Принципиальный.

      Когда я был на кухне, то первым делом меня настиг уже почти привычный ассоциативно-мысленный поток, потом осознание того, что впервые, пока я здесь был, услышал, как выразился с помощью нецензурной лексики Курама, и то, что, не считая выше перечисленных эмоций, я больше ничего почти не испытал. Меланхолия? Дистимия? Это явно не шок, потому что основные признаки данного явления я у себя не наблюдаю. Тогда что?.. Только этого не хватало, а ведь этого стоило ждать!       Минато, который был уже на месте, откуда я недавно услышал грохот, кинул на меня взгляд неопределённой мешанины чувств, видимо, оценив моё поведение, как шоковое (которое, кстати, и стоит ожидать ребёнку при виде такого зрелища), метнулся к столу, что-то начав тщательно рассматривать. Ну, беспорядок на кухне, словно тут кто-то явно прибывал не в самом хорошем настроении, да и ещё обладал взрывным характером; все шкафчики были сломаны, дверцы почти слетели с петель, некоторые повисли на одной или двух петельках, вся посуда валялась на полу, некоторая находилась на кухонном столе рядом с плитой, на которой что-то кипело. Стол и часть пола были в чём-то склизко-жёлтом, рядом валялась скорлупа. Валялся сломанный стул где-то в углу, скатерть с деревянного стола, который так скрупулезно рассматривал Хокагэ, была порвана и сожжена в некоторых местах. Но самая "изюминка" этого представления ─ это выжженный на полу чей-то силуэт, а рядом можно было увидеть немного красных волос. Но то, что я сейчас вижу, явно не стало причиной грохота, который я слышал. Это уж было бы слишком мощно. В общем, я вскользь прошёлся по новому интерьеру кухни, остановив свой взгляд на меняющемся ежесекундно лице Минато. Его брови поползли вверх, зрачки то сужались, то расширялись (что свидетельствует в данном случае о сильном эмоциональном потрясении), руки резко обхватили ободок стола, голова склонилась в низ, словно Хокагэ обдумывает какое-то важное решение. Хотя, в принципе, так, наверное, и было.       Оторвавшись от созерцания Хокагэ, я перевожу взгляд на выжженный силуэт. Самые разные догадки бились в голову, складываясь и поражая своей сутью. Но сильнее всего билась та самая информация, часть её, которую мне вбил Курама ещё ночью, но я никак не мог схватить какую-нибудь из них. Это как будто знакомое слово вертится на языке, но вспомнить ты его не можешь. Что же это такое? Что уже происходило похожее? Есть догадки?       "Да заткнись ты уже со своими вопросами, дай подумать, тут кое-что не сходится!" ─ видеть мечущегося из одной стороны в другую Кураму было слишком непривычно, и червячок страх поселялся в душе. Если уж что-то заставляет нервничать демона, тогда?..       "Сказал же ясно ─ прекрати доставать себя и меня! Я пытаюсь сосредоточиться!"       "Я же не могу не думать! И да, может, ты поделишься идеями-то, а? А то из-за твоей тут активности эмоциональной, твоя информация, с которой ты поделился со мной, не может нормально дойти до меня!" ─ развожу руками, тем самым останавливая Лиса. Прищуривается, от этого такого пронзительного и ещё больше сфокусированного взгляда, хочется отвернуться и посмотреть куда-нибудь в другую сторону, но я всё-таки стойко выдерживаю его.       "Ладно, я уже почти успокоился. Поговорим попозже, а то сейчас уже Мирин идёт".       Устало вздыхаю, чувствуя себя жутко вымотанным, выжатым, выпотрошенным... В общем, зомби или варёным овощем. И поэтому я даже ничего не сделал и не сказал, когда через мгновение, снеся меня в сторону, появилась растрёпанная Мирин с неподдельным испугом в глазах и кинулась сначала к силуэту, потом к плите, ко входу в другую комнату из кухни, потом остановилась, лихорадочно осматривая комнату. Я так и остался стоять прижатым к стене, начиная чувствовать какое-то отчаянье, жалость и ярость. Всё вперемешку я сейчас наблюдал это в Мирин, которая до сих пор стояла по середине кухни, осматриваясь. Минато, словно не заметив дочери, всё так же стоял над столом, опустив голову.       ─ Мам! ─ выкрикнула Мирин, хотя я почему-то отреагировал, словно этого и ждал, мне хотелось даже вторить этому, немного хриплому и срывающемуся крику.       ─ Мама! ─ уже заливаясь слезами, красноволосая грохнулась на колени, содрогаясь всем телом и продолжая повторять: "мама". Мне захотелось подойти и обнять, но меня настиг ступор при виде её слёз. У меня всегда так было; я не мог смотреть, когда плачут девочки. Что мне с этим сделать?!       