Please, hate me.

Су Дже Пожалуй, сегодня первый случай из моей практики, когда мнусь у входа в комнату для встречи с клиентом. Я оглянулась на безлюдный коридор, в надежде не застать лишних глаз. Сердце отбивало средостение глухими ударами. Вчерашняя бутылка вина дала о себе знать ещё при встрече с Квоном – желудок спазмировался все двадцать минут, пока заключали контракт. По голосу я представляла высокого мужчину в очках, строгом костюме, с приглаженными волосами у висков. Сбылись только очки на горбатом носу. Хынсу относится к категории «не вышел лицом, но компенсирует умом». Низенький, крупно сложенный, с редкой проседью в жидких чёрных волосках. От него за километр воняло типичным мужским одеколоном, сигаретным дымом и пыльной одеждой. Он самый обычный среднестатистический человек «старой» Кореи. За время работы с Паком я успела отвыкнуть от небрежного внешнего вида мужчин. Но стоит ли жаловаться? Думаю нет. Лучше слышать тонкие нотки аромата стирального порошка, изысканного парфюма, чем невнятную смесь из отталкивающих вещей. Тусклая металлическая дверь должна была уже сгореть от моего пристального взгляда. Я нервно потирала мокрые ладони о бёдра, собираясь с мыслями. По бокам на чёрной юбке скатались мелкие складки, что встревожили аккуратно заправленную белую блузку. – Адвокат Ли, Вам не хорошо? – раздался голос помощницы с левого уха. – Ага… – глухо отозвалась я. – Похмелье, – вздёрнув голову, повернулась на только что прибывшую Ён. – Извините за задержку, досмотр долго проходила. – она передала мне стопку документации и блокнот для записей. – Принести Вам воды? – заботливо поинтересовалась адвокат. – Нет, всё нормально. – я окинула взглядом серые стены следственного изолятора с блёклые люстрами. Мелькающий силуэт охранника добавил рвотных позывов из-за суетливых движений. – Пойдём. Из груди ломилось тянущее чувство тревоги, понятно почему Ён сходу прочитала моё странное состояние – всё написано на лице. Я глубоко вдохнула, так сильно, что ноздри защипало от влажного воздуха. – Ён, сегодня я рассчитываю на тебя, как никогда прежде, – в ответ помощница утвердительно кивнула. Я собрала всю волю в кулак и открыла тяжелую дверь. Привычная маска надменности натянула лицо в незаинтересованную мимику, как только увидела макушку клиента в тёмно-синей робе. – Здравствуйте, Господин Ли. Меня зовут Ли Су Дже. Это моя помощница Адвокат Ко, – быстро начала я, когда села на скрипучий стул. В отличии от Квона, мой клиент знает почему внешний вид залог успеха. Несмотря на тюремную робу, казалось, что он тут хозяин. Мужчина властно окинул нас взглядом, оценивая с ног до головы. От ночи на жёстком матрасе угольные волосы завились в лёгкие кудри у лба, на загорелом лице выступили морщины, а губы покрылись трещинами. – Адвокат Ли... – задумчиво протянул он. – Мы встречались ранее? – карие глаза прищурились, ожидая ответа. – Не думаю, Господин. – я уложила листы на холодный стол, пока Ён раскрывала наши блокноты на чистых страницах. – Вы выглядите знакомо, – мужские плечи поднялись. – Может на церемонии награждении в прошлом году? – не унимался он. – Та, которая за вклад в развитие страны? – Не хожу на подобные мероприятия, – отрезала я. – Ваши волосы... – Дэгон жестом указал на длинные пряди. – Я точно где-то их видел, такой необычный оттенок, – он потряс пальцев в воздухе, гремя наручниками о край стола. По позвоночнику проползли ледяные мурашки. Цвет волос достался мне от мамы – чернее мрака, с перламутровым отливом на свету. В силу генов Мира унаследовала отличительную черту династии Ли. Край губ дрогнул, как от удара тока. Я быстро схватила нервозность за хвост и спрятала в клетку. – Триста тысяч вон в любом салоне, – взяв ручку ответила. – Господин, начнём с обязательной бумажной части, – Ён протянула клиенту документ и две идентичных копии. – Если Вы согласны с тем, что я буду представлять Ваши интересы в суде – поставьте, пожалуйста подпись. Вот тут и здесь. – длинный ноготь ткнул в два «окошечка» на листе. – Разве вы с Хынсу не должны были сделать это всё утром? – формально сказал клиент, мельком читая договор. – Мы заполнили часть документации, но всё же, Ваше личное согласие – первое с чего мы начнём работу. Адвокат Ко забрала подписанные бумаги и отодвинула их в сторону. – Господин Ли, я обязана разъяснить Ваши права. – Ён начала быстрое перечисление основных прав задержанного таких как свидания с защитником наедине и тому подобное. После формальных фраз Адвокат Ко передала клиенту очередной документ на подпись. – Мы уже читали протокол задержания, но Вам необходимо подтвердить или опровергнуть каждый следующий пункт. Фактическое время задержания: 00:41 седьмого июля, верно? – Примерно так, – кивнул Дэгон. –Вас задержали по адресу: Гадонг, 142, верно? – Да. – К Вам применяли физическую силу во время задержания? – Нет. – Проводился ли обыск в доме? – Да. – Что-то изымали при задержании или обыске? – Ноутбук, рабочий телефон, компакт-диски. Помощница всегда занимается подобными формальными вещами, экономя моё терпение для предстоящего общения с клиентами. Я благодарна Ён за сообразительность и инициативность. Как девушка понимает всё без слов остается загадкой. Она берёт на себя бумажную работу без просьб или намёков, перехватывает разговор, когда я устаю слушать каждый раз одно и то же: «Меня подставили», «Это не я». Каждый человек хочет оправдаться в глазах других, он будет врать и искажать факты, даже перед собственным защитником. Это первое чему учат в университете – все врут! – Вам известна причина ареста, верно? – Ён поставила последнюю галочку в списке вопросов. – Да. – Не могли бы Вы её озвучить? – ровным тоном сказала помощница. – Насильственные действия сексуального характера против несовершеннолетнего. – мужчина цокнул и закатил глаза. – Эта девчонка просто захотела получить компенсацию. Я не насиловал её. Я же не педофил какой-то. – Так же Вам предъявлены обвинения по статьям: 117,127,131,134, 242*, – вклинилась я. – За такое не отделаешься крупной суммой, Господин. – Вы знаете кто она? – непринуждённо кинул он. – Нет, личные данные свидетеля