Stay away

      Система защиты Британского финансового дома подверглась мощной хакерской атаке       Масштабная кибератака на Британский финансовый дом была зафиксирована в ночь на 12 июля. Межсетевая инфраструктура и система защиты банка были повреждены в результате заражения вирусами неизвестной хакерской группировки.       Как сообщили представители банка, в результате атаки с клиентских счетов было похищено более пятисот тысяч фунтов стерлингов. Кроме того, по оценкам оперативной группы по инцидентам информационной безопасности, внедренное вредоносное программное обеспечение может парализовать работу банка на десять и более дней, что повышает риск повторной атаки и хищения средств.       Специалисты в области форензики, занимающиеся анализом внедренного вредоносного кода, утверждают, что атака на Британский финансовый дом является продолжением цикла атак хакера, именуемого пользователями всемирной сети как Supernova.       Утро начинается не с кофе и добрым не бывает. Только не у агентов под крылом Интерпола. Новость в последнем письме от босса не предвещает совершенно ничего хорошего. Снова обосрались. Снова позволили Супернове выставить себя ничтожествами. И, конечно, снова заслужили выговор. Немудрено. Сколько они уже бегают за этим компьютерным гением? По самым позитивным оценкам, полгода. Даже больше. Поганец испортил всем новогодние выходные, атаковав сразу несколько серверов силовых структур разных государств Евросоюза и впервые засветившись на территории Финляндии. Сколько данных было тогда слито… Просто мрак. Даже удивительно, что этот хакер до сих пор живой, а вместе с тем — шибко активный. — Хокка, ты уже видел рассылку? Это невыносимо!       Раздавшийся за спиной возмущенный голос заставляет вздрогнуть от неожиданности и обернуться. Взъерошенный и до невозможности недовольный источник шума нависает прямо над оторопевшим от столь раннего визита агентом. Йоонас Порко — настоящий ураган в человечьем обличии. Почти ангельская внешность, отличающаяся белоснежными кудрями, светло-голубыми добрыми глазами и вечной ребяческой улыбкой на пухлых губах, вводит в заблуждение многих, не позволяя разглядеть за ней находчивость и целеустремленность. Планы, которые разрабатывает напарник Хокка, всегда оборачиваются успехом, несмотря на безумие и сложность их реализации. У них идеальный тандем на протяжении уже почти десяти лет, начиная с первого дня в высшей полицейской школе Тампере и заканчивая этим мрачным утром в стенах здания их спецслужбы. — Йоон, ты не мог бы… — вытянув руки перед собой, намекает Хокка, откидываясь на спинку массивного кресла, — немного пространства сейчас мне бы не помешало. — Он заебал! — невозмутимо отступив на шаг назад, продолжает причитать напарник. — Сколько нам еще бегать за ним? Ни одной зацепки. Если и на этот раз не найдут ни намека, я клянусь, Йоэль, я вознесусь на тот свет! — И его с собой прихвати, — устало усмехается Йоэль, потирая переносицу. — Ладно тебе, парни уже работают. Рано или поздно гаденыш ошибется, и мы схватим за яйца и его самого, и всех соучастников. Кстати, про ни: пройдись до Моиланена и запроси информацию по последней атаке. Встретимся в переговорке через десять минут.       Порко смиренно кивает и почти сразу скрывается за дверями кабинета Хокка. Славный парень. Йоэлю всегда было комфортно с ним работать. В отличие от многих других коллег по службе, Йоон не имел чрезмерных амбиций и не желал идти по головам. Он был отличным командным игроком и никогда не пререкался с товарищами в попытках урвать власть. Именно поэтому их рабочие отношения еще в первые годы общения неуловимо быстро переросли в дружеские.       По правде, раньше все было значительно проще. Однообразные и заурядные дела раскрывались в считанные дни, если не часы, и зачастую заставляли парней скучать от нехватки эмоций и адреналина, за которыми они когда-то и отправились на работу в спецслужбу. Так было ровно до того момента, когда Интерпол огласил местоположение разыскиваемого по всему миру хакера: тот засветился в общественной сети Финляндии, в их родном, Йоонаса и Йоэля, городе Оулу, но замел за собой следы раньше, чем его успели поймать. Именно тогда международная уголовная полиция присела на шеи местных спецслужб в надежде свалить на них всю грязную работенку по поимке неуловимой Суперновы.       Иногда Хокка начинает казаться, что преступник играет с ними в кошки-мышки. Будто специально дает подсказки и наводки, дразня гоняющуюся за ним, точно стая голодных псов, полицию, а затем вновь пропадает с радаров. Это раздражает и интригует одновременно, не дает никому спуска и только повышает ставки. Йоэль всегда грешил своей азартностью, и он, как никто другой, жаждет сорвать куш.

