Последний шанс

      Ёсан злился на Чонхо. Вот зачем ему нужно было упоминать о Санни? А вдруг он и правда влюбился в созданный образ, а теперь просто перенес его на самого Кана? То счастье, которое зародилось в сердце совсем недавно, быстро угасло, уступив место сомнениям и страху. Ёсан злился и на себя. Можно же было просто проигнорировать ситуацию, не придираться к словам. Неужели все должно быть по правилам? Можно же было просто наслаждаться временем, проведенным вместе. Но нет же…       Нет. И Кан знал, почему нет. Потому, что если Чонхо запутался, то в конце их ждет только боль, а Ёсан… у Ёсана уже зависимость. От голоса, от этих ласковых глаз, от теплых прикосновений… И от губ… Что целовали так, будто в последний раз. Да, Кан теперь не хотел просто. В этот раз хотелось по-настоящему, потому что чувства были настоящими. В этот раз — самые настоящие…       — Ёсанни, не хмурься ты так, куда тебе выступать? — Уён смотрел почти ласково. — Вон смотри, какие амбалы. Такие одним ударом сломают. Просто давай болеть за Минги.       При этом улыбка Чона была направлена именно в сторону тех самых амбалов, которые представляли университет Ёнсе на соревнованиях по тхэквондо и должны были сегодня вступить в схватку с их командой.       Минги, само собой, участвовал, и на него возлагали большие надежды. Ёсана же в список участников не внесли, поскольку он, будучи занятым репетициями группы, пропустил несколько последних тренировок, и теперь ему только и оставалось, что болеть за своих и слушать болтовню Уёна, пришедшего якобы тоже поболеть, а на самом деле полюбоваться на спортсменов из Ёнсе.       — Минги справится с ними, я в него верю, — голос, раздавшийся рядом, ничуть не порадовал. Мало ему было Уёна, теперь еще и Юнхо приперся. И если бы один, но нет. Нужно было притащить сюда еще и Чонхо. А ведь они так и не помирились…       — Ты же вроде бы состоишь в его фан-клубе, — Ёсан даже не повернулся к пришедшим парням, лишь краем глаза наблюдая, как они устроились на скамейке рядом с ними. Лишь ощутив легкое тепло случайного соприкосновения его руки с рукой Чонхо, усевшегося почти вплотную с ним. — Вот и шел бы к остальным, плакат бы помог подержать.       Заодно и друга бы своего прихватил…       — Тогда Минги бы меня не заметил, а так, пока я рядом с тобой, — Юнхо даже не скрывал своих намерений, — у меня есть шанс, что меня увидят.       — Ты лучше сам смотри, а не болтай, — Кан попытался сосредоточиться на начавшемся в этот момент поединке, стараясь не думать о том, кто сидел рядом. — Пришел болеть — значит болей.       Между тем Сон как раз вступил в поединок с соперником и с легкостью одолел его, заставив зрителей разразиться аплодисментами, а сидящего рядом Уёна и Юнхо криками, едва не оглушившими Кана.       — Напомни мне, зачем ты меня сюда притащил? — Чонхо, кажется, тоже был не в восторге от эмоций друга, поскольку пытался снизить уровень звука, прикрыв уши ладонями.       — Эй, ты не рад, что краш твоего друга победил? — Юнхо сделал обиженное выражение на лице. — Порадуйся.       — Это всего лишь первый раунд, — Чхве покосился влево и, поймав на себе взгляд Ёсана, тут же хмуро отвел глаза. На секунду раньше самого Кана. — До победы еще далеко.       — Минги победит, — Ёсан решил забыть на время о недомолвках. Они ведь действительно на соревнованиях. Нужно просто наслаждаться. — Иначе и быть не может. Я в него верю.       — Пойду, пожалуй, куплю пару снеков, — в голосе Чхве послышалось раздражение, а смотрел он теперь в сторону выхода, словно боясь вновь поймать на себе взгляд изучающих его глаз. — А то тут, похоже, еще один фан-клуб Сон Минги организовался, а я в нем не состою.       — Ага, ты его хейтер, — Уён бросил уже вставшему Чхве, любуясь очередным разминающимся атлетом. — Захвати мне чего-нибудь сладкого.       — Ладно, — Чонхо все же повернулся, а во взгляде его теперь читалось удивление. Еще бы… Чон Уён с ним заговорил. А затем, смутившись под очередным взглядом Ёсана, ушел, заставив последнего шумно выдохнуть.       