скрыты, – Ён сдержанно кивнула. – Господин, следствие в ближайшее время проведёт обыск в приютах и благотворительных фондах. Они допросят каждого ребенка. – я сложила руки под грудью и откинулась на спинку стула. – Уверены, что ничего не всплывёт? – Нечему всплывать, Адвокат Ли, – нахмурился он. – я законопослушный гражданин! Долгие годы тружусь на благо страны. Я дал этим детям дом и надежду на светлое будущее. – Моя работа – защитить клиента от возможных «находок». Нам важно полностью видеть картину. И, если что-то можно будет использовать против Вас, то лучше скажите сейчас, а не ставьте меня и Адвоката Ко в неловкое положение в суде, – холодно высказалась, глядя на невозмутимое поведение клиента. Мужчина громко выдохнул и почесал нос указательным пальцем. Если бы я не застала брелок в кармане его пиджака, то без сомнений поверила во все слова о добрых делах. Когда ты знаешь то, что не должен – воспринимаешь человек под другим углом. Сейчас мне нужно лишь подтвердить догадку, услышать, что он убил Миру. Будет достаточно признания в убийстве много лет назад – я смогу связать один плюс один и получить два. – Вы на всех клиентов так давите, Адвокат Ли? – усмехнулся Дэгон. – На секунду стало не по себе, признаюсь. – Господин, если ли что-то о чём нам следует знать? – мягко уточнила помощница. – Нет, у меня всё чисто. – мужчина отпил пару глотков воды из пластикового стакана. – Это будет быстрое дело, не переживайте, – довольно облизнулся он. – А дети? – брыкнула я. – Воспитанники никогда не предадут нашу семью, они не станут подвергать всех опасности необдуманными словами. От нахальной улыбки я вскипела за секунду. Челюсти сжались, на губах застыли ругательства, а шумное дыхание резало уши. Ён кинула быстрый взгляд на меня и заёрзала на месте. Я поняла её язык жестов и встала со стула, одергивая юбку вниз. – Господин Ли, я попытаю удачу узнать личность свидетеля. Адвокат Ко продолжит утомлять Вас вопросами из перечня, проявите терпение. – с наигранным уважением поклонилась на прощание и двинулась к выходу. – Точно! – вскликнул он. – Вы же были спутницей Пак Чимина на благотворительном ужине, – из-за спины ошарашил мужской голос. Я повернулась с безэмоциональным лицом. Ён округлила глаза и с диким удивлением зыркнула на меня. – Но я в тот день перепил – не успел подойти и представиться. – Дэгон расслаблено пожал плечами и кивнул. – Хорошее доказательство, что Земля круглая, не так ли? – Господин Ли, нам нужно составить список потенциальных свидетелей, у Вас есть кто-то на примере? – вмешалась Адвокат Ко, давая мне возможность поскорее выскользнуть из душной бетонной коробки. Я быстро пересекла длинный коридор и свернула в сторону женской уборной. Планировала спрятаться в одной из кабинок и успокоить дыхание. – Адвокат Ли? – тихо позвал Юнги из дальнего угла. Детектив Мин всегда любил носить водолазки с длинным воротом и прямые джинсы. Но сегодня застала его в классическом черном костюме без галстука. Старый шрам покраснел и потрескался в некоторых местах около глаза, от чего мужское лицо выглядело уставшим и жёстким. – Ты что-то нашёл? – шепотом спросила я, когда подошла к нему и встала напротив небольшого окна. – Нет, ничего, – тихо отозвался детектив. – Ноутбук? Телефон? Фотографии? Юнги, хоть что-то, – от скверных новостей брови жалобно стянулись на переносицу. – Пусто. – Юнги глотнул кофе из автомата и поморщился от горького привкуса дешевых зерен. – Каждый раз забываю, что кофе тут редкостная мерзость. – Когда в приют поедешь? – В понедельник. – мужчина отставил коричный стакан на облезлый подоконник и глубоко выдохнул. – Возьми Ён с собой, – я устало потерла веки. – Нет, Су Дже. Она может приехать в любое другое время, но не вместе со мной, – спокойным голос ответил он. – Это часто случается – стороны встречаются при сборе показаний, ты же знаешь. Мы с тобой тоже раньше часто пересекались у очевидцев, – непринужденно сказала я. – Это да, но сейчас всё иначе, – детектив спрятал ладони в карманы брюк. – одно неверное действие и мы оба будем сидеть на одной скамье с Дэгоном. – Она умница, клянусь. – мои руки обхватили мужской локоть и крепко сжали. – Не смотри на меня так, Су Дже. – промычал Мин от отвернулся к окну. – Пожалуйста, Юнги, – с жалобным лицом умоляла я. – Пусть приезжает в десять, я буду там к половине одиннадцатого. – детектив изогнул губы в ровную линию и закрыл глаза. – Спасибо, – с облегчением шепнула в ответ. – До конца жизни будешь из меня веревки вить? – тихо посмеялся детектив и бросил брезгливый взгляд на кофейный стаканчик. – Как получится. – я пожала плечами и легко улыбнулась. – Как твои кошмары, все ещё беспокоят? – с искренним любопытством спросил Юнги наклонил голову набок, ожидая ответа. – Да, до сих пор. Я не помню какого это просыпаться утром без слёз и тошноты. Психиатр советовала ходить в общую группу для людей с ПТСР*, но продержалась я там не долго. Меня мучила откровенность посторонних, как они легко делились пережитыми событиями, будто это пустяк. Я заставляла себя открывать рот на каждой сессии, но за три месяца терапии так и не вымолвила ни словечка. В итоге ушла и от группы, и от лечащего врача. Наверное, та Су Дже не готова была перестать убегать от прошлого. Она бы не смогла войти в ту комнату, где сидит Ли Дэгон – обладатель лисички Миры. Та я была слишком хрупкой для этого, но настоящая Су Дже готова перекусить шеи всем виновным, сжечь их будущее дотла и весело танцевать, подбивая пепел дорогими туфлями. – Если хочешь, можем обсудить это, – Юнги понимающе кивнул. – Как раньше, – капля сожаления и вины скользнула в тёмные мужские зрачки. – В другой раз, мне нужно успеть разобраться с делами, – я отмахнулась, притворившись, что не нуждаюсь в прежнем общении. – В субботу? – Мин тихо усмехнулся. – Ох, Су Дже, кажется, ты превратилась в меня. – Такая наша участь. – отшутилась я и кивнула на прощание. От напряжённого дня в висках отстукивала пульсирующая боль, а в глаза, словно песка насыпали две фуры. Я потёрла веки двумя пальцами, в надежде исправить ситуацию – эффекта не последовало. Выключив ноутбук, встала