Please, hate me.

Су Дже – Юнги, послушай же! – я хлопнула по деревянному столу ладонью, чтобы привлечь внимание детектива. – Сонра и есть доказательство. Почему ты продолжаешь отрицать? В углу неприметной кафешки на окраине города оживлённый разговор плавно перешёл в отстаивания мнений. Мин ни в какую не соглашался начать дело, считая, что у нас мало поводов для этого. Ён потеряла надежду доказать обратное примерно две минуты назад, когда Сонра молча уткнулась в чашку с зелёным чаем. Вторая встреча с Юнги вот-вот пойдёт крахом. Сегодня утром я чувствовала дикий подъём жизненных сил, виной всему сообщение от секретаря Чимина. Она согласилась дать показания. Я была на седьмом небе от счастья, что даже ни разу не фыркнула на Пака, наоборот вежливо пообщалась. – Су Дже, это слишком опасно. – детектив потянул ворот чёрной водолазки и пустил внутрь тонкие струйки воздуха. – Ты понимаешь, что подвергаешь её риску? Если всё озвученное правда, то он захочет избавиться от единственного свидетеля. – тихо сказал Юнги, наклонившись через стол. – Значит поставим охрану. Попросим у следствия полную защиту личности, будем настаивать на закрытом слушании, – твёрдо перечисляла я. – Адвокат Ли… – детектив закатил глаза и устало прикрыл лицо руками. – Господин, понимаю, это мало что изменит, но… – Сонра подняла голову и отложила давно остывший напиток в сторону. – мне было одиннадцать лет, когда Он купил у родителей право распоряжаться моей жизнью. В первую же ночь соседки по комнате рассказали как себя вести, чтобы не избили до полусмерти. За короткие три минуты я узнала все возможные способы как избежать изнасилования, – ровным тоном выдавила секретарь. Краем глаза заметила как Ён сжала челюсть. Она часто так делает, когда злится. Помощница обладает стойким характером, но как только дело касается насилия над женщинами или несовершеннолетними – её сталь мягчится. Юнги тоже моментально поник. Я не могу смотреть в печальные глаза детектива – сразу вспоминаю ту осеннюю ночь, когда мы оба потеряли надежду. По этой причине перестала поддерживать с ним связь на долгие годы. Лишь коротенькие поздравления с праздниками остались от прежнего тесного общения. Мне искренне не хватало его, постоянно хотелось узнать как его дела, спросить про Холли, тогда она была малюсеньким щенком, а сейчас, наверное, уже лошадь. Или хотя бы поинтересоваться состоянием плеча, болит ли? Если да, то как часто? Принимает ли он лекарства? – Я хочу рассказать историю всех искалеченных детей, не только свою. Вы правы, я не смогу справиться с Ним, но хочу хотя бы попытаться, – сказала она прямо в глаза детектива без капли страха. – Мы все не вправе умолчать об этих ужасных преступлениях, ведь приюты все ещё работают, значит за их дверьми творится тоже самое. – Юнги, пожалуйста, ты же знаешь, я не стала бы просить, не просчитав все риски, – умоляющий тон скользнул сквозь губы. – Пожалуйста… – прошептала я. – Су Дже, вы трое не понимаете куда влезаете,– глубоко выдохнул он. – Ладно, но с этого момента Сонра считается ключевым свидетелем – я заберу её с собой в отдел. Мы обеспечим необходимую безопасность, – Мин посмотрел на меня с некой досадой. – Су Дже, раз ты планируешь представлять сторону… – он замолчал и искал нейтральное слово, чтобы не произносить имя. – защиты… Значит больше никаких встреч и обсуждений до предварительного слушания. Поняла? – Юнги встал из-за стола и сделал вид, что должен ответить на звонок. Я уловила намёк. – Сонра, послушай внимательно, – начала я, как только детектив скрылся в дверях маленького