Nga sì oe, ’awsiteng

      Стоило так и не пролившимся слезам исчезнуть с карих глаз сестренки, Адам почувствовал, как тучи над его головой прогнал ветер. Он последний раз улыбнулся и ущипнул Ки за раскрасневшуюся щечку, что неизбежно подкрасило кожу в еще более огненный румянец. Девочка на это насупилась и шутливо пришлась кулачком в плечо брата.       Оба выждали еще пару секунд, настраиваясь, пока наконец перед ними не отворилась дверь лаборатории, среагировав на пропуск Адама. Помещение тут же встретило их множеством голосов, слаженной работой, да и в целом, самой настоящей рабочей атмосферой. Как Райсам стало ясно — они попали в операторскую, что является лишь частью научного модуля, отведенного светлым умам человечества. Именно это место было сердцем программы «Аватар», ибо тут происходили все чудеса. Разумеется, воплощенные в жизнь исключительно наукой. Здесь люди переносили свое сознание в искусственные тела, сутками напролет все больше сближались со своими аватарами и с Пандорой.       Это место и есть проводник, который откроет дикий мир излюбленной планеты для Адама и Киалы, об этом они мечтали так долго. — А вот и они, — произнесла довольная Грейс. Ее коллеги и подопечные, уже осведомленные о прибытии новеньких, и с некоторыми уже даже познакомившись, с интересом оторвались от своих дел, лишь бы посмотреть на своих самых молодых приятелей по цеху. Глава программы, улыбки не скрывая, обратилась к Райсам: — Идите сюда, ребятки. Народ, прошу любить и жаловать — Адам и Киала Райс, отныне наши сотрудники. — Говорил же, что встретимся, — обратился к Адаму голос со стороны. Райс обернулся на него и нашел его обладателя. Тот молодой оператор, с которым он познакомился еще на космическом судне.       С лица Лима не сходила дружеская улыбка. — Точно, — кивнул Адам, — Всем привет.       Ответные приветствия зазвучали отовсюду, и были они брошены по-доброму, по-гостеприимному. — А ты не упомянул про сестру, — присвистнул новый знакомый Райса, заглядывая за плечо приятелю в попытках разглядеть притаившегося там птенчика. — А ты меня и не спрашивал, — фыркнул юноша, до сих пор не придав значения тому, что сестрица пряталась за ним как за стеной.       Смущенная тем, что стала объектом всеобщего внимания, Киала точно язык проглотила и совсем раскраснелась. А от того, что стеснялась и понимала, что её робость видят все, она краснела ещё больше. Её нельзя было назвать скромницей и затворницей, но первая встреча с таким большим коллективом все-таки вызывала у девочки волнение. — Док, это маленькое чудо будет работать с нами? — спросила одна из женщин, что освободила свои уши от наушников и напрочь позабыла о мониторе компьютера, за которым работала часами. Он явно пока не в приоритете. — Будет, — гордо ответила Огустин, вызвав у малышки мимолетную улыбку. — Эй, кроха, привет, — Картер, хитро щуря глазки, присел на корточки, чтобы таки разглядеть милейшее создание, каким для всех предстала младшая Райс. Но той совсем не понравилось чрезмерное внимание к своей персоне, которая, как назло, стала куда стеснительнее. Девочка полностью спрятала лицо, уткнувшись в бок братцу, — А она та еще скромняга, — не смог сдержать смешка парень.       И только один человек знал, какой внутри этой «скромняги» скрывается монстрик. — Ты на её счет так не обманывайся, дай ей время привыкнуть и поймешь, какой это на самом деле бесенок. Не сразу же шипы выпускать, — усмехнулся старший Райс, видимо намеренно ставя младшенькую в еще более неловкое положение.       Все громко засмеялись словам Адама, а Киала чуть ли не задохнулась от возмущения и скользкой обиды. Вот такая вот семейная поддержка! Кругом обман. — С-сам ты бес! Пустоголовый баклан! — она отпрянула от своего «защитника» и надулась, чем естественно вызвала еще более бурную реакцию у ученых и операторов. — Ты смотри-ка, значит, все-таки внешность обманчива, — хохоча, прокомментировал Лим. Киала, все ещё заведенная от колкостей брата, подняла суровые, но все такие же взволнованные глаза на сотрудника. Он весело подмигнул ей, чем вынудил ее живо надуть губки и отвернуться. Они нагло смеются над ней и она ничего не может с этим поделать. А Адам вообще обманщик, помощи от него не стоило ждать, изверг. — Ну всё, хватит измываться над ребенком, иначе я начну делать это над вами, молодые люди, — осадила парней Грейс, опустив руки на плечи своей новой подопечной, — Займитесь-ка делом. Вам разве не нужно отнести свои пожитки в комнаты? — Все верно, мэм, — в унисон произнесли операторы, словно перед ними стоял и отчитывал их генерал, а они сами были не чем иным, как бельмом на глазу. Оба поняли, что стоящая перед ними женщина может оказаться куда хуже генерала. — Вот и вперед. Как закончите, сразу возвращайтесь. Сара, проведешь экскурсию ребятам по их новому дому? — Без проблем, босс, — ответила девушка, с ярко-рыжим цветом волос. Отложив планшет на ближайший стол, она проследовала к дверям, — Все новоприбывшие за мной. — А ты, милая, пойдем со мной. Я хочу сама тут тебе всё показать, — обратилась глава всего собравшегося здесь сборища к Киале. Малышка замялась, но не скрыла своего любопытства.       Обведя братца победным взглядом, девчушка летящей походкой проследовала за своей наставнице. — Хитрый лисенок, — не со зла фыркнул Адам, по пути к выходу в коридор подобрав кроме своей еще и сумку Ки.       Киала, дождавшись пока брат пропадет с поля зрения, наконец решилась осмотреть операторскую. Размеры и вид помещения удивили девочку — округлая форма, много простора, хотя свободного места осталось не так много — практически все пространство занимают блоки связи, а в центре — компьютерная зона, через которую ученые отслеживают состояние рабочих блоков и состояние операторов в них. Глаза маленькой ученой с каждой новой замеченной деталью загорались ярче, а непоседливая и любопытная натура рвалась скорее всё изучить. — Нравится? — Грейс было приятно видеть интерес ребенка. Женщина, пусть и обладала тяжелым, зачастую строгим характером, но к детям питала особый трепет, поэтому, обзаведясь в своих рядах десятилетней малышкой просто не могла позволить себе грубость ни в какой форме. — Очень…       Из-за того, что весь интерьер был сколочен из металлов, преобладала холодная тональность обстановки, а с трудом различимый запах химических препаратов и стерилизующих средств как нельзя лучше оправдывали название «Научный модуль». — Всё оборудование — последнее слово техники, с каждым прибывшим сюда экипажем мы получаем что-то новое. На Земле, конечно, лаборатории были всяко лучше обустроены для комфортной работы, однако здесь тоже неплохие.       