Неправильный сюжет.

Кейл возвращается вместе с Изуку в графство, где их уже встречает вся чета Хенитьюз. Пока граф внимательно рассматривает своего «блудного» сына, что недавно вернулся с войны, Ниномаэ поприветствовал остальных членов семьи. Графиня сдержанно кивнула, Басен слегка улыбнулся, а вот Лили, добрая и невинная душа, подошла к нему ближе и явно хотела обнять, но стеснялась. В конце концов, Изуку Ниномаэ теперь является маркизом, а не просто кем-то, кто следует за её старшим братом. В любом случае, Изуку осторожно поглаживает по голове девочку, что тут же расцвела яркой улыбкой и, уже никого не стесняясь, обняла юношу. Ниномаэ улыбнулся, когда услышал вопрос Басена: — Я слышал, Королевство Роан устраивает праздник в честь героев в Королевстве Каро. Почему вы не пошли? Вопрос хороший, вот только Кейл и Изуку знали лучше, чем кто-либо другой, цену праздника. Они переглянулись, а Лили подошла уже к Кейлу, в глазах которой горело любопытство. Ей тоже было интересно узнать причину, по которой её брат и Ниномаэ не пошли на празднество. — Да! Орабонни, разве вы не заслуживаете там быть? — невинный вопрос девочки заставляет Кейла приподнять краешек губ и похлопать по плечу Лили. — Война ещё не закончилась, — отвечает рыжий аристократ, пока Изуку бросает взгляд на помещение, внимательно разглядывая убранство, — да и лучше всего быть дома. Повисла тишина, что заставляет Дерута и Виолан переглянуться. Басен поджимает губы, а Лили хлопает глазками. Очаровательно. — У меня ещё остались незаконченные дела, — говорит Ниномаэ, почувствовав на себе вопрошающие взгляды остальных. Кейл лишь косо посмотрел, но промолчал. Граф с женой и Басеном дружно решили, что дела касаются его нового статуса. В конце концов, назначение маркизом оставляет серьёзный отпечаток и даёт новую ответственность. Быть маркизом не самое лёгкое занятие. — Я понимаю. Дерут кивает головой. — Позвольте вас покинуть. Ниномаэ кланяется и покидает их общество. Его путь лежит в направлении в темницу Хенитьюз, где находится Дракон-полукровка. Его тщательно охраняет Рон, но он больше там для вида, чем для чего-то ещё. По его просьбе, а также по приказу Кейла, дворецкий и по совместительству ассасин не трогает химеру, что чертовски напуган перспективой встретиться с Изуку Ниномаэ. Его страх не совсем необоснованный. Причины тревожиться у него есть. Как минимум, стоит страшится Изуку из-за его сходства с КД. Кивком поздоровавшись с Роном, прошёл внутрь. Мрачная камера, где цепями к стене прикован полукровка, у которого даже имени нет. Он сидит с закрытыми глазами, боясь пошевелиться, а ведь Ниномаэ даже ещё не начал свой допрос или хоть как-либо пугать. — Как поживаешь? — немного с издёвкой спрашивает Изуку, подходя ближе. Тот вздрагивает и пытается сжаться, стараясь выглядеть меньше, чем он есть на самом деле, зажмурившись крепко. Пара секунд тишины и чувствует, как чужая рука сжала его челюсть, и слышится жутко-нежный голос: — Когда тебя спрашивают, ты должен отвечать. Он открывает глаза. Дыхание задерживается от крепкой хватки, что кардинально отличается от тона Ниномаэ. Забудьте о героизме, это сам дьявол во плоти. Изуку смотрел на него холодным взглядом. Так, словно он червь под ногами. Под этим взглядом хочется поежиться или спрятаться куда подальше. Дракон-полукровка ненавидит, насколько он слаб, но давлению со стороны противиться невозможно. Перед глазами медленно расплывается. — Но на этот вопрос можешь не отвечать. Мне нет смысла о чём-то спрашивать тебя, ведь и так знаю всё. Что является правдой, с учётом чтения новеллы, половину которой он забыл, но