кафе. – мы увидимся уже только в зале суда. Ничего не бойся и говори тоже самое что и мне сегодня утром. Но ни при каких обстоятельствах не упоминай нас с Адвокатом Ко. Ни малейшего намёка на нашу тайную связь. Я должна выступать не на твоей стороне, значит буду давить и запугивать. Плачь, злись, если захочешь, но не забывай, что мы с Ён сделаем всё для твоего блага, – мои ладони накрыли холодные руки секретаря. – Заранее прощу прощения за будущие реплики. Держи в голове мои слова, не сдавайся. Если почувствуешь, что больше не можешь – намекни Детективу Мину, он постарается организовать нашу встречу. Сонра, ты справишься. Я верю в тебя, как ни в кого другого. Ты смелая, храбрая, с чистым сердцем. Ничего не бойся. – Мы с Адвокатом Ли сделаем всё возможное, чтобы судебный процесс закончился быстро, – Ён мягко улыбнулась с противоположного стула. Сонра крутила край красного свитера между пальцев. Она переживала, несмотря на твёрдость намерений. Прошлой ночью девушка напоминала мне запуганного зверька, нежели человека. Сейчас же не осталось ни капли того страха, что заставил трястись всё тело под белым пледом. – Спасибо… – прошептала секретарь. – не знаю, как отблагодарить вас обеих. Вы дали мне веру… Адвокат Ли, – она повернулась ко мне. – Если бы не Вы, я бы не решилась встретиться с прошлым лицом к лицу. Честно сказать, жутко страшно после стольких лет снова увидеть Его, – секретарь поджала губы. – но я не буду смотреть на него, я буду смотреть на Вас. – На меня тоже можешь поглядывать. – уместно шутя, сказала Ён. – Буду, обещаю, – хихикнула Сонра. Тихий смех троих девушек за облезлым столом смягчил атмосферу. Жёлтые стены закусочной больше не угнетали, музыка на фоне стала радостнее, даже лицо владелицы оживилось под серыми кудрями. Пустые круглые столики показались уютными, чистыми. Пол не скрипел противным стоном. За окном прекратился дождь и закат окрасил помещение розовым светом. Цветные линии исчертили всю комнату аккуратными узорами. Некоторые лучики падали на пепельные волосы секретаря, придавая им нежный оттенок. Через серые линзы Адвоката Ко я увидела её, полные надежды, глаза – ясные, чистые, трогательные. Юнги вернулся несколько минут спустя и забрал Сонру с собой в отдел. Не обошлось без предупреждений от детектива – он пригрозил мне парочкой статей, если попытаюсь связаться с ним или Сонрой. Мне пришлось прикусить язык, чтобы не бросить ядовитый комментарий. Юнги прав в данной ситуации, он всегда прав. Сколько бы не старалась подавить любопытство, все же тихо спросила его о травме, на что он лишь горько улыбнулся. Значит болит, додумала я. Когда машина детектива скрылась за поворотом, мы с помощницей отправились в офис – нам остаётся только готовиться и ждать. – Госпожа, а что, если Ли Дэгон наймёт не Вас? – поинтересовалась она, наблюдая за мелькающими дорожными указателями. – Ён, для дела о насилии зачастую берут женщин. Считается, что мы не можем защищать такого рода преступления, если не уверены в невиновности клиента. Присяжные тоже люди и подсознательно верят женщине, когда дело касается детей, – отозвалась я с водительского кресла. – Да, но он может не знать этого. – Адвокат Ко сняла черный пиджак и положила его на колени. – Ох, уверенна, он знает, – фрагменты папки вспыхнули в памяти, вынудив поморщиться. – если ему годами удавалось скрывать свои увлечения, – с отвращением сказала я. – Значит имеет в запасе команду, подчищающую все следы. Они будут полными идиотами, не выбрав моё имя в коротком списке женщин адвокатов. – Адвокат Юн сейчас в