Долгая дорога к счастью

      Поднявшись на крышу заброшки, Чуя был удивлен, увидев там Осаму.       — Не думал, что ты решишь прогулять учебу после второго же урока. — произнес Чуя, сев рядом.       — Как видишь. — сказал шатен, слегка улыбнувшись. — Ты где был сегодня? — спросил он, посмотрев на Накахару. Уж слишком он был задумчив, когда шел сюда.       — К отцу ездил. — сказал Чуя, после чего все вопросы у Осаму отпали.       Осаму знал отца Чуи. Порой, вместо того, чтобы играть с друзьями в песочнице, он сбегал к Оде и подолгу слушал его истории с работы, чуть позже присоединялся потерявший его Чуя. Порой с ним приходили Рюноске и Ацуши. Узнав о смерти Оды, Осаму был рядом с Чуей все время, пока того не отпустило и он не смирился с утратой.       — Вот как. — произнес Дазай и посмотрел куда-то вперед. О чем он думал, Чуя не мог понять, но ему и не надо. Своих мыслей и размышлений полно. К тому же, его сейчас волновало резкое появление Арахабаки. То молчал, а сейчас решил поговорить. Не просто так это.       Кинув взгляд на Чую, шатен заметил, что его друг слишком мрачен. Тонкие рыжие брови были нахмурены, серьезный взгляд направлен куда-то вперед, мышцы напряжены, словно Накахара чего-то ждал.       С одной стороны, Осаму мог его тронуть и поинтересоваться, о чем он задумался, но с другой стороны, ему не хотелось получить по голове. Если уж Чуя задумался, то это надолго и возможно, причина из-за которой Накахара ушел в транс достаточно серьезная.       «Давно я не видел его в таком состоянии.» — подумал шатен и слегка улыбнувшись, обратил свое внимание на происходящее снизу. Как и ожидалось, улица перед полицейским участком была пустынна и тиха. Даже скучно становилось тут сидеть без разговоров.       — Хэй, Чуя. — позвал друга Осаму, но тот даже ухом не повел. Как сидел так и сидел, что шатену не совсем понравилось.       — Чуя. — растягивая имя, сказал Осаму, тыкнув Накахару в щеку.       Моргнув, Чуя посмотрел в карие глаза Огая-старшего, не совсем понимая, что в данный момент от него потребовалось. Если он сейчас отпустит какую-то нелепую шутку, то Чуя не пожалеет о своих дальнейших действиях.       — Что тебе от меня надо, Скумбрия? — спросил он.       — Мне скучно, поговори со мной. — произнес Осаму, состроив щенячьи глазки.       Тяжело вздохнув, Чуя посмотрел вперед. Разговаривать с Осаму совершенно не хотелось, но зная характер своего друга, Чуя знал, что от него просто так не отстанут, а о чем им разговаривать он не знал. Посвящать Осаму в его проблемы с Арахабаки хотелось меньше всего.       — Вот скажи мне, на кой черт, ты пропустил сегодня уроки, кроме матеши? — спросил Чуя, на что Осаму лишь глаза закатил.       — Без тебя сидеть на уроках скучно. Побесить некого. — с хитрой лыбой ответил шатен, чему рыжик явно удивлен не был. Если бы его отец не был директором школы, в которой они учились, то его давно бы исключили.       — Могу прямо сейчас набить твою наглую рожу, чтобы желание отбить. — сказал Чуя, слегка засветившись красным, только ради того, чтобы попугать обнаглевшего друга.       Вскинув руки вверх, Осаму сразу произнес, что это была шутка. Его растерянное лицо развеселило Чую. Успокоившись, рыжик, слегка толкнул друга в плечо.       — Не собирался я тебя бить, дурак, иначе как потом объяснять Мори-сану, почему его сын в больничке?       Рассмеявшись, друзья всё-таки нашли тему для разговора и могли бы проговорить, сидя на крыше целый день, но голодный желудок дал понять, что им стоит пойти домой и перекусить. Так как денег ни у Чуи, ни у Осаму не было, в ближайший магазин зайти они не могли.       — Не хочу домой. Там снова ничего нет. — соврал шатен.       — Можем у меня поесть. Мама сегодня выходная, так что нас накормят. — с легкой улыбкой на лице произнес Чуя, вставая на ноги, выпрямляясь во весь рос.       Всё ещё сидевший Осаму, впервые, обратив внимание на внешность Чуи, слегка обомлел.       Яркое солнце бликами играло в рыжих, как огонь, волосах, голубые глаза светились.       «Красивый.» — подумал шатен и встал, спрятав руки в карманы штанов.       — Погнали. — сказал он.       