всё ещё знает больше, чем остальные. Сжав сильнее, смотрит на пленника, тяжело дышащий и в целом выглядящий так, словно вот-вот упадёт в обморок. Изуку усмехается и наклоняется ближе, голубые глаза смотрят в грязно-черные. Становится будто холоднее и труднее дышать. — Ты — химера. Химера, созданный лидером «Паразит», не так ли? — Дракон-полукровка широко распахивает чёрные глаза, практически задыхаясь. — Не отвечай, это риторический вопрос. Страх. Дракон-полукровка ощущал страх только рядом с двумя людьми: Белой Звездой и Кровавом демоном. Но Ниномаэ... Ниномаэ совершенно на другом уровне. Человек, крепко держа его челюсть, словно грозится сломать его, внушает животрепещущий страх, ощущение тяжести внизу живота и заставляет замереть, гипнотизируя небесно-голубыми глазами. — Ты поглотил около шести сердец Драконов, твой хозяин прожил около девятисот лет, а проклятая корона росла, поглощая твою кровь. Я знаю всё. Изуку смягчил хватку, нежно похлопав по щеке, но тот дёргается от его действий, словно он ударил, а не просто похлопал по лицу. — Для нас ты бесполезен. Полукровка уже слышал эти слова. Он помнит, как Джастин, из раза в раз побеждающий его в спаррингах, с непередаваемым тоном говорил ему об этом, залечивая раны: — Если не можешь победить меня, обычного человека, что уж говорить о других? — И ты уже знаешь это. Он не смеет и звука издать, храня молчание. Действительно, слова и не требовались для этого человека. — Помнишь то чёрное яйцо, которое ты пытался спасти? В голове химеры промелькнула удивлённая мысль о том, как они смогли это выяснить? И почему пытался? — Знаешь, что сделал тот человек? Продал маркизу, чей сын пытал его на протяжении четырёх лет, когда он вылупился. — Нет! — первый раз за долгое время подал голос дракон-полукровка, не веря в это. — Ложь. Затем он чувствуют адскую боль в плече. Он кричит, а затем слышит хруст и кость вправлена назад, но на глазах слëзы, а в горло пересохло от крика. Как же жалко он выглядит: испуганный, залитый слезами и почти сорвавшимся голосом. Сколько раз он ломал себе что-то? Ни разу не плакал. Так почему всё по другому рядом с Ниномаэ, что глядит на него таким пугающим взглядом? Почему? Почему он не может просто умереть? Он давится слезами и криками, когда чувствует боль в локтях, как кости ненормально скручиваются, неестественно выглядя, а после хруст, щелчок и всё вправлено, но боль заставляет задыхаться. Боль, боль, боль, страх, боль. Он чувствует боль и страх, чувствует, что ещё немного и он задохнётся, чувствует, как ему трудно дышать от слез и крика, от которого стынет кровь в жилах, не может унять дрожь во всех конечностей. На него выливают холодную воду. Капли воды стекают по его лицу, перемешиваясь с горькими слезами, потом и слюной. Задушенный хрип вырывается из него, когда он чувствует, как горят его запястья, видит их покрасневшими. Это длится бесконечно долго, но на деле не прошло и пять минут. — Единственный, кто лжёт – ты сам и самому себе. Это же «Паразит», от них добра не жди. Ты действительно думал, что он последует твоему приказу? Изуку не улыбается. Холодной взор голубых глаз впивается в искусственного созданного дракона, в ошибку природы. На самом деле, Ниномаэ никогда не был привязан к этому человеку, что был вчерашним врагом. В этом плане он прекрасно понимал Кейла, что тоже не сразу прощал своих врагов и не подпускал их в свою семью. Та же Ханна. Он мог сразу телепортироваться, ведь под рукой были аж два дракона, но нет. Сначала он отправился на виллу, дождался Ташу с Мэри и вместе на корабле отправились в Джунгли, давая помучиться