***

— Мы только под утро завершили экспертизу бинарников, которые наш нерадивый друг подсадил в банковскую систему. Сильно пробуксовали, пока их дизассемблировали, увесистые оказались, — начинает без предисловий Моиланен, проходя в переговорку и захлопывая за собой стеклянную дверь. — Короче, ближе к делу. Есть две новости: хорошая и плохая.       Нико Моиланен — настоящий профессионал своего дела. Усидчивый, внимательный и не по годам опытный в вопросах компьютерных экспертиз и форензики в целом. Йоэлю он во многом напоминает Порко: в глазах цвета свежескошенной травы, заслоненных круглыми очками, играют озорные блики, на губах почти всегда беззаботная улыбка, а на щеках едва уловимы проступающие от нее очаровательные ямочки. На работе Нико выглядит не многим серьезней, чем в жизни. Разве что обычно рассыпанные по плечам темные волосы прибраны в аккуратные косы. Словом, для Хокка по сей день удивительно видеть в сером и унылом отделе такого добродушного и теплого парня, как Моиланен. — Начнем с плохой, — скрестив руки на груди и покосившись на напарников, требует Порко. — Значит так. Плохая состоит в том, что дыра в системе безопасности банка оказалась глубже, чем могло показаться, и позволила совершать атаки другим хакерским группировкам следом за Суперновой. На устранение этой плеши понадобится уйма времени. Впрочем, это и не наши проблемы. Что до хорошего… — продолжает эксперт, снимая блокировку с планшета, — он снова дал осечку. Глядите, в какой сети мы поймали его сигнал в процессе атаки.       Стилус Нико упирается в экран, на котором отображается карта города со всей сопутствующей информации о сетях, сигналах и покрытии, указывая на одно конкретное здание. Прочистив горло, Моиланен продолжает мысль: — Эта сеть совпадает с локацией, которую мы засекли в прошлый раз, но теперь удалось сузить ее до этого жилого дома. Похоже, наш хакер имел неосторожность засветиться в общественной сети местной кофейни. — Либо он в очередной раз водит нас за нос, — фыркает Йоонас, утомленно закатывая глаза. — Это очередная ловушка, чтобы нас запутать, зуб даю. — Так или иначе, проверить стоит. В конце концов, это не первая наводка, нельзя отрицать фактор случайности — ошибаются все, — возражает Йоэль. — Прекрасно. Вот ты и торчи среди кучи малолетних хипстеров, а я останусь здесь и займусь делами поважнее, — предлагает Порко в ответ, на что его напарник лишь пожимает плечами, не находя причин для возражений. — С момента атаки больше не появлялся? — уточняет Йоэль, оборачиваясь на притихшего на время спора товарищей Нико. — Считаешь, есть вероятность, что окажется там снова? — Не могу знать наверняка. Уверен, в этой кофейне стоят камеры, они могли зафиксировать находящихся там на момент атаки посетителей. Нюанс в том, что в том кафе у роутера довольно мощный передатчик, так что засранец мог подключиться к нему и извне. — Ладно. Я все же попробую поговорить с персоналом, вдруг они что-то видели, — кивает Хокка. — Черт, это же такой бред… Что ему вообще делать в Оулу? — Многие предполагают, что это просто попытка переключить внимание Европейских спецслужб, а его здесь и нет вовсе. Хотя я придерживаюсь идеи, что он вполне может оказаться местным, но это лишь мои догадки. Сообщай, если что-то найдешь, — похлопав двинувшегося на выход Хокка по плечу, просит Моиланен.       