Принципиальный.

      Кушина судорожно выдохнула и, всё-таки нормально разбив яйцо, отправила содержимое в миску. Рядом на столе валялось олицетворение её неудачных попыток от волнения: на столе было куча разных форм и размеров скорлупы; желток и белок так же присутствовали на этом предмете мебели, иногда с него стекая на пол и едва не попадая на плиту, где на скворчащей сковородке что-то довольно-таки прогрессивно подгорало. В общем, ситуация у красноволосой на кухне в данный момент была не ахти. Но её это и не сильно волновало. Большее внимание занимал меняющийся на глазах сын. Создавалось впечатление, будто она заново для себя его открывает. Все эти многие годы он проводил скромно, тихо, он даже говорил редко, и порой это происходило у него наедине с собой в комнате. А после того, как его выгнали из Академии, сын перестал разговаривать в слух даже сам с собой. Его характер оставался неизведанным местом, чьи координаты, описание и подобные характеристики не были доступны Кушине. Она всегда из-за этого переживала. Её собственный сын ненавидит её. Это было самое обоснованное предположение, которое уже отложилось прочно не только у неё в голове, но и в их семье. И некоторая пренебрежительность, которую она пыталась скрыть из-за того, что её мучила совесть, всё равно лезла наружу и возвращалась на круги своя. Она порой даже не осознавала, почему, зачем это делает. Она так хотела, чтобы её сын улыбнулся, обнял её, но она словно отругала его, и он вечно ходит обиженный, но не показывает этого. Такого рода странные ассоциации часто посещали её, но девушка пыталась сопротивляться. И вполне успешно. Почти всё своё внимание, которое, по идее, было уготовлено двоим детям, она отдавала Мирин. И корила себя за это. Видимо, она могла только критиковать себя, а нормально справиться с проблемой не могла. Ещё раздражал порой Минато, который уже открыто подсылал своих клонов ночевать, предполагая либо по наивности, либо по причине того, что заработался, что девушка из клана, который специализируется на изучении чакры и максимальном её использовании, не заметит подмены. Это было обидно, но красноволосая молчала. Она понимала, что непростые времена настали в Конохе. Да и ещё Даймё страны Огня должен скоро навестить Хокагэ и Совет. На кой только чёрт они ему понадобились?!       Кушина устало вздохнула и, выключив наконец плиту, на которой еда уже готовилась стать абсолютно чёрным телом, кинула деревянную лопатку в миску с яйцом, в котором иногда просвечивались красные волосы, села на стул. Она ещё никогда так не волновалась. Тому был пример нового "дизайна" её кухни. После того случая с сенбонами... Как она ненавидела себя за это! Что не могла тогда помочь ему! Ведь он просто решил пойти на тренировку. В Академию Минато больше не разрешил ходить ему, чтобы не портить авторитет Хокагэ, и он не мог простить себе то, что вообще туда отправил его. И вместе с тем отсрочили доступ к Академии и Мирин, пока не уляжется ситуация.       Кушина занималась хозяйством дома, пока Наруто тренировался на небольшом участке рядом, буквально "через дорогу". Она среагировала на крик и мгновенно выбежала из дома. Там, где тренировался Наруто, лежало его тело, покрытое сенбонами, точно по тенкецу. Он ещё дышал, когда она пыталась что-то сделать с его ранами. Нервы не выдержали, и она, плача, несла на руках его больницу. В больнице Узумаки провела больше пяти часов. Врачи ничего толком не могли объяснить, но факт был ясен налицо: мальчик впал в кому. И пролежал он неделю, потом очнулся и вёл себя словно... Кукла? Без эмоций, это была словно оболочка, лишённая всяких чувств. Но её предупредили. Говорили, что пока адаптация и стабилизация организма полностью не завершились, то он будет себя странно вести. С врачей дали слово никому об этом не говорить, а на Наруто уже числились три ситуации, где он имел непосредственное место, которые портили