Ген Эскалации

— Где я, блять, оказался? Оказалось первым, что услышала Тейлор, прежде чем дверца шкафчика засветилась зелёным светом, и она вывалилась оттуда прямо на кафель школьного душа. Её всё ещё подёргивало, а зрение странно плыло, выхватывая лишь склонившегося над ней седого… деда? Седого, высокого, одетого в медицинский белый халат, недовольно глядящего на неё так, словно она… что-то странное? Не вписывающееся в его представление реальности? — Знаешь, вместо тебя мне почему-то вспоминается какой-то Мо… М… Мо-о-о… — он рыгнул, и Тейлор скривилась, хотя сама имела тот ещё видок, а ароматы от неё неслись вообще «божественные». — Кажется, у меня должен был быть внук, а не внучка. Или внук и внучка? Мо… М-м-м-м-м… «Внучка?» Она даже села от удивления, проводя взглядом прохаживающегося туда и обратно незнакомого старика, пытающегося вспомнить забытое непонятное имя. По какой-то странной причине он считал её родственницей, и фактически это невозможно, но… Почему происходящее казалось таким правильным? У неё не было никого, кроме отца и умершей несколько лет назад матери. Никаких старших родственников типа деда и бабушки, прабабушки, или дяди и тёти. Никого. Но вот, он стоит перед ней, с этой странной седой шевелюрой, будто сдобренной изрядной долей лака и геля для того, чтобы держать форму. Вертит в руке откуда-то взявшуюся бутылку, явно содержащую алкоголь, и бормочет под нос непонятную хрень. — Ладно, Тейлор, быстро мойся и собирайся, нас ждут дела. Он кивнул в сторону душевых кабинок, как бы намекая, чтобы она поторапливалась. — Но… Куда? — всё ещё безмерно удивлённая, оглушённая и подавленная, Тейлор не хотела ничего из того, о чём он говорил. Да и дела? Какие нахрен дела? Она только что пережила худшее, что только могло быть в её жизни — мало кому понравится проторчать в шкафчике с мусором и использованными прокладками несколько часов кряду. — Тебе понравится, — произнёс он так уверенно, будто точно знал, что именно ей может понравиться. Словно знал секреты мироздания, какой бургер самый вкусный на планете, где самые милые котята, как, зачем и куда плывут огромные монстры, прорезая само мироздание, и чего ей на самом деле не хватает в этой жизни. — Так что давай, поторапливайся. Быстро, Тейлор, быстро! Он подхватил её за руку с пола и без видимой брезгливости потащил в сторону одной из кабинок: — Мойся скорее, у нас мало времени, — и опустил её опять на кафель, после чего задумчиво нахмурился: — Что это с тобой вообще случилось? — спросил скорее озадаченно, нежели удивлённо. Тейлор не обратила внимания на его слова, ибо всё ещё не могла понять, что происходит, а ещё у неё не получалось избавиться от навязчивых мыслей о том, что по её коже ползают насекомые. Несколько насекомых. Или огромное количество. Вся она состоит из насекомых. Внезапно ей стало так плохо, что она не удержалась, и просто повернулась на бок, чтобы хорошенько проблеваться, скорее ощутив, нежели увидев, что дед что-то сделал. Пролил ей на голову какую-то холодную жидкость. С минуту ничего не происходило. Паническая атака лишь усиливалась, забирая возможность дышать, а затем внезапно всё прекратилось. Она опять нормально дышала. Перед глазами всё прояснилось, а вода, льющаяся из заботливо включенного душа, смывала с неё грязь и ужас. Омерзение, впитавшееся в кожу и отвратную, смрадную вонь. Откуда-то у неё взялись силы подняться на ноги и раздеться, чтобы помыться. Намыливаясь мылом, Тейлор осознала, что встреча с этим стариком каким-то образом повлияла на неё, хотя и не совсем понимала, как именно. Он сам вышел из душевых после того, как включил ей воду, и она знала, что при этом не ушёл далеко, ведь слышала его свист, звучащий где-то из коридора. Более того — Тейлор откуда-то знала, что теперь этот старикан будет с ней до гробовой доски, и что его имя — Рик. И они вместе — Рик и Тейлор.