Внезапный грохот упавшего ковша привёл в чувства Минато (не крик дочери, а упавший ковш!), который встряхнулся, как-то боязливо обернулся и, увидев Мирин, тут же подошёл к ней, поднимая с колен и хватая в охапку, поглаживая по спине. Я осторожно подошёл к столу, у которого стоял Минато, и постарался заметить то, что так рассматривал блондин. И нашёл. Царапины, сделанные словно ногтями огромного зверя, (может, росомахи?) виднелись совсем у края стола. Глубокие борозды в дереве были темнее обычного: словно дерево подожгли. Я где-то видел уже похожие когти, которые могли бы сделать это... Такое странное ощущение...       Внезапно меня тоже хватают за плечи и прижимают к себе. Удивлённо поднимаю взгляд на Минато, но он даже не смотрит в сторону своих детей, а смотрит в окно задумчивым и отстраненным взглядом. Я почувствовал, как немного успокаивает дрожь Мирин, шипя:       ─ Ты всего лишь клон, тебе на нас плевать! ─ она сказала это так тихо, что даже я едва услышал это, но Минато наверняка распознал шипение дочери, хотя виду не подал. Что-то не так. Этот клон какой-то странный. Почему я... чувствую это?.. Я чувствую его энергию... И она какая-то не такая (а я знаю, какая должна быть?). Боже...       Мирин молча вырвалась из хватки Минато, вытирая слёзы и понемногу успокаиваясь. Я тоже решил не оставаться наедине с этим странным источником энергии, поэтому отстранился в сторону плиты, заодно выключив её, потому что пена от (супа, наверное) уже поползла по столу и к полу.       Никто не говорил ни слова, и я начал чувствовать себя неловко. Мирин, уже успокоившись, смотрела в одну точку, отвернувшись от меня и от Минато. Блондин в свою очередь, словно в замедленной съемке, выполнял все действия, взгляд же был прикован к окну, отчего складывалось ощущение, будто он вообще мысленно находится не здесь. И как я почувствовал, что с этим клоном что-то не так? И почему Минато подсылает клонов домой? Настолько занятой?       "Артемий, паникёр ты несчастный, мы разберёмся с этим, надо только уйти куда-нибудь. Карта при тебе?" ─ голос Курамы был на удивление обычно-раздражённым, быстро же он пришёл в себя. Нахмуриваюсь, приложив руку к кофте, во внутреннем кармане которой находилась недавно купленная карта. Киваю, хотя осознаю, что Курама этого не видит.       "Да, при мне".       "Тогда надо сваливать отсюда и побыстрей", ─ хотя я немного ошибся: его голос был взволнованный. Я сдавленно кашлянул, но, боясь привлечь к себе внимание находившихся людей в этой комнате, пытался сдержать кашель. Сваливать? Этот сумасшедший (чёрт, он же слышит) хочет свалить? Точнее, предлагает мне это сделать? Да как?! Хоть они меня и не замечают, но всё же, если я свалю в неизвестном направлении, ничего не сказав, то тут даже на шок сослаться будет нельзя!       Как только я начал пытаться возмущаться по этому поводу и удивляться, что Курама ничего не отвесил из своих саркастичных шуток в мою сторону, то меня тут же начало клонить в сон. Было такое ощущение, будто меня накачали снотворным. Я снова подавил кашель, закрывая рот и нос рукавом. Тут не настолько пыльно, чтобы я кашлял. В последнее время, видимо, это тело стало чувствительно, хотя может и раньше было, ко внешним факторам. Конечно, пережить телу перенос сознания. Это же другие нейронные связи, другие действия команды, мысли. А если учесть нынешнее моё внутреннее состояние, то понятно, почему я реагирую на мелкие детали. Кашель вновь подступил к горлу, и его уже было сложнее сдержать. Что бы это ни было, но данный внешний фактор усиливался. Поворачиваюсь назад; там было небольшое окно, со свесившейся набок гардиной и небольшими фиолетовыми шторками, которые развевались от ветра, дувшего через раскрытую форточку. На улице было непривычно пыльно, и поднялся сильный ветер, но даже так можно было увидеть приближающийся силуэт. Прищуриваюсь, когда пыль попадает в глаза. Сморгнув её, я недоверчиво прищуриваюсь снова и протираю рукавом окно. Но силуэт остался, даже приближался. И очень быстро, так, что через секунд двадцать он уже стучался в дверь.       