Поймать эльфа

— Рома, хватит метаться! Впереди постановка, там его и зацепишь, — Саша флегматично смотрел на то, как друг наматывает круги по комнате. — Саш, этот паразит от меня уже не одну жизнь ускользает! — Роман остановился напротив друга. Щелчком пальцев сбросил иллюзию, возвращая себе привычный вид. Привычная взгляду короткая стрижка с выбритыми висками превратилась в каскад черных как смоль локонов, спадающих на спину, уши заострились. Карие глаза изменили цвет, став насыщенно-медового оттенка, с вытянутыми кошачьими зрачками. — Давно я не видел тебя в твоем родном облике, — Саша невольно залюбовался другом. — Егоров должен быть непробиваемым, чтобы устоять перед тобой таким. — В нем слишком сильна память крови и слишком много упрямства. Не желает он признавать, что разные миры, прожитые в них жизни нас изменили. И упорно от меня бегает. Даже в этом времени, когда выпал шанс поменять судьбу нам обоим. — А ты не думал, что он попросту боится? Темный майа, скормивший его волку, правая рука страшного зла, из мира в мир преследующий его в каждом воплощении с невероятным упорством, вот так это выглядит с его стороны. Это, знаешь ли, пугает. На месте Жени я бы тоже держался на расстоянии и при первой возможности попытался бы удрать. — Тебя мой волк тоже чуть не сожрал, если помнишь. Но ты ведь от меня не бегаешь. — А когда я от тебя вообще бегал? — ухмыльнулся Рычков. — Да и выяснили мы с тобой все разногласия давным-давно. — Да, нашу с тобой драку тот городок помнил долго, наверное, — хохотнул Роман, вспомнив, как столкнулся в одном из воплощений с этим невыносимым аданом. Кто же знал, что из человека уродится ЭТО? Маг земли быстро и весьма доходчиво объяснил бывшему майа, где он видел его наезды и в каких далях, заодно припомнив и прошлую жизнь, и гибель друга. Они тогда почти всю таверну разнесли, сперва силой выясняя отношения, а когда резервы магические иссякли, перешли на язык, недостойный благородных магов: попросту набили друг другу морду. Потом, правда, пришлось быстро удирать, чтобы не попасть в руки городской страже. Но зато смогли нормально поговорить. Тот день положил начало их приятельским отношениям, постепенно переросшим в дружбу, а потом и в одну дорогу. И вот, спустя пару миров и несколько воплощений они встретились вновь: тёмный эльф и маг земли. — Рома? — Рычков щелкнул пальцами перед носом Романа. — Ромыч, ты чего завис? — Да вот, вспомнил, как мы с тобой встретились во второй раз. — А-а-а-а, да, знатно мы тогда с тобой повеселились, — ухмыльнулся Александр. — С Женей ты всё же что надумал? — Ничего. Нет у меня идей, — Пармонов развел руками. Силу применять он не хотел. Давно понял: это не тот метод, которым можно получить желаемый результат. — Зато у меня, кажется, есть. Используй сцену поединка, чтобы опутать его силой, победить. Плести чары ты умеешь. Останется расставить ловушку и захлопнуть ее, как только добыча попадется. Женька сильный, но против нас двоих даже ему не устоять. — Силовой метод… — Роман поморщился. — Зачем? — удивился Александр. — Ваши персонажи и так выясняют, чьи уши круче. Воспользуйся этим, вплети силу настоящую, укрыв ее словами песен. Он не сможет не ответить на вызов. И проиграет. Как по сюжету, так и тебе лично. А я, за кулисами, помогу его удержать. Ты, друг мой, как победитель, будешь иметь все права на него. — Хм… Знаешь, мне нравится ход твоих мыслей. Женьку не жалко? — Так я же не Морготу его отдаю, — пожал плечами Александр. Прогон за день до спектакля дался Егорову сложно. С самого утра было ощущение, что его ждет большая, практически вселенская подстава. Знать бы только еще — где именно? Эльф со вздохом взглянул на себя в зеркало. В нем отражался невысокий хрупкий юноша с настороженными сине-серыми глазами и толстой косой почти до пояса. Острые уши нервно подрагивали, выдавая их обладателя с головой. Щелчок пальцев, и облик потёк, изменяясь, становясь