обоим близнецам: Джек переживал за сестру, а та на себе ощутила то, через что проходили её жертвы. Забудьте о жестоком воспитании и неблагополучной жизни, блондинка самостоятельно присоединилась к «Паразит» и убивала морских жителей. На её руках кровь. И просто так принять в свои ряды вражеского Мастера меча, что уже убивал, что сходит с ума от одного вида крови? Недопустимо. Или Клопе, что был просто сумасшедшим фанатиком. В общем, Изуку действительно всё равно на Дракона-полукровку, хотя его история и заставляет проникнуться сочувствуем. Но врага нельзя простить. — Ты не глупый, должен был лучше знать, чем что-то предпринимать. Но скажи на милость, разве Кровавый Демон недостаточно тебя предупреждал? — Он... да. Он говорил об этом, но я ему не верил, — убито произнёс полукровка, немного восстановив дыхание, вспоминая разговор, где случайно проговорился про те события. — Джастин опять оказался прав. Ниномаэ прищурился. Имя ему теперь известно. Слишком... обычное. Он ожидал что-то более грандиозное. — Знаешь, у тебя есть два варианта: умереть здесь и сейчас самым ужасным способом, или рассказать про Джастина и Белую Звезду, и умереть после шести месяцев, испытывая адскую боль. А может и дольше. Всё зависит только от тебя. Вновь хруст и вновь крик. Хрип и кашель срываются с горла химеры, слезы предательски текут по лицу, проклиная судьбу за то, что родился на этот свет. — Ты слишком слаб. Полукровка чувствует, как прикусил собственную губу до крови, как алая жидкость стекает по подбородку. Он смотрит на Изуку, что ожидает его ответа, начиная переходить к его пальцам. — У меня не безграничное терпение, — нежно проворковал Изуку. И вновь крики наполнили помещение, когда он сломал пальцы полукровки, что выгнулся и дергался в конвульсиях, ударяясь головой об стену позади и сильнее заливаясь слезами, которые не думали останавливаться. Пальцы чуть ли не обожгло, когда дело пошло по второму кругу и они посинели, посинели настолько, что можно считать, будто их уже и нет. Полукровка чувствовал, как ломается каждый сустав его пальцев, и каждый раз не мог сдержать крика, выгибаясь всё сильнее и пытаясь отстраниться от чужих прикосновениях, но тот лишь сильнее сжимал уже сломанные суставы, затем вправляя, и так по кругу. Снова и снова, снова и снова, снова и снова! Больше не в силах терпеть эту боль, он поспешно начал говорить охрипшим голосом: — Я скажу, я скажу! Ниномаэ стоит в ожидании, давая ему возможность сделать глоток воздуха для рассказа. — Джастин, он же Кровавый Демон... — начал медленно говорить полукровка, дрожа и стуча зубами от холода, хотя по телу бежит горячая кровь, а с него стекает пот, — человек, возникший из ниоткуда. Однажды отец привёл с собой, без объяснений и лишних слов, заявив, что тот — его судьба, его предназначение. Соулмейт. Химера облизнул вмиг засохшие губы, кровь уже перестала идти и прилипла к его коже. Даже одежда отвратительно мокрая и мерзко прилипает к его телу, странным образом повышая чувствительность. Он испуганно задохнулся, почувствовав на груди чужую руку и поторопился с рассказом: — Они действительно встречаются и знаю, что отец пытается убедить того жениться на себе, чтобы навсегда привязать к себе. Он будто помешался на Джастине. Не знаю, где и как они встретились, как давно знакомы, но он привёл его, когда тому было четырнадцать. Сейчас ему восемнадцать. Изуку скрипнул зубами. — Продолжай. — Джастин силён. Он на уровне мастера меча, но больше использует магию, нежели чем меч. И он отвечал за мои тренировки. То, чего я добился сейчас стало возможным благодаря ему. Больше мне