Эмиратах, Адвокат Чхве ведёт дело девушки из Северной Кореи – ей не нужен лишний шум в СМИ. Остаётесь только Вы, – кивнула помощница. – Или ты. – сказала я и дёрнула правый поворотник вниз. – Что? – ахнула она. – Ты тоже одна из лучших, не делай вид, словно не знаешь, – усмехнулась на реакцию Адвоката Ко. – Я, конечно, польщена, но не думаю, что стоит ставить меня рядом с такими… – Ён замешкалась, закусив губу. – Жестокими? Хладнокровными? – посмеялась я. – Волевыми, – утвердила помощница. – Ты уже такая, можешь врать себе сколько хочешь, но меня обманывать умеет только один человек. – Я не считаю Вас жестокой, Адвокат Ли, – трепетно произнесла Ён и отвернулась обратно к живописному небу. Я остановила авто на подземной парковке своего офиса. Странное ощущение ездить не на собственной любимице, а на одной из машин компании Чимина. Ряды чужих автомобилей устроились в ровные колонны напротив серых стен. Несмотря на то, что рабочий день уже закончился, свободных мест немного. Просканировав доступные варианты, я выбрала дырку между красным Ауди и белой Тойотой. Черный Мерседес никак не выделяется среди кучи таких же дорогих братьев и сестёр. Ён подхватила вещи с заднего сиденья и в ногу со мной вышла из машины, аккуратно закрыв дверь. Звук высоких каблуков двух адвокатов юридической фирмы громким эхом разносился по всему второму уровню парковки. Прекратился он только в дверях лифта. Когда я зашла в кабинет, на смену яркому закату пришла вечерняя темнота, первые белые точки выросли в бесконечном небе, разбивая чёрное полотно на кусочки. Свет решила не включать – напольной лампы будет достаточно. Полумрачные помещения моя слабость – в них легче работать и думать. Я положила сумку на диван, сняла пиджак и отправила его туда же. Минутой позже кофемашина принялась изготавливать очередную порцию бодрости. Вытащив зажигалку из кармана брюк, подожгла три фитиля большой ванильной свечи и поставила на, заваленный бумагами, стол. После чашки кофе осознала, что не обойдусь и второй, а лучше бутылкой вина, но планировала забрать пару вещей из офиса Пака, поэтому мысли о красном сухом пришлось отложить до дома. Понимаю, что согласие Сонры и Юнги лишь маленькие галочки в списке дел, но радости принесли не меньше. Словно с плеч упало два камушка, слегка облегчив ношу. Давно не чувствовала себя так удовлетворенно. Ни после победы по делу, за которое получила баснословные чеки. Ни после покупки дома в самом дорогом районе Сеула. Даже винтажная сумка в редком цвете не даровала столько удовольствия, сколько две простых фразы: «Я согласна» и «Я согласен». Хотя нет, примерно так же мне было, когда специально разбила любимую красную кружку Чимина в первые дни работы. Конечно, ему пришлось соврать, что это случайность, но злился он долго. Признаться, последнее время я всё чаще замечаю Чимина в мыслях. Причина, наверняка, на поверхности – плотная совместная работа или спасение моей жизни. Или его туманный взгляд в палате за секунду до тотальной ошибки. Не могу себя судить за воспроизведение в воображении тех кадров. На злобу сплетникам, я обычная девушка, а не фригидная социопатка. Уверена, Ён поймёт меня, если увидит его вживую. Да любая женщина поймёт, что уж тут. Оказывается, обладать хорошей памятью очень полезно и вне работы. Стрелка часов приблизилась к десяти вечера, когда тихий стук в дверь выдернул меня из размышлений. – Адвокат Ли, есть минутка? – сказал Чонгук на пороге. – Проходи. – жестом пригласила его внутрь. Типичное джинсовое обличие Чона устроилось напротив меня на кресле. Беглым взглядом