Звучит почти как издевка. Ничего найти ни ему, ни всему их отделению не удается уже непозволительно продолжительное время. Если Порко прав, и это всего лишь очередная уловка змееныша, их всех точно взгреют. Сначала руководитель отдела, затем начальник штаба, а затем и сам Интерпол. Но ведь должно же когда-то повезти? Йоэль усмехается собственным мыслям. Он никогда не был оптимистом, скорее наоборот, но сейчас от безысходности ситуации ничего, кроме слепой надежды, и не остается.       За рулем машины, мчащей по шоссе к пункту назначения, отвлечься тоже не удается. Новости на всех радиоволнах вращаются исключительно вокруг Суперновы, его блестящей прошедшей атаке, куче спизженных бабок и, конечно, обосравшихся сотрудников спецслужб. — Ох, как здорово и приятно, — ехидничает Хокка, крепче вцепляясь пальцами в руль.       Кстати, интересный факт: никто из их команды ни разу не допускал мысль о том, что Суперновой может быть «она», а не «он». Может быть, дело в статистике, говорящей о том, что самые громкие киберпреступления были совершены мужчинами, а может в том, что им просто не хочется думать, что их обвела вокруг пальца девчонка. Независимо от пола этой занозы в задницах Интерпола и всех поднятых ими на уши спецслужб, столь затянувшееся дело в совокупности с его последствиями — это полный провал, за который рано или поздно точно придется здорово получить по шеям.       Оказавшись у входа в кафетерий, Йоэль с горечью понимает, что Йоонас не ошибся в своем убеждении: по таким местам шастают лишь малолетние хипстеры. Кафешка буквально кишит модной молодежью, увлеченной своими гаджетами — среди такой толпы диджитал-зависимых найти их хакера будет совсем не просто. Устало вздохнув, он все же шагает внутрь.       Помещение оказывается до жути тесным и нелепым. Персонал носится, словно заведенный, между столиками, обслуживая гостей, и совершенно не вызывает интереса с точки зрения допроса — маловероятно, что в такой суете они могли заметить хоть что-то подозрительное. Затем взгляд цепляется за потолочные углы. К счастью Хокка, в них и впрямь оказываются камеры видеонаблюдения. Порадовавшись этой находке, Йоэль уже собирается отправиться к администрации заведения, как вдруг… — Боже мой, простите, я такой неуклюжий!       Агент прикрывает глаза и, глубоко вдохнув, считает до десяти, с отвращением ощущая, как холодное и липкое содержимое стакана неуклюжего балбеса растекается по его белоснежной рубашке. Если утро было плохим, то полдень оказался ну просто восхитительно дерьмовым. — Ничего, — цедит сквозь зубы Йоэль, наконец опуская взгляд на виновника происшествия.       Посмотрев на парня, оказавшегося перед ним с искренней растерянностью на лице, Хокка на мгновение забывает об охватившей его секундой ранее злости. Тот не похож на среднестатистического посетителя этого сомнительного заведения: выглядит на пару-тройку лет моложе самого агента. И первым, что привлекает внимание, оказываются глаза. Такие ясные-ясные, как летнее небо. Йоэль не помнит, чтобы видел нечто настолько красивое. И на лицо парень смазливый до безобразия — с точеными, будто выверенными микрометром, чертами. Его не портит даже россыпь старых шрамов на бледных щеках. — Мне очень жаль, — смущенно улыбнувшись и пригладив взъерошенные светлые волосы, продолжает он. — Могу я как-то загладить вину? Скажем, угостить кофе или чем-то еще? Что вы любите? — интересуется, склонив голову к плечу.       