогда продолжать приглашать их в поместье? — спросил Драко после особенно тягостного обеда летом, перед четвёртым курсом. — Мужчины извлекли выгоду из своего невежества и превратили женщин в пешек, — сказала Нарцисса, прежде чем взглянуть на сына с хитрой улыбкой. — Но в шахматной игре хорошо поставленная пешка намного могущественнее короля. Астория схватила лежавшую перед ней газету и издала раздражённый звук. — Почему она абсолютно везде? — она бросила выпуск на середину стола как раз в тот момент, когда официант принёс заказанные напитки, и начала играть с её ожерельем. — Так бывает, когда ты Золотая девочка, — Блейз ухмыльнулся и убрал газету с глаз маггла. — Пфф. Золотая девочка. Она не так уж и хороша, — пожаловалась Астория, когда Драко сделал глоток своего напитка, чтобы скрыть собственное раздражение. Не было ничего необычного в том, что Гринграсс жаловалась на Гермиону. Ревность была ей не к лицу. Когда выяснилось, что Грейнджер стала не только соседкой Драко, но и его коллегой, это проявилось с большей силой. Комментарии, которые были ею произнесены, прекрасно зная, что Гермиона её слышит, не раз становились причиной ссор между ней и Драко. — Ты ведь не ревнуешь, Тори? — сказала Пэнси, удивлённо подняв брови. — Ревновать? С чего бы мне ревновать к такой грязнокровке, как она? — Астория рассмеялась, перекидывая вьющиеся волосы через плечо. — Кроме того, не похоже, что кто-то вроде неё может выйти замуж за Драко. Я удивлена, что грязнок… — Если ты не прекратишь использовать это слово, я заколдую тебя до неузнаваемости, — зарычал Малфой, заставив девушку поджать губы. — И хватит говорить о браке, у меня есть другие заботы. — Например, что? — спросила Астория, свирепо глядя на Драко. — Например, помочь Гермионе найти убийцу Маркуса. Или ты забыла, что служба, которую ты прервала, была его похоронами? — Как будто эта грязнокровка достаточно умна, чтобы найти его. — Не будь дурочкой, — Пэнси рассмеялась, прервав реакцию Драко на то, что Астория вновь использовала жаргонное выражение. — Ты же знаешь, что это так. Самая яркая ведьма нашей эпохи и всё такое. Ей дали этот титул не ради забавы, — голос Паркинсон стал таким же жёстким, как и её изумрудные глаза, когда она посмотрела на Асторию. — Она — лучшее, что есть в Министерстве после Драко. — Это смешно. Мы все знаем, что ей дали эту должность, потому что она — грязнокровка Поттера… — Хватит! — прорычал Драко. — Уходи сейчас же, Астория. — Я не знаю, почему ты тратишь своё время, беспокоясь о ком-то вроде неё, — Гринграсс потянулась к руке Драко, наклоняясь к нему. — Ты слишком чист для неё. Она не заслуживает того, чтобы находиться в нашем присутствии.— Добавила шёпотом ему на ухо, её ожерелье впилось в его руку. Отстранившись от неё, он на мгновение закрыл глаза. — Просто уходи, Астория, — выдохнул Драко. — Прекрасно, — сказала она, поднимаясь, и звуки отодвигающегося стула сопроводились скрежетом по камню от железных ножек. Однако, прежде чем повернуться, чтобы уйти, она наклонилась, чтобы расправить своё чёрное платье, позволив локонам упасть ей на лицо. Выпрямившись, она смахнула пряди назад и мило улыбнулась. В нос ему ударила волна сладости, смешанная с ароматом цветов, возможно ванили. На мгновение ему захотелось прикоснуться к ней. Взять её за руку и прижать как можно ближе к себе. Он хотел поцеловать её, попробовать на вкус. Он хотел уехать с ней и овладеть ею, как только они войдут в его дом. Открыв глаза, Драко увидел, что Блейз наблюдает за ней прищуренными глазами. Нахмурив брови, он оглянулся через плечо и увидел, что Астория уходит, преувеличенно покачивая бёдрами. — Астория, — окликнул Драко перед тем, как она завернула за угол. Девушка оглянулась через плечо с соблазнительной улыбкой, ожидая продолжение. — Иди к себе домой, — закончил он, не обращая внимания на надутые губы, появившиеся на её лице. Как только Гринграсс скрылась из виду, Блейз и Пэнси начали смеяться так сильно, что им пришлось прислониться друг к другу для поддержки. Откинувшись на спинку стула, Малфой наблюдал за тем, как его друзья веселятся. Вытащив носовой платок, Паркинсон промокнула глаза, на которых появились слёзы. Она уже начала приходить в себя, когда Блейз захрипел, начав очередную истерику, а Драко провёл рукой по волосам. Прошло ещё несколько минут, прежде чем кто-то из них смог составить связное предложение. — Вы двое закончили? — спросил Драко, отставляя полупустую пинту. — Мерлин, мне это было необходимо, — выдохнула Пэнси. — Ты такой идиот, — сказал Блейз, держась за бока, отчего девушка снова начала смеяться. Покачав головой, он подождал, пока они успокоятся, и сказал: — Может и так, но если я не найду лазейку, она права насчёт