Ты не такой, как все грязнули...

Ангельское блаженство и дьявольские мучения. Душа по маленько, по кусочкам разрывается на части. Но чувство свободы оказывается сильнее и заглушает все душевные терзания. На целых шесть дней Николай позабыл об существовании ванной комнаты. Проводил время либо в гараже за работой над мотоциклом, что сохранился еще со времен лихой молодости, либо катался на нём по лесу, наслаждаясь чистым воздухом хвойного леса. Успел за это время вспомнить свою юность еще до знакомства с женой, что состояла по большей части из таких развлечений. Ветер развивает приятно так запутанные волосы, так и играя с ними, во время таких прогулок. Одним ранним утром, после ночной прогулки по местным лесным просторам, решает навестить своих коллег, что во всю пашут, пока мужчина наслаждается своим отпуском. И совсем не важно, что на щеке осталась масляная и едкая клякса, чернее золы, что так и бросается в глаза. — Всем привет! — как к себе домой заявляется Николай, внаглую зайдя в подсобную рабочих. Готовившиеся к новому рабочему дню парни сразу обернулись на знакомый голос и в ответ поздоровались, не сразу и заметив маленькую деталь на лице обладателя черных волос. Приветливо все улыбались, невольно оглядывая мужчину. — О, какие люди к нам явились! — сразу отзывается мужчина с рыжими кудрями, разглядывая слегка потрепанный вид «работничка». — Ну рассказывай, как отпуск проходит? — поинтересовался любезно обладатель карих глаз, смотря как коллега принялся активно рыскать в инструментах своих рабочих. — Да всё чудесно, — слегка лукавит мужчина с янтарными глазами, пытаясь не думать о недавней ссоре. — С дочерью могу много времени проводить, вечера пролетают за ужастиками. Мне много для счастья и не надо. — тут куда честней отвечает Николай, питая самые светлые чувства к родному дитя и в этом никто не смел сомневаться. — А как с супругой твои дела? Случаем, не поругались? — задался вопросом блондин, с излишне довольной улыбкой смотря прямо в глаза Коле. — Чушь не неси. — уверенно заявляет прибывший Николай, смея внаглую врать. — Мы сильно любим, уважаем и почитаем друг друга. У нас нет поводов для ругани. Всё у нас прекрасно, как в сказке. — спокойно, без волнения и запинок повествует мужчина, смотря четко в глаза работнику со светлыми волосами, что так и пытается найти хоть намек на ложь. — Очень рады слышать, — продолжил блондин, слегка натянув улыбку. — Только, что у тебя на лице? — мягко поинтересовался, указывая на правую щеку. — В смысле? — вопросительно и удивленно поднимает брови Николай, искренне не понимая, о чем говорит напарник. — А ты сам погляди, — указывает любезно на висящее неподалеку зеркало на стене, чувствуя где-то в глубине души, что его старый друг с ним не до конца честен. — А, ты про это пятнышко, — с легкой улыбкой пропел Коля, отмахнувшись от зеркала. — Да вот, с утра пораньше масло менял у мотоцикла и не заметил. С кем не бывает. — сохраняет удивительную легкость повествования, погружаясь все больше в ложь маленькими шажками. — С человеком, у кого жена чистюля каких свет не видывал? — про характер супруги Николая только новички не знали, да и то им сразу успели поведать о ее настойчивом и слегка упрямом нраве. — Да, Марго обожает порядок и чистоту, но из-за маленького пятнашка уж точно не будет со мной ругаться. — лишь расплылся в ухмылке обсуждаемый механик, очень хорошо зная свою любовь. — Домой приеду и сразу умоюсь, — в наглую лжет, сохраняя обычное выражение лица. — Ты этим утром не умывался? — находит за что ухватиться, пытаясь вывести друга на чистую воду. — Конечно умывался, — без задней мысли отвечает, слегка устав от допроса. — Предположим, — с легким недоверием соглашается мужчина с золотистыми волосами. — Не затягивай, а то потом легко отмыть не выйдет. — Я-то уж точно знаю, как отмывать въевшиеся пятна. — легко отзывается Николай, сделав глубокий выдох. — Филипп, не устал ещё заваливать вопросами? — Не устал, — светло-зеленые глаза блондина пронзительно разглядывают друга детства, не понимая, как тому удается так хорошо врать. — А так чем занята твоя любимая сейчас? — Взяла себе отдых от своего маленького