Несмотря на испорченный внешний вид агента, предложение оказывается крайне заманчивым. Да и компания этого парня почему-то кажется интересной. Он цепляет. Хокка и сам не знает, чем именно, но цепляет крепко. А затем, вдобавок к этому, он замечает в руках блондина макбук: не хочет быть параноиком, но и не находит причин, чтобы не обзавестись полезным знакомством в лице посетителя подозрительного кафетерия. Тем более, когда речь идет о таком симпатичном посетителе…       Йоэль едва удерживается от того, чтобы не закатить глаза из-за собственных мыслей. Похоже, у него слишком давно никого не было. Последние отношения оставили за собой настолько мерзкий осадок, что желания хотя бы попытаться общаться с кем-то еще даже не возникало. То был стажер из другого подразделения спецслужбы по имени Артту. Эта интрижка, которая, как думал когда-то Хокка, должна была перерасти в крепкие отношения, едва не разрушила его карьеру. Паренек был слишком юным для подобного и совсем не разделял ценностей уже уставшего от поисков своей истинной половинки агента. Тогда-то Йоэль и разочаровался в воспеваемой всеми любви и положил болт на саму идею поиска кого-то, кто смог бы скрасить его серую и одинокую жизнь. — Кофе был бы кстати, — пожимает плечами, оглядев испорченную рубашку, Йоэль, — правда не в таком виде и не посреди рабочего дня. Как насчет вечера? — С удовольствием. К тому же, я бы предпочел более приятное место, — откликается с энтузиазмом незнакомец. — Кстати, я Алекс. Мне было бы комфортнее общаться на «ты», не против? — Сообразил, что я не гожусь тебе в отцы? — Да, ты не кажешься таким уж дряхлым дедом, — кивает новый знакомый и, недолго думая, передает Хокка разблокированный телефон. — Оставишь свой номер? Я могу заехать за тобой после работы, если не возражаешь.       Впервые за этот день Хокка искренне смеется. С ним давно никто не общался вот так просто и на равных. Конечно, есть Йоонас, Нико и еще пара парней вне работы, с которыми они всегда были очень близки, но это совсем другое. Незнакомые люди уже очень давно не срывали дверь в его жизнь с петель так, как этот голубоглазый нахальный парнишка по имени Алекс. Йоэль вынужден признать: ему это даже нравится. — Чудесно, теперь мы не потеряемся. До вечера, Йоэль? — прочитав имя в новом контакте, уточняет Алекс и, подмигнув агенту, убирает телефон в карман джинсов. — Да-да, увидимся, — кивает тот, махнув рукой вслед зашагавшему на выход из кофейни парню.       После наметившейся вечерней встречи день начинает играть новыми красками и, несмотря на маленькую неприятность, случившуюся с одеждой, Йоэль с уже гораздо более позитивным настроем направляется к администрации кафе, ради которой сюда изначально и пришел.       Вот только ничего хорошего не находит там. Удивленная визитом полиции управляющая безропотно лезет в архив видеозаписей, однако в конечном счете ничем не может помочь: все записи за день, в который была совершена атака, оказываются стерты. Не то чтобы Хокка подобного не ожидал, напротив, но все равно до последнего рассчитывал, что хакер ошибется. Остается довольствоваться малым — записями за предшествующий месяц и последующий день.