он оценил комнату, задержался лишь на почти высохшей орхидее. – Они свет любят, а у Вас тут как в пещер, – длинный палец указал на, помученный жизнью, цветок на одной из полок шкафа. – Не лучшая владелица ему досталась, – я опустила крышку ноутбука. – У тебя что-то срочное? – ровным тоном спросила Кудряшку. – И да, и нет. – мужская спина откинулась на стул. – Последние дни я был слегка напористым. – Слегка? – оборвала я. – Поверьте, слегка, – Чон прокатил пирсинг языком улыбаясь. – Хотел лично извиниться, если смутил или поставил в неловкое положение. – Ты за мной следишь? – бросила в лоб, не дождавшись ответа молодого человека, продолжила. – Значит, да. – Не назвал бы это слежкой, Адвокат Ли, – Гук встряхнул волосы одной рукой. – Парковщик, водитель, телохранитель теперь ещё и шпион… Интересно. – хмыкнула я, поочередно загнув четыре пальца в воздухе. – Обидно, – он притворно надул губы. – Из всего спектра моих возможностей Вы выбрали самые непривлекательные, – Чон встал с кресла и подошёл к белой орхидее. – Я ещё и садоводством увлекаюсь. Больше, чем шпионажем, – отозвался он, перебирая сухие листья в пальцах. – Чонгук, а Пак знает о твоих незаконных ночных соревнованиях? – прямо спросила кудрявого. – Или мне называть тебя Гукки? – ехидная ухмылка натянула губы. Чон медленно повернулся и холодно глянул в глаза с изумлением. Когда работаешь с хитрыми людьми на протяжении многих лет – сам начинаешь играть по их правилам, стараясь идти на шаг впереди. – Видишь ли, я посчитала правильным последить за тем, кто следить за мной, – молодой человек напрягся и задержал дыхание. – и судя по твоей реакции, не особо радуешься моей затее, – уперевшись ладонями, встала из-за стола. – Предполагаю, что Господин Пак не посвящен в «полный спектр твоих возможностей», верно? – Гук застыл, когда я подошла ближе. – А Вы всех им запугиваете? – язвительно бросил он. – Пока есть такая «возможность» – да, – пришлось соврать и лукаво кивнуть. – Предлагаю сделку, – Чон натянул на лицо привычную маску добряка. – Читаешь мои мысли. – Я перестану следить за Вами в обмен на молчание, – искусственная улыбка смягчила его эмоции. – Идёт. – коротко согласилась на предложение. Чонгук вскинул руку вперед, ожидая подтверждения сделки. Россыпь ярких татуировок проскользнули через край джинсовой куртки. Побитые костяшки бросились в глаза ещё на пороге, но вблизи они выглядят намного болезненнее. Я протянула ладонь в ответ. Под подушечками пальцев ощутила шероховатые шрамы на мужском запястье. Закрепив взаимно выгодное сотрудничество рукопожатием, Кудряшка продолжил: – И, да, – он наклонился к уху. – наедине можете называть меня Гукки, мне так привычнее, – его шепот обжог щеку. – Что скажете… Эрида? – медленно произнёс Чон, протягивая каждую букву последнего слова. – Глубоко ты капнул, Гукки, – холодно прошипела, стараясь не выдать ошарашенность. – Такая работа, – молодой человек пожал плечами и отстранился. На его лице мгновенно считалась самодовольная ухмылка. – Имейте в виду, Господин Пак узнаёт о гонках, значит получает полную информацию, которую мне удалось собрать. – кудрявый задумчиво постучал пальцем по губам. – Как думаете, он сильно разозлится, прознав о Вашем непутёвом муже? Пак не любит домашнее насилие, – театрально нахмуренные брови Чона заставили меня иронично посмеяться. – И с чего ему марать руки об такого, как Сухо? – Может, всё-таки не зря он дал собственной жене такую кличку? – усмехнулся Гук. – Может не зря, – прыснула я. – Пока мы партнёры – его голова будет на плечах. Надеюсь, Вы не