бизнеса, также с дочерью сидит. Всё-таки для малышки больше ценно родительское внимание, чем простой откуп в игрушках. — не до конца договаривает механик с медовыми глазами, продолжая искать все необходимое. — Похвальная позиция, — лишь в очередной раз убеждаются все коллеги, что из Николая получился хороший отец, о каком сами в детстве не мечтали, даже не представляя что творится в семье. — Так полагаю, твои любимые ещё спят? — поглядывает на время Филипп, удивляясь, что его друг смог в такую невыносимую рань подняться. — Супруга должна была уже проснуться, а Мелоди ещё дремлет. — невольно бросает взгляд на часы, зная распорядок дня супруги назубок. — А ты чего не спишь? И под глазами видны синяки. — обладатель блондинистых волос разглядывает лишь внимательней черты лица, ощущая на душе неприятный скрип. — Да что-то бессонница охватила, совсем не мог уснуть. — проводит кулаком по глазам, наконец-то найдя все необходимое. — Ты и бессонница? — тонкие пальцы недовольно постукивают, пока салатовые глаза с недоверием поглядывают на друга. — Филипп, что ты так прикопался к Николаю? — в разговор вмешивается Евгений с рыжими волосами, совсем не понимая такое поведение коллеги. — Слишком хорошо его знаю, вот и корежит от его лжи. — с такого заявления все находящиеся работники удивленно смотрят на Николая, а тот лишь нахмурил густые брови с таких обвинений. — Филя, дружище, самому не стыдно меня сметь в таком обвинять? — со спокойствием в янтарных глазах, никаким образом не выдавая свое вранье. — Ты и в детстве умел отлично врать, — продолжает настаивать на своем блондин. — Актеришка. — Вот какого мнения ты был всегда обо мне, — прокручивает в руках инструмент, внимательно смотря в глаза другу, как ему казалось. — Коль, вижу же, что у тебя проблемы. — более мягко и виновато поглядывает на напарника, поняв, что перегнул палку. — Да, в детстве любил всякие истории сочинять и рассказывать во всех красках, но это не делает меня лгуном до мозга костей. — спокойно, без капли обвинений в голосе поясняет Николай, чувствуя на себе пристальные взгляды остальных. — Нет у меня проблем. Сам подумай, у меня любящая и восхитительная жена, прелестная дочурка, что так сильно похожа на меня, есть время на любимое увлечение, на досуг, хорошая работа, которую так же люблю. У меня есть всё, что надо для счастья. — абсолютно закрывает глаза на все семейные проблемы, что лишают покоя и вечно мотают нервы. — Я, конечно, рад, что всё так удачно у тебя сложилось, только я никогда не поверю, что вы живете без споров и разногласий. — продолжил настаивать на своем Филипп, зная слишком хорошо супругу друга. — Мы научились договариваться и находить решения, которое будет всем выгодно. — утаивает слегка Николай, не желая признавать гнусный факт, что приходилось чаще всего просто идти на уступки. — Удивительно, что два таких властных и упрямых человека смогли ужиться. — не скрывает свое удивление, сомневаясь уже в своих предчувствиях. Может, правда зря обвинял друга? — Любовь сильней, — смягчает взгляд Николай, с нежностью вспоминая свою жену. — Как я помню, ты при первой встрече с ней сразу отрезал, что «с этой избалованной богачкой» ничего общего иметь не будешь. — буквально цитируется сказанные давно-давно слова самим Николаем, на что он лишь тяжело вздохнул. — Откуда мне было знать, что она окажется адекватной девушкой, особенно по сравнению с ее отцом. Он меня обхамил так, как никто другой, а я не успел и слово сказать, не то чтобы к работе приступить. — забыть первый день знакомства не получится никогда для супруга. — И ведь к тебе испытывал больше всего неприязни, — припоминает горьковато Филипп, в деталях вспомнив тот злополучный день. — Вот именно, и именно ко мне проявляла симпатию Марго. Первое время думал, чтобы родителю насолить, а потом заметил, что все-таки влюбилась по уши и оказалась интересной и милой дамой. — несмотря на горький осадок от всех встреч с ее родственниками, особенно с отцом, ничуть не сожалел, что именно Маргарита стала его любовью. — Как в такую прелесть не влюбиться? — Если так смотреть, — растянуто заговорил друг детства, слегка прикусив