авторитет местного правителя Конохи. Пришлось всё хранить в жестоком секрете, Минато сам об этом позаботился. А потом, как-то раз, когда мальчик был дома, то вдруг заговорил, схватился за голову и выбежал на улицу. Где потом вообще её шокировал, приняв за свою девушку, стал вести себя априори странно, вальяжно даже. Стал больше разговаривать, захотел пойти на тренировку. На которой даже захотел присутствовать один из клонов Минато. Там же, по неопытности, попался в нашу же ловушку и... Его телодвижения, манера речи, признаки которой редко проявлялись, всё изменилось. Словно пустой тюбик наполнили яркой краской. Её сын внезапно приобрёл привычки, ярко выраженный характер, к которому она присматривалась всё чаще и чаще, однако осторожно. Всё ещё не совсем осознавая, как относится к такому Наруто. И тогда девушка решилась проверить состояние его энергии. Вдруг что-то изнутри на него влияет, от чего такие значительные изменения происходят? И заодно проверить его состояние. К врачам лишний раз обращаться и пускать новый слух она не хотела. Поэтому поставила печать, которая то передавала сильные сигналы использования чакры, то сразу потухала... А потом и вовсе передачи прекратились. Это было странно. Она не могла ошибиться, создавая её. Девушка успела только почувствовать, как что-то сломало систему её печати. Но всё было так...       Внезапное осознание нашло на Кушину, что она с ужасом уставилась на устроенный её беспорядок на кухне. Серые глаза стали снова яркими, а сама Узумаки едва не лишилась дара речи.       "Опять это произошло! Как я могла такое допустить, надо предупредить Минато...", ─ девушка решительно встала, но потом её схватила жгучая и острая боль в районе живота, и ещё не пришедший в себя организм не успел вовремя среагировать. Кушина, схватившись одной рукой за живот, а другой впившись когтями в деревянный стол, медленно оседала на пол, лихорадочно соображая, что бы предпринять, но внезапно красноволосая ослабила хватку и упала на пол. Через минуту её глаза открылись, но они были снова мутно-серого цвета. ***       Проснулся я рано. И не сразу встал, я всё ещё предполагал, что я в своём мире, что мне надо собираться на пару, но это чувство скоро меня отпустило. Правда, с кровати я ещё не встал.       Мне прекратили сниться кошмары... Наверное, Курама постарался. При мысленном произношении его имени у меня в голове словно прокручивались все произошедшие события вчерашнего дня, и я чуть ли не рывком попытался подняться с кровати, но скованность во всём теле мешала даже перевернуться на другой бок.       Рядом слышалось мерное посапывавшие Мирин, и это действовало на меня усыпляющее. Надо взять себя в руки! Ещё столько нерешённых дел! А меня словно парализовало, что-то давило на грудь и мешало дышать, из моего рта вырывались только хрипы, и меня не покидало ощущение, будто кто-то присутствует в этой комнате, кроме нас с Мирин...       "Курама! Курама, твою ж дивизию!"       В ответ тишина. Страх только нарастал, от того, что может быть что-то случилось с Курамой, а значит, кто-то пробрался в подсознание, и сейчас я в окружении: атакующий в подсознании и нападающий в комнате. Застали врасплох. Параноик, просто несчастный параноик. Сердце начинает биться ещё быстрее прежнего, дыхание участилось, а я всё ещё не мог двинуться... Ах, чёрт! Как я мог забыть? Это же довольно частое явление* либо перед сном, но чаще после сна, когда мозг "просыпается" (фактически, он не засыпал), а тело "спит". Что-то там надо сделать в таких случаях? Болевой фактор приведёт тело в "чувство". Кусаю язык и морщусь. Судорога проходит по моему телу, и снова могу чувствовать расслабленность и ощущение управления своим телом. В комнате, как и предполагалось, никого не было, кроме меня и Мирин. Это также относится к эффектам того явления, которое со мной произошло.       