контракта. — Ты можешь жениться на Пэнс, — предложил Блейз, вытирая глаза, отчего Пэнси поперхнулась своим напитком. — Не обижайся, я не хочу выходить за тебя замуж, — ответила Пэнси. — Может мы и не были безумно влюблены друг в друга, но Маркус был мне небезразличен. Я не собираюсь торопить события. Я хочу как следует его оплакать. Её голос стал хриплым от эмоций, а глаза потеряли всякий намёк на смех, когда она уставилась на свои руки. Обхватив её за плечи, Драко притянул девушку к себе и поцеловал в макушку. — Я тоже не хочу на тебе жениться, Пэнс. Нам никогда не было хорошо вместе. Ты заслуживаешь столько времени, сколько тебе нужно для траура. Кроме того, я не лгал, когда сказал, что мне есть о чём подумать. — Например, о поисках убийцы твоей матери? — спросила Пэнси, глядя на Драко. — Чёрт возьми, Блейз! — Малфой бросил взгляд на сидящего напротив него мужчину. — Я думал, что на этот раз ты будешь держать рот на замке. — Это Пэнси, — он пожал плечами. — Ты — болван, — заявил Драко, допивая свой напиток. Поднявшись и взяв пустые стаканы остальных, он пошёл внутрь, чтобы заказать ещё одну порцию. Он думал, надеялся, что если напьётся, то сможет забыть о своих проблемах хотя бы на несколько часов. Астория вызывала у него страшную зависимость и становилась огромным отвлекающим фактором. Драко знал, что нужно избавиться от неё, пока не стало слишком поздно. Проведя обеими руками по лицу, он хмыкнул. Убийца его матери всё ещё был на свободе, а теперь, в довершение всего, ещё и Маркуса. Ненадолго задумавшись о том, что это может быть один и тот же человек. Но пока сложно сказать наверняка, потому что у него до сих не было доступа к файлам его матери. Теперь к этому добавилась необходимость избавиться от Гринграсс, и это заставляет чувствовать, что он на пределе. Повернувшись в ожидании бармена к стойке, Драко посмотрел в окно и увидел, как Блейз и Пэнси наклонились друг к другу, снова рассматривая газету. В голове вновь прокручивалась фотография Себастьяна и Гермионы, в бесконечном цикле котором губы Ривза ласкали щёку Грейнджер, заставляя Драко скривить губы. — Добавьте, пожалуйста, три рюмки вашего лучшего виски, — обратился Малфой к бармену, который кивнул в ответ. К тому времени, когда он вернулся в свою квартиру, он был изрядно пьян и был благодарен Блейзу за то, что тот действительно проявил сдержанность, поэтому они смогли аппарировать. Зная, что на следующий день ему рано утром нужно будет вернуться в лабораторию, он принял дозу зелья отрезвления, а также половину дозы зелья беспробудного сна и в итоге заснул на диване. Утром его разбудил визжащий сигнал будильника, прозвучавший наверху, возле его кровати. Оглядевшись вокруг в замешательстве, он попытался собрать воедино кусочки того, что произошло, несмотря на головную боль. Приняв положение сидя, Драко взмахнул палочкой, чтобы отключить звук будильника, затем обхватил голову руками. Мысль о том, что он действительно скучал по своей домашней эльфийке Эстелле в такие дни, как этот, пришла ему в голову прежде, чем он выпрямился с широко раскрытыми глазами. От резкого движения его охватила тошнота, но он не обратил на неё внимания, выругался и бросился наверх. Сначала нащупал остатки зелья отрезвления, жалея, что не допил его вчера вечером, а затем бросился в душ. Не обращая внимания на пульсацию в висках, он поспешно выполнил утреннюю процедуру и выскочил за дверь. Протиснувшись в первый попавшийся переулок, Драко направился в Министерство. Лифты выпустили его на втором уровне как раз в тот момент, когда Гермиона проходила через вестибюль и они столкнулись. Кофе пролился на блузку, а кружка, которую она держала в руках, упала на пол. Не потрудившись взглянуть на одежду, Гермиона подняла голову с закрытыми глазами и глубоко вздохнула. — Немного сливок и три кусочка сахара. — Три? — спросил Драко, забирая чашку, пока Гермиона высушивала рубашку. — Министерский кофе нуждается в этом. — Справедливо. Повернувшись в противоположную от Грейнджер сторону, он сказал себе, что не может жаловаться на то, что ей нужно ещё кофе, потому что ему самому было необходимо выпить. Поспешив, он завернул за угол в комнату отдыха, но столкнулся с кем-то ещё. — Ради всего святого! — воскликнул Драко, восстанавливая равновесие. — Где же огонь? — со смехом спросила Катрин, отряхивая руку. — Просто немного задержался сегодня утром. Извини за это, — сказал он, взяв её за плечи, и осторожно сдвинул девушку в сторону, чтобы они перестали шагать в одном направлении. — Может, тогда тебе стоит просыпаться раньше? — пробормотал Гарри, проталкиваясь мимо своей напарницы, которая закатывала глаза. — В самом деле? До сих пор я об этом не думал. Очень полезно, Поттер! — ответил Драко, заставив Катрин снова рассмеяться, когда она направлялась в лабораторию. Вооружившись свежим кофе для себя и Гермионы, он, замедлив шаг, вошёл в лабораторию. Поставив чашку перед девушкой на стол, Драко устроился поудобнее и стал прислушиваться к разговору, который был в самом разгаре. —… Но его нашли сегодня утром, — говорил Гарри, — Ингрэм попросил нас на всякий случай осмотреть место происшествия. — Он повернул голову и посмотрел на Драко с выражением отвращения.