из-за стола и устало потянула шею. В офисе тихо и безлюдно, даже Ён ушла сегодня пораньше, кажется на свидание. Вывод весьма логичен, если учесть факт, что Адвокат Ко обновила макияж и прическу перед выходом. Я собрала нужные документы в стопку и положила её на дно белой сумки. Затушила свечу и уложила карандаши в ровный ряд. Стрелка часов оповестила о поздней ночи, логичнее всего – остаться в офисе, а не ехать домой сквозь плотные субботние пробки. К сожалению, дорога в мой квартал проходит через тусовочный район, где до самого утра толпятся машины и пьяные тела. Я бы осталась, но мышцы шеи предупредили, что пренебрежение ортопедической подушкой аукнется мне защемлением нерва. Подхватив пиджак со спинки стула, выключила свет и вышла из кабинета. Пришлось включить фонарик на телефоне, чтобы пройти до лифта. Двери открылись через секунду после нажатия на подсвеченную кнопку. На первом этаже я скользнула мимо охранника, который решил, что в здании никого не осталось, и без угрызения совести задремал, опустив голову на стол. Автоматические двери отключают после десяти вечера, поэтому нужно искать магнитный ключ для запасной. Пошарив одной рукой по телу, нашла карту во внутреннем кармане пиджака. Замочек щёлкнул с забавным звуком, на маленьком экране высветилось моё имя и фото. Я засмотрелась на изображение: лёгкие волны, вместо строгой прямоты, блеск глаз, а не глухая бездна. Задумалась сменить фотографию на более правдоподобную. Время перевалило за три часа ночи, но на улице до сих пор гуляют редкие парочки, а на дороге мелькают номера автомобилей. Похвалила себя за умную мысль не ставить машину на подземной парковке, а воткнуться в ряд сбоку от здания компании. Я разблокировала машину и быстро влезла внутрь. Перекинув вещи на пассажирское сидение, завела двигатель, отыскала плейлист, под который ехала вчера ночью. Когда из динамиков полилась меланхоличная композиция, пристегнула ремень безопасности и выехала с пустой парковки. Осадок после встречи с Дэгоном поглотил все мысли, оставив после себя лишь запах бензина, которым планирую поджечь душу клиента. Нужно отдать должное Юнги – одной фразой он дал мне новую пищу для размышлений. Может, мы сможем вновь стать друзьями? Снова делиться переживаниями и мыслями, обедать в маленьких кафешках и до красного лица спорить кто будет оплачивать счёт. Встряв в очередную пробку, заметила чёрное авто в боковом зеркале. Вроде бы ничего примечательного, я бы вряд ли обратила внимание, если бы не «зайчики» от металлической решётки на бампере, которые отдавали розовые блики в моё зеркало. Мы уже пересекались по дороге в офис днём. Лишний раз надумывать не стала – понадеялась на стечение обстоятельств. Но рисковать желания нет, поэтому свернула направо на светофоре, в противоположную сторону от нужного маршрута. Я проехала мимо закрытых офисных зданий по длинной дороге до перекрёстка. Там пришлось уйти налево около круглосуточного магазинчика. Напротив густой клубной очереди двинулась прямо. Через пару минут неоновые вывески ослепили своим разнообразием, значит заехала обратно в центр. Для полного спокойствия поблуждала по улицам несколько дополнительных раз, поглядывая в зеркало заднего вида. Не обнаружив чёрный Хёндай, я вернулась к правильному пути и повернула на развилку к мосту. Успела прикурить сигарету, пока светофор не загорелся зелёным. Ногой плавно выжала газ и пересекла реку. Я хотела в мыслях выругаться за лишнюю тревожность, но вовремя увидела тот самый блик на боковом. Зря он затеял догонялки после утомительного рабочего дня. И без приставучего умельца забот хватает. Я схватила телефон с соседнего кресла и набрала номер Чона, репетируя гневные фразочки в его адрес. Чонгук не ответил ни во второй, ни в третий раз. Едкий мат слетал с губ быстрее, чем планировалось. Я сжала зубы и решила позвонить Паку, чтобы высказать приготовленные слова ему. Меня искренне обижает его недоверие. По его мнению, я что? Подставлю его? Обману? Солью информацию СМИ? Пусть между нами не получилось ничего нормального с первой встречи, но это не означает, что я буду действовать против него. – Адвокат Ли? – хриплый голос смешался с громкими чоканьями бокалами и женским смехом. Грудь обдало жаром, если до этого я хотела сдержанно объяснить ситуацию, то после услышанного не сдержалась. – Господин Пак, мы вроде уже говорили об этом, но я напомню, – раздраженно начала я. – Скажите Чону перестать преследовать меня – это уже ни в какие ворота! Сейчас три часа ночи! – сделав последнюю затяжку, выбросила окурок в окно. – Чего? – откашлялся он. – Где Вы? – звуки на фоне исчезли. – Еду домой, а Ваш прихвостень тащится за мной от самого офиса, – сквозь зубы сказала, придерживая ругательства. – Разворачивайтесь, я скину адрес – приезжайте сюда. – серьёзным тоном отозвался Пак. – Просто позвоните ему! – прикрикнула я в ответ. – Хоть раз послушай… – он тяжело вздохнул в трубку. – Разверни чертову машину и выжми педаль в пол, поняла? – нетерпеливо проговорил Чимин. – Адрес? – «Эйфория». На входе назови своё имя – тебя проводят. – Что за?! – вскликнула я на несуразную идею. – Не спорь! – прервал он. – Это не Чонгук, да? – очевидное вырвалось само по себе. – Да, – коротко ответил Пак. – Подыграй немного, ты же мастер лжи. – Хватит тыкать, – не сдержалась от колкого комментария. – Еду. – поддалась я и сбросила вызов. Положив телефон на колени, развернула авто через сплошную полосу, но не слишком резко, чтобы не «спалиться». По манёвру можно предположить, что забыла что-то или сменила маршрут, а не ухожу от погони. Благо всегда предпочитаю быструю езду, поэтому ему ( или ей) не бросится в глаза моя скорость. Мобильный пиликнул, оповещая о сообщении. Я быстро глянула в экран, чтобы убедиться в том, что правильно поняла Чимина. Ночной клуб «Эйфория» находится в конце верхней части города, как раз по ту сторону моста. От ощущения чужака за спиной стало немного не по себе. Адреналин коротким выбросом прыснул под кожу. Покрепче обхватив руль, я выжала газ и пересекла широкую дорогу. Фары следопыта показались через пару секунд на безопасном расстоянии. Не