Но легче стало не намного. Такое ощущение, что в голове хаос из мыслей, как будто я всю ночь сидел на лекции, и теперь вся информация пыталась мною обработаться. Я же не пил, что происходит? Может, это как-то связанно с тем, что мне не снятся кошмары? Курама мог над этим поработать, но, может, сама информация, которая уже готовилась выйти, но не сделала это, била теперь в голову с такой силой? Нет, бред какой-то...       "Панику не наводи", ─ прорычал знакомый голос, слышать который было огромным облегчением, несмотря на боль от внезапной резкости его фразы.       "Ты можешь сказать, что ты сделал со мной?" ─ удивляюсь, насколько мой голос прозвучал хило и сипло. Я ещё толком не проснулся, а уже столько произошло событий, что желание завернуться в одеяло и проспать дня два-три нахлынуло на меня с огромной силой, отчего я даже прикрыл глаза.       "Не спать! А ты сообразительный. Мне не показалось, значит. Пока ты спал, я медленно вводил в тебя информацию о мире шиноби, о Наруто, обо всём, в общем. Ночью это делать безопаснее, и эффект заметен лучше".       "Ага, не то слово", ─ переворачиваюсь на бок, всё ещё не в силах свыкнуться с тем чувством, что тело теперь меньше. Ну, снова язвлю Демону! А ведь это ни чем хорошим не светит. Он пока отмалчивается, а потом как припомнит мне всё... Эх.       "Конечно, ты будешь внезапно воспринимать её, кусками, но я их упорядочил. Так что сегодня тебе лучше держаться подальше от любого общества, ибо весь день ты будешь получать такие "сообщения"".       "И ещё с комментариями, да?" ─ слабо ухмыляюсь, а Курама хмыкает, но улыбается, подтверждая мою идею. Но из всего диалога, я лишь слышал Девятихвостого. Под конец увидел полуухмылку или полуулыбку. Дальше я провалился в сон.       Очнулся не намного позже. Было шесть утра. Проснулся в первый раз в четыре. Как я и говорил ─ интересная способность организма-то.       Размеренного посапывания Мирин, от которого во время первого пробуждения так клонило в сон, не было. Куда она уходила, куда убегала и где вела своё житьё-бытьё, было не известно. Или пыталась сделать вид трудовой пчёлки, которая ещё не ходит в Академию? Я хмыкнул. Скорее всего она просто лишний раз не хочет натыкаться на меня и быть озадаченной таким поведением. Это всё было так странно, странно было привыкнуть вообще к тому, что есть сестра, тело маленького тридцатилетнего мальчишки, родители, демон в подсознании, их все проблемы и продукты их "реакций"... В это до сих пор было так сложно поверить, что порой хотелось просто проснуться. Хотя и прошло всего-то два дня. Изначально казалось, что это вообще скоро закончится, всё временно. Будто кто-то уже обо всём договорился и решил, что пребывание в этом мире ограничиться максимум днём. Но реальность оказалось другой. И конфетка в красивой обёртке настойчиво призывала мимикрировать к её горькому вкусу. М-да. И эта эпидерсия с родителями этого пацана. Ничего не давало сосредоточиться при упоминании, даже если и мысленном, хоть какого-то существа из мира Наруто. Меня сразу настигал ворох мыслей, определений, разных историй, и всё одновременно. Что там Курама упорядочил, одному ему известно. Но, конечно, понятно, что это было ужасно трудно, тем более работать с таким объёмом информации... Я, естественно, впитывал, обдумывал и пока это делал, информация снова накатывалась лавиной. Но я пытался. Скорее всего, Курама, может, и сопоставил их в нужном порядке. Но, видимо, на одно число из этого порядка приходилось не одно, а много воспоминаний. Курамы и Наруто. Эх, и этот Лис всю ночь работал, сейчас спит без задних ног, наверное...       "Да не дождёшься, журналюга", ─ по-доброму ухмыльнулся Девятихвостый, правда, голос его звучал тускловато. Меня охватила внезапная радость от того, что кто-то ещё может со мной разделить эту участь, что мне можно с кем-то разговаривать мысленно. Да, в детстве я мечтал о таком друге. Но то, что Лис ещё и читает мои мысли, даже когда они не целенаправленны на разговор с ним, слегка раздражает.       "Да, я плохой", ─ Курама засмеялся, а я улыбнулся, но тут же вспомнил, что мне надо вставать. И побыстрее убежать куда-нибудь. В какую-нибудь каморку, где меня никто не будет трогать, где я смогу всё обдумать и решить. Да, было бы идеально. Но так как ничего идеального не бывает, то нужно брать в учёт погрешности.       "Слушай, а ты не можешь сказать, где бы нам лучше всего затаиться? Потому что в доме этого делать бы не хотелось..."       "Хотя надо бы. Ладно, нам нужно раздобыть карту деревни. Она должна, по идее, продаваться на каждом углу, может, даже у вас дома есть. Хотя не факт, так что придётся покупать".       "А на что?" ─ я нервно засмеялся, понимая что денег ни гроша, и достать их пока не откуда.       "Хм. Вставай пока, а я попробую что-нибудь придумать", ─ задумчиво произнёс Курама, а я начал потихоньку подниматься. Одевать этот оранжевый костюм не хотелось, уж слишком он не шёл к моему характеру. Но пока мы не определились, какой характер будет у Наруто, то есть, как он должен будет себя вести, надо будет напялить это.       Внезапно у меня в голове всплыл образ какого-то мужчины (Гая?)**, одетого в зелёный, супер обтягивающий костюм, похожий на купальник для дайвинга или костюм балерины (не тривиальные пачки с пуантами). Либо это воспоминание связанно с негативными или противными ощущениями Курамы, которые теперь связаны и с моими чувствами, либо он сам показал мне эту часть воспоминаний, но суть была ясна в обоих случаях: "Хорошо, что хоть не это".       Усмехнувшись, я всё-таки беру этот костюм и иду в ванную. Приняв все водные процедуры, уже одетым выхожу в коридор, чувствуя, как дистиния отступает, а взамен приходит приподнятое настроение. Ну наконец-то! Если честно, было, конечно, не привычно без высоких технологий, но можно такое стечение обстоятельств даже считать внезапным отпуском. Если конечно, не...       "Эй, Тём, деньги придётся воровать", ─ я вздохнул, осознавая правду. В принципе, другого варианта я и не предусматривал. Только у кого?       "Ах, это... Я тут прокрутил недавние события, и понял, что Мирин носила с собой кошелёк, звяканье монет хоть и не особо различалось, но в один момент я это услышал", ─ нахмуриваюсь.       "Но она же ушла! Не бегать же мне за ней, с видом "эй, я хочу ограбить тебя, и плевать, что я твой родной брат", так что ли?"       "Ну сразу понятно, что в женских вещах ничего ты не смыслишь", ─ хмыкнул Курама.       "Как будто ты много в них смыслишь..." ─ информация, которую мне вбил Лис, дошла медленнее, чем я успел сказать эту фразу.       "Какого пола были первые мои носители, а?" ─ в его голосе слышались не только нотки своеобразной сентенции, но и некого отчаянья. М-да, вот тут хотелось панибратски похлопать по плечу, предложить выпить и поговорить по душам, как любят русские люди. Только навряд ли существо из чакры захочет что-либо пить и обсуждать с кем-либо.       "Ладно-ладно, и к чему ты клонишь?"       "А к тому, что одно и то же шмотьё они два раза подряд не одевают".       "Как будто она не могла кошелёк переложить в другое место".       "Не могла. Она спешила и оставила его в кармане своей юбки. Её так взволновало твоё внезапное изменение характера, что она убежала из дому, не взяв ни сумку с кунаями, ни кошелёк с деньгами..." ─ нахмуриваюсь вдвойне.       "Это как-то слишком странно. Нам просто повезло".       "И это, конечно, тоже. Так что хватай деньги и бегом за картой!"       "Окей. И да, хорош читать мои мысли, когда я с тобой не разговариваю!"       "Я подумаю", ─ засмеялся Курама.       