более человеческим. Женя придирчиво осмотрел себя, кивнул своему отражению и поехал в театр. Отступившее предчувствие нехорошего вновь накатило, стоило ему выйти на сцену с Ростиком. — Женёк, ты чего? На тебе лица нет, — Колпаков и сам немного волновался, но это было привычное состояние. Однако сейчас он чувствовал, как нервозность партнера по сцене передается и ему самому. — Случилось что? — Да нет, просто как-то неспокойно. Вроде бы ничего такого не произошло, всё как всегда. А на душе муторно как-то. — У-у-у-у, Жень, тебе в отпуск надо. В хороший такой, основательный отпуск. Хотя бы на недельку-две. Ты себя загонял репетициями, театром и своей Эпидемией. Вот поэтому тебе всякие гадости и мерещатся, — покачав головой, заявил Ростислав. — Думаешь? — Женя недоверчиво взглянул на него. — Уверен! — кивнул Ростислав. — Серьезно, возьми передышку хоть на несколько дней. Ничего не делай. Просто спи, ешь, гуляй по городу. А еще лучше — смотайся куда-нибудь на природу хоть на неделю. Увидишь, легче станет. И сил прибавится. — Может, ты и прав, мне действительно надо взять паузу, — вынужден был согласиться с ним Егоров. В тот же день, пересмотрев свое расписание, Женя смог организовать себе целую неделю отпуска и даже нашел, куда поедет отдохнуть, чем и поделился с Ростиком перед спектаклем. Александр, который стоял рядом и, тихо ругаясь, возился с бирюзовой туникой своего персонажа, слышал каждое слово Егорова. Оставалось только незаметно донести нужную информацию до Романа. Что Саша и сделал. — Вот и прекрасно, друг мой Даэрон, — ухмыльнулся Пармонов. На разукрашенном гримом лице улыбка смотрелась весьма жутко. — Надумал Дориат захватить, господин тёмный майа? — усмехнулся Максим, поправляя золотую корону. — Скорее пытаюсь сманить твоего менестреля, — в тон ему ответил Роман. — Хоть песни послушаю. — Хм, ладно, уговорил. Одолжу тебе Даэрона. Только с возвратом, — с царским видом произнес Раковский. — Хороший менестрель и в Менегроте нужен. — Не понял, а меня спросить?! — возмутился Саша уже в образе Даэрона. Под двумя весьма красноречивыми взглядами он потупился, вздохнул тяжко. — Вот так взяли и подарили меня. Совсем не ценят бедного эльфа. Любимая бросила, Тингол из дворца выпер, Саурону отдали! — нарочито обиженно, с подвыванием пожаловался «несчастный» эльф. Еще и носом зашмыгал растроенно. — Маленький, не расстраивайся, — Екатерина погладила его по волосам, обняла. Александр, прижавшись щекой к ее груди, состроил возмущенному Раковскому гримаску, еще и язык показал. — Мелиан, я ревновать буду! — возмутился Максим, уперев руки в бока и демонстративно ища взглядом меч. Все, кто видел это представление, покатились со смеху. Смеялся и Женя, весело, искренне. Он несколько расслабился, позволил себе отвлечься. Все шло просто прекрасно до сцены, где они с Береном идут в Ангбанд. Оказавшись лицом к лицу с Романом, игравшим Саурона, Женя вздрогнул, на мгновение встретившись с медовыми кошачьими глазами коллеги. Инстинкт взвыл сиреной о грозящей опасности, но поздно. Сила Романа текла, легко опутывая Женю невидимой сетью. Эльф вскинулся, полились слова песни вместе с магией, легкой, звонкой как хрустальное журчание ручья. Сеть затрещала, плетения кое-где подались. Роман дрогнул, пришлось ослабить давление силы, он навредить своему сокровищу не желал. Сеть тёмного эльфа почти истаяла, Женя почувствовал, как стало свободнее двигаться, дышать, и вдруг новое, чужое плетение чар накрыло его. Несколько иное, не тёмное, но с отчетливым вкусом хвои, леса. Женя бросил быстрый взгляд за кулисы, именно оттуда текла эта магия. Черт! Там, укрывшись за аппаратурой, стоял Рычков. Он творил эти чары, вплетая их в сеть Пармонова, делая ее прочнее. Женя почти все силы потратил на эту борьбу, остались лишь крохи для собственной защиты, когда поединок повел Роман. Теперь сеть прочно опутала Женю. Сколько ни бейся, не