Мирин вздохнула и хмуро уставилась на дверь, искоса поглядывая на отца. Может, ковшом по столу постучать, очнётся, небось? Но Минато встрепенулся на удивление быстро, подошёл к двери и молча выслушал, что ему говорил какой-то шиноби.       Красноволосая глянула на меня понимающим взглядом, видимо, хреново выгляжу, и тут же отвернулась. Вздыхаю и пытаюсь немного подсмотреть за происходящим, выглядывая из-за стены в коридор. Хокагэ уже заканчивал разговор; быстро кивал и уже немного отошёл от двери, собираясь её у закрыть. И действительно закрыл её, дав успеть рассмотреть только то, что человек был одет в специализированную форму (Анбу?) и маску в виде совы. Я оглянулся на Мирин: она тоже с интересом подглядывала. Правда, мой пофигистичный взгляд отличался от её удивлённо-возмущённого.       Когда Минато подошёл снова к столу, разворачивая данный ему свиток и склоняясь над ним, как делал до этого совсем недавно, он принялся читать. Мирин прищурилась и настороженно поглядела на своего отца. Как странно, что она так быстро пришла в себя. Только недавно она звала Кушину, а сейчас... Значит, она что-то сопоставила и осознала, вот только что?       Надо об этом подумать, когда мы сбежим... А Курама, видимо, ждёт, когда я найду правильный момент, чтобы уйти, ведь надо ещё разобраться в карте, вдруг места-то и не найдём?.. Внезапно меня посетила мысль, что когда на меня наложили гендзюцу и подложили карту, то вдруг с её помощью меня смогу отследить? (Фуиндзюцу). Что? Я сейчас вспомнил слово какое-то из той информации о мире шиноби. Она может помочь? Боже мой, смогу ли вынести это всё?!       ─ Отогукарэ снова к нам приезжает, да? ─ подозрительный голос Мирин отвлёк меня от правильных или неправильных догадок. Вопрос был обращён к Минато, и тот слишком быстро, словно его ударили электрошокером, кивнул дочери, даже не оглядываясь. Девочка хмыкнула, хитро прищурившись. Я прав, она действительно что-то поняла. Хм. Что? И кто такой этот Отогукарэ? Что-то очень знакомое. Правда, у меня плохое предчувствие.       Красноволосая снова кинула на меня вопросительный взгляд, но на этот раз я сделал вид, что не заметил его, но она всё равно тут же отвернулась. Ей стыдно за то, что она делала до этого, в смысле, дала волю эмоциям. Оно и понятно. Она же будущая шиноби, правда... Кстати об этом, почему она ещё не генин? Она уже давным-давно должна была пойти в Академию Ниндзя! Тут что-то не так... В этой семье вообще что-то не так, одни странно... Ох, чёрт!       "Эй, это не самый лучший момент чтобы свалить!" ─ я едва услышал предостережение Курамы из-за бьющей в висках крови, пока поднимался, точнее бежал (насколько это было возможно из-за боли в ногах) на второй этаж.       "Я не... В смысле, я не сейчас убегаю. Документы. Помнишь, вчера Кушина разговаривала с кем-то в туалете? О документах каких-то? Ты ещё сказал, что это как-то может быть связано с призывным животным Наруто, с горы Мебоку. Так вот, я сегодня заметил в комнате Минато и Кушины какой-то клочок оторванной от свитка бумаги, и там было упоминание этой горы! Чёрт", ─ я едва не вписался в поворот в комнату родителей. Она как раз была напротив нашей с Мирин. Я даже рад был не наблюдать эту странную ситуацию на первом этаже, странный источник энергии ─ Минато ─ и всю заварушку, которая свалилась на нас с Курамой.       "Не уверен, что этот клочок тебе поможет...", ─ рыкнул Курама. Но я уже стоял в комнате Минато и Кушины, дверь в которую была целый день открыта нараспашку. Могу предположить, что это как-то связанно с тем, что я увидел на кухне. И почему меня не особо волнует то, что могло случится с Кушиной? Я ведь даже не... Хотя она мне не мама, но я оказался слишком чёрствым для таких ситуаций. И это пугало, хотя... Мирин же быстро успокоилась, значит, с Кушиной всё в порядке?       "Ты что, даже меня не слышишь?" ─ Девятихвостый был удивлён, это было слышно. Я тряхнул головой и присел на корточки, пытаясь найти тот клочок. Видимо, Кушина была чем-то слишком занята и в спешке выполняла что-то. Могла и не заметить, пока убиралась в комнате. А может, и вообще даже не убиралась. Надеюсь на это, ведь нам нужна любая информация, а чтобы в данный момент хоть как-то ею располагать, надо найти этот клочок.       "Извини, я задумался... Что ты спросил?"       "Говорю, что это может быть всё что угодно, а не то, что мы ищем. Тем более, она отдала документы своему визави. Навряд ли она стала бы делать дубликат, а если бы и сделала это, то хранила бы в совершено другом..."       "Нашёл!" ─ под горестный вздох Курамы я быстро вытаскиваю из-под белья кусок бумаги. Кажется, я был прав, она действительно не убиралась, судя по горе одежды в углу и около тумбочки. Значит, то, что заставило её взволноваться должно было заслуживать внимание на первом этаже... Я тут же откладываю кусок бумаги к себе в карман и начинаю осматривать одежду ещё раз, вдруг есть другие клочки.       На первом этаже, встреча... Чёрт, что же это могло бы...       Отогукарэ снова к нам приезжает, да?       Перед глазами проносятся различные образы, Учиха, какие-то подростки, их смерти, чёрт, надо учиться контролировать эти воспоминания. Что нам нужно... У них... протекторы, нужно увидеть... Палка? Кружок и палки? Какой-то японский знак? Нет... Нота! Деревня звука! Отогукарэ... Созвучно с Хокагэ, неужто правитель деревни звука должен был приехать к Хокагэ? Тогда почему узнали об этом только сейчас? Не-ет... Они узнали раньше. Минато слишком быстро кивнул, он даже не слышал, что сказала Мирин, значит, в свитке было что-то другое, но Мирин подумала про Отогукарэ. Навела на мысль.       "Кур..."       "Чёрт, у нас проблемы. Двойные, утроенные, увеличенные в геометрическое прогрессии... Да, ты правильно понял. Сегодня к Хокагэ на переговоры должен приехать Орочимару", ─ дерьмо... Снова бомбардировка образами, связанных с этим именем, словно тебя прокатывают в мёртвой петле на американских горках, при этом вертя головой. Ощущение, и принцип показа образов одинаковый. Поэтому сосредоточиться очень трудно, но надо сделать это быстрее, плохо, что может такое застать почти в любой момент. Словно любое тело обладает тайным взрывоопасным веществом. И это вещество ─ воспоминания.       Вдруг кто-то положил руку мне на плечо и резко развернул лицом к себе, отчего я едва ли не начал брыкаться (рефлексы у этого тела ещё сильнее, чем казались).       ─ Ты! Мерзкий говнюк, что ты удумал?! ─ Мирин едва ли не выколола глаз своим указательным пальцем, пытаясь показать своё раздражение и злость, но в глазах был страх и замешательство, а столкнувшись с моим, изучающим, красноволосая ещё и немного отпрянула.       ─ Зачем ты рылся вещах родителей? ─ чуть спокойнее спросила она, держа дистанцию, которая, видимо, подпитывала её браваду относительно меня в данной ситуации.       ─ Я не...       ─ Не надо! Я видела! Думал, только сейчас пришла? ─ прошипела она, сощуривая глаза, видимо, полагая, что ярость и страх ─ её спасительные чувства ─ помогут ей в такой ситуации. Я горестно вздохнул, имитируя раскаяние.       ─ Я думал, у них есть оружие, ─ сколько она тут простояла? И под каким углом? Видела ли она, что я взял огрызок бумаги? Поднимаю на неё взгляд, видя жалость и сожаление, обращённое ко мне, отчего рефлекторно наступило раздражение.       ─ Я пойду, ─ резко встаю, Мирин почти одновременно отскакивает в сторону, и иду в сторону нашей общей комнаты, а красноволосая так и остаётся стоять на месте. Она поверила. Отлично. Думала, что раз захотел тренироваться, то мне нужно оружие... Отличное оправдание.       Захожу в общую с Мирин комнату, беру рюкзак, ещё с прошлого раза полного еды, закидываю на одно плечо и замираю, размышляя, точнее осознавая то, что сейчас вариант Курамы "уматывать отсюда и побыстрее" не сработает. Хоть Минато и находится на кухне и делает вид, что ему плевать на происходящее, если довериться его поведению, то вот Мирин... Вздыхаю, сокрушенно поворачивая голову и встречаясь взглядом с Мирин. И её, не прикрытой ни одной из масок, глаза выражали страх. Очевидный страх, что я сейчас возьму сбегу из дома, и это бегство повесят на неё. Конечно, родители, по какой-то странной причине, не уделяли должного внимания этому Наруто (я всё ещё не решил, как называть это тело), но то, что сын Хокагэ шатается по деревне в самом хреновом виде (а ведь так и будет), то репутация правителя этой деревни грохнется к чертям. А значит, будет найден и жестоко наказ виновник ─ Мирин. Она прекрасно это понимает, но не может остановить меня. Видимо, от кого-то из родителей ей досталась по наследству гордая натура с характером. А среда сделала из этого запутанную историю взаимоотношений. И если эта девочка ещё живёт в более-менее нормальной семье, тогда что же творилось с Учихой? Кстати о нём; ещё один предлог, чтобы не сбегать сейчас. Не то, чтобы мне не хотелось с ним видеться... Но да, мне не хотелось с ним видеться. Потому что этот противник отличается от канона, хоть и ведёт себя так же на первый взгляд. И пока попадаться ему не подготовленным мне не хотелось.       