Киале на это высказывание было что возразить: — На Земле они были все однотипные. Там было много людей, и лаборатории кипели жизнью, но в то же время были пустыми. Это были муравейники, с четкими инструкциями всего научного процесса. А тут… слаженная работа. Тут вся ваша жизнь, на Пандору ученые без большой любви или интереса не полетят, а там ученая деятельность для многих всего лишь работа. Ради денег.       Женщина окинула собеседницу задумчивым взором. — Вот как, а, знаешь, мне нравится твое сравнение, оно кажется правдивым. — Это и печально, — раздосадовано вздохнул ребенок, — Конечно, возможно многие из здешних ученых мотивированны гонораром, но мне хочется верить, что не все. — Давай не будем о грустном, Киала, — Огустин не хотела портить первое впечатление своей подопечной, потому постаралась в ускоренном порядке отыскать способ, как бы вернуть ей беззаботную детскую улыбку. Кое-что на ум все-таки пришло, — Нам сюда. Знаешь, что это такое? — женщина подвела Киалу поближе к блоку связи, которых в помещение вместилось ровно десять.       Райс сразу же воспряла духом: — Конечно! Синхронизирующая камера. У нас в лаборатории тоже такие были… Но конкретно те предназначались не для подключения к аватарам, а для практики и проверки сознания. — Они в принципе практически идентичны. Тебя подключали когда-нибудь к такому?       Девочка уныло покачала головой: — Нет, говорили, что возраст пока еще не подходящий. Опасались. Но я следила за подключением Адама. Он много часов провел в этой штуке.       Детский организм не подвергали проверкам сознания, оттого малютка Райс следила за всем процессом исключительно в роли зрителя. Но это позволило ей хорошенько ознакомиться с теоретической составляющей столь сложного процесса, так что иной раз она даже могла сгодиться за ассистента. Ко всему прочему, наблюдение за остальными помогло ей победить страх, какой она испытывала в первое время своего нахождения рядом с подобными штуками. Её всерьез пугала необходимость залезать в металлическую коробку, так еще и в закрывающуюся…пока твой мозг подвергается различным проверкам. Но, к счастью, все опасения и предрассудки давно оставлены в прошлом. — У твоего брата прекрасные данные. Характеристики твоего мозга у нас тоже имеются, но в скором времени, раз тоже хочешь быть оператором, мы начнем проводить и для тебя тестовые погружения к искусственным интеллектам, дабы проверить как ты будешь ориентироваться. Я уверенна, что в этом плане вы с братом окажетесь похожи. — Да, жду не дождусь его первой синхронизации с аватаром! — на радостях взвизгнула малышка. — Она уже не за горами, но первое подключение всегда самое сложное, Адаму придется постараться. Грейс однозначно нравился настрой девочки, и из-за этого разочаровывать её не хотелось вдвойне. — Грейс, можешь взглянуть, мне не нравятся показатели Саши, — откуда ни возьмись появился молодой мужчина, которому, по причине спешки, очки в темной оправе съехали на кончик носа. — Она опять в спортзале до посинения сидела?! Давай сюда… — Огустин вымученно вздохнула, приступив изучать преподнесенные коллегой данные, — Вот ведь непробиваемая…       Киала посчитала невежливым влезать или мешать делам взрослых, а потому решила пока осмотреть подробнее блок связи. Эта огромная коробка ничем не отличалась от своих прототипов на Земле, но девчушка все равно решила поискать хоть какие-то отличия. Никем не занятый блок стал отличным объектом для исследований. Детские ручки несмело потянулись к системе управления, пальцы быстро ввели команду, после чего крышка отворилась.       Холодный голубоватый и зеленый свет заиграл на девичьих плечах и щеках. На губы набежала улыбка. — Так, посмотрим… Синх-камера налажена, датчики… — малышка вытянулась, дабы подробно рассмотреть приборы, — Не повреждены. Исполнение команд в пределах нормы. Можно проводить подключение, — высоко приподняв носик, нарочито важно вынесла вердикт Киала, представляя себя настоящим ученым.       На свой маленький спектакль она тихо засмеялась, чем, кажется, не нарочно привлекла к себе внимание. — Ребенок? — словно только сейчас заметив незнакомку, опешил Макс, а Киала сразу отпрыгнула от блока, точно обожжённая. — Прибыли новенькие, — спокойно ответила Огустин, отрываясь от экрана планшета. — Уже?! — А ты побольше сиди, как крот в норе, в лаборатории, — фыркнула женщина, которая уже сотню раз отчитывала Пателя за его по большей части статический образ жизни. Она и сама ученая, но, в отличие от многих, следила за собой и за тем, что происходило вокруг. Хотя в ее положении ничего другого и не остается, все-таки руководящая должность накладывает свои обязанности.       Макс продолжал переводить удивленный взгляд то на свое начальство, то на заведшего его в ступор ребенка. — Но… она слишком маленькая… Разве… — Это дочь Мишель. — Мишель Райс?.. Но ведь…       Очередное упоминание матери преобразило искреннюю улыбку в плоскую линию, проведенную чернилами на бумаге. Макс с Грейс сразу же пожалели о том, что вообще рты открыли. — Киала, познакомься с Максом. Его смело можно отнести к категории людей под названием «ветераны», а все потому что он тут уже довольно долгое время, и, что достойно похвалы, его работа не ухудшается, как бывает с некоторыми. — Умеете польстить. Привет, — мужчина максимально дружелюбно улыбнулся и протянул малышке руку.       Ки, замявшись, пожала ладонь. — Здравствуйте. — Ты знаешь, как с этим управляться? — не без доли удивления поинтересовался ученый, таки заметив, как девочка умело возилась со сложным аппаратом. — Знаю, меня много раз к таким пускали, — без промедлений ответила Райс, вспоминая, как вместе с Адамом не один раз рассматривала каждый уголок хитроумной техники и осваивалась с тем, как ею управлять. Они оба в свое время облазили подобные машины вдоль и поперек, даже внутренности смогли изучить, пока специалисты собирали аппарат.       Грейс с гордой улыбкой и расслабленным видом обернулась к Максу со словами: — Сдается мне, что сегодня к нам присоединилось много талантливых ребят. — Хоть видел я далеко не всех, но спорить с тобой не буду, — он и без этого заявления не захотел бы начать спорить с этой женщиной, прекрасно осознавая то, чем это может ему грозить. — Так, — ученая глубоко вздохнула, — Сашу в аватара до завтра не пускать, отправь ее лучше отсыпаться, новых аватаров подготовить, на днях начнем проводить подключения. Да и кстати, это маленькое чудо и под твоей опекой тоже, — указав рукой на Ки, закончила она.       