знаю кто там, но явно не профи. Мастера наблюдения я бы и не заметила. Джи Хо рассказывал пару раз об основных правилах «теневых», как он сам их называл. По его словам – это беспощадные и неуловимые наёмники. Название говорит само за себя – ты не заметишь «теневого», пока лезвие не окажется у горла. Собственно, другим оружием они не пользуются: от пистолета лишний шум, а вот холодный нож идеальный помощник в безмолвной расправе. Господин считал, что мне обязательно нужно уметь защищаться, поэтому обучил их технике боя. Сейчас пожалела, что последний раз тренировалась два года назад. Да и стреляла только по мишеням на заднем дворе загородного дома Джи Хо, примерно в тогда же. Когда перед глазами показалось огромное здание клуба, я уже поймала спокойствие за хвост, наверное, помогли воспоминания об успехах на занятиях с Господином. Вокруг заведения толпились люди, а от количества дорогих машин рябило в глазах. Я кинула авто на единственном свободном месте, приняла решение идти налегке, захватив с собой только телефон, что уложила за резинку чулок. Машинально потянулась за сигаретами, но в последнюю секунду отдернула себя от мысли закурить перед Паком. Внутри до жути пафосного клуба практически не слышно разговоров. Музыка заглушала приватные беседы, а темнота скрывала лица присутствующих. Молодая девушка в элегантном чёрном платье встретила меня у высокой стойки, за которой сидели три человека в строгих костюмах – скорее всего тоже хостес. После короткой беседы она жестом указала на широкий проход в основную часть «Эйфории», где танцпол делил общую площадь с вип-столиками. От шума я даже не слышала стук собственных каблуков о зеркальную чёрную плитку. В носу встрял неприятный сладкий запах, намешанный из множества парфюмов и ароматизаторов с оттенками персика и угля. Слева от последнего столика компания молодых людей откровенно зажимали своих спутниц в коротких платьях, которые радостно смеялись звонким голосом. Светодиоды подсвечивали края высокой лестницы синим. Провожающая мотнула головой наверх и незаметно вытянула четыре пальца передо мной. Я хотела уточнить это номер комнаты или количество поворотов, но не успела. Она скрылась в шумной массе. Выдохнув последние капли неуверенности, поднялась по ступеням. На втором этаже глубокий коридор уходил направо. Всё пространство здесь намного темнее, нежели танцпол. Единственный источник света – цветные ленты под потолком красного света. Они освещали центр коридора, оставляя по бокам слепые тёмные зоны. Я уверенно двинулась вглубь мрака, цокая высокими каблуками. Желание обернуться было просто невыносимое. Если не просьба Чимина поиграть роль «ничего не вижу, ничего не замечаю», то давно бы встретилась с преследователем лицом к лицу. Сомнения о его присутствии закончились, когда тихий однократный стук донесся до ушей. Предполагаю от невысокого порога при смене уровня. Коридор разделялся семью ступенями на верхнюю и нижнюю часть. В первой на дверях написаны буквы, во второй цифры. Меня всегда привлекало чувство крохотной опасности – что-то зажигается во мне, когда адреналин ударяет в голову. Верхняя часть плавным изгибом ушла направо, появилась третья дверь. Значит осталось идти совсем немного. Но после поворота освещения стало ещё меньше. Свет под потолком бросал лучи лишь на узкую часть плитки в центре. Теперь прекратились и отголоски музыки. Звуки каблуков единственный шум. Атмосфера так себе, но я уже зашла слишком далеко и решила довериться Паку. Глупо, наверное, идти вслепую за человеком, которого не могла терпеть ещё пару дней назад. Спустя три шага после поворота из темноты показалась знакомая рука. Всё произошло так быстро, что даже испугаться не успела. Чимин мгновенно притянул меня к себе. Свободной рукой прикрыл мне рот и резко, но аккуратно, прижал спиной к своей груди, обхватив талию. Вот в какой момент сердце впервые застучало чаще. Ни от преследования, ни от пугающего мрака, ни от неизвестного следопыта за спиной, а от ощущения его тепла. Пак шагнул назад к стене, утягивая следом. Я боялась, что громкое сердцебиение выдаст нас, казалось, что шум распространяется по всему зданию. Поймала себя на мысли, что успела уложить обе ладони на чужое крепкое предплечье. Чимин прогладил пальцами шёлковую блузку в области ребер, словно одобряя идею держаться за него. Теплое дыхание едва касалось виска слева, но этого оказалось достаточно, чтобы запустить мелкую волну мурашек. Глухие шаги становились отчетливее, недошпион быстро приближался к повороту. Когда из-за стены появился мужской силуэт, Пак переместил ладонь и закрыл мне глаза. Через секунду раздался звук электрошокера и тяжёлый удар о пол. – Дилетант, – усмехнулся Чонгук особо веселым голосом. – Забирайте его. Топот тяжёлых ботинок разрезал тишину. Чимин шагнул назад и, судя по звуку, подпихнул дверь ногой. Он отпустил руку с моей талии и дёрнул рычажок маленькой лампы в виде рубина у входа. Затем щёлкнул замок, только после этого Пак убрал руку с глаз. Я не смогла толком разглядеть комнату, так как сразу же попала в капкан теплых рук. Чимин подхватил меня за подбородок и несколько раз покрутил из стороны в сторону, осматривая лицо. – Ты как? Не ранена? – он смахнул длинные волосы с шеи в поисках синяков или ссадин. – Я в норме, – тихо отозвалась я. – Точно? – мужские руки скользнули по плечам с внимательным взглядом. –Испугалась? – Пак взволнованно бегал глазами, выискивая повреждения. – Да, точно, – мои зрачки зацепились за его беспокойное выражение лица. – Нет, не испугалась. – Тебя не было меньше суток, а уже успела вляпаться, – серьезным тоном сказал он. В ответ я лишь пожала плечами, молча объясняя, что не имею к произошедшему никакого отношения. Чимин уложил руки на мою шею и большими пальцами мягко подцепил края челюсти, поднимая голову. – Ты можешь просто быть рядом, там, где я тебя вижу? – спокойным голосом начал он. Подушечки пальцев нежно скользнули по кости, оставляя приятную дрожь после себя. – Я не прошу быть со мной, – Пак сократил расстояния лиц. – лишь находиться в поле зрения, – прошептал он. – Когда дело закончится, останься