вырваться из нее, слишком крепко держит чужая магия. Егоров отчетливо понял, что всё, отбегался. Больше не сможет вырваться из рук того, кто столько жизней и миров потратил, чтобы найти его, прибрать к рукам. Затравленно взглянул Роме в глаза, чувствуя, как чужие пальцы мягко, почти ласково вплетаются в его волосы, сжимают, но не делают больно. Свет погас, и Роман помог ему встать. Когда Егоров отыграл свои партии, за кулисами он оказался в руках Рычкова. Воспользовавшись тем, что они оба стоят в дальнем углу, укрытые сумраком, Саша мягко приобнял эльфа за плечи, постаравшись хоть такой каплей простого человеческого тепла немного успокоить его. — За что? — выдохнул Женя. Да, они не были друзьями, поддерживая обычные рабоче-приятельские отношения. Но вот такого удара в спину от Александра эльф не ожидал. — Чтобы ты бегать перестал. И от себя, и от него. То время ушло. Сейчас другое время и ты другой. Пора прекратить жить прошлым, оно давно уже стало призрачной легендой, перекрученной людской памятью. Он изменился. Как и ты. Теперь некому стоять между вами, вы оба свободны. — Ты не понимаешь… — Егоров замолчал под тяжелым Сашиным взглядом. — Еще как понимаю. И помню, как ты шел со мной в мертвые земли за треклятым камнем, — прошептал Саша ему на ухо. — И как тебя хоронил тогда, я тоже помню. Потому и говорю: отпусти. Жень, пора остановиться. Хватит бегать. Просто живи. — Ты… Не может быть… Маг земли и… — Женя растерялся. Нет, то, что в Александре было что-то странное, едва уловимо знакомое, Женя ощущал уже не раз со дня их встречи. Но встретить отчаянного адана в этом мире, в этом воплощении, да еще и магом, было действительно неожиданно. Поклоны, общение с фанатами в фойе театра, автографы, фото, всё прошло как в тумане. А потом, кажется, он и вовсе уснул, а может, просто выпал из реальности, потому что, очнувшись, растерянным взглядом обвел незнакомую спальню. Как он в ней оказался, Женя не помнил. Вот только за окном серое небо уже наливалось первыми красками. — Доброе утро, — мягкое урчание, от которого Женя похолодел и, резко сев на постели, обернулся. В кресле, в дальнем углу спальни, в своем настоящем облике сидел тот, от кого Женя столько времени пытался сбежать, но так и не сумел этого сделать. — Ты. Хороший ход с магом, — Женя подобрался, не заметив, что иллюзия давно рассыпалась, явив его настоящего. — Мой проигрыш, тобою же и подстроенный, дает тебе преимущества теперь. — Преимущества? Скорее права на тебя, моя прелесть, — ухмыльнулся тёмный, любуясь своим эльфом. История повторяется, но теперь у нее будет иной конец. — Почему ты никак не оставишь меня в покое?! — Женя отвернулся. Чужая ладонь коснулась щеки, одаривая невесомой лаской. — А ты этого действительно хочешь? — тихий шепот совсем рядом. У Жени перехватило дыхание. — Да… — прозвучало неуверенно. Роман мягко взял его за подбородок, вынуждая поднять голову, заглянул в испуганные глаза. — Жень, его больше нет. Всё ушло. Никто и ничто больше не висит над нами, отравляя жизнь, лишая даже призрачной возможности на счастье. Тебе больше не надо бежать. — От тебя разве вырвешься? — горько улыбнулся Женя. — Ты всегда всех и вся держал крепко, чтобы не смели сделать лишний вдох, не то что о побеге помыслить. — Ты мое самое большое сокровище и самая горькая утрата. Единственное, что я отчаянно желал удержать и потерял тогда. Остальное мне было неважно. Я нашел тебя здесь, в другом мире, в другой жизни, — Роман мягко коснулся его губ своими. — Я… Больше не уйду, — прошептал Женя. Почти физически он чувствовал, как нити их пути идут рядом, переплетаются в один узор. Он устал бороться с этим. Устал идти другими, не своими дорогами, бежать куда-то снова и снова. Эльф сдался на милость того, кто так долго и упорно шел за ним и настиг наконец. Вздохнув, повозился и затих, удобно устроившись в чужих объятиях. Впрочем, почему чужих? Теперь уже родных.