Дабы сложить всё воедино Максу понадобилось пару секунд, после которых, что и было ожидаемо со стороны Огустин, последовало замешательство: — А? — единственное, что смог из себя выдавить ученый. — В алфавит сыграть хочешь? — вопросительно приподняла бровь Грейс, — Все, Макс, за работу! — повысила она голос. — Да, все, уже бегу, — ему не оставили ничего иного, кроме как принять прихоти командования и ринуться их исполнять.       Нерасторопность мужчины позабавила Киалу, так что она даже не потрудилась скрыть своей неожиданно нагрянувшей радости и захохотала. — Он тебе понравится. Возможно, покажется несколько занудным, но не многие любят свою работу так, как Макс. Ты смогла бы многому у него научиться. — Уверена, что все здесь смогут научить меня чему-то новому, — согласно кивнула Ки, — А мне о многом хочется узнать. — Хорошие мысли на старте. Что ж, это помещение — операторская. Это центр научного модуля. Биолабораторию мы с вами прошли, пока добирались сюда, она располагается уровнем ниже, а вот тут, — женщина повела Киалу к обзорному стеклу, которое позволяет наблюдать за помещением, уж больно сильно напоминающим Райс больничную палату, — Начинается наружный отсек, туда также можно попасть через лабораторию. В этом помещении мы проверяем состояния аватаров и следим за ходом первого подключения операторов. — Класс… — протянула Киала, примкнув к стеклу, стараясь разглядеть светлую комнату с койками и многочисленной аппаратурой. — А вон там, — Грейс рукой указала на дверь в смежной с окном стене, — Выход на нашу площадку, это тоже часть наружного отсека. Там и баскетбольное поле, и полоса препятствий для наших аватаров. Киала, если захочешь подробнее рассмотреть это помещение, то тебе придется надеть маску, ибо там пандорский воздух, — решила заблаговременно обезопасить ребенка от поспешных действий ученая, — И да, на улицу без сопровождения тебе выходить не стоит. Даже не так… не выходи туда одна, это, наверное, единственное строгое правило, касающееся твоего здесь пребывания. Там очень опасно, если ты не в теле аватара или не владеешь оружием, — на последних словах женщины явно имело место неодобрение. Огустин не любила насилие ни в какой форме.       Киала от её слов немного приуныла, но заведомо знала, что так все и будет. В конце концов она не строила себе иллюзий по поводу своего пребывания на Пандоре. Мама успела не только натаскать её по языку На’ви, их истории, планете, но и вбить в голову дочери, что сколько на Пандоре красоты, столько же и опасностей, если не больше.       Ситуации требовала экстренного спасение, потому Огустин прочистила горло и спросила: — Милая, ты же с раннего детства учила язык На’ви? По крайней мере, Адам точно это делал. Помню этого сорванца, лет в семь носился по лабораториям, да каждым предметам там вел счет — это Мишель для него такой способ закрепить материал придумала. — Да, он рассказывал, каждую колбочку пересчитал. Я тоже какое-то время так делала, — хихикая, закивала Киала, — Ади отлично владеет языком, что насчет меня, то стоит мне попытаться говорить бегло, сразу произношение хромает, да и мне его еще учить и учить. — Ты так строга к себе? — Когда вокруг все способные, так или иначе начинаешь требовать от себя большего. Я не хочу быть в хвосте…       Причин тому было великое множество, но главными из них можно было выделить, во-первых, то, что она всегда восхищалась своей мамой, её успехи в научной карьере вызывали неподдельную гордость, а Адам… он с ранних лет показывал удивительный результаты, с легкостью, которой можно только позавидовать, усваивал новый материал, причем работал как над своими знаниями, так и над телом. Если бы в нем было хоть чуть-чуть такого же рвения как у Киалы, то он бы стал гениальным ученым. Киале, напротив, получение новых знаний давалось только, если она приложит усилия. Вторая причина её заветного желания добиться чего-то стоящего — имеет темные, болезненные корни… Она боится однажды стать похожей на Рида… боится оказаться никем… стать обузой, разочароваться в жизни.       Но даже это не все. Она действительно хочет учиться, ей нравится тянуться за нитями неизведанного. А помогает ей не сломиться любовь к Пандоре. — Не гонись за чужими успехами, достигай своих. У тебя их будет много, — подбодрила Грейс, и сделано это было не просто из вежливости, а потому что женщина искренне верила в потенциал малютки. Кто ещё, если не она, был способен разглядеть неогранённый алмаз?       Киала от воодушевления скрепила руки в замочек за спиной и привстала на носки, засияв улыбкой: — Как после такого не запеть на На’ви? — Умеешь петь? — удивилась Огустин.       Ки испустила вздох, но не сказать, что он был разочарованным. — Нет от слова «совсем». Ни слуха, ни голоса, но слова одной навийской песни знаю. — И какой же? — Это одна из молитв Великой Матери. Она мне очень нравится. Особенно эти слова: Utral lenawa ayrina Eywa. A pxeya titxur fpi na ma kiya Eywa… — её речь не лилась песней, но мягко звучала стихотворением. Нежным шепотом, наполненным трепетом, от которого на глаза, вопреки хорошему настроению, могут набежать слезы, — Чудесная песня, в полной мере отражает веру народа в свою мать… — Киала говорила, но смотрела на экран одного из работников, там был изображен густой лес, в котором и должна звучать песня. — Верно, — тихо проговорила Грейс, незаметно поглядывая на ребенка, но ей было не дано узнать, о чем на самом деле мечтала сейчас девочка, с окровавленным сердцем в груди.       Мишель не была эстрадной певицей, но петь она умела и делала это часто для своих детей. — Я очень ее люблю…

***

      Адам шел вместе с остальными новоприбывшими к своим комнатам. Всего людей можно было насчитать едва ли двадцать, из них большая часть — мужчины, и семь женщин. — Двери открываются вашими пропусками, у нас тут строгое расписание, поэтому лучше не опаздывать, иначе схлопочите выговор, — инструктировала Сара, попутно объясняя планировку, — Если заблудились, то практически у каждого поворота висят карты.       Девушка остановилась у одной из дверей и пропустила вперед мужскую часть:       Райс изначально не ждал королевских покоев, с матрасами набитыми одуванчиками, или же шелковые простыни. Конечно, нет. И все же, стоит отметить, что то, какой в итоге предстала комната, его не разочаровало. Наверное, это произошло по той простой причине, что он именно так все себе и представлял: небольшое серое помещение, с шестью двухъярусными койками у стен. — Итак, это мужская спальная комната. Парни, располагайтесь. Драк и потасовок не устраивать, за это, неважно кто был зачинщиком, вам будет грозить соответствующее наказание. Девушки, прошу проследовать за мной. Ваша комната дальше по коридору. — Только-только порог пересекли, а уже выслушиваем предупреждения и угрозы, — фыркнул Лим, сокрушенно выдыхая, — Хреновое начало. — Это чтобы ты не капризничал, — ухмыльнулся на приятеля Адам, наконец роняя сумки на пол. Ему нужно будет ещё отдать Ки её вещи. — Цыц, штатский, соплякам слова не давали.       