Malfoy Mysteries: Distracted by Murder

      Во вспышке зелёного пламени Драко вышел из камина в «Дырявом котле», где его ждала Гермиона. Прошло уже двадцать минут с тех пор, как Гарри и Катрин отправились на место происшествия, но Гермиона отказывалась уходить, пока не допьёт свой кофе. Она утверждала, причина была в том, что ей не хотелось брать его с собой, однако ему было виднее. В школьные годы данная тактика часто использовалась ею в его интересах. Она предоставляла ему возможность выплеснуть свой гнев, а затем давала пространство и время. Тактика, которая была легко заметна и очень ценилась, в то время, как он наблюдал за зверинцем рыб, проплывавших сквозь водоросли, свисавшие с «Келпи». На протяжении всего времени она не издавала ни звука, никогда не смотрела на него с жалостью или осуждением в глазах. Гермиона позволяла ему просто быть, пока он не будет готов, и всегда знала, когда это произойдёт, не проронив ни слова. Он делал преувеличенный вдох с закрытыми глазами, медленно выпускал воздух, затем поворачивался, и она всегда была рядом. В руках — книга, чашка или в данном случае ремешок от чехла с оборудованием. Подбородок поднят, плечи расправлены, на лице улыбка.       Очистив от копоти рубашку и брюки, он поднял глаза и увидел, что она закручивает густые локоны в аккуратный пучок на затылке. Быстрым взмахом палочки он стряхнул пепел с её джинс и бордового джемпера. Бросив ему благодарную улыбку, она подбородком указала на заднюю дверь, после чего направилась в сторону Косого переулка. Не обращая внимания на продолжительные взгляды и тихие перешёптывания, Драко быстро догнал её и спросил, куда они направляются.       — Лютный переулок, — она легонько подтолкнула его вправо, чтобы он не пропустил вход. В её голосе прозвучало лёгкое раздражение, когда она добавила: — Октябрь только начался, неужели должно быть так холодно? — Слова растворились в сыром воздухе, пока они углублялись в покрытую тенями улицу.       Драко бросил взгляд в её сторону и увидел, как она глубже засовывает руки в карманы пальто, наброшенного наспех ещё у порога. Влажный туман, словно живой, обволакивал их, пропитывая одежду и волосы, приклеивая непослушные пряди Гермионы ко лбу. Запрокинув голову, Драко вгляделся в низкое серое небо - ни единого просвета, ни намёка на солнечный свет. Хмурая октябрьская погода будто нависла над ними тяжёлым покрывалом.       — Прохладно, но не смертельно, — пожал плечами Драко, наблюдая, как она съёживается, пряча нос в воротник пальто.       — Не смертельно? Да тут просто адский холод! — пробормотала она, заставив его усмехнуться.       Повернув за угол, ведущий к основной части мрачных магазинов, оба остановились, прикрыв носы руками. Небольшая толпа собралась у загороженного верёвками входа в «Рогатый змей», где Катрин о чём-то разговаривала с Гарри, — оба морщились от вони.       — Пахнет, как задница тролля, — сказал Драко, когда они продолжили идти.       — У тебя большой опыт в этом? — ухмыльнулась Гермиона.       — После того, как я делил раздевалку и общую комнату с некоторыми людьми, да.       Гермиона фыркнула, споткнувшись при этом о кирпич, отчего её шаги эхом разнеслись по зданию. Драко схватил её за руку, не давая упасть, после чего оба начали смеяться. На мгновение подавив смех, они вдвоём шагнули под верёвки.       — Неужели они не чувствуют запаха? — спросила Гермиона.       — Лютный переулок не славится обилием свежего воздуха и чистоплотными посетителями, — парировал Драко, приподняв одну бровь.       — С учётом того, как часто идут дожди, можно подумать, что будет какая-то передышка.       — Ты шутишь? Ведьмы бегут от мыла и дождя, как нюхач бежит к золоту.       Они встретились взглядами и начали смеяться, безуспешно пытаясь его заглушить. Несколько фырканий вырвалось у Гермионы, а Драко прикусил костяшки пальцев, пытаясь заглушить звук.       — Мы не должны смеяться на месте преступления, — прошептала Гермиона, сжимая губы в тонкую ниточку, но это только подчеркнуло очаровательные ямочки на её щеках.       