так сильно ненавидите мужа, чтобы сократить срок его пребывания на планете Земля? – самоуверенно спросил он. – Как ловко ты меня обвел вокруг пальца, Чонгук. Впечатлена, – я издевательски хохотнула. – Только ты не учёл тот факт, что я с радостью займу первый ряд на это представление. – Эрида… – саркастично прошептал Чон. – Вы ходячая загадка, Адвокат Ли. Как Вам удалось спрятать дочь, что даже я не смог найти её? – с искренним любопытством спросил он. Пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не проявить эмоции на лице от упоминания Миры. Чон не знает самого главного. В его голове она жива. Но лишь вопрос времени, когда он достучится до правды. В эту минуту я поняла одно из наставлений Джи Хо: «Держи врагов близко, но не позволяй им дышать в затылок». – Материнский инстинкт, – сквозь зубы процедила я. – Похоже сильная штука. – Чон дёрнул бровью с иронией. – Молчание за молчание? – Мы уже пожали руки. Думаю, тебе пора, – неэмоционально сказала я. – И то верно. – молодой человек двинулся к двери, но внезапно замер. – Доброй ночи, Адвокат Ли, – своим обычным тоном произнес Гук – лукавым, обольстительным. – Доброй ночи, Чонгук, – сухо ответила. Как только щелкнула дверь я с облегчением выдохнула. Тело пробило мелкой дрожью, что пришлось опереться руками о колени, согнувшись пополам. Трясло меня ещё минуту, а вот дыхание нормализовалось позже. Я всегда знала – Чонгук не так прост, как хочет казаться, но не подозревала насколько противоположна его личность. В голове не укладывается, как Чон смог узнать почти все тайны, кроме одной? Но самое волнующее – где? В моём прошлом слишком много подводных камней, которые можно использовать в качестве шантажа, что Гук и сделал. Осуждать его я не могу, ведь сама поступила идентично. Именно поэтому тщательно жгла мосты, заметала следы, заплатила бешеные деньги, чтобы удалить личность прошлой Су Дже, оставив только безобидные фрагменты. В исправленном личном деле не существовало ни Сухо, ни побоев, ни Миры, ни года поисков дочери, ни Джи Хо. Ничего, что можно было бы превратить в нитки марионетки. Наши слабости – наши самые заклятые враги. Сам того не зная, ты себе предатель. Наверное, поэтому последние года боялась только отражения в зеркале, а не грозных лиц окружающих. Я пила четвёртую чашку кофе, как обычно, закинув босые ноги на стол, когда внезапная новость растворила ядовитый осадок от беседы с Чоном. – Госпожа! Получилось! – радостно ворвалась Адвокат Ко. – Ли Дэгона только что арестовали. – она присела на корточки сбоку от меня и нажала «плэй» на экране мобильного. Короткое видео на новостном канале сообщило о задержании будущего (надеюсь) клиента. – Уже и пресса знает? – удивилась я, скидывая ноги на пол. – Детектив Мин – гений, если намеренно решил использовать СМИ, как гарант безопасности Сонры. Сейчас вся страна станет следить за делом. – Ён повернула голову на меня. – Это же хорошо, да? – Да… Очень, – прошептала я, с трудом выдавливая из себя слова. – Маленький успех – тоже победа. – улыбнулась помощница и поднялась. – Остаётся только ждать, – облегченно сказала я, пока Адвокат Ко читала комментарии под видео. – Скоро вернусь. – руками нащупала туфли под столом и быстро обула их. – Будь тут. На всякий случай, если позвонят. А связаться с нами должны в ближайшее время. – быстро захватила сумку с дивана и двинулась к двери. В ответ Ён уверенно кивнула и накрыла огонёк свечи металлической крышкой, потушив его. Мы обе вышли из кабинета, но направились в разные стороны – я к лифту, она в соседнюю дверь, где находилось