Картер по всей вероятности захотел прикольнуться, но от этого не получил никакого веселья, лишь быстрый удар ногой от Адама по самому мягкому месту. — Что, старичок, тело подводит? — поддел его наглец. — Ты сам не пожалел своей смазливой мордашки, — Лим вот уже был готов сделать первый выпад, а Адам в свою очередь приготовился обороняться, как их к местам пригвоздил женский голос, при желании способный потягаться с раскатом грома: — Вам было сказано, никаких потасовок! Счет даже за пять минут не перевалил, а вы уже оперились! — Да мы же шутя, — спрятал кулаки за спиной Лим. — Шутки в карцере будешь шутить, Картер. Разошлись. Быстро все располагайтесь, оставляйте сумки и ко мне на выход, — отчеканила девушка и снова скрылась, была бы возможность, то она бы с радостью захлопнула дверь с той стороны. — Хм, какая вспыльчивая мадам, — хмыкнул Лим. — Вот и помоги ей расслабиться, — подал голос кто-то из мужчин, поднимая этим всеобщий хохот. — Фу, какие вы все похабники, — протянул Картер, а сам едва улыбку сдерживал, — Так, Райс, моя верхняя, — пролепетал парень и в несколько прыжков оказался подле двухъярусной кровати. Его сумка с легкостью полетела на койку, а вслед за ней на нее забрался и сам оператор. — Засранец, — нахмурился Адам, но не сказать, что сильно расстроился — это всего лишь кровать.       Адам решил опробовать новое спальное место, а заодно и позволить себе пятиминутную передышку. Он завалился на предусмотрительно кем-то застеленный матрас, больше спахивающий на сложенную в несколько раз тряпку, и блаженно выдохнул, как будто не проспал вовсе почти семь лет.       «Семь лет» — срок полета опять пронесся в мыслях. Поменялась ли за это время хоть как-то Земля? Насколько она стала хуже? Его знакомые с организации, военные, которые занимались его подготовкой, однокурсники в университете — все они должно быть, изменились. Обзавелись семьями, работой. Друзей у него особо то и не было, чтобы по ним скучать, но интерес никто не отменял. Странное ощущение засело где-то в животе — как будто тошнило, но и не совсем.       Обведя свою новую комнату взглядом, Райс только сейчас задумался о том, что Ки будет не с ним. Оно и понятно почему, но из-за того что на Земле последние две недели она дремала подле него, Адам забеспокоился о том, будет ли сестре комфортно спать с чужими людьми.       Парень понимал, что нужно перестать переживать по любому поводу, осознавал, что его гиперопека лишь навредит, а потому решил отмахнуться от серьезных мыслей, пока те его с ума не свели.       Ничего лучше, кроме как самому начать докучать кому-то Райс не сообразил. А кто великолепно подходит в качестве потенциального несчастного? Конечно же сосед сверху. — Поднимай свои булки и двинули в операторскую, — сильные ноги стукнули по верхнему ярусу, за чем неизбежно последовало недовольное мычание парня.       Теперь кое-кто познает все прелести верхнего яруса и познакомится с неожиданно прерванными снами. — Да идем-идем, обязательно ноги распускать?! — заныл Лим, от удара почувствовав, как его начинает немного тошнить. Он поторопился спрыгнуть со своего спального места, пока Райс не выкинул ещё какой-нибудь трюк. — Для профилактики. — Вот так, да? Тогда тебе тоже будет полезно… — выпалил парень, затем сразу отвесил приятелю смачный удар ногой по одному занятному месту, как и сам Адам пять минут назад. Око за око.       Адам с секунду простоял в ступоре, а когда злость захлестнула его с головой, ринулся за Картером, несчастная тушка которого поспешно скрылась в коридоре.       Если этот торнадо не перехватят, то совсем скоро научный отдел превратится в место сброса атомной бомбы. — Твою налево, этот старый хрыч и не думает нас жалеть, особенно перед новобранцами, — в операторскую чуть ли не вразвалочку зашла девушка, облаченная в военную форму, сильно контрастирующую с белоснежными и накрахмаленными халатами ученых.       К этому времени Киала и Грейс закончили их маленький экскурс и ученой пришлось занять себя работой, а её подопечной тихонько наблюдать за всем со стороны. Кейт без стеснения плюхнулась на чье-то кресло, растекаясь в нем подобно часам на картине «Постоянство памяти». Райс быстро узнала в девушке свою утреннюю провожатую. — Что, опять беснуется? — полюбопытствовала Огустин. — Да есть такое, снова завел свою шарманку про военный долг и скорую кончину, ну это конечно, если салаги слушаться не будут. Нет уж, увольте, я это еще раз не вывезу. Куоритчу только и делать, что поднимать моральный дух. — Разумеется, ты имеешь в виду прямо противоположное? — в тоне Грейс слышались отголоски ее совсем не лестного мнения о полковнике, с кем она огрызается, без преувеличений, при каждом разговоре. Но ученая пыталась не афишировать свое недовольство, а работа в этом помогала, особенно нескончаемые нерешенные вопрос. Она даже не оторвалась от компьютера, чтобы взглянуть на пилота, — Вот тут еще исправь, отчеты отсылаем завтра, — уточнила женщина своей коллеге, выделив недочеты. — Разумеется, я это имею в виду! Кто в здравом уме в день прибытия новеньких будет на стороне нашего тирекса? — выдохнула Кейт. — То есть в остальное время ты на его стороне? — Грейс в кои-то кинула на военную недобрый взгляд, как бы предупреждая: ошибешься с ответом и станешь подопытной.       Но Норт не из пугливых, а еще не из подхалимов, так что она преспокойно ответила: — Ну, я вообще-то под его командованием, не приближенная, конечно, но он вправе отдавать мне приказы.       Кейт пилотировала скорпиона, а это судно редко когда покидало границ Адских Врат — не было повода. Поэтому, чтобы не дать работнице заскучать и растерять в безделье навыки, ее определили летать с учеными в их экспедиции. Она уже порядка двух лет сотрудничает с научным отделом, привыкла к ним, оттого и предпочитает их компанию своим армейским приятелям. — Чего же ты тогда тут забыла? — фыркнула глава ученых. — О, да брось ты дуться. Кстати, где Саша? Труди завербована проводить инструктаж, так что я помираю от скуки. — Отсыпается, — ответил Макс. — Опять?! То болезнь, то она спит, то еще какая-нибудь хрень… — Помираешь со скуки, говоришь… — вдруг задумалась глава проекта «Аватар», пока гостья вовсю пыхтела, — Пригляди пока за ребенком, раз заняться нечем, — сообразила Грейс, ибо пусть ей и хотелось провести с Киалой больше времени, но у её обязанностей были явно другие планы, — Нам с Максом нужно бежать в лабораторию, проверить как там дела с разгрузкой аватаров. С минуты на минуту вернутся остальные новенькие, поведете их в столовку. — Стой. За кем мне присмотреть? — оторопело начала она, но Грейс и слушать не стала, скрылась с Максом и всё на этом.       