в офисе – кабинет только твой, – мужские руки медленно пригладили мои волосы на затылке. – делай что хочешь, – шероховатым голосом сказал он и упёрся своим лбом в мой. – просто будь там, где тебя видно, Су Дже. Я впала в ступор то ли от искреннего предложения, то ли от упоминания своего имени. Чимин много раз обращался ко мне неформально, но никогда не произносил имя. Не помню, когда последний раз слышала подобные слова беспокойства в свой адрес. Сделать вдох оказалось сложно – воздух вокруг, будто загустел и нагрелся до предельной температуры. Комок из слов застрял в горле, не желая выходить наружу. Кровь хлынула по телу, сшибая сомнения в уместности происходящего. – Адвокат Ли? – аккуратно позвал он, отстраняясь. Я вцепилась в мужскую водолазку в области груди и прильнула к его губам. Без малейшего промедления Чимин ответил на поцелуй, раскрывая мягкие губы для прикосновений. В груди намертво засел плотный узел, надавливая на лёгкие. Тёплые руки блуждали по телу без спешки, ласково перебирая ткань блузки между пальцев, отглаживали позвонки и выпирающие лопатки. Остановились они на пояснице, затем требовательно потянули, от чего спина прогнулась в красивый изгиб. От сбитого дыхания голова закружилась, а ноги стали, словно ватные, мозг требовал прекратить поддаваться краткосрочному влечению, но аромат сандала и мандарина заставил его заткнуться. Он целовал именно так, как я и представляла: решительно, почти болезненно, не растягивая момент, а давая и получая всё здесь и сейчас. Мужские губы проложили влажную дорожку от щеки до ключицы. Пак запустил руку в волосы и сжал их на затылке, оттягивая назад. Он поцеловал обнажённую шею мучительно медленно, что пришлось закусить губы, приберегая откровенный стон. Я пролезла руками под чёрную водолазку и провела ладони по напряжённому прессу до груди. Описала линии по горячей коже, внимательно скользя по мышцам, за что была вознаграждена тихим вздохом. – Не поступай так со мной. – глухо прошептал он, оторвавшись от шеи. – Как? – тихо уточнила я. – Жестоко. В ответ я притянула его ближе за пряжку ремня, как бы объясняя, что это никакой не спланированный ход. С особой легкостью Пак подхватил меня под поясницу одной рукой и поднял в воздух. Рефлекторно мои ноги крепко обхватили мужскую спину, а руки зарылись глубоко в мужские волосы. Свободной ладонью Чимин расстегнул две пуговицы блузки – этого оказалось достаточно, чтобы оголить чёрное кружевное бра. Он снова принялся оставлять долгие поцелуи на шее и ключицах, выводя линии языком до груди. От нежности прикосновений я закинула голову назад, прогнувшись в спине ещё сильнее. Наслаждение отдалось тяжестью внизу живота, подкручивая оголённые нервы в узел. Чимин жадно впился в губы, будто пытаясь лишить последних капелек воздуха. Он двинулся вперёд, крепко прижимая меня к себе. Пройдя полметра, не глядя нащупал выключатель и быстро щелкнул им. Комната окрасилась в красный оттенок от неоновых вставок в каждом углу, как в коридоре. Мысленно поблагодарила дизайнера за выбранный цвет, который ловко скрыл розовые щёки. – Знаешь, у нас есть дела поважнее. – хрипло прошептал он прямо в губы, дойдя до широкого бархатного дивана в цвет освещению. – Например, узнать почему за тобой следили, – Пак наклонил голову, ожидая ответа. –Это может подождать пару минут, – непринужденно отозвалась я, крепко держась за мужские плечи. – Пару минут? – хмыкнул он. – Тогда нужно торопиться, – лукавая усмешка натянула припухлые губы. Чимин уперся коленом в основание мягкой обивки и опустился вниз, укладывая меня на спину, а сам навис сверху. Новая волна мучительных неторопливых поцелуев проследовала от губ до груди. Он расправился с оставшимися пуговицами и раскинул шелковую ткань – к животу прильнул холодный воздух кондиционера. Я вынула телефон из чулка и швырнула его на стеклянную столешницу рядом с диваном. Оставив мокрую дорожку от языка, он слабо прикусил кожу вокруг соска через кружево. По слабым ногам пробежала вспышка тока. Я отчаянно ухватила глоток воздуха открытым ртом. – Я же говорил, «не только про страдание», – с открытым самодовольством сказал он, пока скользил рукой по изгибу бедра. – Жаль, острого при себе нет, – промычала я, мысленно усмехаясь его цитированию. – Воспользуйся ногтями. – Пак стянул водолазку через голову одним движением и опустился на локоть. Он уронил лицо в мою шею и крепко закусил кожу, лаская языком узоры от зубов. От неожиданно приятной боли я вздрогнула и выгнулась в спине навстречу ощущениям. Чимин выпрямился и поднял юбку до подвздошных костей, не отводя взгляд. Он согнул мои ноги в коленях и раздвинул в стороны, внимательно изучая реакцию. После чего вновь навис сверху, крепко прижимаясь тазом к чёрному кружеву трусиков. Твёрдый бугорок на мужских брюках согрел и без того горячее место. – Да или нет? – шепнул он, приглаживая щеку большим пальцем. – Самое время остановить меня. – Да, – еле слышно ответила я. Слишком поздно для сомнений, мы уже перешли все дозволенные границы. После короткого ответа его будто ударили кнутом – он жадно впился в мои губы, слегка прикусывая их. Шумное дыхание наполнило комнату. Я исследовала ладонями напряженные мышцы на мужской спине, обходя шероховатые узоры на коже. Отодвинув край трусиков, он медленно провёл пальцем по мокрым, горячим складкам. Время замерло, больше не существует ни следопыта, ни мести, ни сожалений, ни гиблого дела. Я прильнула к его шее и зарыла лицо глубоко, в самый эпицентр манящего запаха. Чимин еле вздрогнул и закусил тонкую лямку бра, опуская её на плечо. Руками распознала многочисленные мурашки по всему корпусу Пака. Он аккуратно ввёл два пальца внутрь, укладывая большой палец на клитор. Голову вскружило в вихрь, а в ушах застыл звук неугомонного сердца. От частоты дыхания во рту стало сухо, но не смогла найти силу воли, чтобы сомкнуть губы. Я закинула голову назад от мучительной пытки нерасторопными движениями. Чимин чмокнул мочку уха и прошептал: – Смотри на меня. – его большой палец описал круг вокруг чувствительного места. Я послушно вернула глаза на его затуманенный взгляд. Под красными