Black opium

История взаимоотношений вампиров, оборотней и обычных людей берёт своё начало ещё с незапамятных времен. Задолго до изобретения печатных машинок, станков, а уж тем более смартфонов. С тех самых пыльных, едва сохранившихся манускриптов, а то и с наскальных рисунков в пещерах, что выписывались художниками собственной кровью и глиной. В былые времена, когда «химеры», как их называли простые смертные, ещё не разбрелись повсеместно по континентам, каждый европейский народ на свой лад пугал детей кошмарами о клыкастых чудовищах, упырях и вурдалаках, по их словам способных растерзать на куски взрослого мужчину, словно тряпку. Так предостерегали мальцов от ненужных брождений по таинственным густым лесам. О них слагали легенды, сочиняли сказки, украшая мифологию, но все точно знали, что они есть. Их боялись, но уважали и даже восхищались. Тогда, до промышленной революции, всё было гораздо проще, магический мир жил более или менее обособленно от людского. Все человекоподобные существа были ближе к природе, напитывались от неё силой, брали только самое необходимое для выживания, лишь иногда тревожа владения друг друга и затевая междоусобные войны. К людям приходили только вампиры, будучи вершиной пищевой цепи. Но тогда они, как и люди, ещё не опьянились жаждой власти. Всё изменилось, когда люди изобрели машины. Затем нашли нефть, что совращала их до сумасшедших бликов в жадных глазах. Она создала гораздо более разрушительных монстров, чем когда-либо были вампиры, а тем более оборотни. Кровоядные создания ночи не могли простить тщеславным людишкам надругательств над матерью-природой, будучи с ней в гораздо более крепкой, зачастую телепатической связи. Два мира неминуемо столкнулись. Именно тогда начались первые переселения. Люди стали переезжать в более безопасные районы, а химеры в страны, чье руководство отвечало их убеждениям. Так нации уже перестали иметь значение, всё перемешалось, а важность стали иметь лишь подвид и чистокровность. Многие ученые, среди которых были и оборотни, и вампиры, подтверждали, что химеры всегда были сдерживающим механизмом для человечества, посланниками природы, нацеленными на спасение планеты и людей от них же самих. Впоследствии эти открытия, получившие Нобелевские премии, пролили свет на будущие события. В начале 19 века численность магических созданий начала заметно расти, словно в ответ на бесконтрольное раскапывание подземных ресурсов и возникший синдром Бога у правящей верхушки человеческих политиков. По всему миру участились вспышки мутаций и превращений людей, рожденных от чистокровной человеческой пары. Кто-то вдруг замечал за собой нехарактерные изменения поведения, необъяснимую жажду или спонтанное, ничем не продиктованное желание уйти в горы, подальше от мирской суеты. Кто-то неожиданно начинал понимать животный язык или слышать на расстоянии биение чужого сердца. Затем следовали мучительные метаморфозы по перестройке организма, многие описывали их, как самую страшную боль в жизни, сравнивая с ломанием костей и поджиганием кровеносных сосудов заживо. Не все это переживали, но таким образом популяция новообращенных волков и вампиров росла, соединяя различные по своему мировоззрению цивилизации. Удары по экосистеме не могли остаться незамеченными даже для новообращенных «химер», недавних людей. Они будто на себе ощущали неправильность происходящего, каждый удар по залежам драгоценных металлов медленно сводил с ума. Однако чистокровные вампиры чувствовали это лучше всех. Каждый молот, рассекающий земную твердь без надобности, а только с желанием наживы, отдавался по магическим созданиям нестерпимыми страданиями, и мир накрыла новая неизвестная болезнь. «Вампирское бешенство» стало охватывать всё больше и больше крупных аристократических кланов. Кожа больных становилась синей, в их крови понижался уровень гемоглобина, а процессы, протекающие в мозге, напоминали человеческую шизофрению с её галлюцинациями и неконтролируемым поведением. Это заставляло нападать на людей даже против воли. Особенно внимание привлекали места массового