Дорога до дома Чуи заняла около часа. Обоим повезло, что они не наткнулись на того отброса, иначе драка была бы неизбежна, а драться нормально мог только Чуя. Осаму тоже был силен, но предпочитал драться только с Чуей, а к остальным он испытывал отвращение. Желания марать руки о всякую чернь не было никакого.       Зайдя в дом, одноклассники скинули обувь и прошли на кухню, где Чуя поставил чайник и сел напротив друга.       Судя по тому, что их никто не окликнул, то Кое ушла куда-то и дом находился в их полном распоряжении. Неплохой расклад, если бы непришлось самим разогревать себе еду.       После обеда, одноклассники решили порубиться в приставку, так как делать все равно было нечего. Домашку они унают только ближе к 4 вечера, если Ацуши не забудет, а пока можно было и полениться.       Зайдя в комнату Чуи, Осаму осмотрелся по сторонам. Он давно не заходил к Чуе в гости. Он всегда поражался тому как Накахара живет в своего роде свинарнике: вещи раскиданы по углам, книги то там, то тут. Стало даже немного жутко представить что Чуч с ними делал. Маловероятно, что он читал. Максимум ипользовал как подставку для телефона, чтобы было удобнее списывать.       — Да где же этот джойстик? — ворчал Накахара, вываливая из недр полки использованные тетради, канцелярию, листы бумаги и прочий мусор.       — Ты убираться в своих вещах не пробовал? Может,дзасики-вараси утащил?       — Очень смешно. — ответил Чуя, наконец-то вытаскивая второй джойстик.       За игрой в футбол оба незаметили как пролетело время. Никто не слышал звонков телефонов, ни звук поворота ключей в дверном замке. Очнулись они только тогда, когда на пороге комнаты появилась Озаки, и увидела бардак, который юноши устроили. Ей это не очень понравилось, но отвлекать мальчишек от игры она не посмела. Терпеливо дождавшись окончания матча, в котором Чуя проиграл, она пару раз кашлянула, обращая на себя внимание.       — Ой, мам, ты уже вернулась? — Чуя посмотрел на время, понимая,то они с Осаму неплохо так погрузились в игру.       — Да. А теперь заканчивайте играть и приберитесь немного. — после этих слов женщина ушла к себе в комнату, отдыхать, а Осаму и Чуя, переглянувшись между собой принялись убирать выкинутый из ящика мусор. Большая часть тетрадей улетела бы на помойку, если бы не осознание того, что все эти записи могли пригодится на экзаменах.       Пока Накахара убирал письменный стол, Осаму пошарил по полкам. Ничего нового он не нашёл, однако, его взгляд зацепила тоненькая тетрадь с крупной надписью: "НЕ ОТКРЫВАТЬ. ВЫКИНУТЬ, СЖЕЧЬ!" Любопытство овладело Дазаем. Убедившись, что друг не смотрит в его сторону, он достал тетрадку и открыл ее,стараясь не шуметь. Увиденный рисунок поразил его до глубины души, в плохом сысле этого слова.       На рисунке был изображён Арахабаки. Рядом с ним были изображены человечки, похожие на него, Ацуши и Рю. Кажется, они были мертвы. Следующий рисунок был не лучше. На нем вновь был изображен бог разрушений, но в этот раз в своих когтях он держал Чую.       "Теперь понятно, почему он написал, что ее надо сжечь. Это...ужасно. Неужели ему все это снилось? Может, поговорить с ним?" - Осаму убрал тетрадь обратно и с беспокоцством посмотрел в сторону, Чуи, заканчивавшего разбирать старые школьные конспекты.       К сожалению, поговорить с Накахарой у шатена не получилось. Позвонил Рюноске, сказав, чтобы он шел домой. Отец не обрадовался тому, что он свалил после второго урока, так еще и трубку не брал.       — Ладно, Чу. Мне пора домой. Как думаешь, мне открутят голову или оставят без интернета? — спросил Осаму, убрав мобильный в карман штанов.       — Вероятнее всего первое, так как ты, придурок. — сказал Чуя. Он шутил, потому что знал, что Осаму убить, не убьют, а вот без телефона и интернета оставить могут спокойно.       — Ты даже скучать по мне не будешь? — поинтересовался Осаму.       — Иди уже, скумбрия бинтованная. Задержишься еще хоть на немного и боюсь, что твой отец начнет тебя искать по всему городу.       Усмехнувшись, Осаму порощался с другом, Озаки-сан и медленно направился по вечерним улицам домой, думая над увиденными рисунками Чуи.