лучами тёмные зрачки казались почти мрачными с дикими искрами. Ритм постепенно увеличился, подводя меня к неизбежному падению в пропасть. Каждая клеточка покрылась вуалью запредельного желания. С губ сорвался негромкий стон, который Чимин заглушил поцелуем. Я покрепче обхватила его плечи, бессовестно впиваясь ногтями в кожу. Волна наслаждения пробежалась до кончиков пальцев. Было мокро, жарко, невыносимо, приятно, хорошо, близко. От очередного маневра чужой руки по телу вспыхнули колкие искры. – Тсс, шумная, тише, – шепнул он на мой несдержанный стон. Я до боли закусила нижнюю губу, во рту появился привкус крови, кажется, разошёлся шов. Чимин поймал очередной вздох тягучим поцелуем и бережно надавил свободной рукой на шею, лишая возможности громко отреагировать на вспышку долгожданного оргазма. Раздышаться было трудно, можно сказать больно. Грудная клетка подлетала вверх в безумной скоростью. Отголоски наслаждения теплом разлилось по венам. Вырваться из пьянящего омута помог нежный, ласковый поцелуй. Такой аккуратный, что сердце заныло загадочным чувством. Чимин оставил быстрые «чмоки» на всём лице от кончика носа до бровей, каждый сантиметр разгорячённой кожи покрылся трепетными поцелуями. Я невольно улыбнулась на милую выходку. – Красивая, – в перерыве прошептал он. – нежная, честная, – последнее прикосновение губ остановилось на лбу. Я не смогла сдержать тихий смех. Поймав его лицо руками, пригладила взъерошенные волосы с искренней улыбкой. Второй раз неизвестная игла ткнула прямо в миокард. – Дела не ждут, Адвокат Ли. – он резко замер и изменился в лице, словно жалел о сказанном или сделанном. Пак поднял меня с дивана и поправил юбку обратно до колен. Чимин натянул водолазку через голову, пока я застёгивала пуговицы блузки. Руками привела волосы в порядок и вернула телефон на прежнее место – за резинку чулок. На наших лицах застряло лёгкое замешательство, как в тогда в больнице. – Я хочу с ним поговорить, – спокойно сказала я. – Нет, – брыкнул он, закатывая чёрный ворот. – Вести переговоры неотъемлемая часть моей работы. – Ну вот и веди их тут, а там я сам разберусь. – Чимин отдёрнул тёмно-коричневые брюки и повернулся ко мне. – Пожалуйста, – выдавила из себя я. – Сколько раз не спросишь, ответ всегда будет один – нет, – властно сказал он. Пак двинулся к двери и повернул замок влево. Он вышел в мрачный коридор, но я успела догнать его и аккуратно схватила за локоть. – Я иду с Вами, – требовательный тон заставил мужчину обернуться. – Нет больше никаких «Вами», Су Дже, – протянул он. – Я иду с тобой. Конечно, общаться неформально логичнее после произошедшего, но привыкнуть вряд ли смогу. Да и менять привычное «Вы», «Господин», «Здравствуйте» не стану. – Не стоит смотреть на это. – твёрдо сказал Чимин. Он отвёл взгляд в сторону и шумно выдохнул. – Какая ты упрямая. Это жутко раздражает, знаешь ли. – Какая есть, – я пожала плечами, изображая невинный взгляд. Пак взял мою ладонь в свою и быстрым шагом прошёл до конца коридора. От широкого размаха мужских ног мне пришлось второпях перебирать ступнями, а на каблуках это делать весьма трудно. Мы оказались в тупике, как мне показалось, но Чимин постучал костяшками пальцев по голой стене и отпустил мою руку. Черная поверхность отъехала вбок с глухим скрипом, перед глазами открылся дополнительный холл. Двое мужчин глубоко поклонились на пороге, одеты они были во всё чёрное: обтягивающий лонгслив, широкие классические брюки. Он повёл меня сквозь петляющие широкие проходы с теми же неоновыми лампочками под потолком. Спустя парочку поворот Чимин наконец остановился у встроенной двери, у которой даже не видно петель или ручки. Он подтолкнул её носом тяжелого ботинка. До мозга сразу же дошло что значило: «Не стоит смотреть на это». Под «это» Пак имел в виду связанного молодого человека, раздетого до нижнего белья, к тому же с повязкой на глазах. Всё помещение выглядит, будто рабочие только что ушли на обед, оставив незаконченный ремонт: голые стены, длинные клеёнки поверх железного стола и облезлого дивана, мыльные разводы на паркете, одинокая лампочка без плафона. В носу защипало от запаха моющих средств и ржавчины. – Он молчит. – Чонгук встал с покрытого красного кресла и подтянул джинсы руками. – ни слова не проронил. – раздражённо брыкнул он. Готова поклясться, что Гука не удивило моё внезапное появление. Наоборот, молодой человек оживился и горделиво вскинул подбородок, бросая неоднозначные взгляды прямо в душу. В них читалась насмешка за скорые выводы. Он, вероятно, обиделся, что сравнила его с неопытным шпионом. Я никогда не замечала Чона на расстоянии, только, если он позволял выдать себя. Легко сделать вывод – Кудряшка провёл ни один час за моим наблюдением. От этой мысли по спине пробежался холодок. Его глаза перестали казаться невинными, теперь они олицетворяли тихого хищника, готового в любую секунду наброситься на жертву за спины. Чимин закрыл за собой дверь и осуждающе уставился на подчинённых. Трое крепких мужчин, в той же одежде, что и ребята на входе в таинственное крыло, виновато опустили голову и еле слышно извинились. Я оказалась в очень странной ситуации. Во-первых, почти голый следопыт, которое била крупная дрожь так, что тряслись кончики тёмных волос. Во-вторых, какие-то непонятные амбалы с оружейными ремнями на поясе. В-третьих, невозмутимый Пак, будто это его привычный день. Я знаю Чимина, вижу его и предсказываю, но похоже что-то упустила из вида. Что-то жутко важное. Пока рано подтверждать слова Ён, однако… Стоит вновь пересмотреть мнение о нём. Может не все слухи от злых языков? – Помоги ему разговориться, Чон, – холодно сказал он. В ответ Чонгук коротко кивнул и присел на корточки напротив преследователя. Чимин развернул меня к себе лицом и закрыл уши. Мне доводилось видеть много хладнокровных глаз: серийные убийцы, насильники, чиновники, мошенники. Но все они меркнут на фоне леденящего взгляда Пака. Ещё пару минут назад он был тёплым и нежным, а сейчас превратился в бездушный силуэт. Я должна была испугаться его быстрой смены облика, но не почувствовала ни страха, ни опасения. Истошный