***

      Сообщение от Алекса Йоэль получает, еще сидя в офисе на работе и разбирая полученные видеоматериалы. Отвлекается от этой рутины сразу, не сдержав любопытства, и сам не замечает того, как тратит на переписку с парнем последующие до конца рабочего дня часы, лишь изредка прерываясь на рабочую задачу. Впрочем, камеры видеонаблюдения не зафиксировали ровным счетом ничего полезного. Очевидно, самыми важными были именно те несохранившиеся из-за сбоя часы, и Хокка определенно должен будет с этим разобраться. Но все это завтра, сегодняшний вечер он точно проведет не за работой. — Значит, ты коп? — смеется в трубку Алекс, когда звонит Йоэлю вечером, чтобы забрать того после работы. — Честно говоря, я ожидал, что подъеду к зданию какого-нибудь музыкального лейбла или чего-то типа того. Но ты даже круче, чем я думал. — Что с тобой не так, если коп — это круче, чем рокер? — улыбается агент. — Дай мне пару минут, я спускаюсь. — Ну, это вызывает уважение, знаешь, — откликается парень. — Мне кажется, круто иметь такую работу — постоянный адреналин и все такое. — Мы же не в Техасе! — восклицает со усмешкой Хокка. — Максимум моего адреналина приходится на утро перед тем, как начальник даст по жопе за проваленное с треском дело.       Договорив это, Йоэль уже выходит из здания и, миновав КПП, направляется к облокотившемуся на свой автомобиль Алексу. Тот широко улыбается, в трубку отвечая: — А вот и еще один плюс твоей работы — халявная форма, зря я так переживал за испорченную рубашку. Ведь у тебя подобных с десяток! Надо признать, очень симпатичная форма, тебе идет.       Хокка смеется, качая головой в ответ. Навряд ли Алекс счел бы форму такой уж крутой, увидев их явно злоупотребляющего фастфудом начальника. Йоэль же, впрочем, как и его небольшая команда, старается держать себя в хорошей физической форме и не пренебрегать спортом. Получается, не зря. Парень и сам прекрасен — успел переодеться из безразмерной толстовки, что была на нем днем, в свободную черную рубашку под стать самому агенту, о чем тот не преминет сообщить: — Да и ты выглядишь отлично.       Шепнув «спасибо», Алекс сбрасывает вызов и, шагнув навстречу, вдруг заключает его в осторожные объятия. Так близко Йоэль не подпускал к себе никого уже очень давно. От неожиданности он теряется и замирает, но уже через мгновение позволяет себе расслабиться под прикосновениями теплых ладоней к спине и приобнимает парня в ответ. — Знаешь, у меня есть любимое место, где делают чертовски хороший кофе и отменные пироги. Правда, это не очень близко. Прокатимся? — открыв перед Йоэлем дверь автомобиля, предлагает Алекс. — Настолько же чертовски хороший, как в «Дабл Р»? — как бы невзначай уточняет Хокка, когда новый знакомый, захлопнув за ним дверь, обходит машину и занимает водительское место рядом, совершенно не рассчитывая на понимание. — Я тебе гарантирую, — кивает тот вопреки ожиданиям агента и, нажав на газ, плавно выруливает с парковки участка.       На протяжении всего пути в машине тихо работает радио, что лишь изредка нарушает паузы в активном разговоре парней. Новости транслируют уже привычные, которые Хокка порядком подустал слушать за целый день. Алекс же, явно прислушивающийся к ним, вдруг тяжело вздыхает и нервно нажимает на кнопку выключения мультимедийной системы, поясняя уже после: — В этом городе настолько редко происходит что-то хоть мало-мальски интересное, что про этого гребаного хакера будут говорить еще месяц точно. За один день и то успел задолбать. — О, я прекрасно понимаю, — тут же подхватывает Йоэль. — У нас все на ушах стоят из-за этого поганца. Неужели можно настолько хорошо шифроваться?       Поднятой Алексом теме Хокка оказывается только рад. Он и сам искал повод заговорить об этом, ведь еще во время дневной переписки узнал от парня, что тот заканчивает последний семестр в университете Оулу по специальности «программная инженерия». Его знания и мнение по этому вопросу могли бы быть действительно полезны. — Ну, я наверное не лучший специалист, чтобы советоваться со мной. Как я уже упоминал, учеба дается мне с большим трудом. Но ребята с курса говорят, что сохранять свое инкогнито довольно просто для спецов типа Суперновы, — пожимает плечами Алекс. — Они думают, что поймать этого чувака почти нереально, разве что он осечется в какой-нибудь мелочи и расколется сам.       