Как же сложно было находиться с ним рядом. Как же трудно было не смотреть в его сторону, не любоваться его мускулистым телом. Ёсан не мог с собой справиться, поэтому и поглядывал время от времени вправо, то и дело встречаясь с глазами, полными обиды и чего-то еще… Нежности?       Чонхо вернулся, когда отборочные соревнования уже закончились, и участники ожидали четвертьфинала. Второй этап — полуфинал и финал должны были быть завтра, но до них нужно было еще дойти. Многие из их команды уже повылетали, и теперь вся надежда была действительно на Минги и… на Сана, который своим появлением в команде и проходом в одну четвертую удивил всех. Даже парня, который как-то подозрительно притих рядом, будто его эта победа не интересовала.       Вот только Ёсан знал, что да. Потому что только слепой бы не заметил, как был счастлив Уён в ту неделю, когда учил Сана танцевать. Именно поэтому Кан и разозлился так сильно, узнав, что Чхве Сан лишь воспользовался его другом.       И только слепой бы не заметил, какие взгляды Уён бросал на этого человека сейчас, пока Сан был на ринге.       Интересно, если бы Уён ничего не узнал тогда, могли бы эти двое сейчас быть вместе?       — Вот, — Чонхо сел на свое место, переступив через длинные ноги Юнхо, и протянул Уёну пакет с печеньем, а Кану пачку чипсов. — Я ведь ничего важного не пропустил?       — Например? — Ёсан невольно улыбнулся, сжав чипсы в руках. Чхве все еще хмурился, и, похоже, не из-за их ссоры, а из-за Минги. Кажется, кому-то не понравилось, что Сона так все поддерживали.       — Например, вознесение Сон Минги на пьедестал всеобщего восхищения, — Чонхо подтвердил догадку Кана.       — Ну, он не единственный, кем тут можно восхищаться, — кто-то так и тянул Ёсана за язык. — Ты пропустил выступление своего друга, Чхве Сана. Но можешь не переживать, Уён болел за двоих. Так ведь?       — Что ты несешь? — Чон хмуро засунул только что извлеченную из пакета печеньку Кану в рот. — Мне нет дела до этого типа. Я болел за его соперника.       Ёсан лишь заулыбался, прожевывая сладость, оказавшуюся необычной на вкус.       — А мы вот с Юнхо болели за него, — Кан продолжил, решив не заморачиваться, — надеемся, что он продержится хотя бы до полуфинала.       — А как же Минги? — голос Чонхо прозвучал вкрадчиво. Кажется, кто-то решил поиздеваться в ответ. — Он так быстро был забыт?       — Этот человек всегда будет в моем сердце, — Кан извлек из пакета Уёна еще одну печеньку и начал ее жевать. — Он там на первом месте.       — Вот как… — кажется, Чхве обиделся, судя по тому, как изменился тон его голоса.       — Он же шутит, расслабься, — Юнхо, наконец, отвлекся от созерцания Cона, решившего как раз подойти к ним, и повернулся в сторону парней. — Что за….?       Ёсан как раз собрался забросить в рот еще одну печеньку, когда Юнхо с громким вскриком забрал ее из рук.        — Ёсанни, ты с ума сошел? — теперь он смотрел испуганно. — В этом печенье же фундук, а у тебя на него аллергия. Забыл?       — Фундук? — Ёсан смотрел растерянно, осознав, почему вкус показался странным. Странно знакомым. Хотя аллергия давно уже не проявлялась и браслет он не носил, но фундук из своего рациона все же давно исключил.       — У тебя есть антигистамины? — Юнхо облокотившись на притихшего Чонхо потрогал лоб Ёсана, а затем приподнял подбородок, заглядывая в рот и прислушиваясь к дыханию. — Сколько ты успел съесть?       — Два, кажется, — паники вроде бы не было, но Ёсан начал чувствовать, что дышать становится труднее. Возможно, это от взгляда Чонхо, которым он сейчас прожигал обоих?       — У меня в рюкзаке есть таблетки и инъекция, я всегда их ношу на всякий случай, так как Ёсан о них забывает, — Минги, подошедший в этот момент, быстро разобрался в ситуации и, потянув немного опешившего Ёсана за руку, повел его в раздевалку, а остальные последовали за ними.       То ли благодаря лекарству, то ли потому, что печенья Кан съел не так уж много, но он быстро пришел в норму. Даже дыхание выровнялось настолько, насколько это было возможно, учитывая, что сейчас он сидел в раздевалке, и его обступили со всех сторон.       