Разлюбить тяжело (поддаться на предательство еще хуже)

— Алби. Алби, вставай! Чья-то рука хватает его за плечо и грубо встряхивает, чтобы разбудить. Алби неуверенно открывает глаза, чтобы увидеть мерзкую рожу Минхо в нескольких дюймах от его лица, и вдыхает утреннее дыхание Минхо. Скривившись, Алби отталкивает другого парня. — Мне не нужно было видеть твою уродливую физиономию так рано, Минхо. Лучше бы все было хорошо. — Алби, — выражение лица Минхо напряженное. — Что-то происходит. Затем Алби слышит это. Тук-тук-тук. Звук доносится сверху и становится громче. Как звук винтов вертолета или двигателей самолета. Он следует за Минхо из комнаты. В коридоре открываются двери и высовываются головы, когда другие Хранители просыпаются от шума. Алби игнорирует вопросы, которые ему выкрикивают, срываясь на бег. Рано. Достаточно рано, чтобы двери Лабиринта еще даже не открылись. Поляна тускло освещена, солнце все еще скрыто за стенами. Трава мокрая от росы, а воздух холодный и туманный. В это время обычно бодрствуют только Бегуны, которые готовятся пробежать Лабиринт. Звук встревоженного бормотания разносится по поляне. Алби слышит, как остальные Хранители, спотыкаясь, выходят из Усадьбы позади него. Остальные Глэйдеры выбираются из своих гамаков, смахивая сон с глаз. Все они вытягивают шеи вверх, разинув рты, когда самолет опускается на поляну. Самолет массивный, размером почти с глэйд. По какой-то причине его дизайн наводит Алби на мысль о военном стиле. Он приземляется перед домами, где собралось большинство Хранителей, заставляя порывы ветра трепать их одежду. Дверь самолета открывается, образуя трап, и оттуда выбегает группа мужчин и женщин в военной форме. Все они вооружены — пистолеты пристегнуты к бедрам, тазобедренным суставам, поперек груди и перекинуты через плечо. Алби напрягается. Мужчина с кобурой пистолета, пристегнутой к груди, делает шаг вперед. Он старше, с короткими седеющими каштановыми волосами, подстриженными неровной длины, тяжелыми бровями, сурово нависающими над глазами, с бородкой и усами с проседью. Алби догадывается, что это лидер. Глаза мужчины сканируют толпу веселящихся. — Кто из вас Ньют? — спрашивает он. Алби непроизвольно немедленно поворачивается, чтобы посмотреть на Ньюта. То же самое делают остальные Глэйдеры. Лицо Ньюта бледное, на нем все еще видны отпечатки складок от подушки. Его пушистые золотистые волосы похожи на крысиное гнездо. Его вездесущее мачете пристегнуто к спине. Он делает шаг вперед, слегка прихрамывая. Алби делает наполовину прерванное движение, чтобы удержать его. — Я, — просто говорит Ньют. Взгляд лидера скользит по Ньюту, задерживаясь на его больной ноге, прежде чем кивнуть. — Меня зовут Винс. Мы забираем вас, дети, отсюда. Алби открывает рот, вопросы вырываются из его груди. Прежде чем он успевает что-либо спросить, они слышат скрежет, доносящийся с другой стороны дверей Лабиринта. — К нам приближаются! — кричит один из солдат, поднимая пистолет. — Гриверы! — Черт! — вуполголоса ругается Винс, затем повышает голос, обращаясь к Глэйдерам. — Нет времени объяснять! Все на Айсберг! Живо! — Одной рукой он наполовину направляет, наполовину тащит Ньюта к открытым дверям самолета. Поляна погружается в хаос, когда двери Лабиринта начинают открываться и визгливый шум Гриверов усиливается. Солдаты готовят оружие, занимая позиции. Алби, Минхо, Галли и остальные Хранители делают все возможное, чтобы переправить Глэйдеров на Айсберг. — Я забыл свою фигурку! Это Чак, последний новичок. Пухлый тринадцатилетний подросток с тоской смотрит на гамаки в роще деревьев, но один из солдат останавливает его, прежде чем он успевает далеко уйти, грубо хватая Чака за загривок, как непослушного котенка. — Ты с ума сошел, парень? Тебя убьют! — Но моя фигурка…! — Открыть огонь! — приказывает Винс. Лабиринт открыт. Гриверы здесь. До сегодняшнего дня Алби не знал никого, кто увидел бы Гривера и остался в живых, чтобы рассказать об этом. Он надеется, что больше никогда никто не увидит. Гриверы похожи на гигантских пауков. За исключением выпуклых тел и блестящей, слизистой кожи. Кажется, что они срослись с механизмами, с металлическими шипами, ножницами и прутьями в качестве придатков. Они продвигаются крадущимся движением, как скорпионы. Их глазницы запавшие и впалые, круглые рты усеяны похожими на иглы зубами. На Гриверов обрушивается град выстрелов, и раздается визг. Кто-то хватает Алби за руку, тащит его по трапу на Айсберг, запихивает на сиденье между Фрайпаном и Уинстоном. — Ладно! Мы готовы идти! — хриплым голосом кричит Винс. Солдаты отступают, продолжая стрелять. — Отступайте! Отступайте! — Трап закрывается, и Винс вытаскивает задницу на переднюю часть Айсберга, крича. — Подними нас в воздух! Минхо и Ньют прижались друг к другу прямо за креслом пилота, глаза прикованы к иллюминаторам. Алби, пошатываясь, поднимается на ноги, не обращая внимания на руки, пытающиеся стащить его обратно, и направляется к двум другим. Быстро поднимающийся Айсберг открывает им вид на Лабиринт с высоты птичьего полета — небольшой зеленый квадрат в центре, окруженный со всех сторон стенами лабиринта. За пределами Лабиринта находятся другие здания, построенные из тех же материалов, что и Лабиринт — военные аванпосты, отмеченные символом ПОРОК… тот же самый знак стоит на всех их припасах. На стенах развешано оружие. Большинство из них в огне. Остальные превратились в щебень. Помимо этого… Песок. Пустыня, насколько хватает глаз. Того же оранжевого цвета, что и солнце. У горизонта Алби различает то, что он принимает за небоскребы. Или то, что от них осталось. Большая рука хлопает Алби по плечу. — У вас, ребята, все в порядке? — спрашивает Винс. — Ньют? Ньют не отвечает. Кажется, он не может отвести взгляд от окон. — И везде так? — спрашивает Минхо приглушенным голосом. Винс колеблется. — Почти, — признается он удивительно мягким тоном. — Есть поселения… места, где люди выживают. Даже процветают. Мы приведем вас в одно из этих мест. — Что произошло? — требует Минхо. — Долгая история, — Минхо открывает рот, чтобы возразить, и Винс поднимает руку, чтобы заставить его замолчать. — Очень длинная, очень сложная история, которая будет объяснена всем вам, как только мы доберемся до Безопасного убежища. — И это так? — скептически спрашивает Алби. — Безопасно? — Это такое место, где ПОРОК никогда больше не доберется до тебя своими руками, — уклончиво отвечает Винс. Это не да. Наконец, Ньюту удается оторвать взгляд от окон и он пронзает Винса тревожно пристальным взглядом. — Откуда ты узнал мое имя? — спрашивает он. — По той же причине, по которой я знал, где тебя найти, — Винс проводит рукой по лицу, уголок его рта приподнимается в полуулыбке. — Твой старый друг заставил меня пообещать вытащить тебя. Ньют выглядит потерянным. — Старый друг, — повторяет он. — Да, — Винс перестал улыбаться. — Ты бы его не запомнил.