В самом деле желание обсуждать вымотавшего все нервы хакера и дальше у Йоэля на этом пропадает. Куда больше его цепляют слова Алекса об учебе. Ему становится интересно узнать о нем чуть больше и попытаться понять, что это за человек, прежде чем он пробьет того по всем своим базам. — Ну и хер с ним тогда, заезженная тема, — улыбается Хокка. — Лучше расскажи, что там с учебой? Ты, выходит, учишься на программиста? — Типа того, — пожимает плечами Алекс, — но моя работа только отчасти связана с этим. Сейчас я фрилансер, делаю дизайны интерфейсов для программ и сайтов. В том, как писать все эти штуки, я разбираюсь очень поверхностно, так что едва дотягиваю до среднего балла. — Раз дизайнер, значит со вкусом все в порядке. — Будь со вкусом не в порядке, я бы облил коктейлем кого-нибудь менее привлекательного, — ухмыльнувшись, парирует Алекс.       Хокка заливается смехом. Этот парень с каждой минутой, проведенной рядом, нравится ему все больше. Такой прямой, добродушный, не лишенный самоиронии — такие люди Йоэлю нравились всегда. Если картина, сложившаяся в его голове, еще и совпадет с досье в базе, то будет особенно прелестно. Для этого остается выяснить лишь одно… — Значит, Алекс, а по фамилии как? — По базам собрался пробить? — беспечно смеется блондин, в точности угадав мотивы нового знакомого, а затем все же отвечает: — Алекс Маттсон. — Не очень-то по-фински, — наигранно прищурившись, замечает Хокка. — Тебя не проведешь. Мать — финка, а отец — британец, — проигнорировав подозрительный тон Йоэля, откликается парень. — Ты извини, встречи со мной могут напоминать допросы, — виновато улыбается агент. — Уж не знаю, профессиональная шиза или нежелание разочароваться в ком-то снова. — Думаю, первые свидания почти равносильны допросам, — понимающе кивает Маттсон. — Оно и понятно, время сейчас слишком ценный ресурс, чтобы растрачивать его понапрасну на случайных людей.       Хокка не может не замечать того, как сходятся их с Алексом взгляды на многие вещи. А ведь он всегда был довольно проницателен и редко ошибался в людях. Йоэлю хочется верить, что и в этот раз он окажется прав, потому что с Маттсоном хорошо — точнее свои чувства от нахождения рядом с ним описать сложно. Это общение можно сравнить с возвращением в родной дом. Туда, где каждая мелочь навевает приятные воспоминания, где улыбка не сходит с лица, ведь в этом дорогом сердцу месте самые близкие люди. Агент никогда не был сторонником идеи реинкарнации, однако сейчас испытывает то, что люди называют родством душ, пронесенным через несколько жизней, не меньше. Перед этими ощущениями оказываются бессильны даже выработанные за много лет службы инстинкты — начеку быть не хочется, проверять подноготную не хочется, сомневаться в искренности не хочется. Зато хочется довериться и наслаждаться.       За их не слишком продолжительное путешествие Йоэль узнает о Маттсоне многое: тот родился и рос в небольшом городке Юливиеска, расположенном в паре часов езды от Оулу, а затем, будучи учеником средней школы, переехал на учебу в Амстердам. Алекс хотел посвятить свою жизнь музыке и даже пытался совмещать занятия с навязанной родителями учебой, но в конечном счете вынужден был бросить и заняться тем, что было больше по нраву его отцу. В свою профессию он пришел в попытках найти хоть какой-то компромисс между перспективным, по мнению Маттсона-старшего, айти и действительно интересным ему самому творчеством. Забавно, но как раз это Хокка особенно хорошо понимает: сам когда-то стоял перед выбором между карьерой или любимым делом, и именно тогда музыка и мечты о собственной группе канули в лету.       Место, в котором они останавливаются, оказывается пригородной закусочной в духе американских восьмидесятых, очень похожей на легендарный «Дабл Р», о котором уже успел заикнуться Хокка. — Тебе нравится? — с улыбкой интересуется Алекс, когда возвращается к занявшему для них столик у окна Йоэлю с подносом в руках.       