неведомо. Про отца могу рассказать только немного. Знаю, что он прожил больше девятьсот лет. Ниномаэ задумался. Про Бэрроу он знает побольше остальных на данный момент, даже Фредо, что кукует в Бесконечном Королевстве, потому не был огорчён столь малой информацией про него. А вот информация про Кровавого Демона чрезвычайно важна. Соулмейт значит... человек, возникший из ниоткуда. Это, конечно, могло дать понять, что он из другого мира, но что-то упорно не желало складываться в одну картинку. Отошёл от пленника, что дрожит и плачет, хватая ртом воздух. Молча покинул камеру и стремительно поднимался по лестнице, обрабатывая информацию и дальнейший план действий. Так как химеру они схватили сейчас, то Кейлу нет смысла перенапрягаться, используя силу камня, а значит, не отправиться за водой. Ладно, тут относительно легко. Просто накапать команде по мозгам о том, что их командиру следует обзавестись водой для баланса слабого фундамента. Особенно Раону. Что насчёт Кейла Бэрроу? Передать информацию про количество прожитых лет, имя, внешность с маской, а всё остальное записать в блокнотик, как завещание. И вообще, можно сразу же отправиться с короной к Белому Замку, там встретиться с Шеритт, поговорить с ней, исследовать деревню убийц драконов, прихватить книжку, аля автобиографию дяди Чхве Хана и вот у Ким Рок Су будет вся нужная ему информация, и никто не задастся вопросом о том, откуда он знает об этом. Главное, успеть всё до своей смерти, иначе он не уверен, что и на этот раз "герои" победят. Ведь в оригинале его не было, как и Джастина, никто не умер на стороне Кейла и потому всё хорошо закончилось. Ха, может заключить сделку с Богом Смерти о том, чтобы люди не сильно скорбели о его смерти? Он ведь может так сделать? В самом деле, БС буквально повернул время вспять и поменял души местами, а это несильно сложнее того, о чем хочет попросить он сам. Уверен, Бог Смерти привык получать от Бога Правосудия. Черт, как всё сложно. Если Бэрроу действительно привязался к парню, а тот не умер, понятно, почему тот так вцепился в него. С другой стороны, почему он самолично привёл его в... организацию? В общем, одни вопросы отпали, появились другие.

***

Изуку радостно бросился в объятия Эрухабена, что с лёгкостью его подхватил на руки и на пару секунд поцеловал в губы, но всё же отстранился и посмотрел на Кейла, что разглядывал стену возле себя, будто в первый раз видел. Раон что-то восторженно запищал, но после его внимание привлекла колонна с цепями. — Голди-дедушка, это про неё ты говорил? Золотой Дракон кивнул, всё ещё обнимая Изуку за талию, мысленно задаваясь вопросом, а всегда ли тот был таким прилипчивым, или он просто не замечал? Можно было даже предположить, что Ниномаэ задумал что-то глупое, но ему такое не свойственно, да и за себя парень постоять умеет. Кейл, конечно, тоже, но весь фасад благоразумности рушит его самопожертвование и кашель кровью. Кейдж, решив что можно уже подавать голос после красивого и милого воссоединения и приветствия главной парочки, тихо кашлянула, привлекая внимание Кейла, что тут же обратил на неё внимание. — Две из пяти цепей уже разрушено, — с весельем в голосе упомянула жрица, гостившая на вилле, стараясь не сильно коситься на двух голубков. Кто бы мог подумать, в самом деле? До сих пор сложно для осознания. — Использовала силу Бога Смерти? — с радостью схватился за разговор рыжий дворянин, потому что, ему, конечно, нравится видеть что у его подчинённых всё хорошо и прекрасно, но не до такой степени. Пусть некоторые вещи останутся исключительно между ними двумя. Кейдж хмыкнула, прекрасно