Понимаю, что уж слишком засмотрелся на Мирин, она уже не знала куда девать себя от моего пронзающего взгляда, с некоторой толикой удивления и презрения понимая, что это приносит мне какое-то садистское удовольствие. Да что со мной творится? Тут же отвожу взгляд, выходя в коридор. Может, это чувства этого тела? Сыграла обида на сестру в прошлом? Ведь полностью нервные системы не могли поменяться местами, особенно, когда это двойное попадание. Диссонанс вызванный этим мог оставить где-то больше истинной сущности в ком-то, где-то меньше. Хотя... Я даже не уверен, что этот Наруто жив. Надо с этим срочно разобраться, как и с остальными проблемами, чтобы начать серьёзно тренироваться и пойти в Академию! Только выбрать момент...       Уже спустившись на первый этаж, поворачиваю голову и вижу на кухне озадаченного Минато, рассматривающего свои пальцы. Если этот клон так сильно "тупит", как у нас в мире порой так делает техника, то почему Минато не отошлёт его? Ждёт чего-то или кого-то?.. Внезапное осознание в купе со страхом только что свалились на голову. Нет, только не...       Но не успеваю я куда-нибудь укрыться, предполагая, что снова смогу воспользоваться ролью невидимки в этой семье, а потом сбежать, дверь открывается, и в дом входит улыбающаяся Кушина с четырьмя продуктовыми пакетами и сразу наталкивается на ошарашенного сына, стоящего посреди коридора. Однако её улыбка, как ожидалось, не погасла, только взгляд немного потемнел, но она уже шла на кухню, а я смутно слышал сзади шаги Мирин, которая, видимо, услышала приход мамы.       ─ Господи, что здесь случилось?! ─ восклицания Кушины донеслись, словно через водное пространство. Голова не кружилась, но все очертания становились мутными, всё расфокусировалось, будто действительно открыл глаза в воде. И тоже что-то давило, только не сверху, а изнутри. Ощущение, будто ещё немного, и конец. С чего это случилось? Всё было нормально, пока не пришла Кушина...       "Очнись, давай, встряхнись", ─ голос Курамы тоже донёсся, словно издалека, но ощущение, будто из тебя пытаются что-то вытряхнуть, становилось отчётливее и вместе с тем приходило раздражение. Все эти странные "припадки", ощущения после Гендзюцу, после травмы ног, были не лучше, чем отрезвление Курамы от всего этого.       Картина мира вдруг стала чётче, будто после произведённого мною сальто я приземлился на ноги. Чувства обострились вновь, и я понял, что когда называл себе варёным овощем, то я просто ещё не знал, что это за состояние.       "Ну наконец-то, я уже было решил, что ты тут свалишься в обморок", ─ устало произнёс Курама, словно пробуждение меня заняло слишком много энергии.       "Что это вообще было?" ─ мой голос, будто я только что принял какую-то дозу, удивил и насторожил меня. А действительно, что бы это ни было, оно должно было иметь последствия. Вот только какие?       "Ещё точно не определил, но сейчас настал момент, так что линяй отсюда".       Снова поворачиваю голову в сторону кухни, видя замешательство Кушины, разглядывающую погром.       ─ Мы думали, ты нам объяснишь, ─ сконфуженно фыркнула дочь, скрещивая руки на груди. Кушина отвела взгляд, будто пытаясь что-то вспомнить, при этом нахмурив лоб. Клон указал ей на царапины, находившиеся на столе, будто это было важнее, чем выжженный силуэт на полу. Она, ничего не узнавая, подошла и попыталась дотронуться до него, но быстро отдёрнула руку, встряхивая её. Обожглась. Кошмар, то есть, какая должна была быть энергия, чтобы всё это устроить? И напрягало поведение Кушины. Она, естественно, имела сильные различия от канона, но и её поведение было даже так странным. Будто она знала суть, но кто-то мешал ей добраться до истины. И... Вдруг снова началось размытие контуров, и вместо этого появились очертания, отчего я тряхнул головой и, как мог, быстро и не заметно ушёл из дома, не останавливаясь и не оглядываясь, пытаясь уйти, как можно быстрее от этого странного