Заказ оказывается в точности таким, как хотелось Хокка, хоть он и не говорил об этом Маттсону ни слова. Он охотно кивает, помогая парню расставить чашки и тарелки на столе, и отвечает: — Безумно. В сотню раз лучше того пресловутого заведения, где мы встретились днем. — Да, там немного… неуютно. Впрочем, нет, там скорее ужасно, — смеется Алекс. — Я живу неподалеку отсюда, поэтому частенько коротаю вечера именно здесь. Дома работается хуже, видимо, из-за недостатка отменного кофе. — И как же ты оказался там? — отрезая кусочек еще дымящегося пирога, интересуется Йоэль. — Нужно было заехать в университет, встретиться с научным руководителем. По пути подвернулось только то сомнительное заведение. Может, это судьба? — склонив голову к плечу и очаровательно улыбнувшись, предполагает Алекс. — А ты что там забыл? — Рабочие моменты, — пожимает плечами Хокка. — Ой, прости, забываю, что нам, простым смертным, не все дозволено знать, — театрально разочаровано вздыхает парень. — Да дело даже не в том. Просто это было бесполезно и не дало результатов, на которые я очень рассчитывал. К тому же, обсуждать работу ужасно скучно, не так ли?       Алекс оказывается вынужден согласиться. В следующие пару часов они выпивают еще пару чашек чертовски хорошего кофе и съедают еще один на двоих вишневый пирог. В какой-то момент Йоэль даже пересаживается на диванчик рядом с Маттсоном и урывает пару кусочков прямо из его рук, что заставляет их обоих здорово повеселиться. Речь о работе больше не заходит. Они обсуждают все прочее подряд, не избегая никаких тем, начиная нелепым падением Хокка при погоне за преступником в метро и заканчивая сложными отношениями Алекса с родителями.       Время за болтовней летит очень быстро. Когда оно переваливает за полночь, парни возвращаются в машину и отправляются домой. В своем желании отвезти Хокка прямо до подъезда, несмотря на дальний путь, Алекс оказывается очень настойчив, и агент не находит причин отказаться. Несмотря на поздний час и насыщенный событиями день, спать Йоэлю совсем не хочется. Более того, он скорее предпочел бы не спать до самого утра и отправиться на работу в совершенно разбитом состоянии, нежели разойтись сейчас с невозможно милым новым знакомым, однако уже очень скоро они тормозят у нужного дома. — О чем ты так задумался? — с улыбкой интересуется Маттсон, когда оба покидают автомобиль, чтобы попрощаться. — Да знаешь… я уже позабыл, что вечера могут быть настолько приятными, — признается Йоэль. — Испорченная рубашка явно того стоила. — Разве она окупится только одним подобным вечером? — намекает Алекс, подступив ближе к Хокка. — Я бы пригласил тебя на кофе снова, но тогда нас одолеет совместная бессонница. Как насчет японского ресторана у речного вокзала? — Ты точно не умеешь читать мысли? Обожаю это место.       Маттсон оказывается в такой заманчивой близости, что Йоэль не удерживается от порыва и аккуратно накрывает его руку своей. Алекс смущенно выдыхает, опуская взгляд в ноги, но все-таки делает ответный шаг, переплетая их пальцы. — Мне кажется, сегодняшний вечер не похож на напрасную трату времени, и наша встреча вовсе не случайна, — шепчет агент, мягко очертив пальцем его запястье. — А тебе?       Алекс согласно кивает и медленно поднимает взгляд на Хокка. Пару секунд вглядывается в его глаза, а затем вдруг приподнимается на носках кроссовок и, обхватив ладонями крепкую шею, касается чуть суховатыми от ветра губами его щеки. Получается смазанно, робко, но оттого не менее приятно. Йоэль улыбается и аккуратно приобнимает Маттсона за поясницу, не позволяя отстраниться слишком быстро. Тот же доверчиво подается навстречу и льнет к плечу. Они позволяют этим объятиям продлиться чуть дольше положенного простым знакомым. Алекс нехотя отстраняется первым и, уже отступая к машине, напоминает: — Я буду очень ждать завтрашнего вечера, Йоэль. И спасибо за чудесную компанию.       Все произошедшее создает атмосферу того уюта, которого Хокка на протяжении многих лет не мог почувствовать ни с кем. Он едва удерживается от того, чтобы не шагнуть следом за Алексом и, схватив его за руку, не вернуть в свои объятия. Единственной причиной, по которой он себе этого не позволяет, оказывается лишь грядущая встреча. У него еще будет шанс испытать это тепло снова очень скоро.