её рабочее место, пусть не такое просторное как моё, зато с таким же видом из окна. Через тонированное лобовое стекло хорошо проглядывались очертания пухлых многоквартирных домов, подсвеченных жёлтыми квадратами. Ночной город совершенно не похож на тот, что можно увидеть утром или днём. Манящая аура опускается на столицу, как только солнце уступает место луне. Огоньки фонарных столбов бликами украшают корпуса машин, движущихся в расслабленном потоке. Неоновые вывески ослепляют разнообразием. Громкие компании радостно чокаются зелёными стопками за прозрачными стенами кафе и баров. Я ткнула на кнопку и опустила боковые стёкла – хотелось почувствовать запах ночи, запомнить момент, когда моя душа испытывала легкий трепет. Ласковый полу прохладный ветер ласкал волосы, теребил вырез сатиновой блузки, пропуская освежающие струйки ближе к груди и животу. Непривычное чувство предвкушения теплом окутало внутренности. Мне показалось, что ощутила сладость на кончике языка. Я плавно гнала машину вперёд, даже не желая смотреть в зеркало заднего вида. Мне был необходим этот небольшой толчок, крошечная победа над тенью из прошлого. Вдохнув полной грудью аромат города, рукой отыскала пачку ментоловых сигарет на пассажирском сидении. На светофоре прикурила тонкий свёрток. Густой дым достал до лёгких приятным жжением. На тридцать четвёртом этаже царила привычная темнота. Нарушалась она лишь приглушённым светом из кабинета Пака. Я не хотела его беспокоить, зная, что важные вопросы он решает за полночь. Отчасти понимаю Чимина, мне тоже проще работать после захода солнца. Раньше думала, я фанатик сна в офисе, но после встречи с ним, начала сомневаться, кто из нас реже видит домашнюю постель. Я прошла длинный холл, лунный свет помог не споткнуться на трёх ступенях, что вели в главную часть офиса – к трём табличкам, состоящих из его имени и моего, и одной пустой. Третья дверь вела в пустой кабинет без владельца. Слишком расслабленное состояние подверглось встряске, когда с конца коридора послышался яростный крик, будто кто-то приложил раскаленный утюг к коже. Не успела опомниться, как со всех ног бежала до надписи «CEO Пак Чимин». Без лишних раздумий распахнула дверь, надеясь не опоздать. Мозг медленно прогрузил картинку происходящего – кровавый каскад стекал с ладони Пака прямо на черную плитку. Мысленно выдохнула, не увидев сцену пыток или ещё чего хуже. Сбросив сумку на кресло, я подошла к нему и обхватила израненную ладонь в свою. Крупные осколки впились глубоко в кожу, не знаю, как ему пришла мысль разбить стакан в руке, но осуждать уже поздно. – Ты что тут делаешь? – он выдернул запястье с такой силой, что я пошатнулась вперёд по инерции. – Надо обработать, Господин. – Хватит вести себя так! – ответил Пак в грубой форме. Чимин вскинул руку в воздух, взяв широкий размах. Молниеносная мысль пробила током всё тело – воспоминание о боли от такого движение мужской руки. Я хотела зажмуриться по, давно выработанному, рефлексу, но успела лишь вздрогнуть. Стопка белых бумаг разлетелась на пол. – Хватит! Перед кем ты притворяешься? – крикнул он, пока внутри себя успокаивала биение сердца. – Хотя бы осколки выньте. – Зачем в голову мне лезешь? – Чимин резким движением шагнул ко мне. – Для чего строишь из себя хорошенькую? Ты у меня уже вот тут сидишь! Невольно задержала взгляд на кровавых отпечатках у его виска. Почти потянулась, чтобы стереть пятно, но смелости оказалось меньше, чем хотелось бы. Самая безопасная идея – выйти, забрать нужные документы и уехать домой, пока ситуация не переросла