Более того, шок прошел не только у него, и теперь нужно было ожидать грозы… И она не заставила себя ждать.       — Уён, ты куда смотрел? — Минги сжал плечо младшего, глядя на него с обвинением. — Ты же его лучший друг. Разве ты не знаешь, что ему нельзя есть фундук?       — Не знаю… — Чон резко отстранился, освобождаясь из болезненной хватки, — Ёсан никогда об этом не рассказывал. Сколько себя помню.       — Аллергия недавно началась, — Кан решил защитить друга. — В старших классах. Я тогда с Уёном только по интернету общался. Он не мог знать.       — Он не мог, — Чонхо говорил тихо, но в его тоне уже слышались раскаты грома. — Но откуда об этом узнал Юнхо?       — Потому что с ним Ёсан в старших классах, — Минги, похоже, тоже перенервничал, так как выглядел очень напряженно, — общался как раз вживую. Я так и знал, что вы двое давно знакомы.       — Давно знакомы? — Чхве медленно повторил слова Сона. — Высокий и красивый, в параллельном классе. Так это. Это был ты?       Резкое движение, и Юнхо отлетел к шкафчикам, больно приложившись об них спиной. Чонхо не остановился на этом, схватив Чона за рубашку и занося руку для следующего удара.       — Эй, какого черта, придурок! — Юнхо не ждал, когда его изобьют, тоже вцепившись в своего оппонента. — Ты с катушек слетел?       — Вы двое, прекратите! — Ёсан и Минги подлетели к сцепившимся парням одновременно, быстро оттянув Чонхо.       — Хорошо, я прекращу, — Чхве повел плечами, сбрасывая руки вцепившегося в него сзади Ёсана и поворачиваясь к нему лицом, — но скажи мне, это ведь с ним ты встречался? Так ведь? Скажи!       — Да, мы с ним встречались, — Ёсан смотрел прямо в бушующие гневом глаза Чонхо. — В старшей школе. А затем расстались, так как у нас не было чувств друг к другу.       — Почему же вы оба смолчали об этом? — Чхве как-то криво усмехнулся.       — Да, чтобы предотвратить подобную реакцию, — Юнхо, что тоже совсем недавно рвался в бой, сейчас комфортно устроился в объятиях все еще державшего его Минги, — я так и знал, что ты так будешь реагировать. Как я мог рассказать?       — Я тебя не спрашивал! — Чонхо рявкнул в ответ, а затем, еще пару секунд постояв, развернулся и вышел из раздевалки, громко хлопнув дверью.       — Вау, Ёсан, ты соскучился по театру? — Уён, все это время тихо наблюдавший, решил подать голос. — Такую драму устроил. И почему мне ничего не рассказал?       — Потому что Юнхо просил не говорить, — Ёсан сейчас просто не знал, что ему делать. Казалось, что внутри что-то оборвалось от брошенного напоследок в его сторону взгляда Чонхо, и теперь где-то в груди разгоралось пламя, которое вот-вот сожжет все, оставив лишь пепел.       — Но Минги же ты сказал! — Уён решил поиграть в обиженного друга, видать, чтобы добавить огня.       — Я сам догадался, — Сон уже отпустил Юнхо и теперь смотрел на всех с привычным спокойствием. — По поведению, по случайно брошенным фразам. Все сопоставив, было несложно сделать правильные выводы.       — Но об аллергии он тебе сказал, — Уён не желал успокаиваться.       — Мы вместе живем, — Ёсан решил положить спору конец. — Я сказал ему на всякий случай, чтобы он знал, какие искать лекарства, если вдруг что. Так что успокойтесь и возвращайтесь в зал, скоро второй этап соревнований. Юнхо… напиши мне потом результат… и спасибо за сегодня.       — Пустяки, — тот лишь пожал плечами, — когда на кону здоровье, чувства не так уж и важны. Так ведь, бейби?       Последняя фраза, похоже, была обращена к Минги, и она дошла до адресата, судя по тому, что Сон как-то задумчиво похлопал Чона по плечу.       — Сейчас не стоит его догонять, — бросил он вскользь Ёсану, уже сделав шаг к выходу. — Пусть сначала успокоится. Лучше поезжай домой и отдохни.       Все трое смотрели ушедшему парню вслед. Каждый сделал для себя выводы и что-то вынес из всей ситуации. Похоже, то, что произошло сегодня, просто должно было случиться. Чтобы прояснить все недосказанности.       Да, в этот момент Ёсан ощущал всей душой, что теперь, когда нет пути назад, нужно переступить через все недомолвки, решиться и, наконец, сделать выбор. Если конечно, это еще кому-то нужно…