понимая, почему тот так быстро задал вопрос. Изуку тихо хихикал, спрятав лицо в груди Эрухабена, что невозмутимо гладил его по спине. — Это единственное, что я могла сделать. Вернувшись к рабочему состоянию, Изуку на пару с Раоном ходили кругами и рассматривали колонну, от которой несло не самой доброй аурой. Посмотрел на Золотого Дракона, что только кивнул в ответ на вопросительный взгляд. — Ты молодец, — сдержанно похвалил её Кейл, внимательно оглядывая каменную колонну, вид которой не внушала доверия совершенно, а наоборот, всё кричало о том, что нужно отойти от неë минимум на двадцать метров, не трогать руками и вообще стараться не дышать, ведь мало ли что произойдёт, когда все цепи сломаются. Всё же, у Кейла есть инстинкт самосохранения. Просто зачастую он просыпается не в нужных местах. — Думаю, печать на другой стороне сломана, — сказал Эрухабен, наблюдая за Кейлом, что неотрывно смотрел на колонну, которая выглядела так, словно вот-вот взорвётся, а сам дворянин словно смотрел на причину скорой смерти окружающих. Рыжий аристократ посмотрел на Древнего Дракона с чуть широко распахнутыми глазами. — С другой стороны? С Восточного континента? Изуку буквально мог видеть, как тревога начинает постепенно заполнять Кейла. Хм. А в новелле он казался более.. Уравновешенным что ли? Но оно и понятно. Текст и реальность — не одно и тоже. — Вероятно так, — согласился Эрухабен, чуть ли не пожимая плечами от равнодушия, выглядя максимально не обеспокоенным столбом, что продолжал вибрировать. — И что мы можем сделать? Дракон мягко ему улыбнулся и Кейл даже как-то расслабился, надеясь, что Эрухабен, как ответственный взрослый и древний дракон придумал что-то. Ой дурак. Даже жаль Кейла, что не смеет и подозревать о том, что Эрухабен просто к чертям разнесёт цепи. — А что ты можешь сделать? Просто не беспокойся. Ниномаэ старательно делал вид, что внимательно слушает мужа, который еле сдерживает смех, когда видит уверенность Кейла в Эрухабене. — Конечно, мы сломаем её, — и пафосно указал на дрожащую колону. Кейл тут же нахмурился, явно разочаровавшись в мудрости и благонадёжности Древнего уважаемого золотого Дракона, а-ля мужа Изуку Ниномаэ, что молча наслаждался реакцией своей работодателя. У него буквально всё на лице написано, что он думает о решении Эрухабена, даже если старательно молчал, пытаясь не язвить дракону. С другой стороны, Кейл отомстил Рону лимонным чаем, шокировав на целых три дня. И он до сих пор не сбежал от своего страшного дворецкого. И периодически дерзил наследному принцу. Так что, Дракон — наименьшая из проблем, особенно Дракон, который его по факту усыновил, пускай не признается самому себе пока что. — Да, дедушка-голди! Давай сломаем её! Теперь уже и чёрный дракон удостоился сомнительной чести сурового взгляда опекуна, но Раону всё равно, ведь скоро они взорвут колонну, продемонстрировав в очередной раз могущество Великих и Могучих. Изуку задумался на пару минут: это черта всех драконов, взрывать неугодные вещи, или это Раон заразил своим нескончаемым «искусство — это взрыв!» своего старшего сородича? Откуда взялось данное выражение? Конечно Изуку рассказал, с воодушевлением прошептав на ушко в один из дней, когда Кейл бездельничал. Тот не смог проконтролировать процесс восприятия ребёнка и теперь порой с неодобрением и лёгким раздражением поглядывал на Изуку, потому что точно знал, кто виноват в данном происшествии. Но Изуку было по барабану. В конце концов, любовь к взрывам привёл именно Кейл, начиная с первого похода в Лес Тьмы с братом и сестрой из китового племени и заканчивая.. Что крупномасштабно