губу. — Ладно, прости, я зря на тебя наехал. — признает свою вину блондин, отложив в сторону свое предчувствие. — Забыли. — мысленно лишь облегченно выдыхает, не веря, что получилось выкрутиться. — Я тогда домой поеду. — Давай, всем привет передай. — слегка приподнимает уголки губ, радуясь, что Коля не держит на него зла. — Обязательно. — на прощание пожимает руку Филиппа, держа во второй руке необходимый для работы инструмент. Попрощавшись со всеми коллегами, в быстром темпе уезжает домой, ощущая на душе непривычную тяжесть. Уже и не припомнит, когда в последний раз столько врал. От мыслей, что в семье идет разлад, все настроение катится к черту. — Буду я ещё последнюю неделю отпуска тратить на извергов чистоплюйных, — возмущается себе под нос Николай, приехав наконец-то домой. Самому почистить мотоцикл не составит труда мужчине, как профессионалу, с больше чем пятнадцатилетним стажем за плечами. Устало поглядывая на свой разобранный мотоцикл, предвкушает долгую работу. С довольной ухмылкой очищает детали, полностью игнорируя все последствия работы на лице. Смеет так завалиться спать, на следующий день продолжив кропотливую работу. Пришлось притащить себе подушку и одеяло, чтобы удобно спать на старом диване и лишний раз по дому не расхаживать. После работы с железным конём выглядел хуже трубочиста. Руки по локоть все в машинном масле, и на лице остались размазанные пятна, особенно четко видно на носу противную кляксу. Ноги от ходьбы в ботинках, что всё время были в носках черных, стали под их цвет. Не стоит забывать про обычную грязь, что успела накопиться за недельку без душа, особенно на волосах видно по сальному блеску. Если бы жена увидела своего мужа таким, то, мягко сказать, поразилась и разочаровалась окончательно, не желая поверить в увиденное. Она и не таким его видела в молодости, чего греха таить, но хотелось ей верить до последнего, что это осталось в прошлом. Про ложь и говорить не стоит. Сердце бы рвалось на куски, а скандал был бы неизбежен. Чем ближе был конец недели, тем сильнее на душе играла чертова тоска по родным. Как они там? Дома сразу так тихо и пусто стало, что находиться невыносимо и дискомфортно. Весь кайф от некой «свободы» прошел слишком быстро, оставив лишь горький осадок на душе. А от мыслей, что пришлось в очередной раз прибегнуть к лжи, совесть так и грызет изнутри. Когда-то родное одиночество, чем так гордился в своей юности Николай, успело стать сущим наказанием. Сам поверить не может, что так сильно привязался к своей маленькой семье, без которой жизнь совсем теряет цвет. Кто-то ведь годами живет без ласковых взглядов, нежных прикосновений, сладких улыбок тех, кто заставляет сердце наполняться теплотой, и такие люди кажутся чем-то… Странным? — Как иронично, что свобода, о которой я когда-то мечтал, превратилась в наказание, от которого я постоянно искал спасения… — прошептали усталые, слегка сухие губы мужчины, чьи янтарные глаза с невыразимой тоской смотрели в пустоту. По телу пробегает лёгкая дрожь, оставляя за собой холодок. Большие ладони нежно касаются собственного тела, создавая лишь иллюзию тех прикосновений, по которым так тоскует душа. Утомлённый, Николай закрывает глаза, стараясь не думать о той пустоте, что поселилась в его сердце. Чтобы отвлечься от всех назойливых мыслей, прихватил парочку ужастиков. Перед сном зачитывается историями, от которых у обычных людей волосы дыбом станут. Но, Николаю только в удовольствие погружаться в такие темные и пугающие миры, с интересом наблюдая за судьбой героя. И так получалось на время заглушить все противные раздумья и спокойно погрузиться в глубокий сон. Так что за день до приезда дочери с матерью надо бы прибраться дома и пойти помыться Николаю, а пока что наслаждается свободой, как в свои молодые годы, ещё до знакомства с супругой. Однозначно скучал по такой легкой жизни, несмотря на все плюсы состояния в браке с любящим человеком. Только сейчас, в очередной раз засыпая с книгой в руках, ощущает дикую нехватку любящих взглядов супруги и звонкого, детского смеха дочери. Сердце непривычно ноет, сгорая от скуки по дорогим людям. Поскорей бы закончилась неделя…