Когда Драко взглянул на неё, ему пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы не рассмеяться снова — особенно когда она шлёпнула его по руке. Тем временем Катрин наблюдала за ними с недоумённым выражением, а Гарри, предположительно, уже находился внутри лавки.       Глубокий вдох, призванный успокоить Драко, обернулся почти рвотным позывом. Вонь ударила в нос с новой силой, вызвав приступ кашля, который едва не перешёл в новый виток смеха при воспоминании об их дурацком диалоге. Похоже, Гермиона переживала то же самое, потому что она снова шлёпнула его по руке, прошипев: «Прекрати!». Катрин же подняла бровь, словно спрашивая: «Ну что, готовы к работе?»       Сглотнув, Драко прочистил горло:       — Прошу прощения, — сказал он, оглядев собравшихся зевак.       — Тело находится в задней части магазина, — сообщила им Катрин, кивнув в сторону двери. — Гарри с Эрни.       Гермиона что-то пробормотала в ответ и направилась внутрь. Катрин встала рядом с Драко, который продолжал осматриваться. Ближе всех к ним стояла пожилая ведьма, у которой отсутствовала большая часть зубов. Её волосы были всклокочены, а одежда испачкана, что было почти неотличимо от её грязной кожи. Драко практически ощущал исходящий от неё запах, смешивающийся с дурманящим ароматом, доносящимся из открытой двери позади него. Неподалёку от неё стоял маленький темнокожий мальчик, прижимавший к груди потрёпанное чучело медведя и с интересом наблюдавший за происходящим. Часть Драко хотела подойти к мальчику и сказать ему, чтобы он ушёл: такое не должен видеть ребёнок семи-восьми лет. Несколько человек разбрелись по блокаде, вытягивая шеи, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь, а шёпот наполнял воздух, как шипение змеи.       — Что ты делаешь? — Катрин наклонилась, чтобы спросить его на ухо.       — Правило пятнадцать, имя, — тихо сказал Драко, продолжая наблюдать за происходящим.       Среди окружающих он узнал владельцев соседних магазинов, которые, вероятно, пришли посмотреть на суматоху, собираясь начать свой день. Другие, которых он знал, были владельцами магазинов на Косом переулке и, вероятно, слышали о чём-то, что происходило в тёмных уголках рынка, поэтому захотели увидеть всё своими глазами. Всё это обычная реакция на место преступления, поэтому Драко продолжил осматривать окрестности.       — Что такое Правило пятнадцать?       — Всегда наблюдай за присутствующими, — его взгляд устремился вверх. Стропила над переулком были усеяны воронами, которые то приземлялись, то взлетали, а по крышам разбегались крысы. Все окна были тёмными и плотно закрытыми, поэтому он переключил своё внимание на женщину рядом с ним.— Можно многое о них узнать, — сказал он, оставив её осматриваться с новыми подозрениями.       Подойдя к двери, Гарри вышел, выглядя зелёным и запыхавшимся, словно задерживал дыхание.       — У нас одно тело. Эрни уже там вместе с Гермионой. Если ты собираешься быть здесь, то иди и помоги ей, пока он не забрал его.       Кивнув, Драко начал обходить его, но остановился:       — Эй, Поттер.       — Что? — сказал Гарри, закатив глаза.       — Заклинание пузыря творят чудеса, — Драко произнёс заклинание и шагнул в магазин, не обращая внимания на то, что Гарри показал оскорбительный жест в его сторону.       После произнесения заклинания воздух достаточно очистился, чтобы не отвлекаться, и он смог сосредоточиться на поставленной задаче. Передняя часть магазина не изменилась с тех пор, как он посещал его месяц назад, чтобы впервые поговорить с Треверсом. Поэтому Драко обошёл прилавок и направился в его заднюю часть, пройдя через дверь в складское помещение.       В отличие от передней части магазина, склад был переполнен всевозможными артефактами. Узкие тропинки петляли между грудами книг, обветшалой мебелью и шкафами, полными сомнительных зелий. На полке, расположенной вдоль одной из стен, висели хрустальные шары разных размеров и если Драко не ошибался, несколько пророческих шаров. Чем ближе он подходил к задней части магазина, тем сильнее ощущал запах разлагающейся плоти, пробивающийся сквозь чары, наложенные на голову, и не мог понять, чем лучше дышать — носом или ртом.       