взрывал в последний раз этот очаровательный ребёнок? На ум приходит в первую очередь магическая башня в Вайпере. — Вы уверены? — слабо попытался остановить двух драконов Кейл, мудро решив хотя бы попытаться вразумить их, но его проигнорировали самым наглым образом, готовясь ко взрыву, да и рыжий дворянин мало что мог сделать, чтобы остановить энтузиазм этих двоих. Изуку, в какой-то момент ловко выбравшись из объятий, подошёл и преувеличëнно сочувствующе похлопал по плечу. Кейл состроил сложное выражение лица, рассматривая руку Изуку, словно она была врагом народа. После взрыва, Эрухабен с любопытством прошёл внутрь, но после вернулся. — Туда могут войти только монстры. — Монстры? — переспросил Кейл. И пока Золотой Дракон любезно объяснял рыжему дворянину тонкости того, кто может пройти по пути, Ниномаэ вновь задумался. Сейчас есть отличная возможность сгонять за Водой и в Белый Замок. Или в Замок Света. В общем, разница не принципиальна, замок Шеритт короче. Ниномаэ уже не терпелось с ней встретиться. Немного печально, что он не доживёт до встречи с Фредо, но маму Раона он же успеет навестить? Необязательно же с Кейлом навещать? Ха.. После того, как Эрухабен отправился в туннель, устанавливая телепорт, Раон успел позвать Рона, Бикрокса и Ханну. Ниномаэ посмотрел на блондинку, что начала демонстративно разминаться. Хмыкнув, подошёл к ней и друг другу дали пять. Кейл передернул плечами, узрев этот союз, мысленно и, кончено, шуточно проклиная день, когда они познакомились.

***

Здравствуйте, старые добрые бандиты! Изуку всегда нравился их главарь. Такой милаш! Конечно странно называть главаря горных бандитов, что похож на Тунку своим телосложением и желанием померить свои силы, милым, когда тот, как никак, всё же является горным бандитом, и он крал у людей деньги, но, тем не менее, он каждый раз забавно реагировал на Кейла. И ещё не был обделён умом. Какой-никакой, но разум у него имеется. Тунка тоже забавен. А ещё определённо человек, достигнувший прогресса. Из тирана Тунки он стал главнокомандующим, что заботиться о своих людях. Ну не прелесть же? Обдумывая в очередной раз, какое же вливание оказывает Кейл на остальных, избиение младенца, кхм, простите, главаря ужасно-страшным поваром закончилось. — А теперь вы расскажите, какие плохие поступки совершили в этом месяце, — любезно, — нет, — попросил самый страшный человек на земле. Удостоившись чести услышать их плохие поступки, после коротко совещания, взаимного недоумения по поводу того, почему же здесь находится колонна, когда тут нет ничего опасного, они отправились в город Лееб, где, ещё немного поговорив с главарём, имя которого Изуку не помнит, и вообще, есть ли оно у него, что не так уж и важно в долгосрочной перспективе, Кейл с самым пафосным лицом, из всех раннее показанных выражений, провозгласил: — Рон, ты возглавишь преступный мир. Этот страшный и злобный старик, Рон Моллан, уставился на своего сеньора сложным взглядом, словно одними глазами спрашивал, что за чушь несёт Молодой мастер и не ударился ли он совершенно случайным образом головой, а то вдруг дворецкий смог пропустить сие печальное событие? Кейл старательно не смотрел на Рона, всерьёз опасаясь за своё благополучие, ведь мало ли, вдруг старик на старости лет решит его прирезать за неучтивость, и всё равно, что для этого старика, Кейл почти что родной ребёнок, которого он растил и воспитывал с чуть ли не рождения. Изуку его не винит, ведь Рон действует на нервны преотлично, но Кейл каждый раз так забавно реагирует на своего дворецкого, хотя сам прекрасно понимает, что тот не станет ему