— Ты присоединишься к нам или у тебя есть варианты получше? — Чёрт… — начал Малфой, но его прервала Гермиона. — Это было совершенно неуместно, Гарри Поттер! — она со стуком поставила чашку на стол, скрещивая руки. — Конечно, он пойдёт с нами. Это место преступления, и Драко — часть этой команды. — Он должен был работать только над делом Флинта. — Но он был очень полезен в других делах, которые мы вели с тех пор, — вмешалась Катрин. — Я ему не доверяю, — заявил Гарри, переводя взгляд с одной женщины на другую. Драко схватился за край стола, чтобы не ударить Гарри. Он не выспался, да и кофеина в его организме было недостаточно, чтобы терпеть это. После Полумны и Гермионы Гарри был одним из первых, кто дал ему второй шанс после войны. Он сказал, что понимает и даже уважает то, что Драко готов сделать всё необходимое, чтобы защитить свою мать. Он сказал, что поступил бы так же, если бы оказался в подобном положении. После этого болезненного разговора они, похоже, стали закадычными друзьями. — Он не сделал ничего, что указывало бы на то, что ему не следует доверять. — Я стою прямо здесь, — проворчал Драко сквозь стиснутые зубы. — Я прекрасно осведомлён о твоём месте нахождении. Но это не значит, что мне это нравится. — А кто говорит, что тебе это должно нравиться, — ответил Драко, магия зашипела под его кожей. — Однако тебе придётся привыкнуть к этому, потому что я чертовски хорош в своём деле и никуда не собираюсь уходить. — Пока что-нибудь другое не привлечёт твоё внимание, — Гарри сверкнул глазами. — Гарри! — крикнула Гермиона, широко раскрыв глаза. Глаза Катрин перебегали с Поттера на Малфоя, словно следя за теннисным матчем между ними. Тихо наблюдая за происходящим, она была в состоянии повышенной готовности, ожидая, не придётся ли ей вмешаться. — Святой Поттер. Мальчик, который выжил — великий и могучий герой. Должно быть, тяжело хвастаться справедливостью и правосудием, а потом вести себя как полный мудак, — голос Драко стал низким, а губа искривилась. — Скажи, каково это — замыливать глаза всем подряд? — О чём ты говоришь, Малфой? — Речь идёт о тебе. О том, что ты говоришь всё, что думаешь, и являешься образцом Министерства, пока не окажешься за закрытыми дверями. Потому что именно тогда выясняется, что тебе наплевать на всех и вся, кроме своих собственных предрассудков. — Да пошел ты, Малфой! — Гарри хлопнул руками по столу и вторгся в личное пространство Драко. Катрин схватила его за бицепс, но тот, казалось, ничего не заметил. Сузив глаза, Драко пристально посмотрел на Гарри, продолжая нападать спокойным голосом. — Ты утверждаешь, что тебе не всё равно, что ты готов дать второй шанс. Ты готов защитить тех, кто в этом нуждается, встать на защиту тех, кого несправедливо осудили. Но что происходит, когда эти люди больше не приносят пользы? Знают ли в Министерстве, что их драгоценная икона делает с теми, кто больше не служит вашей цели? Замечают ли в Министерстве, что ты выбрасываешь их на улицу, чтобы они сами о себе заботились? Или они не замечают этого поступка, как это бывает, когда отказываешься видеть картину целиком? Из тебя получится чертовски хороший аврор, если ты не можешь оставаться достаточно зрелым, чтобы слушать, — Малфой выплеснул слова с максимальной ядовитостью, наблюдая за тем, как лицо Поттера потемнело от гнева. Рука внезапно охватила его левую руку, вызывая острое жжение в груди и переключая внимание с Гарри на Гермиону. Её глаза расширились в знак тревоги и беспокойства, и она посмотрела на него, проводя большим пальцем по внутренней стороне предплечья, где теперь была Тёмная метка. Прервав напряжённую связь между ними, Гермиона опустила глаза, наблюдая за тем, как она продолжает рассеянно водить большим пальцем по его татуировке, а затем снова повернулась к Гарри. — Вы, ребята, идите вперёд, а мы встретимся с вами там. Нам всё равно нужно забрать оборудование, — сказала она Катрин. Драко не отводил взгляда от руки Гермионы, пока девушка не ушла собирать оборудование, необходимое для того места преступления, на которое их вызвали. Только тогда он осознал, что его дыхание было тяжёлым, а сердце бешено колотилось. Взглянув на стол, он съёжился при виде следов Лихтенберга, расходящиеся от его пальцев.