Благо, что как только вопрос сорвался с языка, в поле зрения Норт попала младшая Райс. — О, мелкая! — тут же встрепенулась девушка, а она и запамятовала о малютке. — Еще раз привет. — Вижу, вас с братом определили, я рада. С Грейс вы не пропадете. Хотя её характер не сахар, но за своих людей она стоит горой… правда, местные растения ей куда дороже… ну не будем об этом! — затараторила Кейт, попутно замотав головой, — Забыла спросить, Киала, сколько тебе лет то? — Десять… — Я в твои-то годы… — печально вздохнула военная, — А мне двадцать три. — Ты тоже довольно молода, — без заминки высказала Киала. Она удивилась подобной цифре, но сумела сохранить удивление при себе. Пилоты — одни из ценнейших сотрудников военного отдела, на эту должность абы кого не берут, да и не всякий торопиться его занять. Велики риски. — Хах, спасибо, я тут уже два года, — уголки губ поползли вверх.       Киала снова про себя отметила, что Кейт — обладательница очень приятной внешности. Но больше всего Райс привлекали ярко-голубые глаза. Именно про такие говорят, что в них можно утонуть. — А насколько у тебя контракт? — прекратив разглядывать собеседницу, спросила девочка. — На восемь лет. — Многовато, — кивнула Киала, хотя мысленно надеялась, что сама больше никогда не покинет Пандору, ведь возвращаться ни ей, ни Адаму было некуда. Их прибытие сюда было путем в один конец. — Работа оправдывает средства. — Деньги нужны? — малышка поздно сообразила, что вопрос оказался некультурным, но как говорится, слово не воробей — вылетит не поймаешь, — Прости, это было грубо… — Не за что просить прощения. А насчет вопроса… Кому деньги не нужны? — хмыкнула Кейт, — Так, что, тоже хочешь стать ученой? — Да… и управлять аватаром тоже очень хочу. — Работенка не пыльная. Сложная. Я сама и близко не подхожу к роли оператора, да и не хочу, но все знакомые пусть и любят свое дело, все равно проблем со здоровьем у них немало. А как иначе, если не вылезают из этих коробок… — девушка махнула на блок связи рукой с возникшим желанием его ударить, но воздержалась, ибо после выслушивать нотации от Грейс не хотелось.       Стоило цифрам на циферблате мониторов выстроиться в 15:00, как двери распахнулись и в операторскую, всей гурьбой во главе с Сарой вернулись новенькие. — Аллилуйя! Идем кишковаться! — встала Кейт, разминая поясницу и плечи, — Народ, берем курс на столовку! Кто не с нами, тот не с нами, — на радостях проворковала она, но вся подобралась, когда Сара начала отчитывать Лима и Адама. — Вам было велено! Черт, да вы хотите довести меня до белого каления! — громогласно вещала девушка, в то время как оба парней пристыженно (хотя это слишком громко сказано) стояли по стойке смирно. — Сара, ты че тут надрываешься? — придя в себя, подала голос Кейт. Она в несколько шагов оказалась подле подруги, так и испускающей недовольство. — А что мне еще, скажи на милость, делать, когда эти два обалдуя переступают все границы в первые же часы?! — Ой да ладно тебе, так уж и все… мальчики скорее всего просто на адреналине, сама понимаешь, не каждый день прилетаешь на новую планету. Гормоны, — она силилась не рассмеяться. Откашлявшись, продолжила: — Пойдем лучше есть, а? Быть может они это от голода проказничают. Правда? — Точно! — живо отозвались провинившиеся. — Всё, отчаливаем! Мелкая, не отставай.       Киала напоследок вопросительно глянула на брата, на что тот лишь пожал плечами с глупой улыбкой.       Ученые, переговариваясь меж собой, направлялись в сторону столовой, а новобранцы в их рядах послушно следовали в конце всей прецессии. С ними рядом держалась Кейт, она-то как раз и не давала им отстать и заскучать тоже. — К Центру управления можно пройти через тот коридор, а вон с той стороны проход в военный корпус, туда лучше лишний раз не соваться таким умникам как вы, — ухмыльнулась девушка. — Дискриминация по умственному признаку, — ляпнул Лим. Его позабавило своеобразное предупреждение, ибо кого-кого, а вот его точно нельзя было назвать чистокровным ученым — он солдат, у которого обнаружились все подходящие данные для оператора. Его всегда интересовала работа с искусственными телами, поэтому он и не отказался от этой затеи. К тому же, это очень выгодно. — Скорее искреннее желание уберечь от проблем.       Адам и Киала переглянулись, зарубив себе на носу — не соваться без надобности в ненужные места за ненужными проблемами. — А вот и наша святыня. — Святыня? — переспросила Киала.       Кейт коротко засмеялась, затем принялась объясняться: — Ещё давненько так начал называть столовку один из моих знакомых, вот и прижилось такое название. — Значит, и поклоняетесь столовой? — Я — нет, а вот Коннор вполне бы мог. Хотя, думаю, я тоже была бы не прочь, если бы куриную запеканку тут готовили почаще.       Их четверка чудесным образом отстала от остальной группы, а потому, когда им все-таки удалось добраться до своих, все места за столом были уже заняты. Единогласным решением были выбраны места за соседним столиком, на стул которого опустилась Киала. — Вот это толпа… прямо-таки с голодного края, — присвистнула Норт, уже мысленно убиваясь от того, сколько придется дожидаться своей очереди. А на её шее, между прочим, три голодных создания, в глаза не видевших еду больше шести с половиной лет, — Так! Ребенка нельзя морить голодом, будем пробиваться. — Здесь есть какао или горячий шоколад? — вдруг спросил Адам.       Девушка несколько опешила от подобного, но ответила: — Конечно, тут всякого добра хватает. Идем со мной, как раз поможешь, — она хлопнула его по плечу, глубоко вздохнула и отправилась к скоплению людей. — Идем, — кивнул Райс, после обратился к Лиму: — Присмотри за Киалой. — С превеликим удовольствием, — с готовностью отозвался Картер и подмигнул девочке.       Адама не сильно устраивал подобный расклад, но лучше уж так, чем оставлять Ки в одиночку среди толпы незнакомцев. Хотя парень сомневался, что Лим, с его чересчур явной дружелюбностью к его сестренке, лучше второго варианта. — Не заиграйся в няньку, — предупредил Райс.       