крик дошёл даже сквозь горячие ладони Чимина. Он стрельнул в меня взглядом и прищурился, ожидая реакции. Говорят, что люди, видевшие ад, не замечают боли. Ни своей, ни чужой. Мне досталось слишком много испытаний для одной жизни. Прошлое – причина, по которой я равнодушна к страданиям других. Чимин усмехнулся, глядя на безразличное выражение лица, и развернул меня обратно к следопыту. Чон старательно выводил линии кончиком тонкого лезвия от груди до живота на теле кричащего. Пак наклонился и взглянул в глаза, проверяя ответ на картину очевидной пытки. Признаться, такое я видела только в фильмах, но лицезреть в жизни – странно, непривычно, где-то даже противно. Меня не напугали ни алые струйки крови на голом торсе, ни злобное шипение Чонгука, ни неизвестные мужчины, стоящие рядом с пытающим. Лишь действия Чимина – он хотел узнать мой порог, увидеть вздрогну ли от разрывающегося крика, закрою ли глаза, когда повернусь. К слову, глаза я держала открытыми до тех пор, пока Пак не остановил Чона короткой фразой. Подчиненные расступились и опустили голову, когда Чимин подошёл к молодому человеку. Он опустился на уровень его лица и перехватил рукоять ножа из рук Гука. – Какая невоспитанность. – хмыкнул Пак и поднял голову следопыта краем ножа за подбородок. – На вид тебе лет двадцать, а на вопросы старших не отвечаешь, – саркастично сказал он, упираясь локтем в колено. Теперь точно уверена – я проморгала эту сторону Чимина. Жестокую, кровожадную, леденящую душу. Движения настолько уверенные, почти автопилотные. Тембр его голоса сковал цепями и держал в напряжении. Меня прибило к полу, как будто, если пошевельнусь «этот» Пак Чимин испарится и никогда больше не позволил увидеть себя. – К сожалению, я привык придерживаться формальностей, поэтому твоё молчание меня сильно расстроило. – он легко надавил ножом – по кончику скатились крупные капли крови. Преследователь сжал зубы и попытался вырваться. – Куда, куда? – крепкой хваткой Чимин поймал его за волосы на виске. – Мы только начали, а ты уже хочешь уйти? – он мотнул головой Чону в сторону стула в центре комнаты и передал нож одному из громил, который принял его двумя руками с опущенной головой. Двое мужчин под руки подняли следопыта с пола и усадили поверх шаткой конструкции, привязав конечности к ножкам и спинке. Я не могла перестать прожигать дырки на затылке Пака. Мне жизненно необходимо узнать, что будет дальше. Стояла как завороженная и он явно заметил пристальный взгляд, раз ответил довольной усмешкой. Когда он подошёл к стулу, Чонгук передал ему маленький прозрачный бутылёк с пипеткой внутри. Чимин неспешно открутил золотой колпачок и приложил кончик к свежему порезу на груди неизвестного. – Вопрос первый: зачем следил за ней? – спокойным тоном спросил он. Ответа не последовало, недошпион дергал скованными запястьями, пытаясь отвязаться. Пак с мирным лицо выдавил одну каплю из пипетки на кровавую полосу. Следопыт избился в истерическом крике и заёрзал на стуле. – Вопрос второй: кто тебя послал? – он набрал очередную порцию жидкости. Звонкий ор надавил на барабанные перепонки, словно они сейчас лопнут. Новая капля скатилась по груди молодого человека. Я перебирала варианты что это за бутылёк, остановилась на самых простых – солёная вода или разбавленная кислота. От солёной воды, действительно, острая боль, но при обширных повреждениях, поэтому её отмела после третьего крика. На лбу следопыта выступил пот, волосы прилипли к коже, всё тело тряслось, как хлипкая конструкция при землетрясении. – Я не знаю кто сделал заказ… – изнеможённо проговорил молодой человек. – Ответ не засчитан. – холодно сказал Пак и выдавил четвертую каплю. – Я не знаю! Не знаю! – закричал преследователь. – Они оплатили криптой! Я не знаю кто это! – Какая была задача? – Чимин вцепился в затылок молодого человека и оттянул голову назад. Чонгук снял повязку с глаз мужчины и натянул его веко вверх, лишая возможности моргнуть или зажмуриться. – Записать распорядок для и отметить основные локации, – с болезненной гримасой застыл преследователь. – Кому ты должен был передать информацию? – Пак поднес пипетку к глазному яблоку связанного. – Мне сказали оставить отчёт в камере хранения на станции метро, – испуганный парень вжался в стул. – Ячейка пять. – И где же твой отчёт? – усмехнулся Чимин. – Ни у тебя, ни в машине его нет. Так, где же он? – Я не знаю, – проскулил следопыт. – Я оставил его в бардачке. Пак холодно улыбнулся и выдавил кислоту в глаз молодого человека. Мои лёгкие схлопнулись, а сердце суматошно застучало. Преследователь завопил во всё горло, его пальцы побелели от силы, с которой держались за край сидушки. Я перевела взгляд на Чона, чтобы не смотреть на жуткую картину. Тот стоял с ровным лицом, спрятав руки в карманах джинсов. Трое мужчин подпирали стену позади него, с таким же невозмутимым видом. Чимин разогнул спину и отпустил чужую голову. – Доделай. – коротко сказал он Гуку, тот довольно хлопнул по плечу пострадавшего, обходя его сбоку. – Нет! Нет! – умолял преследователь. – Простите! Простите меня! Прошу, отпустите меня. Я никому не скажу, – по красным щекам побежали слезы. Пак жестом указал мне на выход и двинулся в коридор. Мы молча шли по тёмному помещению. Он быстро прокладывал путь до основной части клуба, пока я не взяла его за руку, чтобы остановить. – Это неправильно. – И что ты предлагаешь? Отпустить его? – раздражённо ответил Чимин. – Он же всё сказал! Что тебе ещё нужно? – я резко отдёрнула руку, когда он повернулся. – Иногда ты бываешь такой недалекой, Су Дже, – усмехнулся он со злым взглядом. – Потому что против убийств? – сказала громче, чем хотелось. – Потому что проявляешь слабость там, где не стоит, но пытаешься свернуть шеи тем, кто рядом, а не тем, кто взял тебя на «мушку», – пистолет из пальцев уткнулся в мой висок. – О чём ты? – я удивленно захлопала ресницами. – Ты бегаешь от меня, от Чона, но сама пришла к Дэгону. – Чимин сжал челюсть и громко выдохнул в сторону. – Не улавливаешь связи между новым делом и слежкой? – Публичного подтверждения, что я представляю сторону защиты ещё не было, – глухо