И ведь всё равно продолжит это делать-то. Никакой конспирации, даже в мыслях. Такое ощущение, что ты под микроскопом пытаешься выбраться через призму мыслей о недоступности к твоим размышлениям. Заведомо обречённый выход. М-да. Что-то я замешкался, меня могут заметить. Хотя кто? Мирин дома нет, Минато ушёл, а Кушина ещё не проснулась, это было заметно, когда я пошёл мыться. Осторожно подхожу к вещам, беру кошелёк (он действительно оказался в юбке. И она в ней ходила тренироваться? Кошмар), оглядываюсь, чисто рефлекторно, пробираюсь дальше и заглядываю в тумбочку около кровати. Тетради, какие-то таблицы, планы, писанина... Оружия нет. Ни в комоде, ни под кроватью, ни в матрасе. Может, я плохо ищу? Скорее всего.       Выхожу из дома, постоянно хромая (хоть Курама почти убрал печать, регенерировал раны, психосоматическая боль была, а так же небольшие ожоги) и оглядываясь, предполагая, что Кушина проснулась и могла заметить моё отсутствие. Будем надеяться, что мы запомним дорогу обратно. Во всяком случае, Курама должен помнить.       Внезапно скручиваюсь в три погибели, хватаясь за голову, чуть ли не выдирая себе волосы. Информация просто лавинным потоком сбивала с пути, в глазах начинало двоиться, троиться, появляться разные пятна цветного спектра, поэтому пришлось закрыть глаза. Но этого делать нельзя! Я не слишком далеко отошёл от дома, меня могут заметить!       Через пелену выступивших слёз, на четвереньках кидаюсь в кусты и начинаю часто дышать, всё ещё держась за голову. Если всё время будут посещать такие сообщения, то я не выдержу. Это уж слишком, у меня до сих пор потемнения в глазах.       "Прости. Сбилось кое-что... Тут вся система циркуляции внезапно начала интенсивное хаотичное движение, информация сразу начала поступать к тебе, не по частям, да и печать толком-то и не сошла..."       "Хочешь сказать, это из-за неё меня тут в корнишон свернуло?"       "Не совсем... То есть, она тоже принимала в этом участие, но я не могу толком разобрать энергетический сигнал. Ладно, иди на рынок".       "А ты разве не помнишь месторасположения домов и всего прочего, нэ?" ─ отдышавшись, медленно встаю, опираясь о дерево, которое было рядом с кустом, что так благородно прикрыл меня. В ногах кольнуло, но я постарался убедить себя, что болеть нечему. Сработало не очень, но ходить стало немного лучше, хоть и руки продолжали трястись от недавно пережитого.       "Тут всё совсем иначе. Боюсь, у нас будет слишком много проблем здесь".       "А по-твоему, то, что сейчас происходит, это не проблемы? Тогда я уже не уверен, что смогу..."       "Не ной! Кто обещал показать, кто такой Наруто, а?" ─ упрекнул меня Лис, и я тяжело вздыхаю. Действительно, надо выполнять свои обещания, и что это я тут нюни пустил?       "Ладно, уговорил. Но мне кажется странным, что произошла такая метаморфоза..."       "То ли ещё будет, так что смотри в оба". ***       Честно пытался и старался следовать совету Девятихвостого, но, к сожалению, быстро отвлекался на то, чтобы оглянуться и запомнить дорогу. Вскоре, после моих шатаний в неизвестном направлении, через полтора часа я нашёл-таки рыночную площадь. Карту не смог купить в первом попавшемся прилавке потому, что живот запротестовал, заурчал и пришлось сначала идти в "Ичираку-рамен". Сразу это место навевало много образов маленького Наруто, обедающего у приятного на вид старика, который, улыбаясь, смотрел как за обе щеки уплетает еду блондин, в то время как остальные посетители, сидевшие в непозволительной близости от него, сторонились мальчика, а некоторые и убегали. Потом, после нападения Пейна, он со сломанной рукой, думает о том, как хочет, чтобы его покормила Сакура. И много приятных воспоминаний при одном только запахе этого блюда. Я даже заулыбался.       Забравшись кое-как на высокий стул, щурясь от боли (её нет, её нет, её нет!), пытаюсь рассмотреть расценки. Хм, мы собираемся абстрагироваться от мира, значит, наесться надо до отвала, чтобы чувство голода ничему не мешало. Но с другой стороны, тратить деньги сестры, тем более, украденные... Да и ещё, пока буду сосредотачиваться, организм будет переваривать пищу, чем будет вызвать диссонанс и относительную дезориентацию. Решено.       ─ Кхм, извините, а можно, пожалуйста, среднюю порцию рамена? ─ ко мне повернулся, слегка удивившись, тот самый дед из воспоминаний. Оглядев меня с головы до ног прищуренным взглядом, он снисходительно улыбается.       ─ Это место больше не работает. Только вот сейчас собираю все вещи. Извини, малец. Как-нибудь в другой раз испробуешь нашего блюда, ─ Теучи (это его имя?) провёл рукой по волосам, тем самым взъерошив их и снова отвернулся, начав что-то разгребать на полках.       М-да. Интересно, ничего не скажешь. Сначала, предположил, что посетителей нет, потому что рано уж слишком, да и обед у работающих не скоро, если таковой вообще имеется. Однако что-то меня заставляло не верить этому улыбчивому человеку. Что-то не так было в его взгляде...       Но задержаться подольше в этом месте мне не дало двоякое чувство, словно за мной на протяжении почти всего пути следят. Но разглядеть кто мне никак не удавалось. Поэтому, спрыгнув, я пытался, по возможности, ускориться и вернуться домой (уже купив карту), постоянно оглядываясь, когда замечал либо косой взгляд, либо шорох сзади. ***       Пожилой мужчина, который усердно что-то искал или делал что-то другое под стойкой заведения "Ичираку-рамен", внезапно замер, осторожно приподнялся: блондин ушёл. Сложив нужные печати и сняв технику превращения, поправил маску совы, Анбушник мгновенно обернулся, почувствовал чьё-то появление за спиной. Человек был скрыт в тени небольшого помещения, отчего его было трудно разглядеть, но личный воин этого человека уже понял, кто это.       ─ Детерминация завершена? ─ произнёс низкий голос, но опытный шиноби почувствовал встревоженность визави.       ─ Частично. Моё гендзюцу он не почувствовал.       На мгновение наступила тишина. Потом раздался сардонический смех, отчего член подразделения Анбу закатил глаза, правда, из-за маски этого не было заметно.       "Конечно, ведь эта сопля не заметит даже такого гендзюцу".       "Предлагаете нивелировать?" ─ проигнорировав предыдущую фразу, произнёс шиноби.       "Хм, нет, Кабуто. Пока твоя миссия не окончена. Придёт время, я сам с ним разберусь". Собеседник исчез так же внезапно, как и появился. Человек в маске совы вздохнул, наклонился под стойку и продолжил развязывать бессознательного Теучи. Закончив с этим, шиноби скрылся в направлении дома Хокагэ. ***       "Ты точно готов?"       "Нет, блин, я зря полчаса искал кладовку, в которую могу спрятаться, ещё столько же пытался залезть и устроится там, потом час медитировал?!"       "Раздражён. Значит, не готов. Но ты помни с кем разговариваешь, Артемий!" Видите ли, покопавшись в моих воспоминаниях, Девятихвостый обнаружил, что я жутко раздражаюсь, когда меня называют этим именем. И теперь использует это в качестве мести. А ведь я был прав насчёт "припомнить".       "Ладно, давай я тогда предложу тебе такую альтернативу, раз ты ещё не можешь подготовиться: плохая или хорошая?"       "Плохая".       "Хорошо-о-о. Очень плохая или ужасная новость?" ─ Курама уже открыто издевался, но я решил не слишком эмоционально реарировать. Он только этого и добивается ведь.       "Очень плохая".       "Интересный ход. Хорошей новости не будет".       "А..."       "Когда ты попал на рынок, на тебя было наложено мощное гендзюцу, отчего ты не ходил покупать карту, а стоял на месте. Сейчас ты "вспомнишь" принцип действия гендзюцу. Карта оказалась у тебя, потому что те, кто наложили на тебя это дзюцу, положили её.       "Во-он оно как... Получается, у Мирин я ничего не украл?"       "Да". Что-то ответить моей задумчивой личности не дал внезапный грохот снаружи, где-то в стороне кухни, где должна была находиться Кушина. Мгновенно выпрыгнув из своего укрытия (на самом деле провозившись с дверью около пяти минут), проскальзываю на кухню, ощущая нехорошее предчувствие. Когда я достиг назначенной точки, я понял, что предчувствие не подвело.