Было видно, что Лима расстроили опасения приятеля, но он в этом не признался, а лишь невозмутимо дернул подбородком в сторону буфета: — Иди куда шел и захвати мне чего-нибудь вкусного. — Перловую кашу. — Тогда я сожру твой мозг. — У меня он хотя бы есть, — дерзнул юноша, отвешивая коллеге тонкий намек, насладиться которым ему не дали шанса. — Ну ты идешь, салага?! — окликнула Кейт.       На губах Картера нарисовалась победная усмешка, на которую Адам закатил глаза и побрел следом за заждавшейся его военной.       Лим вернул себе дружелюбный настрой и обернулся к оставленному на его попечительство ребенку, сидевшему напротив: — Ну-с, малютка, как себя чувствуешь? — он подпер руками подбородок, а его локти опустились на стол. — Хочу есть, — сразу ответила Киала, ибо голод был единственным чувством, на которое она сейчас способна была обращать внимание. Семь лет голодовки по максимуму изводят ее последние полчаса! — Это да, но если твой брат поторопится, то скоро мы наконец потрапезничаем.       Пока желудок младшей Райс сокрушался от голода, сама девочка разглядывала помещение, наблюдая за тем, как ученые, военные, наемники и все прочие работники, едят и болтают о своем. Сразу можно было отделить среди собравшихся новоприбывших — многие из них были немногословны и так же, как и Киала, с любопытством осматривались, привыкая к новому месту. Они все были такими разными, но и так похожи…       Не уследив, а оттого не успев отпрянуть, Райс почувствовала, как её ущипнули за щеку. — Эй! — дернулась она.       Бросив критический взгляд на наглеца, Киала понадеялась на его воспитанность, но ей пришлось встретиться с прямо противоположным, подкрепленным безмятежной улыбочкой. — Не будь таким серьезным, ребенок, — кажется, Лим не посчитал нужным обратить внимание на недовольство девчушки. — Быть такой же легкомысленной как ты? — закатила Райс глазки, после вновь взглянув на парня. Сейчас ей выпала возможность посмотреть ему в глаза, цвет которых оказался схож с ранней весенней травой, а прямо у зрачка, если только ей это не привиделось, она разглядела резкий переход в ореховый, подстать русым волосам оператора. Его облик был светлым и позитивным, как нельзя лучше показывая, что и в душе он не плохой, пусть и раздражающий.       Тот оторопело воскликнул: — Огрызаешься?! Это у вас семейное что ли? — Мне часто говорят, что я похожа на Адама, — Киала расплылась в улыбке, гордясь тем, что таки сумела вывести Картера на что-то, что отличается от его наглой усмешки. Его обескураженный вид — то еще зрелище. — Охотно верю, — брякнул Лим, — Две ходячие вредины.       На этом моменте вспылила уже девочка: — Сам ты вредина! — Не хами старшим! — Не обижай младших! — малышка высунула язык, после чего демонстративно отвернулась от собеседника, ясно давая понять, что более вести переговоры она не намерена. — Какой скверный характер, но ты все равно забавная и милая, — щечки Ки окрасились румянцем, реагируя на хохот Лима, а еще на тихие смешки всех остальных людей, кто смог услышать эту небольшую перепалку.       Райс захотелось забраться под стол и спрятаться там от всех устремленных на нее взглядов. Их любопытство и насмешку она долго не выдержит. — Кила… ну не дуйся, — когда он успел пересесть на ее сторону, Ки так и не поняла, но ему это все-таки как-то удалось. — Киала… — шепотом брякнула девчушка. — Чего-чего? — Лим наклонился к свернувшейся пополам малышке, в надежде хоть что-то разобрать в её бормотании. — Мое имя — Киала, а не Кила!.. — повысила она голос, вся насупившись, шмыгнула носиком, показывая так свое негодование. — Пардон, ступил… только не хмурься… давай, покажи дяде Лиму улыбку, — парень и сам заулыбался чуть ли не во все тридцать два зуба, но этой улыбке было предначертано пойти по швам.       На стол опустились подносы с едой, а к Лиму, точно тень, приблизилась фигура. — Похоже, дядя Лим действительно туповат, раз не понял моих слов, — Адам больно потянул Картера за ухо, отваживая его от сестрицы, — А еще где-то втихаря нажрался бессмертия, ибо посмел обидеть Киалу… не лезь к ней. — Адам! — вмиг встрепенулась Киала, не забыв вернуть на лицо улыбку. — Ай-ай, так спокойно, никого я не обижал! — стал защищаться парень, — И вообще, мой тебе совет, ограничь свое общение с сестрой, она переняла твои самые скверные привычки. — Поверь мне, самое скверное на что я способен ты еще не удостоился чести узреть, — юноша наконец решил сжалиться над другом и оставил его в покое, оставив бонусом покрасневшее ухо, — Живо отодвинься от нее, — пихнул приятеля старший Райс и сам занял место между Картером и сестрой. — Мой брат лучший! — ехидно усмехнувшись, выпалила Ки. — Твой брат худший! — парировал Лим, но когда перед ним предстала его порция еды, живо переобулся, — Ладно, быть может, не настолько уж он и ужасен. — С вами точно не соскучишься, — довольно произнесла Кейт, приземлившись по правую руку от Киалы, — Лопайте давайте, новички…       Адам не прогадал с выбором еды как для себя, так и для сестрицы. Гречка с мясом была подана вместе с легким салатом, заправленным чуть кисловатым соусом с лимоном. А на десерт ванильный пудинг и обожаемое обоими Райсами какао. У малышки так и потекли слюнки.       Подмигнув Киале, старший Райс приступил к трапезе, с небывалой ранее любовью припадая к гречке. От голода и губу закатать не грех. — А вот и вы, нашли наконец, — чуть издалека донесся до четверки голос Грейс, — Приятного всем аппетита. — Спасибо! — отозвались трое новеньких. — Падайте, Грейс, — пригласила к столу ученую Норт. — И упаду, — улыбнулась Огустин, после чего вместе с коллегами села по другую сторону обеденного стола, — Ешьте медленнее, ребятки. Пожалейте свои желудки.       Из-за набитых ртов им осталось лишь промычать что-то неразборчивое.       Если до того вокруг ребят чувствовалась пустота, быть может даже неловкость, а сами они казались тихонями, не желающими чужого общества, то с приходом ученых их группа преобразилась до неузнаваемости. С их стороны теперь также звучал смех, не прекращались переговоры, безостановочно стучали столовые приборы. Райсам была по душе подобная атмосфера, научно-исследовательская работа и интерес к Пандоре объединили стольких людей за одним столом. И пусть речи все равно могли касаться работы — никому это не надоедало. — Некоторых аватаров уже выгрузили, с ними все в порядке. — Напомните потом там, чтобы не забыли простерилизовать камеры, — сказала Грейс и откусила кусок хлеба, посыпанного сверху кунжутом. — Аля, Фрэнк и Софи уже отправились на погрузку, жаль, что они нас покидают, — вздохнул Макс. И пока он вертел головой, переговариваясь с коллегами, Киала заметила как забавно в этот момент трепыхались его кудри.       