Последний крутой поворот и Драко обнаружил, что Гермиона с расстояния в несколько футов наблюдает за телом ещё одного из его прежних соседей по факультету. Натье Треверс привалился к задней стене с широко раскрытыми глазами и ртом. Драко уже засучил рукава и собрался подойти поближе, чтобы получше рассмотреть тело, но его остановила протянутая рука Гермионы. Он посмотрел на неё, приподняв брови, и увидел, что она закатила глаза.       — У тебя свои правила, у меня свои. Правило номер один: всегда надевать перчатки на месте преступления, — она протянула ему пару перчаток и шлёпнула его ими, когда он начал смеяться.       — Это правило номер два, Грейнджер, — он ухмыльнулся, когда её глаза сузились.       — А какое же у тебя правило номер один? — спросила она, наклонив голову.       Драко подмигнул и, пройдя мимо неё, опустился на колени рядом с Эрни Макмилланом — судмедэкспертом. Он был долговязым, как будто вырос слишком быстро, чтобы его вес мог за ним угнаться. Его светло-каштановые волосы были зачёсаны на одну сторону с разлапистой прядью в качестве пробора. Подняв взгляд от тела, он улыбнулся Драко, и казалось, что в его зелёных глазах цвета леса пляшет свет.       — Привет, ребята, — его голос был бодрым, и Драко прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы не рассмеяться, снова оказавшись на месте преступления и наблюдая за разлагающимся телом. Должно быть, где-то есть правило, которое считает неуместным любое проявление веселья в подобной ситуации.       — Эй, Эрни! — проговорила Гермиона, а Драко кивнул. — Что у тебя есть на данный момент?       — Время смерти — примерно четыре дня назад, — он сказал это, вытаскивая термометр из печени Треверса. Затем он провёл рукой в перчатке по линии шеи жертвы, не прикасаясь к ней: — Я уже сказал Гарри, но, похоже, у него тоже сломана шея.       — C4? — спросил Драко, осматривая руку мужчины.       — Трудно сказать без вскрытия.       Щелчок фотоаппарата заставил всех троих повернуть головы. Молодая женщина опустила камеру, застенчиво улыбнулась и помахала им рукой.       — Простите… простите, я… простите, я не хотела… хотела… хотела напугать вас, — её голос был таким тихим, что он едва расслышал его в этом маленьком пространстве. Значок, висевший у неё на бедре, указывал на то, что она — фотограф с места преступления, хотя на вид она была недостаточно взрослой, чтобы закончить Хогвартс.       — Всё в порядке, Пенни, — Гермиона встала с улыбкой. — Иди сюда, мы позаботимся о теле, чтобы Эрни мог уйти, а потом займёмся остальным магазином. — Девушка кивнула, но не двинулась с места. Вместо этого её взгляд переместился на Драко, который теперь стоял рядом с Гермионой.        — О, Пенни, это Драко. Он наш новый криминалист. Драко, это Пенни. Она начала работать около недели назад.       — Приятно познакомиться, Пенни, — повернувшись к Гермионе, он заметил, что она снова смотрит на тело и её лицо начинает бледнеть. У него возникло желание спросить, действительно ли она может справиться с телом, просто чтобы поднять ей настроение, но он решил не делать этого. Несмотря на сомнительное начало утра, у них двоих, похоже, было хорошее настроение, и он не хотел его портить.       Отойдя от тела, он услышал разговор Гермионы. Она указывала девушке, где стоять и на чём сосредоточиться, фотографируя место происшествия. Его губы дрогнули, вспомнив момент из их последнего курса. После того, как Гермиона приняла его друзей за своих, она сделала всё, чтобы никто из них не провалил экзамены.       — Ты вернулся сюда, чтобы сдать их и получить приличную работу. Ты не сможешь этого сделать, не будучи опытным в этом, — Гермиона рявкнула на Блейза, который шептался с Пэнси.       — Расслабься, принцесса, — сказал Блейз, подмигнув Гермионе, отчего щёки девушки покрылись румянцем.       — Не будь придурком, — сказал Драко, ударив своего друга по затылку.       — Ой, я и не собираюсь. Мы обсуждали это всю неделю. Я знаю это.       — Тогда докажи это, — Тео откинулся назад, ухмыляясь. — Я, например, могу подтвердить, что ты не тренировался.       — Мерзавец. Ладно! — сказал Блейз.       Тео и Пэнси наклонились друг к другу и зашептались, а Блейз подошёл к Гермионе, готовый к дуэли. Поклонившись с пышностью, которая могла бы соперничать с Локхартом, Гермиона приподняла брови и ухмыльнулась, а в её глазах вспыхнул янтарь. Драко быстро схватил Тео и Пэнси за мантии и потянул их назад, как раз перед тем, как Блейз выпустил своё первое заклинание. Яркий фиолетовый свет ударился о невидимый барьер и срикошетил в потолок.       — Ещё раз, — приказала Гермиона.       Блейз продолжал пускать в ход различные заклинания, но каждый раз она отбивала. В его глазах читалось разочарование, и Драко понял, что Гермиона просто выжидает. Заклинание за заклинанием отскакивало от щита Гермионы, пока, наконец, одно из них не прошло мимо, ужалив Гермиону в ногу. Блейз, радуясь своему успеху, закричал и начал прыгать вверх-вниз. Торжествуя, он не заметил ухмылки, появившейся на лице Гермионы перед тем, как она послала заклинание, попавшее ему прямо в грудь и отбросившее его в стену. Гермиона начала смеяться над ругательствами Блейза, в то время как Пэнси выплачивала Тео его выигрыш по только что заключённому пари.       Сдерживая зародившийся в груди смешок, он прислонился к задней двери, расположенной между двумя большими шкафами, и оглядел комнату. Хаос, царивший в большой комнате, мог вызвать мигрень даже у самого притязательного кладоискателя. Среди груды сломанной мебели валялись тёмные предметы. В ветхих шкафах хранились разнообразные одеяния, а на полках занимали место выброшенные плащи-невидимки. На многочисленных книжных полках теснились книги, казалось, что все они вот-вот рухнут, если на них поставить ещё один предмет. Оттолкнувшись от стены, Драко принялся искать всё, что может оказаться не на своём месте.       Гарри и Катрин присоединились к ним в задней комнате, чтобы найти бухгалтерскую книгу Тревеса. После часа поисков, в течение которого Драко и Гермиона протирали пыль в попытках найти отпечатки пальцев, крови или орудия убийства, книга была обнаружена. Ещё через несколько часов, когда все четверо работали над поиском, после того, как тело было унесено, они смогли убедиться, что из задней части магазина ничего не было похищено. Орудие убийства так и не было найдено, а с учётом того, что было снято так много отпечатков пальцев, Драко понял, что потребуется немало времени, чтобы выяснить, кто, если вообще кто-то, не должен был находиться в задней части магазина.       После того, как тело унесли, запах смерти больше не витал в воздухе, и чары больше не требовались. Заканчивая работу в магазине, Драко заметил, как низко опустилось солнце, и лучи проникли в открытую дверь. Оглядевшись напоследок, он уже собирался снять перчатки и отправиться в лабораторию, как вдруг его внимание привлекло мерцание на дверной коробке. Повернув голову, он заметил, что под определённым углом мерцание исчезает, а затем появляется вновь. Ему потребовалось подойти ближе, чтобы заметить фиолетовый цвет, и его глаза расширились.       — Грейнджер! — воскликнул он, не желая отводить взгляд. Прежде чем она подошла к нему, он услышал, как застегнулась застёжка футляра. — Зажги свою палочку, — проинструктировал он её. Стоило ей это сделать, мерцание порошка стало отчётливым на фоне потемневшего дерева.       — Тот же самый? — прошептала она, наклонившись ближе.       Не понимая, насколько близко она находится, он повернулся, чтобы посмотреть на неё, и увидел, что из-за влажности воздуха её локоны выбились из пучка. В воздухе витал запах ванили, который приятно отличался от того, что он чувствовал раньше. На его лице появилась улыбка, и он наклонился, чтобы прошептать ей на ухо.       — Есть только один способ узнать это.       Она ушла и поспешно вернулась с пробиркой, чтобы собрать порошок. Здесь было больше, чем в кабинете Флинта, а значит, можно было определить, для чего, собственно, нужен порошок. Собрав всё от двери, они ещё раз осмотрели комнату в поисках другого порошка. Не найдя такового, они собрали свои принадлежности и вышли за дверь магазина, чтобы встретиться с Гарри и Катрин.       