скопления людей, а также стройки и раскопки. Естественно, ни о какой гуманности во время бешенства речи не шло, поэтому место, где прошли обезумевшие вампиры, можно было с легкостью инденцифицировать по разодранным на куски и выпитым до последней капли крови телам. Так многие древние кланы начали терять себя. В промежутках между приступами они объединялись в своём безумии и готовили план мести. Оборотни, в свою очередь, всё чаще стали уходить глубоко в леса, многие теряли человеческий облик, а те смельчаки, решившие остаться в городах, зачастую уже теряли облик волчий, забывая былые традиции и подвергаясь жестокой глобализации. Они всегда были более миролюбивыми, в отличие от вампиров, пропитывающихся ненавистью к человеческому роду с каждым годом. Именно их нападение на австрийского принца повлекло за собой первую кровопролитную ужасающую войну, которая обрела неслыханные доселе масштабы мировой. Волкообразные выступили на стороне людей, ещё не подозревая, что конфликт растянется на почти 50 лет. Возможно, обладай они этой информацией, никогда бы не вышли против существ гораздо более близких им по духу, чем люди, просто уйдя навсегда в леса и затерявшись среди других животных. Возможно, за этот век оборотни и вовсе исчезли бы с лица Земли, растворившись в природе и отойдя от человеческих дел. Но, к счастью, они стали той самой необходимой магической силой, что могла тягаться со способностями вампиров, защищая людей от их безумия и предотвратив господство одного из видов на планете. Эти «санитары леса» как никто другой помогли удержать былой мировой порядок, избежав геноцида. Развившиеся технологии привели к распространению химического и биологического оружия, созданию водородных и атомных бомб, радиолокационных установок, затрудняющих передвижение чувствительных к звуковым волнам вампиров, а Вторая мировая повлекла за собой уничтожение практически половины населения, оставив несмываемый кровавый след в истории каждой семьи. Мир больше не мог быть прежним, поэтому спустя мучительные десятилетия в конце 40-вых, а затем в начале 60-х двадцатого века был заключен договор о переходе на естественные природные источники энергии, добыче полезных ископаемых только в определенных ограниченных масштабах, усилении мер сдерживания вампиров и отправлении чистокровных на принудительное психиатрическое лечение в случае бешенства. Все эти события привели к ослаблению магической энергии, больше не было надобности в жестокой сдерживающей силе, что привело к «измельчанию» кланов отличающихся от людей существ. К концу двадцатого столетия, наконец, наступил покой. Магические существа соединились с людским миром, проникли в него, затерялись, кто-то скрывался, выдавая себя за обычного человека, но в целом люди привыкли к их существованию рядом. Химеры перестали быть диковинкой. Стали жить бок о бок, стараясь избегать повторения прошлого печального опыта, памятуя о всех потерях с трёх сторон. В паспортах и медкнижках рядом с графой «пол» (м-альфа, м-омега, ж-омега, м-бета, ж-бета) появилась строчка «подвид» и обязательное указание группы крови. Широкую популярность также получили супермаркеты с вампирскими товарами: донорскими пакетиками, замороженным концентрированным гемоглобином, пластырями с успокоительным в случае жажды, берушами и прочим. Со временем вампиры стали менее жестокими, что позволило им вписаться в общество после бесконечных контрибуций и попыток завоевать доверие. Время шло. Постепенно расходилось мнение о скором исчезновении «химер». Они всё больше стали походить на обычных Homo sapiens, теряя животный облик своих предков. Вампиры медленно лишались заострённых ушей, лишних пар клыков, а оборотни обильного волосяного покрова и светящихся лазурным светом глаз. Спустя почти два века после начала вампирского безумия и изобретения электричества, компьютеров и интернета, в это можно было поверить. Словно технологии заменили собой магию. Но в мире всё ещё остались те, кто видел все события своими глазами. И их, в противовес словам наивных людей, было больше, чем можно было подумать.