Огустин слегка нахмурилась, также немного опечаленная отбытием коллег: — Это да, с ними было приятно работать, но контракт истек и они не пожелали его продлевать, хотя я настаивала на обратном. — А многие улетели обратно? Не только из ученых? — подал голос Адам, притянув к себе все взгляды. — Около тридцати человек, — дала ответ Грейс. — Насколько у вас контракт? — неожиданно спросила одна женщина. — Бессрочный, — призадумавшись на пару секунд, произнес старший Райс. На него глянула Киала, продолжая подобно хомячку грызть морковку из салата. — Не хотите возвращаться на Землю? — с удивлением, но еще и таким взглядом, словно смотрела на маленьких, несмышленых детишек, толком не ведающих чего хотят, спросила Сара. — Не хотим, — вместе ответили Райсы, еще и в унисон покачав головами.       Выпив до дна чай, Кейт шумно опустила кружку на стол, после чего со знанием дела выдала: — Грейс, ты точно не прогадала, когда брала их к себе. — О вашей маме говорили чуть ли не на каждом углу, — решил поддержать разговор молодой мужчина, с подстриженными почти под ноль волосами на боках, но стильной укладкой на макушке. Это был Питер, один из технарей, он следил за работой блоков связи. Киалу успели с ним познакомить, пока она была в операторской, — Вместе с Грейс они были гениями в организации. Если вы похожи на нее, то у вас большое будущее. — Это точно, — переняла инициативу севшая рядом с Лимом девушка милой азиатской внешности, Эми, — Мишель Райс работала над созданием моего аватара, никогда прежде я не встречала такой приятной женщины. Под ее опекой я забыла о переживаниях.       Было ясно, как день, что сотрудники научного отдела пытались добрыми словами утешить горе детей. Они говорили искренне, когда отзывались о Мишель, но не осознавали, что даже упоминая её имя, безжалостно вскрывали раны, что даже вполовину не затянулись. Нельзя было судить людей за желание помочь, но от обиды можно было не скрываться, если та останется глубоко в душе. И если оставлять потревоженное горе при себе у Адама получалось, то вот у Ки этого делать не выходило. Стоило разговору снова затронуть её маму, как еда сразу опротивела, а желудок начал отказываться от уже съеденного, выталкивая обратно.       Киала не говорила, что ей плохо и больно, а понять её без слов был способен только брат. Он пододвинул к ней чашку чуть остывшего какао, даже не обернувшись — это могло привлечь к ней лишнее внимание, от которого, парень знал, ей станет еще хуже. Адаму нужно было увести диалог в иное, безболезненное русло. — А когда начнутся проверки для новеньких? — невзначай спросил парень, вперив взгляд в Грейс. Если она начнет говорить, то все мигом затихнут, вслушиваясь в её ответ.       Наверное, она смогла уловить безмолвную просьбу Райса подсобить. Огустин незамедлительно начала: — Если успеют выгрузить аватаров и проверить их до завтра, то могли бы начать сразу, но нам еще нужно провести для всех новеньких операторов повторные проверки. Завтра вас всех отведем в мед часть. Переживать ни о чем не стоит, все пройдет безболезненно, а если будете следовать указаниям, то еще и быстро. На проверку может уйти и два дня. — Не сбиваемся ли тогда с графиков? — поинтересовался Лим. — Ничуть, все по плану. Мы тут не роботы и не часы. — Фух, а я уж подумал, что тут как в армии — никаких поблажек. — А ты так не радуйся! — пригрозила Сара Картеру, — Будешь и дальше ослушиваться правил, отдадим тебя в военную часть. — Я молчал.       Адам смеялся со всеми, или вернее сказать, делал вид, что смеется, но на самом деле, только и делал, что кидал на сестру обеспокоенные взгляды. Киала держала двумя руками чашку с какао, но так и не отведала любимого напитка. Она затихла, вновь становясь похожей на собственную тень.       Когда обед подошел к концу и все возвращались по своим корпусам к своим обязанностям, старший Райс, заранее позаботившийся о том, чтобы Киала не осталась одна — он попросил Кейт о ней позаботиться — сам парень успел перехватить Грейс в коридоре, ибо кое-что не давало ему покоя. — Можно Вас на пару слов? — остановил он ученую.       Отказывать юноше Огустин не видела никаких причин, поэтому вернулась вместе с ним обратно в столовую, где, заняв столик подальше от любопытных ушей, приготовилась его выслушивать. — Будет звучать странно… — осторожно начал Адам, — Но не могли бы Вы не упоминать нашу маму. Для Ки её смерть еще слишком сильная рана. Она очень тяжело это перенесла… Даже мимолетное упоминание о ней дается ей тяжело.       Признание в этом чужим людям застревало костью в горле юноши. Открываться кому-то было боязно, ибо Адам, хоть и выглядел приветливым, внутри ко всем старался относиться с настороженностью, и будет это длиться до тех пор, пока он полностью не убедится в безобидных намерениях своего окружения. Он по настоящему восхищался Грейс, уважал ее и не забывал об их дружбе с его матерью, но люди изменчивые создания — одни убеждения сегодня — совершенно другие завтра. Он не может позволить проблемам ворваться в его и Киалы жизнь. — Ох, я… конечно, Адам. Ты можешь довериться мне; ни я, ни кто-либо из моих приближенных, кто был знаком с Мишель, не станут докучать вам из-за моей старой подруги. Я сожалею, что так все вышло… даже представить не могу, что вы с сестрой пережили, но, можешь положиться на меня, здесь вас никто не обидит. Вы больше не одни.       Сказанное смогло в некоторой степени успокоить тревоги молодого оператора. Но никто и ничто не сможет избавить его от них в полной мере. Каждый его шаг взвешивается на весах, где правильные решения предстают пером, а ошибки — неподъемным грузом. Как бы ему ни хотелось свято поверить Грейс, довериться ей, сделать это не позволял страх. Однажды познав предательство, став свидетелем гниения человеческой души, Адам более не мог на кого-то рассчитывать, не только ради себя, но и сестры.       Кто-то убежден, что в столь юном возрасте человека еще нельзя назвать зрелым. Про таких часто твердят, что они еще и жизни то не видели… но Адам видел… и жизнь, и смерть видел. Он всю жизнь провел среди людей, успел за свои восемнадцать лет познакомиться со многими выдающимися учеными, военнослужащими, сталкивался с подонками, встречал слабаков и просто добродушных… Однако он не знал, что можно ожидать от всех перечисленных в следующий момент. Райс видел, как легко люди снимают свои маски, не раз был свидетелем, как добродушие выбрасывается на свалку и облачается внутренняя гниль…       Назвать себя другим у него язык не повернется. Но он знает свои пороки, а потому держит их взаперти.       Хорошо это или плохо… когда-нибудь покажут весы. — Спасибо Вам, Грейс, — прозвучал сухо его голос.