места, немного хромая и проклиная себя за то, что не могу избавиться от психосоматической боли. * * *       Мирин вновь фыркнула, который раз уже за прошедшее время, и решив, что не хочет смотреть на то, как Кушина хмурит лоб в догадках, а клон Минато пытается ей что-то сказать, она бросилась вверх по лестнице, остановившись на перекрестке коридоре. Вообще, она собиралась идти в свою комнату, точнее, в их комнату, но тут вспомнила, как Наруто что-то запихнул себе в карман, прежде чем солгать ей. Довольно правдоподобно, но она не повелась. Точнее, повелась, но, увидев, как едва прикрылась дверь, она сначала подумала, что от ветра, но потом обнаружила, что, оказывается, Наруто ушёл, и тогда ей вдруг в голову вбился фрагмент, когда он что-то засовывает себе в карман, а теперь пытается сбежать... Раньше она не обращала внимания, точнее, пыталась это делать, на Наруто, да и он не проявлял активности, был слишком мягок для шиноби, отчасти по этому его закидывали сенбонами генины. Вспомнив этот случай, она передёрнула плечами. Им не нравилось, что он лишь улыбался и держал кунай, рассматривая его, как художник олицетворение его музы, вместо того, чтобы тренироваться. Он просто всех любил, даже когда его добивали потом, вколачивая эти металлические предметы шиноби ещё глубже в его тело, он не сопротивлялся. Даже это он собирался простить им! Она знала, как обстояли тогда дела, ведь она тогда была вместе с группой генинов. Но она не кидала в него сенбоны ─ она уверяла себя, что тоже должна чувствовать отвращение к своему брату. Он лишь выродок, недостойный звания "сын Хокагэ". Но почему-то, слыша крик Наруто, когда в него кидали сенбон, она зажмуривалась и отворачивалась в сторону. Они скрылись, как только увидели, что к ним приближается Кушина, но она не заметила их, в ужасе смотрев на раненого сына: группа генинов находилась на достаточном расстоянии, именно поэтому они и решили использовать сенбоны. Тогда Мирин думала, что хуже быть не может. Но, оказывается, может. Их сдал один из Анбу, который был приставлен охранять дом Хокагэ. А преступление совершилось недалеко от их дома. Отец узнал, и... Она давно поняла, что он был параноиком, но расчетливым и хладнокровным человеком. Отчасти поэтому он отчислил её из Академии. Матери ничего не сказал и велел одному из Яманака изменить её память насчёт этого события. А Мирин была зла, очень зла на него, на Наруто, на мать, на того шиноби, на этих грёбанных генинов, на себя... На всех. Но злость отступила, когда она узнала, что, когда Наруто вышел из комы, он стал вести себя вообще безэмоционально. И она стала волноваться, правда, надеясь, что это лишь следствие комы. Но потом... Наруто изменился. Слишком дерзкий, сосредоточенный, будто многому обученный и повидавший жизни, будто он вырос. Лет на тридцать. Его взгляд стал похож на взгляд отца, когда тот что-то просчитывает, анализирует. И от этого уже ставало страшно. Она пыталась строить барьеры в виде сарказма, но ничего не получалось. Он своим внимательным и недетским взглядом рушил всю браваду, он её изучал, она не сомневалась. И отчего такие перемены? Кома так повлияла? Но... Это как будто в него вселили другого человека.       Дёрнув плечами, она моргнула. Она всё ещё стоит посредине комнаты, вспоминая тот момент и всё ещё считая себя виноватой в таких кардинальных изменениях Наруто. Спокойно. Она должна решить. Недолго размышляя, она зашла в комнату родителей, присев на корточки перед горой белья и начав раскапывать его, она не знала, зачем это делает и принесет ли это хоть какие-то результаты.       Вдруг, вместо ощущение мягкого и податливого материала, взамен пришло ощущение чего-то тонкого и ломкого. Бумага! Она быстро достала руку из горы одежды и прошлась взглядом по написанному там. Зрачки расширились. Нет, этого не может быть! ***       Я так и знал, что ничего из этого хорошего не выйдет. Вот прям как чувствовал. Пока мы пытались разобраться с этой картой, прошло не меньше часа. Слава Богу я взял еду, ведь за день почти ничего не съел. Оставив разбор карты Лису, надеясь на его благосклонность, я достал из рюкзака пачку ролл. Странно, а ведь я предполагал, что уже все съел. Совсем уже.       Правда, пообедать я не успел. Уже в который раз.       "Так-с, ситуация не очень хорошая, к твоему сведению...", ─ будничным тоном начал Курама, будто каждый день он оказывается в голове студента, а тот в теле другого человека из параллельного мира, причём погрязшего в дерьме.       "Действительно не очень. Мне всё время кто-то мешает жрать, простите за мой французский", ─ гневно отзываюсь, ещё больше раздражаясь.       "Простить за твой что?", ─ угрожающе зарычал Курама, видимо, приняв это слово на свой лад.       "В нашем мире несколько языков. Я, например, говорю, точнее говорил, на русском. Мы с тобой ─ на японском. Французский ─ один из множества различных языков", ─ терпеливо пояснил, осознавая, что пытаться есть, - хоть палочками было не так трудно научиться пользоваться (ту, заточенную палочку, я так и оставил в комнате), - и разъяснять что-то Лису было довольно проблематично.       "М-да, а я считал, что ты и там странный со своими причудами", ─ хмыкнул Девятихвостый, внезапно перенеся меня в подсознание.       "Хей, я же ясно дал понять, что хочу потрапезничать", ─ последнее словно я специально произнёс вычурно-иронично. Курама прищурился и наклонил голову ко мне так, что его нос упирался мне в ноги, а глаза смотрели точно в мои. По телу прошла дрожь, и я сглотнул, надеясь, что он не заметил, хотя его глаза такие огромные, размером с меня, что он видит моё тело, как блоху под микроскопом.       "Слушай сюда, малец, чтобы выбраться отсюда, нам надо действовать сообща и иногда забывать про мешающие чувства. Ты же хочешь обратно, верно?" ─ произнёс Курама спокойным голосом, но от этого стало ещё только страшнее ─ лучше бы наорал ─ и ничего не оставалось делать, как судорожно кивнуть и промолчать, что если я не поем, то вообще сдохну к чертям, и возвращаться вообще никуда не надо будет. Когда Курама снова принял своё нормально-сидячие положение, еле заметно выдыхаю.       "В общем и целом, как я и сказал ранее, всё идёт из лап вон плохо..." ─ продолжил свой рассказ Курама, будто ничего только что не произошло, и я посчитал, что хоть всё-таки Девятихвостый и стал "типа добрым", как он выразился, когда себя описывал, но Лис остаётся со своими повадками, которые смахивают на садизм. И мне кажется, я смогу очень много нового о нём узнать... Курама вдруг остановился и прищурился, а меня снова настала дрожь. Он слышал, или нет?.. Мог ли он рассказывать и подслушивать одновременно, как пытался есть и говорить я? У меня не получилось, но может у него... Лис вдруг ухмыльнулся и продолжил:       "Я немного разобрался в твоём сознании, и, как выяснилось, у тебя эйдетическая память*, что прекрасно помогло мне спроецировать карту у себя на импровизированной стене", ─ он махнул, указывая на место за собой, где рядом с циркуляцией моей чакры находилось изображение карты, где некоторые места светились, что меня удивило.       "Почему они светятся?" ─ спросил я, прервав бурчание Курамы о том, что скоро это место будет походить на комнату девочки-подростка.       "Ну, есть такая вещь, как ассоциация. А также эмоциональная память. Эти места связаны с той информацией, которую ты усваиваешь. Когда ты в первый раз посмотрел на карту, то у тебя сразу акцентировалось на этом внимание. И так как у нас с тобой есть ментальная связь, то изображение этих мест тоже служит катализатором для моих эмоций. Поэтому, свечение убрать пока не удалось".       "Хм, интересно... А в чём вообще проблема?"       "Деревня другая. Все здания расположены в форме концентрических кругов, вокруг одного построения. Как думаешь, какого?"       "Резиденция Хокагэ?"       "Это было бы логично, но на самом деле, всё обстоит иначе. Наш дом находится в центре".       "Чтобы добраться до любого места в короткие сроки... Логично. Но только для того, кто бы здесь работал всё время".       Курама ухмыльнулся, оскалившись в улыбке. Мне так показалось.       "Отлично мыслишь. А если прибавить это к тому, что резиденция Хокагэ указана на карте в том месте, где отмечено разрушенное здания, то всё сводится к тому, что дом, в котором ты живёшь, и есть резиденция! И теперь можно понять, почему сюда на встречу приезжает Отогукарэ..."       "И почему хранятся и передаются документы", ─ заключил я, нащупав в кармане найденный клочок.       "Иногда мне кажется, что мне всё-таки повезло, если такое возможно в данной ситуации, что мне попался ты, а не какой-нибудь гомик", ─ произнёс Курама, чем поверг меня в смех. Наверное, впервые за тот период, пока я тут был.       "Гопник, а не го... ахаха, гомик, наверное", ─ Курама в замешательстве прищурил глаза, смотря сверху вниз на то, как я вытираю слёзы с глаз.       "Ты же, видимо, порылся в моей памяти ещё раз", ─ уже спокойно произнёс я.       "Ну да, чтобы ситуаций с французским больше не случалось", ─ всё ещё с подозрением произнёс Лис.       "Ну ладно", ─ махнул рукой я, решив не рассказывать ему значение слова "гомик".       "Что у нас дальше? Поиск какого-нибудь секретного места в доме Хокагэ?"       "Нет. Не сейчас. Как помнишь, мы хотели всё обдумать. И безопаснее всего это сделать в трёх местах ─ в тюрьме, на кладбище и не в этой деревне".       "Перспективно, ничего не скажешь".       "Там не будет слежки от твоего отца. По крайне мере, настолько сильной. И гарантирует нам больше времени, чем в остальных предложенных. И я голосую за кладбище".       "А ничего лучше и нет, чем это. Эх, уже лучше, что место выбрали. А в чём обстоят вообще проблемы? Только в этом?"       "Нет. Скажу заранее, кое-что не сходится...", ─ витиевато начал Курама, отводя взгляд, но, наткнувшись вдруг на мой, многозначительный, Лис вздохнул.       "Если коротко ─ то первым Хокагэ или вторым Хокагэ должен быть Учиха Мадара. Видишь ли, я тут кое-что сопоставил и... Эй, ты чего? Эй! Артём!" ─ Курама не на шутку взволновался, когда вся комната начала погружаться во мрак, а меня вдруг снесло какой-то силой, отчего я начал вырубаться, что было плохо. Сейчас я не в курсе, что со мной происходит снаружи, и даже не в курсе, почему это случилось. Может, это тот "приступ", который был в доме, только в подсознании?..       Но ответить никто не дал, потому что тьма уже накрыла меня, а последней мыслью было то, что я боюсь больше не очнуться. ***       Парень высокого, на вид, роста лежал на земле, раскинув руки и ноги. Его глаза были закрыты, а тёмно-русые волосы уже были покрыты пылью. Его официальный костюм был запачкан кровью, а кое-где были даже небольшие дырки. Было темно, а лес пугал мёртвой тишиной. Кажется, что ничего живого тут нет, но внезапно раздалось эхо чьих-то быстрых шагов.       На горизонте показалась бегущая фигура мужчины. По мере его приближения стало понятно, что он абсолютная копия трупа на земле. Сейчас в его серо-голубых глазах плескался ужас от вида себя же мёртвого.       Подбежав, он округлил глаза и судорожно вздохнул, поправляя галстук. Что случилось? Почему он тут находится? И почему тут есть ещё один он, но только мёртвый?       Конечности дрожали, а лицо постепенно приобретало бледный оттенок. Чем больше он смотрел на себя, тем хуже ему становилось.       Наконец, он решил всё же проверить пульс, спустившись на колени. Но как только парень дотронулся до его руки, голова сразу заболела, а вокруг начался зловещий шёпот.       ─ Ты ничего не сможешь…       ─ Ты знаешь, что ничего не сможешь...       ─ Бездарь!       ─ Ты просто жалок!       ─ Ахаха, уйди от меня! Не лезь!       ─ Как ты поможешь Узумаки, когда сам тю-тю?       Постепенно, всё это начало давить на сознание, но руку от запястья он убрать не мог, словно парень не управлял конечностями. Ему уже казалось, что голоса разговаривают сами с собой, заполняя сутью, содержащейся в их словах, каждую клеточку мозга, каждый миллиметр. Это было не выносимо!       ─ Ахах, посмотри на него!       ─ Ага! Ха, смешно!       Голоса пропали так же резко, как и появились. Голова перестала болеть, и он снова мог управлять своими руками. Тут же отцепившись от запястья, парень в страхе шарахнулся от тела, прерывисто дыша. Это страхи… Нужно их побороть…       ─ Ты знаешь, что это неизбежно, ─ внезапно произнёс чей-то голос, эхом отлетая от леса. Парень пытался что-то сказать, но звуки не выходили. Он схватился руками за горло, лихорадочно открывая рот.       ─ Ты знаешь, что то, что ты сейчас видишь, случится. Если ты продолжишь помогать Узумаки.       Нет! Нет! Этого не будет!       ─ Глупо отрицать это. Просто прими.       Нет, я всё исправлю!       ─ Посмотрим, Артём. Успеешь ли ты. Но знай, что у тебя другое предназначение.       Голос замолк, оставляя парня наедине с собой осознавать настоящее. Или… будущее? Нет, он исправит! Исправит! Только… надо сделать глоток воздуха…