Кан Юн Юн

В тот вечер ей устроили праздничный ужин. Будучи в курсе трагедии Юн Юн они просто праздновали нового члена семьи. Они приняли её как родную, а новая мама весь вечер накладывала ей в тарелку еды, гладила, целовала и обнимала. От этого у Юн Юн сердце обливалось кровью, а глаза наполнялись слезами. Новый папа забрал её после ужина и глядя в глаза высказался: — Мы тебя в обиду не дадим Юн-а. Теперь ты наша дочь и мы тебя не бросим. Ты не одна. Ты под защитой. Ты в безопасности с нами. Я защищу тебя. Мы уже любим тебя. Юн слегка задрожала и не выдержав расплакалась. Впервые за несколько недель она сделала это от счастья. — Папочка… Мамочка! Онни… Папочка… — Повторяла она снова и снова пока отец ласково погладив её по щекам не унёс спать к Бинв кровать. Юн больше не была маленькой девочкой, чтобы спать в одной кровати с сестрой, но с Бин легла без вопросов. Молча обнявшись они уютно лежали в тишине пока Бин не села на кровати. — Юн! Юн-а! — М? — Я твоя сестра! Отныне и навеки! Я всегда тебе помогу! Жизнь никогда не потеряет смысла! Мы вместе! Поклянись! — Она протянула оттопыренный мизинчик. Юн лежавшая до этого в кровати села. Вытерла кулачком набежавшие слёзы и с улыбкой на лице начала: — Бин! Ты моя сестра! Отныне и навеки! Ты спасла меня! Ты мой ангел, и пока солнце светит днём, а луна ночью, пока небо стоит над нашими головами, я буду за тебя! Я буду на твоей стороне! Мы вместе, онни! — Она схватила мизинчик старшей своим. — Клянёмся! — Шёпотом крикнули они и рухнули в постель. Спать. «Улыбается!» — Счастливо отметила Бин, а на душе у героини запели птицы. Через пару дней Юн предоставили старые вещи Бин, и объявили дополнительный шопинг. Счастливая Юн-а выбрала куртку, несколько домашних штанов, пару шорт, джинс, футболок и батников. Все мгновенно стали любимыми и самыми тёплыми. С лица не сходила улыбка. Вечером в комнату зашла мама Бин. «Моя мама» — исправила себя Юн и молча обняла женщину. То же проделала с папой. — Спасибо. — Сказала она держась за локоть Бин. Не потому что боялась, а потому что это абсолютно естественное убежище. — Завтра Бин-а берёт тебя с собой на хореографию в своей компании. Как трейни. — Трейни? — Юн подумала что просто не знает перевода слова, но потом семейство объяснило ей систему айдолов и к-поп. — Бин уже год готовится стать айдолом. Это её мечта. Если ты не хочешь… — Хочу! — Прервала Юн и тут же смутилась. — Мечта Бин — моя мечта. Её цель — моя цель. Если она не против то я буду с ней. — Отлично, — улыбнулся отец и приобняв дочерей на прощание вышел из комнаты. Мама проявила больше нежности, и долгие несколько секунд не выпускала новую дочь из объятий. — Я люблю вас! — По секрету шепнула Юн и покраснев запрыгнула на кровать. Улыбаясь мама вышла из комнаты. Они с Бин снова легли вместе на её кровать. Бин принялась рассказывать Юн всё. Она рассказывала ей про детский сад, про школу, про танцы, про свою мечту собрать к-поп команду. Про своих друзей и про то, что Юн будет главным тонцором и первым членом их группы, после неё. Она рассказывала ей о любимых песнях, фильмах, книгах, обо всём что знала сама она рассказывала Юн, а та, впитывала её мир как губка. Раны стали заживать. На следующий день абсолютно невозмутимая Бин прошла в тренировачную своей компании. Рядом с ней так же невозмутимо по её примеру шагала Юн. В отличии от Бин её там никто не видел. Вместе они расположились в углу тренировочной. Бин принялась показывать ей элементы танцев. Сначала самые лёгкие, которые учила сначала сама. Когда у Юн не получалось она строго но без обвинения останавливалась и объясняла ошибку. Их тихая тренировка не осталась без внимания. Выжатую как лимон Бин перехватил сотрудник компании. — Бин. Кого ты сегодня привела на тренировку? — Строго спросил продюсер. — Это моя сестра господин. Юн теперь тоже трейни. Я лучшая, я научу её всему. Она со мной. И дебютирует тоже со мной. Продюсеру Кхану всегда нравилась целеустремлённость юной Бин исходящая не от необходимости или поломанной души, а от чистого сердца, для мечты. — Иш ты о чём заговорила! — Усмехнулся тот. — Посмотрим так ли оно будет. — Будет господин! — Выдвинулась вперёд Юн-а и глубоко поклонилась после тихого «Юн-а!» — от своей онни. — Я улажу её присутствие Бин-а, и если она будет так же хорошо, то через 4-5 лет вы вместе дебютируете. — Спасибо! — Несмотря на усталость девочки резво поклонились и убежали к лифту. На протяжении следующих пяти лет продюсер Кхан, недовольный директор компании, хореограф и удивлённые трейни убедились, что Юн-а достойна дебюта не меньше, чем Бин. Каждый день после школы девочки приходили в компанию, за эти пять лет освоились там как дома. Их знали девушки айдолы из Блэкпинк в шутку называя их своими наследницами. Девочки всегда были вместе, прокачивали вокал, танцы и давно стали лидерами группы трейни. Проблемой был лишь возраст сначала Бин, а потом и Юн без которой та дебютировать отказывалась. На каждом выступлении первые два места они делили потом и кровью. — Ты будешь главным танцором нашей группы упрямая девчонка! — Ты тоже! — Ты главнее! Последнее слово в таких стычках всегда оставалось за Бин и та, как мамочка радовалась за своего птенчика не первом месте. Юн недовольно хмурилась, от силы десять секунд, но потом конечно на её лице расцветала улыбка. — Наша Юн-а такое солнышко! Она светит своей улыбкой нам каждый день! Не представляю, что бы с ней было без Бин. — Правильно, не стоит! — Соглашался с миссис Кан её муж. Оба не могли нарадоваться на дочерей. К пятому, последнему преддебютному году в числе трейни появилась Лиза. Лиза сразу выделялась в массе трейни. Не особым талантом, но хваткой и целью. Её взгляд и поза говорили «Ты выберешь меня. Без вариантов». Так и оказалось. После небольших переговоров с директором и экзамена она была выбрана к группу Baby soul. С того момента было решено начать преддебютную компанию. Шестерёнки заработали. Девочки и композиторы сели писать песни, тренировали вокал, рэп, хореография выходила на новые уровни сложности. Девочки переехали в общежитие и с этого момента началась писаться история.