***

      Вечером, когда рабочее время подошло к концу, а большая часть сотрудников отправилась по своим делам, в лаборатории остались лишь несколько человек. Среди них был и Адам.       Получив первое задание от своей наставницы, юноша сидел за компьютерным столом и настраивал камеру, регулируя штатив. Его задача заключалась в том, что ему требовалось записать первое отчетное видео, как полагается делать всем операторам. В личный дневник требовалось записывать всё произошедшее за день, рассказывать о своем состоянии и делиться мыслями. Правда, Райс задавался вопросом, почему он делает это, даже еще не подключившись к своему аватару, на что ему сказали, что чем быстрее он возьмет это в привычку, тем будет лучше.       Спорить с вышестоящими было утомительно и бессмысленно, поэтому он без пререканий взялся за дело. Отдельная папка была создана, защищена паролем, теперь ему осталось самое главное.       Стоило красному огоньку на камере преобразиться в зеленый, началась съемка.       От легкого волнения парень зарылся ладонью в волосы, немного их оттягивая, дабы стряхнуть все лишние мысли и сосредоточиться. — Я — Адам Райс, и это мой первый день на этой планете. Нас с сестрой, наконец, доставили на Пандору. Мы только из криокапсул. Изначально меня хотели определить в военный отряд полковника Куоритча, что, признаться честно, мне не сильно понравилось, но впоследствии мы были отправлены под командование ученой Грейс Огустин. Я оператор так еще и солдат, ей как раз нужен был такой. А сестра здесь как будущий оператор. Поэтому ее обучение было также поручено Грейс. Чему, к слову, ученая была только рада: мое юное дарование оказалось способным, — смеялся юноша, не удержавшись и оглянувшись на сестрицу, что с интересом беседовала с Максом в дальней части лаборатории, — Признаться честно, до сих пор поверить не могу, что мы тут. Что уже завтра проведут все необходимые проверки и мне позволят погрузиться в аватара. Я познакомился со многими людьми, и, кажется, что мы неплохо поладим с Лимом, пусть он и тот еще придурок. Как я и ожидал, мы с Ки тут самые юные, не знаю как это воспринимать, ведь к младшим зачастую иное отношение, и оно не всегда приятное.       С минуту он просидел молча. — Раз сюда нужно фиксировать свое состояние… — юноша потер шею, сомневаясь в своих желаниях, — Я переживаю за Ки… вдруг что-нибудь произойдет, а меня не будет рядом? Вдруг я все же допустил ошибку, решив взять ее с собой? Мы тут одни, мне бы и самому разобраться со всем происходящим… все произошло слишком быстро. А она еще не оправилась… Там, на корабле, а ещё в столовой… я не знаю, что мне сделать, чтобы помочь ей.       Адам почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд и стал искать его владельца. В помещении стало ещё меньше людей, да и свет кое-где уже выключили. Парень мигом наткнулся на сестрицу, что терпеливо ждала его, держась в стороне. Похоже, Макс тоже уже ушел, а Киала осталась преданно ждать брата. — Иди сюда, всезнайка, — позвал старший Райс, рукой потянувшись к камере, — Конец первой записи.       Девочка подошла к брату и присела на соседнее кресло. — Я помешала тебе? — Совсем нет, я как раз хотел после записи поговорить с тобой. И кстати, тебе ведь тоже нужно вести дневник, — он не знал наверняка, показалось ему или то было действительно так, но было похоже, что Ки была понурая, словно она услышала то, о чем говорил Адам.       Этого парень испугался, ибо наговорил он достаточно… Однако прямо спросить сестрицу не отважился. — Ой, да брось ты. Дневники ведут ученые и операторы для того, чтобы фиксировать данные и свое состояние. А я пока никто, мне не за чем этим заниматься, — кто-то мог бы подумать, что ребенок окажется наоборот счастлив освободиться от дополнительной работы и вместо этого посвятить время всяким развлечениям, но на Пандоре развлечений крайне мало, а Киала вовсе не была таким ребенком. Адам услышал разочарование в ее голосе. — Ну, вот, опять нос повесила, а ведь мы на Пандоре, Ки! Это же была мечта, — попытался воодушевить её парень. — Ты прав, и я не повесила нос, я радуюсь. Скоро ты подключишься, будешь осваивать свой аватар…       «И уделять мне все меньше и меньше времени»       Адам был готов поклясться, что услышал, как Киала произнесла эти слова. Тяжесть непроизнесенного засела в груди. Если бы она все-таки сказала нечто подобное, то оказалась бы права, на горе своего брата. Ему предстояли долгие часы в аватаре, теперь это станет его работой, в ней не будет место отвлекающим факторам. Это тяжело, но каждый из них должен будет приложить много усилий, раз им хочется остаться на Пандоре. — Ураган, я тут, я с тобой и это не изменится. Ты можешь мне верить, — он придвинулся к ней так близко, что их коленки стукнулись. — Я знаю… — заверила Киала, — Ади… мы со всем справимся. Ты самый лучший брат, так что не нужно переживать. Я буду хорошо себя вести и не подведу тебя, честно. Обещаю, что не буду обузой, тогда ты сможешь обо мне не волноваться. — Ты не обуза… — Пока я обуза, но это изменится. — Киала… — протянул юноша, приподняв детское личико за подбородок. — Пошли спать, — не дав брату больше ничего произнести, младшая Райс отодвинулась и встала с кресла, — Ты мне еще вещи отдать должен. — Ты не боишься спать с незнакомыми? — не удержался и спросил Адам. — Не-а, меня определили в ту же комнату, где спит Грейс, а еще Кейт, там пустовало пару коек, кто-то же улетел сегодня, вот и места появились, — слабо улыбнулась малышка, — Возможно, мне немножечко не по себе, но именно так мы и будем жить — нужно привыкать.