в взаимные крики. – Я лучше пойду, – пресно произнесла я. – Нет, ты лучше ответишь на вопрос, Адвокат Ли. – не скрывая злости сказал Пак и твердо зашагал – пришлось отступать назад. – Хотела помочь. Ничего более. – я наткнулась бедрами на стол позади. Снова попала в его ловушку. – С чего такая честь? Идеальная Ли Су Дже жалкому Пак Чимину? Несмотря на агрессию в голосе, смогла уловить скрытые нотки отчаяния. Я не стала транслировать его слова на себя. Чимин слишком вспыльчивый и импульсивный, чтобы воспринимать все едкие высказывания близко к сердцу. – Это была ошибка, признаю. – Ой-ой, какая надменность, – усмехнулся он. – Думаешь ты какая-то особенная, да? Знаешь, что самое забавное? Я почти поверил в это. И во все его слова. Я не поняла абсолютно ничего, всё что меня волновало – на губах едкая улыбка, а глаза мучительно печальные. Отдернула себя от неуместных действий во второй раз. Стерпела тягу прикоснуться, посчитав, что сделаю только хуже. – Господин, данный разговор уже давно перешел все границы. Его лучше прекратить, – я шагнула в сторону, не желая больше мучать себя. – Раз уж я такой бестактный, то позволь напоследок задать вопрос, который волнует меня долгое время. – он обхватил меня за талию и притянул обратно. – Она сейчас в Гарварде или всё-таки в Йеле? Только не говори, что в Сеульском – он бы не позволил. – Опять игра слов. О чем Вы? – раздражённо протянула я. И снова ни черта не уловила. Кто она? Какой Гарвард? Кто он? – Забудь, все равно не ответишь. – Пак отошел к окну, я воспользовалась моментом и выскользнула в коридор. Захлопнув дверь своего кабинет, принялась вслух считать до пятнадцати. Холодный рассудок вернулся после семнадцати. Внутри меня боролись два варианта: первый – сбежать подальше и забыть о произошедшем, второй – хотя бы немного побыть рядом. Сам он никогда не признается, но я вижу. Замечаю все привычки одинокого человека, потому что знаю список наизусть. Я тоже не горю стремлением возвращаться в пустой дом, не принимаю звонки с поздравлениями, не хожу по вечерам на встречи, не высматриваю плакаты с фильмами на стенах кинотеатра, не рассказываю о себе, не заглядываюсь в телефон, ожидая сообщения: «Доброе утро! Как спалось?». Мы оба одиноки до самых микроскопических клеток. Знаю, у Чимина есть парочка старых друзей, но уверена на тысячу процентов – не делится с ними внутренними демонами. Может это все наваждение? Мне незачем ему помогать, да и он вряд ли оценит. Через пару недель мы разойдемся в разные стороны и, надеюсь, никогда больше не встретимся. Обналичу чек от выигрыша в суде и уйду, не оборачиваясь. Я переросла незрелые желания, теперь всей жизнью командует разум, а не сердце. Так правильнее, так безопаснее. Больше никто не сможет причинить мне боль. Давным-давно дала себе обещание – не влезать в отношения, уж тем более в брак. С этими мыслями я вышла из кабинета и пошла к лифту, покрепче прижав к себе сумку. Нажала кнопку лифта, который, как назло, долго ехал. Настолько медленно, что скинула вещи на стол Сонры. Замок сумки звонко стукнулся о стеклянное покрытие, а пухлая пачка документации медленно скатилась в бок, один листик за другим. «Помогу ему один раз», – пробормотала себе под нос, когда раскладывала необходимые медикаменты по кухонной тумбе. «Он же спас мне жизнь, технически я обязана помочь». К моему удивлению, Чимин отстоял полную «процедуру» без пререканий. Смутило и терпение, с которым Пак непринуждённо наблюдал за реанимированием его истерзанной ладони. Смотреть было жутко – раны глубокие, наверняка, пару осколков