вредить, что делает его испуг ещё забавнее. Ну, до тех пор, пока Рон не знает, что в теле Кейла находится Ким Рок Су. И вряд ли когда-нибудь узнает. В конце концов, второй том он знает лишь частично. Он начал читать, но так и не закончил Но спойлеры Изуку словил, конечно, знатные. — Я довольно стар... Сделал слабую попытку уйти от ответственности дворецкий, но был грубо прерван рыжим дворянином: — Стар? Да ты хоть знаешь, как страшно ты выглядишь каждый раз, когда точишь свой кинжал? Рон удивлённо смотрит на того, затем на своего сына, что глядел в ответ с лукавым взглядом, в котором отчётливо читалось: «Тебя поймали, отец». И дворецкий, положив руку на свой спрятанный кинжал, перевёл взгляд на вздрогнувшего Кейла. Какая прелесть. Пока они говорили, Изуку терпеливо дожидался окончания разговора, иногда посматривая на Ханну, что откровенно скучала и единственным развлечением здесь было слушание диалога сеньора и дворецкого. Чести ради, разговор длился не шибко долго. — Кейл, — в очередной раз удивившись такой фамильярности, хотя не следовало, ведь в какой-то момент они перешли на ты, сами того не заметив, Кейл обратил внимание на Изуку, — одолжишь корону? Кейл быстро кивнул, решив не спрашивать себя о действиях Изуку, ведь иначе он может лишить себя сна. В принципе, он давно зарубил себе на своём аристократическом носу, что спрашивать о причинах Ниномаэ — затея крайне плохая. Это убивает кучу нервных клеток, которые, между прочим, не восстанавливаются. — Да, конечно, — он быстро достал из кармана вышеуказанную вещь и передал её Ниномаэ, что принял её с насквозь благоговейным выражением лица, заставив передернуть плечами Кейла, который в очередной раз напомнил себе зачем вообще связался с этим отродьем ада и даже умудрился привязаться к нему, считая хорошим другом и соратником, понимающий его с полуслова. Чертила. Ханна выглядела более заинтересованная, да и дуэт Молланов и драконов поглядывали на него с интересом. — Позволь спросить, зачем тебе? — поинтересовался Эрухабен, подходя ближе к Изуку, что спрятал её в сумке. С каких пор он её носит? И что планирует сделать его родственная душа, что зачастую просто следует приказам и указаниям и редко проявляет инициативу? Кейл смотрел равнодушным взглядом, но глубоко в душе он крайне сочувствовал Древнему Дракону, что решился спросить. — Лучше спросите, когда Кейл отправиться за Древней Силой Воды, — фыркнул Ниномаэ, ткнув пальцем в грудь рыжего дворянина, где предположительно был кулон с какой-то там водой, название которой он уже не вспомнит, — в конце концов, она находится не в его фундаменте. Раон, вспомнив первую встречу с Голди-дедушкой и разговор с ним, тут же обеспокоенно завертелся и засуетился. — Изу прав, слабый человек! Тебе нужно найти Древнюю Силу Воды! Ты не можешь рисковать собой! Если с тобой что-то случится, то я уничтожу мир! Кейл аж опешил, пока Раон Миру тараторил и грозился в очередной раз уничтожить мир, если что-то случится со слабым человеком. Рон тоже нахмурился, с лёгким неодобрением смотря на Кейла, а вот Ханна задумчиво поглядывала на Изуку, что так изящно сменил тему. Не сказать, что зря, ведь нестабильный фундамент — это довольно серьёзно и обезопасить себя нужно в любом случае, особенно тому, кто пообещал ей дать возможность отомстить, но как удачно он об этом напомнил. Словно специально. Точнее, так оно и есть, но каковы намерения? Ниномаэ же задумчивость блондинки заметил и понимающе хмыкнул. — Пойдёшь со мной? Девушка аж растерялась, а затем тут же кивнула и широко улыбнулась. Это обещает быть весёлым приключением, несмотря на подозрения