Пока они находились внутри, туман перерос в настоящий ливень, заставивший большинство собравшихся скрыться в укрытиях. На фоне темнеющего неба вдоль стен горели фонари, их свет отражался от мокрой поверхности дороги. Локоны Гермионы, сопротивляясь тому, чтобы их снова сдерживали, прижимались не только к лицу, но и к шее и рукам, когда она пыталась подчинить их себе. Усмехнувшись, он задрал промокшие рукава, пытаясь их расправить, и повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть вспышку фотоаппарата.       Драко увидел Дениса Криви под большим зонтом, который волшебным образом держался в воздухе, чтобы он мог держать камеру.       — Драко Малфой! — крикнул он, чтобы его услышали над тяжёлыми каплями вокруг. — Когда вас приняли на работу в Министерство? Проходите ли вы испытательный срок? Знают ли в Министерстве, что меньше месяца назад вас видели в этом самом магазине? Кто жертва? — он осыпал вопросами, а Драко упорно игнорировал его, помогая распутать верёвки. — Гермиона Грейнджер! Каково это — работать рядом с Малфоем?       — Денис, просто уходи, — Гермиона вздохнула, отказавшись от причёски.       — Не могу этого сделать! Мне нужно получить ответы для моих читателей. Что произошло внутри магазина? Было ли это ещё одно убийство?       — Я собираюсь отправить его в больницу Святого Мунго, — прошептал Драко Гермионе, а затем отвернулся от мужчины, схватив чемодан, присел.       — Оно того не стоит, Драко. Просто не обращай на него внимания, — ответила ему Гермиона, когда Катрин появилась изнутри магазина.       Резко развернувшись, он увидел Криви, прижавшегося лицом к окну.       — Криви, — крикнул Драко, привлекая внимание всех присутствующих. — Если ты подойдёшь ещё ближе, чудо-женщина привлечёт тебя к ответственности за загрязнение места преступления.       Лицо мужчины быстро побледнело, его взгляд метнулся к Катрин и обратно. Драко увидел, как тот сглотнул, прежде чем выпятить свою грудь, похожую на птичью.       — Я просто пытаюсь собрать факты для своих читателей. Солидные заявления и фотографии.       — Забавно, но я не помню, чтобы это было рекомендацией для твоих предыдущих статей. Где ты, наконец, научился морали? — глаза Катрин вспыхнули в тусклом свете.       — Мы закончили с оберегами. Пошли, — Гарри проинструктировал своего напарника и повернулся к Криви. — Убирайся отсюда. Если ты попытаешься войти в магазин, я узнаю, и ты будешь арестован.       Катрин, Гарри, Гермиона и Драко смотрели на мужчину, который наблюдал за ними, сузив глаза. Однако вместо того, чтобы сказать что-нибудь, он решил сделать ещё один снимок, после чего повернулся на пятках и исчез из виду.       К моменту их возвращения Министерство было практически безлюдным, за исключением, конечно, DMLE. На втором уровне всегда кто-то находился, независимо от времени. Когда команда спустилась в лабораторию, Драко услышал, как Гарри споткнулся на полуслове, прежде чем прочистил горло. Оказавшись внутри, Драко и Гермиона начали выгружать улики, а Гарри прислонился к столу, потирая затылок.       — Привет, Кэт.       Катрин быстро развернулась на звук его голоса и наклонила голову, ибо Гарри избегал смотреть ей в глаза. Драко взглянул на Гермиону, чтобы уточнить, что именно происходит, но она лишь улыбнулась и покачала головой, поэтому он отвернулся, чтобы понаблюдать за остальным обменом. Гарри снова прочистил горло и передёрнул плечами, после чего посмотрел ей прямо в глаза.       — Нет! — внезапно сказала Катрин.       — Один из нас должен присутствовать, а у меня завтра дело к директору. Я не могу пойти.       — А почему не Минни или Драко?       — Ты же видишь, как много у них дел, — Гарри поморщился, когда Катрин скосила на него глаза. — Она не так уж плоха, Кэт.       — О ком они говорят? — прошептал Драко.       — О Полумне. Она является связующим звеном между Департаментом Тайн и DMLE. Никто из Невыразимцев не хочет по-настоящему работать с нами.       — Ей не нравится Полумна? —Драко нахмурил брови и краем глаза посмотрел на Катрин, которая всё ещё спорила с Гарри.       — Ей нравится Полумна как личность,в компании, — Гермиона пожала плечами. — Полумна склонна... ну, ты же знаешь Полумну, и я не думаю, что Кэт знает, как её воспринимать. Это заставляет Кэт чувствовать себя… не в своей тарелке. А это не так уж часто случается с ней, как ты, я уверена, можешь себе представить.       В этот момент послышалось, как Катрин зарычала на Гарри, свирепо глядя на него, а затем повернулась и вышла из лаборатории. Гарри откинул голову назад и провёл руками по лицу, сдвигая очки на макушку.       — Гермиона… — начал раздражённо Гарри, жестом указывая на Катрин.       — Я поговорю с ней, — сказал Драко, прежде чем Гермиона успела вымолвить хоть слово. Они быстро повернулись и посмотрели на него с одинаковым выражением лица. Недоумение. — Что? Я знаю Полумну достаточно хорошо, чтобы помочь кому-то расположить её к себе. В случае с Блейзом, пожалуй, даже слишком хорошо.       Драко покачал головой, размышляя над последним утверждением, пока собеседники продолжали смотреть на него.       Закатив глаза, он повернулся и вышел из лаборатории в поисках Катрин. Оказавшись в пустом зале, он огляделся в поисках её рабочего места. Он нашёл стол Гарри в дальнем углу, придвинутый к тому, который, возможно, принадлежал Катрин. Он был завален различными бумагами, записками, ручками и несколькими фотографиями.       Наклонившись, он увидел фотографию, на которой Гарри стоял на колене, а Джинни смеялась, когда новоиспечённый муж пытался надеть кольцо ей на палец. Рядом была фотография поменьше, на которой были запечатлены он, Рон и Гермиона, и все они махали друг другу руками с широкими улыбками на лицах.       Глубоко вздохнув, он обогнул стол Катрин и нахмурился. Если стол Гарри был захламлён и завален личными вещами, то на её столе не было ничего, кроме самого необходимого. В углу стоял проволочный поднос с парой папок, рядом с ним стояла безвкусная чашка с несколькими маггловскими ручками. Если бы не непрочитанная записка с её именем на середине стола, её можно было бы принять за неиспользуемую. Не обращая внимания на завязавшийся в нутре узел, он продолжил поиски.       Не найдя ни девушки, ни кого-либо ещё поблизости, чтобы спросить, не видели ли они её, он уже собирался отправиться на лифте в кафе, когда проходил мимо комнаты отдыха. Катрин стояла спиной к двери, положив руки по обе стороны раковины. Большая часть комнаты была погружена в тень, за исключением единственного фонаря, горевшего справа от неё.       Светлые волосы Катрин всё ещё были собраны в хвост и перекинуты через плечи. Она сняла верхнюю одежду, и бледная кожа её рельефных рук резко контрастировала с тёмно-синей форменной майкой, на которую, казалось, не влияла прохладная температура в помещении. За исключением медленных и ровных движений при дыхании, она не сдвинулась ни на дюйм, позволив себе погрузиться в свои мысли.       Засунув руки в карманы, чтобы согреть пальцы, он прислонился плечом к дверному косяку. Сузив глаза, он продолжал молча наблюдать за ней. Редко можно было встретить перед ним женщину в состоянии, когда она не была полностью собрана или рассержена. Ей хорошо удавалось скрывать большинство своих эмоций, но она училась в Дурмстранге. Окклюменция, по словам Крама, была там стандартным предметом обучения.       — Никогда не считал тебя истеричкой, — сказал Драко.       Катрин подпрыгнула и выругалась под нос, в воздухе раздался звук льющейся воды. Повернувшись и перекрыв воду, она прислонилась к стойке. Скрестив руки на груди и поставив лодыжки перед собой, она приподняла бровь и слегка наклонила голову.       — И к какому типу предположительно принадлежу я?       — А, ну, видишь ли, — Драко направился к столу в центре комнаты, — ты умная. Всё держишь под контролем. Уверена в себе. Смею сказать, ты счастлива быть здесь? И ты чертовски хороша в своём деле. И всё же необходимость работать с Полумной заставляет тебя выбегать из комнаты, как капризного первокурсника, — он сделал паузу, наблюдая за её реакцией. Плечи девушки распрямились, а челюсть сжалась, как только имя Полумны сорвалось с его губ. — Я решил, что это одно из трёх. Во-первых, она тебе физически нравится, и ты не хочешь, чтобы кто-то об этом знал. Второе — ты настолько самовлюблённая, что считаешь работу с другим отделом ниже себя. Третье — ты не знаешь, как вести себя с ней из-за её уникального взгляда на окружающие вещи. Так что же, Гуннборга?       Он увидел, как Катрин тяжело сглотнула, хотя её маска безразличия оставалась неподвижной. Её глаза впились в его, и он почувствовал, как по жилам пробежало электричество. Не обращая внимания на статическое напряжение в своём теле, он не отводил взгляда от стоящей перед ним женщины. Неважно, насколько хорошо вы обучены защищать свой разум и эмоции, глаза всегда выдадут человека, если знать, что искать. А Драко прекрасно знал, ведь в доме его детства поселился Волдеморт. Глаза Драко слегка сузились, и он практически видел, как в её голове крутятся шестерёнки. Она пыталась понять, как ответить ему, можно ли ему доверять и с какой целью Драко пришёл к ней по поводу Полумны.       Через некоторое время Катрин оттолкнулась от стойки и села за стол напротив Драко. Она не сводила с него глаз и медленно выдыхала через нос.       — Ничего подобного, — сказала она, когда Драко откинулся в кресле.       — Тогда что?       — Она Провидица?       В этом вопросе не было ничего необычного для людей, не знавших Полумну. Он сам неоднократно верил в это. Наконец, однажды он прямо спросил её об этом. Она рассмеялась в ответ на его вопрос, но отрицательно покачала головой, прежде чем объяснить, что именно даёт ей уникальную перспективу.       — Не совсем, — Драко провёл рукой по волосам. Это было не его делом — рассказывать людям о Луне, особенно когда он думал о причине того, чем это было вызвано.       Катрин, казалось, поняла, что он не собирается вдаваться в подробности, и была достаточно любезна, чтобы не давить на него. Вместо этого она откинулась назад и глубоко вздохнула, прежде чем вернуть внимание снова к нему.       — В первый раз я встретила её, когда была в Атриуме. Было поздно, и большинство людей уже разошлись. Я работала здесь уже несколько месяцев, и мне рассказывали о странностях, которые таили в себе Невыразимцы. Я попыталась просто пройти мимо неё, но она схватила меня за руку, чтобы остановить. Когда я посмотрела на неё, она просто улыбнулась.       — Да, она такая. Впервые я встретил её в поезде, когда ехал в Хогвартс на второй курс. Это был её первый поезд, и я никогда в жизни не встречал её раньше. Она просто открыла дверь купе, улыбнулась и сказала: «Как мило, вот и ещё один» и ушла.       — Что значит ещё один?       — Она тебе что-нибудь сказала? — Драко мало кому рассказывал то, что Полумна знала мгновенно, и он не собирался расширять этот круг без дополнительной информации.       — Да. «Ты не одна». Но каждый раз после этого говорила другие странные вещи. Я никогда не разговаривала с ней вне этих встреч.       — Значит, она тебе не нравится именно потому, что немного странная? — Драко всё больше раздражался из-за Полумны.       — Нет! — Катрин взмахнула руками для пущей убедительности. — У каждого есть свои… причуды. Это то, что она сказала мне, когда я видела её в последний раз.       — Ты имеешь в виду тот раз, когда Блейз решил завалить тебя вопросами? — она закатила глаза, но согласилась. — И что же она сказала?       Звук стула, падающего на холодный каменный пол, пронзил комнату, заставив Драко приподнять брови до линии роста волос, наблюдая за тем, как она вышагивает перед ним. Такой реакции он не ожидал. Понятно, почему многие находили её пугающей, особенно когда взгляд расчётливой ярости был направлен на них. Однако внушительная картина, которую она изображала, никогда не производила на него такого же эффекта. Сердцебиение стало ровным, вместо того, чтобы участиться, дыхание — размеренным, и необходимость суетиться не возникала. Медленно, решительно он наклонился к ней.       — Продолжай, Герриер, у меня такое чувство, что я знаю, какого это.