осталось внутри пореза. Но выражение его лица изменилось только после открытой угрозы пырнуть пинцет прямо в татуировку на ребре. На вопрос о происхождении навыка бинтовать раны – отвечать не стала. Сомневаюсь, что ответ по типу: «Мой бывший муж научил на практике» не создал бы больших вопросов. Иногда молчание дороже золота. И это тот самый случай. Сигаретный дым тонкими столбиками тянулись к щёлке окна, на фоне играла какая-то грустная песня из плейлиста одного из водителей компании. Красный сигнал светофора вынудил остановить движение, я перевела коробку передач на «P» и принялась размерено докуривать. Взгляд скользнул на отражение в зеркале над панелью – голубой пластырь прикрыл безобразный шрам, будто милое плюшевое одеяло. Я негромко усмехнулась от детской выходки Чимина и бросила бычок на тёмный асфальт. Зелёный свет дал разрешение двигаться дальше, вернув необходимое для этого «D», выжала педаль газа в пол. Пустая дорога позволила утолить жажду скорости и подарила ощущение мимолетного риска. Я покрепче обхватила руль одной рукой, дойдя до высокого положения стрелки на спидометре. Серые конструкции пролетали мимо быстро, сливаясь в безымянную массу. Громкий рёв двигателя приглушался шумом ветра из приоткрытого окна. Наслаждения поездкой прервала вибрация телефона. Я сбавила скорость до безопасной отметки и ответила на звонок, приложив мобильный к правому уху. – Прошу прощения за поздний звонок, – формально начал незнакомый мужской голос. – Госпожа Ли Су Дже, верно? – Кто интересуется? – холодно спросила я, притворившись удивлённой. – Квон Хынсу, я личный помощник Господина Ли Дэгона, исполнительного директора компании «ПСФВИ», – властно представился он. – Здравствуйте. Чем могу помочь в такой час? – еле-еле уняла дрожь в пальцах. – Мой рабочий день начинается в семь утра, – недовольным тоном отозвалась я. – Да, понимаю, с моей стороны очень неприлично так поздно беспокоить Вас, – сдержанно ответил Квон. – Ситуация крайне срочная, ещё раз приношу свои извинения, Госпожа. – Запишитесь на консультацию у моей помощницы. Полагаю, номер у Вас есть, раз мой удалось найти, – старалась по полной отработать образ надменного адвоката. – доброй ночи, – я сбросила звонок без ответного прощания. Спустя десять минут Ён прислала сообщение, где написала лишь: «Завтра, 7:00. Господин Квон Хынсу». Дома я практически залпом вылила в себя бутылку вина, не желая бродить часами в поисках сна. Порыв открыть вторую проиграло борьбу с алкогольными головокружениями – пришлось уложить штопор обратно в ящик для столовых приборов. Погасив свет на кухне, я вернулась в просторную гостиную. Стукнула ладонью по ночнику в виде полной луны на кофейном столике, недалеко от дивана. Комната расцвела в серебристом оттенке, отбрасывая тень от металлических ножек шкафа. Сил думать о завтра не нашлось, и я тяжело плюхнулась на нестандартное спальное место прямо в одежде. От терпкого вкуса сухого вина на губах остался красный след, успокаивающий тревогу. После однократной попытки облизнуться, вспомнила почему запретила себе это делать – колючее жжение встряло между раной на нижней губе и чёрными нитками с малюсенькими узелками в каждой строчке. Примерно так же, как от поцелуя Чимина. Но тогда боль быстро сменилась приятной тягой чувствовать тепло его рук подольше. В какой раз упрекнула чёртовы таблетки за лишнюю податливость краткосрочному влечению и усердно прижалась всем телом к спинке дивана. «А ты зачем мне в голову лезешь, Пак Чимин?» – пробурчала себе под нос, еле выговаривая буквы, на грани сна.