в адрес парня! Разве ж она откажется от подобного? — Ты пойдёшь с Ханной? — удивился Кейл, поглаживая обеспокоенного Раона, ведь до этого дня Ниномаэ не часто контактировал с Ханной, пока одновременно с удивлением в его душе медленно, но верно нарастал ужас, только представив, что может натворить эта убийственная парочка. — А почему нет? — удивился в ответ Изуку. — Лучше вдвоём, чем одному, а ты должен быть занять своим фундаментом и делами на Восточном континенте. У меня так-то тоже дела. Ну и пару тройку вещей, которые нужно проверить. Всё же химере нет доверия. — Правильно! И так Изу будет под защитой мастера меча! — важно вставил Дракончик, явно решив, что проблема фундамента слабого человека гораздо важнее, чем то, что Изуку вместе с безумной блондинкой отправляются в предположительно опасное место вместе с короной. Кейл кивнул, но нахмурился при упоминании Дракона-полукровки. Он слышал, в каком он был состоянии после прихода Изуку. Что нужно было с ним сделать, чтобы довести до такого состояния? Почти истерического. На самом деле нет, Кейл не хочет этого знать. Ради своего же душевного благополучия. Нужно потом спросить, что он узнал от химеры и куда он шёл.

***

— Ниномаэ, что мы тут забыли? — решилась осторожно спросить Ханна, идя за парнем, что шагал впереди, явно взволнованный чем-то. У того фетиш на опасность или как? — Увидишь, — коротко и сдержанно ответил Изуку, несмотря на очевидное возбуждение от скорой встречи с матерью Чёрного дракона. Последний повелитель Драконов. Шеритт. Интересно же познакомиться с ней! Мастер меча закатила глаза, поправляя меч на поясе, чтобы в очередной раз посмотреть задумчиво на юношу, что всегда оставлял после себя огромное количество вопросов. Изуку Ниномаэ. Верный друг Кейла Хенитьюза, человек, силу которого трудно определить, человек, что удивительно стойкий, человек, что вызывает много вопросов. Когда они познакомились? Почему ничего не известно о Ниномаэ? Словно появился из ниоткуда. И странный интерес имперского ублюдка. Это не могло не вызывать вопросов, что накапливались одним за другим. Ханна открыла рот, но тут же закрыла, узрев перед собой чёртов замок, что стоял посреди одной из запретных зон Восточного континента. Изуку подошёл ближе, как ни в чем не бывало, открыв дверь короной. Ханна поспешила зайти внутрь вслед за Ниномаэ, что где-то успел потерять инстинкт самосохранения. Блондинка искренне считала, что в отличии от Кейла, у того будет больше осторожности, но нет. Увидел замок и поперся внутрь. С другой стороны, может, это Полукровка всё рассказал? Но разве тогда об этом месте не известно и другим высокопоставленным членам организации? — При-.. Кто вы? — девушка с белыми волосами, больше напоминающая какого-то призрака, нахмурилась, встречая их. Ниномаэ удовлетворенно улыбнулся при виде неё, учтиво и вежливо поклонившись, удивив Ханну, ведь обычно тот не утруждает себя формальностями. — Я Изуку Ниномаэ. И дальше последовал длинный запутанный рассказ, в котором Ханна потерялась сразу же после приветствия Ниномаэ. Шеритт долго молчала, разглядывая парня перед собой, после чего подошла к нему ближе и заглянула в глаза. В глаза, в которых не было ни жизни, ни смерти. И.. — Ты муж Дракона? — усмехнулась Шеритт, а затем усмехнулась, качая головой. — Тогда понятно, почему от тебя пахнет драконом. Ниномаэ приподнял вежливо бровь. Это первый раз на его памяти, когда его запах, похожий на дракона, признал другой дракон. Стоит вспомнить Раона, что даже не заикнулся об этом. Интересно всё-таки почему. — Что ж, Изуку Ниномаэ, позволь мне рассказать свою историю.