отозвалась я. – сомневаюсь, что это взаимосвязано. – Зачем ты лезешь в пекло? Блядь, ещё с таким энтузиазмом, – хмыкнул он. – Это моя работа. – Нет, это твоя причуда. Папка с уликами появилась раньше, чем дело. – нетерпеливо сказал Пак и обхватил моё лицо руками. – Зачем ты затеяла это всё, Су Дже? – Ты читал мои документы? – сквозь зубы процедила. – Да, в день аварии. – он погладил пластырь на брови большим пальцем. – У меня личные мотивы. – И вот куда они привели, – очередной раздраженный вздох покинул его тело. – Всё что связано с тобой лишает меня равновесия, – прошептал Чимин. – когда ты начинаешь спорить, мне хочется разорвать твою чёртову юбку и перекинуть тебя через стол. – он поднял мой подбородок и приблизился к лицу так, что мы почти касались носами. – так что, имей в виду в следующий раз, – с ноткой угрозы сказал Чимин. К щекам прилили все литры крови, я смущённо уставилась на него, не найдя слов, чтобы ответить. Хорошо, что полумрак скрыл румянец, иначе мне стало бы совсем неловко. – Я не могу раскрыть всю правду – хотя бы, потому что это незаконно и не хочу тебя втягивать, – прочистив горло призналась ему. – Если ты не заметила – я уже втянут. – он жестом указал в сторону тайного прохода. – Я не просила об этом. – Ты никогда не просишь. – прыснул мужчина и двинулся вперед. – Пошли, отвезу тебя. Чон позже перегонит машину к дому. – Он же ещё ребенок… У него есть родители, ты хоть представляешь каково будет им узнать о смерти сына? – с неприкрытой злостью кинула в него. Учиться на ошибках моя сильная черта, поэтому не повелась на поводу у Чимина. Он снова принял попытку увести разговор в противоположную сторону, но сегодня мы доведём дело до конца. – Нет, не знаю, и не хочу знать, – высокий силуэт продолжил прокладывать путь к выходу. – А, если бы твоим родителям сообщили о найденном трупе их ребенка? Думаешь они бы были в восторге? – не унималась я. – Отец бы станцевал ламбаду на моей могиле, прямо рядом с маминой. – сухо сказал он и спустился вниз. Услышанное повергло моё забытое материнское чувство в тотальный шок. Я застыла у лестницы перед нижним уровнем коридора. Как кто-то может радоваться смерти своего же ребёнка? Без угрызения совести потерять часть души? Я никогда не смогу понять этого. После пропажи Миры половина сердца разбилась на тысячу осколков. А после обнаружения «тела» оставшийся орган сгорел до серого пепла. С самого начала было очевидно, что у Чимина не особо близкие отношения с родными. Но я не могла подумать, насколько они далеки друг от друга. Теперь его поведение заимело небольшую, но логику. Вся эта холодность, отстранённость, вспыльчивость – обиженный ребенок внутри мужского тела. Мне вдруг захотелось обнять его, найти хоть какие-то слова, чтобы облегчить положения дел. Я не знаю что такое быть нелюбимым ребёнком, ведь мои родители остались ангелами в воспоминаниях. Папа дарил только радость и тёплые моменты, что храню глубоко в душе. Мама – образ женщины, какой я хотела стать. С чистыми намерениями, лёгким характером, ласковыми руками и острым умом. Её смех по сей день остался в моих ушах – тёплый, как прибережный ветерок. Как бы я хотела услышать его ещё раз. Хоть разочек запустить маленькие ладони в жёсткие волосы отца. Моё детство могло остаться счастливым, если бы не одно дождливое утро. Семилетней Су Дже сообщили, что её любимые голоса замолчали навсегда. Мне было семь… – Возьми нужные вещи и выходи. – сказал Чимин, когда припарковал машину у моего дома. – Простите? – привычный формальным тоном отозвалась я, вскидывая брови. – Действительно думаешь, что ночевать сегодня одной хорошая идея? – Пак устало откинулся на кресло и прикрыл веки, потирая их пальцами. – У меня камеры по периметру и замок с защитой. – И толку будет от твоих камер, если кто-то решит в дом залезть? – цокнул он. – Я умею пользоваться оружием, – пыталась убедить я. – Каким? – Чимин распахнул глаза и заинтересовано глянул на меня. – В основном ножами, но стреляю тоже неплохо, – пришлось раскрыть одну карту, лишь бы не спать в чужом доме. – Планируешь с ножом под подушкой на диване крутиться? – ехидно посмеялся мужчина. – Если придётся, – ровно ответила я. – Слушай, пока ситуация не прояснится, тебе лучше находиться вне дома или своего офиса. – он встряхнул гладкие волосы одной рукой. – Я тоже не горю желанием потом выветривать твой парфюм, но выбора особо нет. Ни у тебя, ни у меня. – Лучше сниму номер в отеле, – брыкнула на язвительное замечание о своём выборе аромата. – Могу назвать минимум десять причин, почему это плохая идея, – раздражение в его голосе послышалось отчётливее. Я и сама прекрасно понимаю о чём говорит Пак, но ехать с ним и спать под одной крышей абсолютно не хочется. Тем более после случившегося в клубной комнате. Прокляла себя всеми матами мира. Но стыда не ощущала до сих пор, не уверена хорошо это или плохо. Скорее плохо, ведь придется искать новый якорь, что будет удерживать от несдержанности. – Успокойтесь, Адвокат Ли, у меня много комнат, мы даже не пересечёмся, – ровно сказал он, вернув формальный тон в разговор. – Это всё какой-то бред. – вздохнула я. – Тогда я останусь тут. – Чимин отстегнул ремень безопасности и дёрнул ручку водительской двери. – Нет, нет, нет. Я поеду, – мои руки нервно помахали в воздухе, призывая его остановиться. Пустить Пака в свой дом? Да ни за что в жизни! Моё тёмное логово не должно оскверниться мужскими вещами. Тут спрятаны все тайны: фотографии Миры, Джи Хо, документы о разводе, обручальное кольцо, что храню как напоминание о муках быть кому-то женой. Мои личные вещи, в конце концов. А, если он увидит коллекцию шпилек, то точно подумает, что я сумасшедшая. А сумок? Нет! Лучше умру, чем покажу единственную отдушину. – Помочь? – через открытое окно спросил он с лёгкой усмешкой, пока я терпела неудачи в игре «попади в замок с первого раза». От чего-то руки тряслись, а в груди засело неприятное чувство. В ответ я кинула в него испепеляющий взгляд. Чимин рассмеялся и довольно облизнулся. Теперь вспомнила почему он меня так бесит: самодовольная улыбочка и шершавый голос. И этот чёртов запах!